иметь друга и друг друга

Сознание окутано дымом похоти. Пара глотков алкоголя, сделанных для смелости, даёт результат в расслабленности и полной отдаче. Чимину не верится, что это происходит, но Тэхён рядом с ним пронзает взглядом, наполненным жгучим удовлетворением и гордостью за свою смелую развратную малышку. Они оба лежат друг напротив друга на животах, а между ними большой толстый член, который они облизывают, сталкиваясь языками. Ладошкой Тэхён гладит торс альфы, а ртом опускается к яичкам, щекочет языком одно за другим. Чимин облизывает налитый кровью леденец по всей длине, Тэхён следует мокрой дорожкой за ним, затем всасывает крайнюю плоть, с громким звуком причмокивая. Их общей слюны, которой они обмениваются, слишком много. Она течёт вниз к мошонке, и Тэхён подбирает языком эту смесь, проглатывая. Отзывчиво выдыхающий на их манипуляции альфа — незнакомец для Чимина, которого ему представили, как Чон Чонгук. Откинув голову на спинку разложенного дивана и чуть приоткрыв рот, Чонгук не сводит с двух омег глаз. Чимину жарко от его взгляда. Альфа красивый с шикарным телом. Волосы в беспорядке, на брови пирсинг, на ключицах тату. Устрашающий набор вкупе с аурой власти и удушающим плотным запахом. Чонгук грубо хватает отвлёкшегося Чимина за волосы, втискивая носом в член. — Возьми в рот, — приказывает так, что волоски на теле встают дыбом. Тэхён всегда нежен, а альфа… Чимин обхватывает головку, смыкая губы, и, расслабляя горло, чувствует, как его натягивают и утыкают в пах. — Как ты там, Чим-Чим? — Тэхён ласково гладит его по голове и вдруг, вплетая пальцы в волосы, начинает тянуть вверх, а затем толкать вниз. Снова и снова. Чимин старается гулять по стволу языком, пока его лишают возможности управлять собой и дышать. Глаза слезятся, он мычит, посылая вибрации, чем делает альфе приятнее и заставляет тихо постанывать. Его одобрение подстёгивает. Прикусывая губу, Тэхён завидует Чимину. Смотреть, как растягиваются розовые губы вокруг ствола, было настоящим эстетическим удовольствием — его детка берёт так глубоко, он тоже хочет, умоляюще глядя на Чонгука. — Хён, — ноет он, вжимая Чимина, и, кажется, тот открывает новый фетиш с удушьем. — Моя дырочка гудит без тебя. — Тэ-Тэ слишком нетерпеливый мальчик, — стягивая Чимина, что тут же закашливается, хрипит Чонгук. — Иди сюда. Загораясь, Тэхён забирается на альфу, припадая к шее, мокро-мокро вылизывая, и трётся ложбинкой об мокрый член. Чимин кусает губу. Горло раздражено, но это пугающе приятно. А вид блядски красивого Тэхёна врезается апперкотом в мозг. — Вставь мой член в свою подружку, Чимин. — Скорее, птенчик, — скулит Тэхён, пока его рот не замыкает поцелуем Чонгук. На грани боли от возбуждения Чимин поднимается, садясь на попу, под которой тут же становится мокро, проводит по пояснице друга, направляясь прямо к упругим половинкам, между которых виднеется бантик анальной пробки. Вытянув её, Чимин не верит своим глазам. Она, блять, огромна! Тэхён хорошо подготовился. В ход идёт смазка. Много смазки, как любят они все. Тэхён приподнимается. Чимин хватается за ствол и тычет головкой в дырочку. Поскуливая, Тэхён крутит попкой и, стоит головке протолкнуться, опускается так резко, что вскрикивает. Чимин и Чонгук гладят его лопатки, покрывают поцелуями шею, плечи. — Ты тоже, птенчик, — Тэхён поворачивается к Чимину и чмокает в носик. Прося разрешения, Чимин смотрит на альфу, что впивается руками до синяков в талию Тэхёна, вот-вот и сорвётся. Вместе с ношей, Чонгук поворачивается корпусом и ложится на спину, притягивая к груди Тэхёна: — Давай, Чимин. Чимин пристраивается, умирая от предвкушения. Он не касался себя ещё ни разу за это время, и потому чувствительность обострена. Когда он медленно входит в ранено застонавшего Тэхёна, повалившегося бесформенной ношей на плечо альфы, когда притирается к другой ощутимой плоти, а бархатные стеночки прочно прилегают к члену, то понимает, что ожидания стоили этой тесноты и тепла… Чонгук первым делает толчок, первым начинает осторожно двигаться, поглаживая щёки Тэхёна и следя за каждой эмоцией. Поначалу Чимин терпит, сжимая пухлые губы, но член Чонгука скользит по собственному, и в какой-то момент просто не получается не подхватить. Они набирают темп, долбясь то синхронно, то нет. Одаривая томными нотами своего низкого голоса, Тэхён выстанывает гласные, прогибая поясницу. Его будто разрывает, крошит