Congratulations

Раннее утро. Марк сидит в аэропорту и отчаянно зевает, посылая все возможные проклятия на голову того, кто назначил рейс Таллинн-Москва на восемь утра. Ведь наверняка же можно было полететь днем. Хотя, в этом есть своя логика. Чем раньше они прилетят, тем больше времени у Марка будет на отдых. Ладно, может это было и правильное решение. Так, с одной неприятной мыслью покончено. На ее месте тут же возникает другая. Марк вздыхает и картинно запрокидывает голову. Его собственный разум не дает ему ни минуты покоя, и в памяти вновь всплывает их вчерашний разговор с Андреем. Светлана Владимировна открыто косится на него, пока он рассеянно листает переписки в телеге. Марк никак не может заставить себя открыть ту, что с Женей. Он обещал себе, что сегодня не будет сразу тратить всю зарядку телефона. Что ж, видимо, все-таки, не судьба, учитывая, сколько времени он уже провел, уставившись в экран. Марк знает, что Жене уже наверняка лучше. У Андрея есть эта волшебная сила – и в особенности над Женей. Марк улыбается про себя. И надо мной. Он мотает головой из стороны в сторону, пытаясь избавиться от тягучего теплого чувства, медленно разливающегося внизу живота. Нет, в моем случае все по-другому. Но Марк так до сих пор не поговорил с Женей. Палец зависает над перепиской, но разум все никак не может придумать что-то достойное, не может освободиться от парализующего его чувства тревоги. Он чувствует настойчивый взгляд Светланы Владимировны и понимает, что он, сам того не осознавая, начал постукивать ногой по полу. Марку хотелось бы подольше насладиться счастливыми эмоциями от победы, но сегодня, проснувшись засветло, он мгновенно все осознал. Все закончилось, пора возвращаться домой. Марк проклинает себя за то, что у него нет такого дара слова как у Андрея. Так, чтобы после разговора с ним человек видел все так, как оно есть, а не в лучшем или худшем свете. Он раздраженно блокирует телефон и понимает, что заработал себе еще один взгляд, когда театрально наклоняется вперед и опирается локтями о чемодан. Это нормально – он устал, а сейчас раннее утро. Он расслабляется и решает, что все будет хорошо и что Женя поймет, если Марк напишет ему попозже. Да, это и вправду не так уж важно. Все не так уж важно. *** Так, Марк, все хорошо. Это легче, чем ты думаешь. Женя не обижается, просто отправь это дурацкое сообщение и прекрати грызть себя. Это такое плевое дело. Марк ненавидит, как много места оно занимает в его голове, особенно учитывая, что скоро его мозг будет перегружен совсем другими вещами. Марк не дурак. Он знает, что сейчас федерация благоволит ему, и ему следовало бы быть более благодарным за такое особое внимание. Но то, что он чувствует, думая о федерации, совсем не похоже на синий, зеленый и золотой. Во время обратного полета они ни словом не обмолвились об этом, и Марк не знает, почему – может Светлана Владимировна таким образом пытается защитить его от стресса? Зато Марк точно знает, что на Олимпиаде ему придется катать четыре раза. Он будет выступать в команднике – Федерация выбрала его, пусть еще и не официально. Марк не знает, как ему к этому относиться. Пока больше всего в нем чувства вины. Он снова будет бороться за медали, пока друзья будут смотреть со стороны. Марк останавливает поток своих мыслей и берет себя в руки, чтобы наконец написать и отправить это проклятое сообщение. – Женя, привет. Прости, что не написал сразу. Я знаю, что ничего из того, что я сейчас скажу, не заставит тебя почувствовать себя лучше. Я не хочу писать что-то вдохновляющее или мотивирующее и так далее. Я просто чувствую, что должен тебе написать. Спасибо за твое выступление на мире в прошлом году. Ты потрясающий, ты заслуживаешь это настолько же, насколько и любой из нас. Не унывай. Если что, я всегда рядом. И передавай привет Андрею)) Ого, действительно, не так уж и сложно. Все равно как-то тупо вышло, но в