Судьбе наперебой, а любви по пути

       По приходу в лабораторию, к Роме подошёл Бастиан, что начал что-то тараторить про то, что скоро они встретятся с Джодахом и одолеют его. Не было ни единого упоминания похищенного правителя Преисподнии. И почему-то именно в этот момент шатена охватила такая злоба, что он совершенно забыл о том, что Полубог слышит всё, что происходит вокруг воина. — Ладно, это понятно. А что с Люциусом? Когда пойдём искать его? — в голосе слышится явное непонимание, ведь все ещё должны помнить о пропаже Божественного сына, но даже Волонд не подаёт признаков долговечной памяти о лучшем друге.        Старик лишь покачал головой, не давая положительного ответа. — Всему своё время, Лололошка. Да, ты переживаешь за него, но‐…— магу не дали договорить, перебивая его речь возмущениями и раздражёнными возгласами. — Как ты можешь так говорить?! Бастиан, я всё понимаю, но бездействий Ордена понять не могу! Воланд, ты ведь должен понимать, что они неправы, отводя поиски нашего общего друга на второй план.— шатен с надеждой глядит на демона, от которого не слышит и звука. Он тоже полностью поддался гнёту Ордена, настолько что даже не может никак согласиться со словами мироходца.— Ясно всё. Знаете что? Пусть Джодах прикончит вас и уничтожит это жалкое пристанище никчёмных магов, что одержимы всего одной целью, совершенно не обращая внимание на другие проблемы! Вы до сих пор не понимаете? Этот крылатый всё знает о ваших планах и о том, готовы ли вы к встрече! И лишь ему известно когда нужно явиться, чтобы расправиться со всеми! Знаете что? Я потерял уже достаточно родных и близких, и проходить по одному и тому же пути страдальца не собираюсь. Вы даже понятия не имеете сколько нужно стойкости, чтобы не сломаться под гнётом вечных смертей и унижений. Уверен, что и в этом мире меня просто используют для достижения тех целей, которых вы сами не можете достичь. «Не можешь прыгнуть выше головы — попроси того, кого не жалко», да? Так устроен Орден? Или я что-то не так говорю? Вы даже представить не можете, насколько я уже устал мириться с тем, что меня вечно используют как инструмент. Расходный материал, понимаете? Хотя с чего бы вам понять это, если никогда не испытывали такой судьбы на самих себе. Простите конечно, но более дел с вами иметь я не собираюсь. Ведь с поисками Люциуса вы помогать не собираетесь, я правильно понимаю? Что ж, ладно, найду его сам. Прощайте, кучка недоумков.— парень телепортируется домой, не спеша разжимать плотно соединённые зубы. Да, его можно понять, но принимать такое решение было глупо, ведь как он сам сможет найти и вытащить Полубога из Тюрьмы Времени? Ладно попасть туда, но ведь нужно будет найти место, где сидит правитель Преисподнии и выяснить как же освободить его. Но даже невзирая на это, мироходец вынужден действовать и думать самостоятельно.        Руки были плотно сжаты в кулаки, да так, что ноготки впивались в кожу внутренней стороны ладони. Парень был зол. Эмоции настолько сильно переполняли его, что он действительно забыл, что весь диалог и спор, возникший у него с Бастианом, прослушивался. Но это сейчас явно не волновало Лололошку. Ему было плевать что и как теперь о нём будут думать в Ордене, друзья и Полубог, из-за которого и завязалась эта ссора. За всё то время, что Рома пробегал по разным заданиям в разных мирах, он понял лишь одно: хочешь сделать то, что считаешь нужным, — делай это сам. Ведь никто не поможет тебе, но ты им всегда. Таковы правила всех миров. Такова судьба мироходца, была, есть и будет.

