Утонуть в океане

Яростный раскат грома разбудил её ото сна. Вшивая портовая крыса своими маленькими лапками пыталась выбраться из под полов. Люди вокруг брезгливо шпыняли её, отгоняя подальше от себя. Для них было кошмаром притронуться к столь отвратному существу. Когда её ловили за поеданием помоев, то избивали метлой. Крыса ничего не могла с этим поделать, лишь пищала тоненьким голосочком. Шкура жутко зудела, но крыса продолжала чесать её своими коготками до тех пор пока не выступала кровь. Крыса наконец выбралась из под досок и шустро перебирая больными лапками покралась на поиски еды. Дождь пробирал до костей, но крысу это особо не беспокоило, ею владели лишь животные инстинкты. Очередная вспышка молнии заставил крысу поёжится, ей не нравилось, когда небо вело себя так. Она любила нежится на солнышке, а не вздрагивать от этих непонятных взрывов. После некоторых поисков, грязная крыса нашла ящик, полный круглых сухих галетов¹. Она была настолько маленькой, что смогла поместиться внутрь ящика, чтобы как можно дольше насыщать свой организм этими каменными безвкусными сухарями. Маленькая крыска грызла их не жалея зубов, хищно впиваясь ими. Она была так увлечена этим занятием, что даже ухом не повела, когда ящик с галетами и крысой в придачу понесли в неизвестном направлении. Спустя пару часов её дёсна уже кровоточили, а живот пусть и не до конца, но был полон. Она с присущей ей, животной осторожностью выползла наружу. Глаза привыкшие ко тьме ящика сразу заметили силуэт в углу, пусть и тёмной, но тёплой, комнаты. Окон, через которые можно было выскочить наружу не было и крыса начала метать свой взгляд по деревянным доскам, из которых состояла комната. ... Хакон сидел в трюме и стругал деревянный брусок в надежде создать что-то прекрасное. Это помогало отвлечься от факта того, что команда считала его слабым членом экипажа, они даже сейчас прогнали его внутрь корабля, так как переживали, что малой выпадет за борт. "Я не слабый" - мысленно прошипел он. Наверху происходило безумное веселье и Хакону хотелось присутствовать там. Всюду били молнии, вздымались громадные волны, а члены экипажа, стирая руки в кровь, старались удержать на плаву это величественное судно. Корабль был для него домом сколько он себя помнил, ни разу он не жил на суше как обычный человек, но ему и не хотелось. Морская жизнь была для него лучшим подарком судьбы, на который он желал отплатить усердным трудом, выучив все карты и став штурманом². Ему хотелось быть полезным, но пока что он даже не мог справится с противным бруском дерева, которое не поддавалось его ножу. Одно резкое неловкое движение, и из пальца юноши тихо вытекло пару капелек крови, которые он машинально стряхнул и попытался продолжить войну с проклятым бруском, однако его периферийное зрение заметило некое движение в одном из ящиков -Выходи, я тебя заметил! - крикнул Хакон, положив деревяшку на ступень и выставив перед собой свой нож. Ему не было страшно, но почему то руку потряхивало. ... Крыса замерла, увидев этот угрожающий клинок в тонкой руке юноши. Хотелось спрятаться обратно в ящик, но её заметили и теперь оставалось, только спасать бегством. Крыса последний раз выглянула из тьмы и, собравшись с духом, совершила отчаянное действие. ... Он видел эти хищные глаза, что сверкнули из ящика и ожидал, что жуткое чудовище сиюминутно напрыгнет на него, но оно вновь скрылось во тьме. Хакон затаил дыхание, тело пробирала дрожь. И тут из темноты выпрыгнула маленькая девочка, лет восьми, что в надежде найти выход, перебиралась с ящика на ящик, пока один из них не подвёл её и не обрушился вместе с ней. Хакон бросил нож рядом с практически не начатой деревянной фигуркой и осторожно подошёл к маленькой оборванке. Она испуганно забилась в угол, стараясь не делать резких движений. ... Незнакомец отложил острое орудие и направился к перепуганной крысе. Та инстинктивно забилась в единственное доступное ей место, угол. Да, именно! Люди всегда шугали её до тех пор, пока она, шипя и плача, полностью не забивалась в угол. Однако в этом парнишке было, что-то другое. В его карих глазах не читалась ни брезгливость, ни опасность, ни желание потешаться над бедной крыской. -Хей, ты кто? - ровным тихим голосом спросил незнакомец. Крыса давно ни с кем не общалась, поэтому забыла какого это. Но в памяти начали всплывать слова, которыми она когда-то могла сообщить о своих потребностях. -Во.. - она запнулась, - ..во-да.. - закончив слово, она ожидала реакцию человека напротив неё, так как не была уверена, что сказала всё правильно. -Вода? Ты хочешь пить? -Пить! Пить! - яростно закивала уже не крыса, а маленькая девочка, когда услышала другое знакомое слово, - Пить! Пить! ... Хакон видел сиротских детей, что снуют в порту, воруя еду у рабочих, за что те их и прозвали "портовые крысы", а теперь, одна из таких "крысок" сидела прямо перед ним. Он боялся оставлять её, но всё равно подошёл к бочонку с грогом, решив, что для такой малявки ром будет слишком крепок. ... Девчушка наблюдала за каждым действием незнакомца. Он полностью понял её желание и, набрав какой-то светлой жидкости не похожей на воду, протянул ей кружку с чем-то приятным. После первого глотка, она поморщилась, так как её воспалённые дёсны всё ещё болели от каменных галетов. Но с последующими глотками она уже не могла оторваться, настолько это была вкусная сладкая пряная жидкость! Девочка захлебнулась, но прокашлявшись снова начала просить этой чудесной воды. -Пить! Пить! - неугомонно повторяла она, периодически закашливаясь. Ещё одной кружки грога хватило, чтобы полностью утолить жажду. Вдруг уже не незнакомец отошёл обратно к своему опасному орудию и куску дерева. -Эй, малявка. Пошли. - подозвал он её к себе. Пусть и с небольшой опаской, но она всё же пошла за ним. Девочка не понимала, чего ожидать, но когда он присел и начал выстругивать что-то в бруске, её взор приковала плавность, с которой лезвие бороздило по древесине, оставляя после себя лёгкую белёсую стружку. ... Нож Хакона плавно отсекал ненужные части брусочка, проявляя какие-никакие детали будущей фигурки, а маленькая девочка боле не замечала, бушующего за обшивкой корабля, шторма. Присутствие друг друга успокаивало их, отвлекая от проблем и скрепляя прочными нитями зарождающуюся дружбу.