в атомы, выкидывает из реальности. Он так использован и так счастлив. Два больших члена в нём, он смог принять, и так горд собой. Четыре руки ласкают, до боли сжимают и шлёпают. Стимуляция простаты доводит до слёз и разве что язык не заставляет высунуть. Одновременные толчки выбивают из лёгких воздух, вытрахивают и душу и личность. Чимин вдруг выкручивает соски, и Тэхён не выдерживает: кончает порциями белёсого. Спермы выходит так много, но толчки не утихают ни на минуту. Тэхён плачет впервые так громко, чтобы заглушить себя кусает плечо Чонгука до крови, даже хочет соскользнуть, но ему не дают. Кто-то кончает внутрь, омега ли, альфа или оба, не разобрать. А потом Тэхён сваливается ватой, теряя осознанность. Разум проясняется, лишь когда сквозь толщу он слышит тонкий голосок Чимина. Прямо перед лицом прекрасная картина: Чонгук трахает маленькую малышку. Излившись один раз, Чимин быстро возбудился. Оставив Тэхёна в прострации, они с Чонгуком, полные сил, ласкались, возбуждаясь вновь. — Котёнок, твоя очередь подставиться для своего хёна, — мурашками прошептал Чонгук, языком вылизывая рот, и завалил Чимина, закинул ноги на плечи и засадил по самое основание. И сейчас взмокший и хлюпающий, Чимин воскресает с каждым точным движением альфы. Он давно не был нижним, предпочитая быть с Тэхёном сверху. Неподготовленное нутро пульсирует от вторжения, растягиваясь под толстую плоть. Почти воя, Чимин видит очнувшегося Тэхёна, что с затуманенным взглядом опускается к его члену и заглатывает. Слишком. Слишком много ощущений. Чимин кончает во второй раз. Чонгук выходит, рукой доводя и себя и пачкая спермой омег. Тэхён сглатывает любимое лакомство и принимается слизывать с Чимина чужое семя. Спустя минут тридцать они приводят себя в порядок, вместе принимая душ. Нагими ложатся на перестеленное бельё, укрываются тонким пододеяльником. Омеги по разным сторонам обвивают альфу, глаза смыкаются и хочется спать, как вдруг щёлкает дверь. — Еб твою… — парень отворачивается и собирается выйти, но оборачивается обратно, и... блять, это Мин Юнги. — Вы, бля, все что ли перетрахались тут? — машет рукой, морщится и несётся распахивать окно. — Фу, и вонища траха ебейшая. — Ты вообще откуда? — вскидывается Чимин, кутаясь в одеяло, со страху стягивая его с Чонгука и Тэхена. А те и не стесняются своих прелестей. — Живу тут, ебать. Пиздец, эпичное появление, перчик. — Перчик? — недоумевает Чонгук. — Так это твой тот самый бывший? — Он. — Я. — Вы разве расстались, не потому что типа тот Перчик — зажатый овощ? — Какого хуя, Юнги?! — А щас смотрю и вроде не зажатый. Хули расстались? Ты че скрывал вот это от меня? — Иди на хуй. — А ты вообще как с этими связался? — Юнги не стесняется подойти ближе и вперить взгляд в два голых тела и одно укутанное. — Тэхён позвал, — привстаёт Чонгук. — Вы знакомы? — Ну, он мой первый сосед был, до тебя. — Я его на улице у общаги подобрал на первом курсе, но потом он свалил, — включается в разговор Тэхён, прилипая к Чонгуку. — А че свалил кстати? — ласкается щекой о грудь и закидывает ногу поперёк паха. — Влюбился в тебя, а ты… ну, ты в хламину тогда был, так что не помнишь, как я признался и спросил прямо, мол, как я тебе, давай мутить. А ты сказал, что я не в твоём вкусе, чтоб я не таил надежд, и всё такое. Но там грубее было. — А-а — совершенно спокойно реагирует Тэхён, пока остальные входят в новую фазу ахуя. — Че сказать, видать, я напиздел. — Так я тебе нравлюсь? — Ты пиздецки горячий. Стал бы я с тобой трахаться, если нет? Ещё и Чимином делиться… — Тэхён не договаривает, потому что Чонгук засасывает по самые гланды. — Да ты че при всех-то, дебил? — еле отпихивает Тэхён. — Да кого стесняться? — У тебя че, встал опять? — лупит глаза, а Чонгук переворачивает мир перед глазами, укладывая на живот. — Блять, да че ты… — поднимает сначала ягодицы, сгибает колени Тэхён, упираясь ими в постель, руками в подушку, и намеревается подняться. — Че ты делаешь? — и тут в его разработанное нутро вторгается Чонгук. — Мгх… — Ебать, — выдаёт Юнги, усаживаясь на полу ближе к голове Чимина, — у меня тоже ща встанет. Ну что, перчик, может, и мы развлечемся по старой дружбе? Посмотришь, как Гуки трахает Тэхёна, пока я трахаю тебя? — Хочу посмотреть, как Чонгук оттрахает тебя, пока я буду трахать Тэхёна. — А это идея, — выстанывает Тэхён, с чьего вставшего члена уже капает предсемя. — Давайте в следующий раз?