целом сойдет. Наконец-то можно будет забыть об этом. Марк смеется от облегчения. Шея и спина болят от дурацкой позы, в которой он снова каким-то образом очутился. Он перестает сутулиться и переворачивается на живот. Его взгляд падает на полки с юниорскими трофеями. Он снова начинает думать. Скоро у него будет шанс побороться за еще одну медаль. Будет тяжело, он знает. Нужно быть сильным, но он знает, что будет тяжело. Голова начинает кружиться. Все, хватит об этом на сегодня. Сейчас у него выходные, и нужно насладиться ими по полной. Уже через день Марк устает от одиночества и приезжает в ЦСКА, даже несмотря на то, что у него выходной. Все поздравляют его, дарят ему подарки. Дети встречают рисунками, друзья – цветами. Два выходных проходят на удивление гладко. Все мысли об Олимпиаде успешно сведены к терпимому уровню тревоги. Под вечер второго дня он заходит в комнату, в руках – груда подарков. Цветы он оставил внизу, мама с ними разберется. Марк аккуратно складывает все на стол. Потом надо будет найти им достойное место на одной из полок. Он вздыхает и падает на кровать. Он снова чувствует себя благодарным, и это приносит ему облегчение. Он так боялся, что это чувство... пропало. Опять. Не в силах оставаться на месте, он вскакивает, садится за стол, и машинально тянется за этюдником и карандашами. Скорее, Марк, скорее. Он вырывает одну страницу, потом вторую, комкает лист, исчерканный синим, и бросает его поверх детских рисунков. Может, это опять было не взаправду? Это чувство благодарности. У него больше не получается воплотить его в жизнь. Раздражение нарастает, Марк чувствует себя как в тумане. Он со злостью отбрасывает синий карандаш и откидывается на спинку стула. – Как-то жалко, не думаешь? – произносит он вслух. Как бы ему хотелось, чтобы кто-нибудь вдруг пришел бы ему на помощь, вытянул его из страшного водоворота, грозящего захлестнуть его. Он пытается найти баланс между своим рациональным сознанием и вихрем отрицательных эмоций, который ворвался в него как из ниоткуда. Он уже испытывал такое раньше, и каждый раз чувствует себя ужасно глупо. Но разумеется, никто не пишет и не приходит. Это Марк всегда первым протягивает руку помощи. Когда Андрей не мог перестать плакать после чемпионата России в прошлом году. Или когда Женя буквально несколько дней назад, на одной из последних тренировок, выглядел так, будто настал конец света. Марк всегда готов помочь. Сам он сейчас точно не будет никому писать, тем более, что все эти страдания из-за того, что он не смог нарисовать то, что хотел. Это так невероятно глупо. – Какая же у тебя дурацкая башка, – снова бормочет он про себя. На улице уже темно. Марк потерял счет времени – возможно, сейчас только шесть вечера, но ему уже хочется спать. Марк просыпается от стука в дверь. Он спускается вниз, ужинает, и остаток вечера проходит как обычно. Завтра ему снова на тренировку. В голове такая тяжесть, что он вновь проваливается в сон. *** Марк выбрал место у окна. Они летят в Красноярск, и он, Андрей и Женя играют в увлекательную игру, которая заключается в том, что Марк делает вид, будто не замечает, как голова Андрея незаметно ложится на плечо Жени, а Женя время от времени бросает на него взгляд, чтобы проверить, не заметил ли он. Марк улыбается, прислонившись головой к окну. Напряженные тренировки последних дней не позволяли его мыслям вновь разыграться. Чтение новостей, каток, обед, вновь каток, вновь еда, соцсети, сон, и опять по новой. Только не рисование – он оставил этот чертов этюдник на столе и не прикасался к нему всю неделю. Все же он решил, что возьмет его с собой в Красноярск и в Пекин. Это пройдет, вдохновение вернется, ему просто нужен перерыв. В его плотном графике нет ни минуты на экзистенциальный кризис, и Марк очень этому рад. Все шло хорошо, а потом все пошло к черту. Миша заболел короной и никуда не полетел. Женя все равно готовился