С чего начинался УКров

Эш примерно к обеду выкарабкалась из постели. Нет, она не спала. Просто лежала и размышляла о своем. До этого она даже не знала, что такое свободное время и отдых, так что теперь предавалась осмыслению последних лет двадцати своей жизни и кроватным валяниям. Маленькая вампирша с воодушевленным видом спустилась вниз по скрипучей лестнице и оглядела зал, в котором почему-то теперь было гораздо меньше света. Ей понадобилось немного времени, чтобы сконцентрироваться и понять в чем дело - на башенных окнах теперь покоились несколько тяжелых занавесок. Девочка насупилась, пытаясь построить в своей голове логическую цепочку, но давалось это с трудом. Она продвинулась вглубь зала, присела на покосившийся диван и стала болтать короткими ножками, задевая стопами ворс недавно купленного ковра. «Красный…», - тихонько протянула Эш; красный цвет ассоциировался у нее только с одной персоной, и теперь воспоминания о нем были отчего-то болезненными. Она подумала, что теперь каждый день придется смотреть на этот ковер и нахмурилась еще сильнее. В этот самый момент что-то ослепило ребенка: красный блик побеспокоил ее левый глаз и заставил повернуть голову. На белоснежном столе красовалась такая же белоснежная ваза, и один из вкрапленных в нее рубинов отражал солнечный свет. Обделенная по жизни предметами роскоши малышка изумленно приоткрыла рот и подбежала к обеденному столу, чтобы рассмотреть обновку поближе. Незамеченный поначалу цветок с алыми лепестками обдал бессмертную потоком мощнейшей энергии. По своей сути девочка была уже мертвой - у нее не билось сердце, не циркулировала кровь по венам, а в этом чудесном растении будто теплилась жизнь. Эш аккуратно коснулась пальцем симметричного со всех сторон цветка, названия которого она даже не знала. Обращенная еще раз осмотрела всю комнату на предмет еще каких-нибудь новеньких предметов, а затем с довольным личиком плюхнулась на диван и прикрыла глаза. Пришло время обеда. Арчибальд неторопливо спустился вниз, чтобы наконец пожевать чего-нибудь после долгого ночного обустройства своего пристанища. Спускаясь он заметил свисающий с подлокотника дивана розовый хвост. Он по какой-то причине начал перебирать в своей голове варианты развития предстоящего диалога пока шел по направлению к своей сожительнице. - О! Дяденька!, - Эш приподнялась и повернулась лицом к приближающейся фигуре Арчи. - Ага. А ты чего такая радостная? - Настроение хорошее. Красиво Вы тут все сделали. - Нравится? - этот вопрос он задал с долей снисхождения, словно отец, довольный тем, что его ребенок счастлив. - Все, все нравится! Разве что ковер… он… красный. Оборотень бросил строгий взгляд на огромное ворсистое полотно, а после на девочку, которая скривила губы и отвела взгляд в сторону. - Завтра же пойду и сожгу его, - Келев подался в сторону цели, как вдруг холодная рука схватила его за запястье и потянула в обратном направлении. - Нет, Вы что!!! Не надо ничего сжигать. Это же просто ковер, так? Эш натянула дежурную улыбку, позволяющую обычно втереться в доверие к противнику или жертве. Мужчина слегка удивился, потом помялся немного и сдался. Разве он мог пойти на принцип и не сделать так, как она просит? Четвертый уже думал о том, что слишком балует свою гостью, однако пока что она - единственное существо, способное разогнать его волчью тоску и усталость, так что он был готов пойти на это ради нее. Вообще все это было как-то странно: они ничего не знают друг о друге, почти не общаются, принадлежат совершенно разным мирам… С чего бы оборотню заботится об обращенном ребенке, с чего бы им вообще жить под одной крышей, с чего бы ему тратить, возможно, свои последние монеты на занавески? Множество вопросов и отсутствие каких-либо ответов. - Даже не поблагодаришь? - Арчибальд скрестил руки на груди и посмотрел на девочку исподлобья. - Спа.. спасибо? - Умница. Она поглядывала на него из-за покарябанной спинки дивана, спрятавшись почти полностью и оставив только верхнюю половины головы шпионить за собеседником. Волк ухмыльнулся и взглянул еще раз на большие рубиновые глаза вампирши, в которых читался не то испуг, не то печаль, а может даже смущение. Он по-отечески поцеловал ее в лоб, поддавшись мимолетному желанию, которое вдруг стало важнее всего происходившего и происходящего, важнее здравого смысла и чистого разума, такое ценное для него самого и непреодолимое для волка внутри. В этот момент Эш словно потерялась в своем собственном сознании. Она заблудилась в воспоминаниях, а гул голосов непонятного происхождения за долю секунды свел ее с ума. В следующее мгновение перед лицом появилось будто бы отражение ее собственных глаз, которое всеми силами и несилами пронзало насквозь ее существо и сотрясало воздух вокруг. Девочка до того испугалась, что дернулась и ударила рукой прильнувшего к ней Арчибальда, оставив одним из своих ногтей на его щеке тонкую царапину. Молчание. - Я не хотел тебя напугать. - Вы и не пугали. - А что тогда? - Не скажу. Вампирша тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Келев, не теряя самообладания, стал накрывать на стол - в этот раз на две персоны. Они одновременно уселись за дубовую столешницу по обе стороны; им не нужно было объясняться друг перед другом и заводить разговоры на такие темы, так что обед сопровождался тишиной. Девочка посмотрела на бутыль с кровью и лежащий рядом деревянный цветочек на деревянной тонкой ножке, предназначение которого ей было непонятно. Она, косо поглядывая на неизвестный предмет, взяла бутыль со стола и медленно поцедила содержимое. - И как она? Я имею в виду кровь. - Остывшая. Как будто что-то подмешано. - Ферменты. - Что это? - Неважно. - А это? - Что? - Цветочек на шпажке. - Сама как думаешь? Эш тяжело выдохнула, так как в итоге применение этой «штучке» ей приходилось придумывать самой. Она взяла деревяшку, покрутила немного в руках, а затем вставила в прическу так, что розовые лепестки из древесины красовались прямо над ее слегка вытянутым бледным ухом. Девочка развела руки в сторону и пожала плечами, дожидаясь одобрительного или не совсем ответа от оборотня, который прикрыл покрасневшие щеки рукой и едва сдерживая умиленный смех прохрипел: «Дада, именно так…». Эш слегка улыбнулась и подумала о том, что стоит позже принести что-то вкусное для Арчи и извиниться за давно зажившую на щеке царапинку, которая если и причинила ему боль, то точно не физическую.