* * *

Ты знаешь отныне всё, что нужно было. И я рад, что теперь ты можешь обращаться ко мне напрямую, хоть и не сможешь получить ответ сразу. Но я слышу, что ты идёшь в Орден, что разговариваешь с Бастианом. Одно только не даёт мне покоя. Почему ты не рассказывал никому о том, что происходило с тобой ранее? Ты терял дорогих, был использован и это лишь малая часть того, что ты пережил. Верно? И как же тебе удаётся держать это всё в себе? Знаешь, я не силён в людской психологии, но если тебе нужно будет кому-то высказаться, то я буду не против выслушать тебя. Для этого, вроде как, и нужны друзья, верно? Ты делаешь слишком много для остальных, знаешь ведь. Перегружаешь свой организм. Вы, людишки, слишком хрупкие. Пусть ты и являешься мироходцем, но это не отменяет твоей человеческой сущности. Знаю, что это покажется странным, но мне хочется защитить тебя. Хотя, как иначе? Ты ведь уже ломаешься под гнётом всего того, что испытываешь. Рано или поздно ты доведёшь себя до совершенно плачевного состояния. И тебе не нужно пытаться искать меня, ведь мы скоро и так встретимся. Отдыхай, дорогой друг. Тебе пригодятся силы, ведь просто принять всё то, что узнаешь при встрече, у тебя не получится, а оно должно остаться в твоей памяти даже через тысячу лет. Будь готов, Лололошка, ты не скроешься от меня даже в другой вселенной, знай это.

* * *

       Шатен продолжает сидеть на кровати, в попытках заглушить злобу и нервозность. Но как, если он сказал чистую правду? Никто не поймёт его, никто не узнает о его боли. Единственный, кто знал об этом был Междумирец, но он унесёт эти тайны с собой на тот свет. Есть ли он у них, или они просто растворяются в пустоте? Если второе, то как это происходит? Хотя, наврятли Рома хотел бы лицезреть смерть ещё одного своего друга. Он и так уже видел достаточно за все те года, что пробыл в других вселенных. И нарушал собственные рамки, чем причинил себе ещё больше боли. Но он идёт дальше, откладывая в памяти все те смерти, которые видел. Он запоминает и готовится мстить виновным. Надо же. Тот, кто вечно всем помогает, в голове прорабатывает план мести. И почему же это казалось ему сейчас таким странным? Неприятно лицезреть собственных скелетов в шкафу и осознавать беспомощность во всех ситуациях, верно? Вот и мироходец так же считал. Но стоит ли ему сейчас каяться? Это не имело бы особого смысла, ведь он и Богам этого мира даже не верит. Зачем же делать бессмысленное, если всё-равно не поможет? — Люциус, как ты думаешь, я идиот? Сожалеешь о том, что мы познакомились? Как бы то ни было, я не сожалею. Ты — единственный, кто не использовал меня направо и налево. Будь ты сейчас рядом, я бы обнял тебя так крепко, насколько это возможно. Пусть все новые знакомые в этой вселенной стали мне дороги, но ты навсегда останешься ярким пятном в памяти. Учти, что будешь слышать это ещё ни раз. Надеюсь, что мы скоро встретимся. — воин всё же вспомнил о существовании Полубога и обратился к нему. Пусть и знает, что ответ получит не скоро, но это не волновало его так сильно, как создание плана по поискам друга. Шатен устал страдать от того, что друзья погибают. Он не мог позволить себе допустить ещё одну смерть.

* * *

Слышу твою дрожь в голосе. Тебе трудно, знаю. Сколько бы ни прошло времени, но память о тебе останется навсегда. И стоп, ладно? Не нужно тебе никуда уходить. Я всё-таки обещал, что мы будем править вместе, помнишь? Не допущу того, чтобы ты ушёл, так и не приняв мою благодарность за твою помощь. Даже если соберёшься куда-то уйти, то не позволю. Не рассчитывай, что сможешь тихо улизнуть в другой мир, ясно? Если когда-то, в момент моего отсутствия, почувствуешь ветер с северной стороны, то жди скорой весточки, мой дорогой друг.