ехать на сборы, как первый запасной. А теперь он официально поедет на свои первые Игры. Слава богу, у него тест оказался отрицательным. И видимо, Андрей воспринял это как достаточную гарантию, чтобы сесть рядом и бессовестно заснуть у него на плече. Марк с трудом удерживается от смеха. Он оборачивается, чтобы посмотреть на Женю, который, похоже, вот-вот присоединится к уже спящему Андрею. Потом он ловит взгляд Саши, сидящей на другом конце ряда, и беззвучно шепчет ей: «Так мило, правда?». Она ухмыляется и возвращается к сериалу, который они смотрят вместе с Аней и Ками. Марк обещает себе по максимуму воспользоваться этой поездкой и ежедневно донимать друзей вопросами о статусе их отношений. Ведь говорят же, что Олимпиада – это праздник? Значит и Марку можно немного повеселиться. *** Марк замечает приближение Светланы Владимировны только когда она садится через два места от него. Рядом, но не слишком близко. После тренировки он решил остаться посидеть на трибуне. Они уже оттренировались, первыми на сегодня. Такое ощущение, что Светлана Владимировна всегда пытается забронировать самое ранее время – не только для тренировок, а вообще всегда. Андрей приехал на каток чуть позже, и он все еще там, внизу, на льду. Марк думает о замкнутом и отстраненном выражении лица Андрея, которое он заметил, пока они пару минут вместе находились на льду. Ему хотелось подойти, поговорить, но тренер Андрея все что-то ему втолковывал, и Марк решил подождать до конца тренировки. Похоже, что Андрей плохо переносит акклиматизацию. Он уже пару раз упал, и сальхов все еще не идет. – Как самочувствие? – спрашивает Светлана Владимировна. Марку не удается подавить зевок: – Устал. – признается он со смехом. Светлана Владимировна улыбается. – Да я вижу. А в остальном? Это только второй день на сборах в Красноярске, не считая дня приезда. Настоящие тренировки начались вчера, и у всех дела идут не ахти. Кроме девочек. Марку даже страшно представить, какой психологической устойчивостью они обладают, как им удается оставаться такими невозмутимыми. Они словно запрограммированы. Здесь, в Красноярске, все такое серое, и у Марка ощущение, что ему нечем дышать. Но это не так важно. Утренняя тренировка прошла уже вполне неплохо. – Хорошо, – рассеянно отвечает он. – Я... мне кажется, мне нужно больше... дышать, между прыжками. Мне в какой-то момент во время проката показалось, что я вообще не мог дышать. Марк отводит взгляд от Андрея, чтобы взглянуть на Светлану Владимировну. До этого, во время разговора, он не осмеливался посмотреть ей в глаза. Она протягивает ему ладони: – Дай сюда руки. Марк послушно исполняет ее просьбу. Она крепко, но заботливо держит его руки, и Марк чувствует, как легко и просто, словно дуновение ветра, его дыхание становится плавным и спокойным. Он чувствует как по спине пробегает холодок, и замирает, расслабившись. Марк вновь поднимает на нее глаза, на этот раз с большей уверенностью, и думает о том, что он бы точно пропал, если бы ему в жизни не повезло встретиться с ней. – Спасибо, – тихо говорит он. Она сдержанно улыбается. – Выше нос, Маркуш. Он кивает, а затем вновь возвращается взглядом на лед, когда слышит уже привычный звук падения. Марк вздыхает. Похоже, кое у кого проблемы посерьезнее, чем у него. Через несколько минут появляется Алексей Николаевич, а вслед за ним Женя. Уверенность в его походке удивляет, но уже через несколько минут, после падения и пары бабочек, от этой уверенности не остается и следа. Довольно грустное зрелище. Оно лишь ухудшает ощутимое напряжение, повисшее над их троицей. – Мне кажется, им тоже не помешало бы развеяться. – рассеянно замечает Марк. Он оборачивается, но Светланы Владимировны уже нет рядом. Андрей выходит со льда, на лице – отчаянно-непроницаемое выражение. Марк бросается к нему. У него только что была ужасная тренировка, а на лице – ни малейших эмоций. Марк думает, что ему стоило бы поучиться у Андрея умению отстраняться от реальности. – Андрюш! – зовет его Марк, прежде чем тот ускользнет из виду. Похоже, именно это он и намеревался сделать. Марк ждет момента, когда Андрей заметит его. Как и обычно, он приветствует Марка слабой улыбкой, никогда не позволяющей понять, что же скрывается за ней. – Ну что, как дела? – неуверенно спрашивает Марк. Андрей не смотрит ему в глаза, его взгляд блуждает где-то над плечом Марка, на льду. – Честно говоря, не особо. – вздыхает Андрей, впрочем, не теряя своей вежливой улыбки. Он всегда говорит так, словно не хочет никого беспокоить, но он не умеет лгать. Это всегда трогает Марка, – обезоруживающая честность Андрея в сочетании с присущей ему закрытостью. Он скажет немного, но он всегда скажет правду. Марк уверен, что сегодня ему не удастся ничего из него вытянуть, поэтому решает сымпровизировать. – Не хочешь сегодня вечером поиграть в карты? Или во что-нибудь еще... просто отвлечься, чтобы не сойти тут с ума. У Марка ощущение, что это самый простой способ добиться от него хоть какой-то информации. О Боже, надеюсь, это не из-за Жени... Улыбка Андрея становится шире. – Я, конечно, буду не в настроении – сейчас только пол-девятого, а у меня ощущение, что уже весь день насмарку. Но давай попробуем, звучит неплохо. – Я тоже долго не протяну, не волнуйся, – усмехается Марк. Андрей собирается уходить, и Марк быстро прибавляет: – Андрюш, и Женю тоже захвати, ладно? Андрей слегка краснеет. – Да, конечно, – отвечает он с неловкой улыбкой и ускоряет шаг, стараясь догнать тренера, который уже ушел вперед. Марк вздыхает, и тревога, сжимающая ему грудь, немного спадает. Андрей просто устал, как и он сам. У них все будет хорошо. Не может не быть. *** «Россия везет в Пекин очень сильную сборную, которая может завоевать медали в женском и парном катании, в танцах на льду, а также в командных соревнованиях». Марк горько усмехается, когда читает этот твит от ISU, опубликованный сегодня утром. Как будто они лично понаблюдали за их провальными тренировками, тут же доложили об этом наверх и там их уже списали со счетов как неудачников. – Марк, ну это же ты нас позвал! Мог бы хоть для приличия сделать вид, что тебе не все равно на мое аниме, – жалуется Женя преувеличенно обиженным тоном. Марк поднимает взгляд от телефона. Честно говоря, ему абсолютно все равно на Женино аниме. Женя с Андреем завалились к нему в комнату полчаса назад. Посмотрев друг на друга, все трое поняли, что безумно устали, и что игра в карты была бы слишком мозгозатратным предприятием. Женя радостно предложил посмотреть недавно вышедшие серии его любимого аниме. Женя и Андрей устроились на диване, и Марку, с его кровати, открывается прекрасный вид на них. Комнаты-то не слишком просторные. Марк решает воздержаться от замечания о том, что Андрей тоже не выглядит особо заинтересованным, поскольку он гораздо больше времени проводит, смотря на парня рядом, чем на экран. Нет, надо действовать хитрее. – Извини, Жень. Расскажи мне сюжет, я буду слушать, обещаю. Хотя нет, ты смотри свою серию. Пусть лучше Андрей расскажет. Андрюш, как тебе аниме? В комнате мало света, но Марк все равно умудряется разглядеть убийственный взгляд Андрея и его покрасневшие щеки. Женя на время отрывается от экрана и выжидающе смотрит на Андрея. Тот абсолютно потерян, не знает, куда смотреть и что говорить, и на долю секунды Марк почти жалеет, что поставил его в такое положение. – Я... мне нравится. Сюжет классный... Марку интересно, купился ли Женя. Даже если и нет, он этого не показывает. Он весь сияет, когда переводит взгляд на Андрея, и тот улыбается ему в ответ. Марк ни о чем не жалеет. Он улыбается, кладет телефон и пытается сосредоточиться на концовке серии. Сейчас ему не нужно думать об Олимпиаде. Сейчас он со своими друзьями, в маленьком, но уютном номере отеля, где-то в Сибири. Сейчас он абсолютно счастлив.