10
17 сентября 2022 г., 05:18
Вечер прошел относительно нормально. Уизли особо не раздражал, Грейнджер во всю болтала об отвлеченных вещах, а Гарри просто наслаждался атмосферой. Конечно, Драко не смог удержаться от показательного поцелуя, от чего Рон поперхнулся сливочным пивом и долго кашлял. Забавно. Но придя домой, все настроение легкости тут же пропало. Поттер, о чем-то задумавшись, сразу поднялся в свою комнату, и Драко был предоставлен самому себе, чему был несомненно рад.
Грейнджер… Проект «Кровь не имеет значения»… Тебе просто нужно быть послушным…
Он усиленно собирал кусочки пазла в голове, боясь оставлять следы на бумаге. Что она задумала? Что они задумали? Надо найти основную цель, понять какова его роль в этой всей суматохи, а потом отталкиваться. Ему нужно было больше информации, определенно. Уизли, возможно, что-то знает. А может и нет. Его реакция, на то, что Гарри и Гермиона часто проводят много времени, говорит о беспокойстве. Или о ревности. Замешаны ли тут просто чувства или действительно здесь что-то не так?
Метка определенно связана с Поттером. Драко знал об этом, но неизвестно откуда. И ему казалось, что у него тоже должна быть такая метка, как будто видел ее, но ее не было. А еще смерти, о которых пишут газеты. Взаимосвязаны ли они с несчастными случаями в Хогвартсе? И самое главное, с чего начать?
Малфой уставился на окно, пытаясь найти там хоть какой-то знак. Но ветер бездушно гонял какую-то газету по тротуару, фонарь одиноко освещал пустынную улицу, и ни одной гребанной души, словно все вымерли. Небо было затянуто темными тучами и казалось, что они находятся в каком-то закрытом куполе, оторванный от всего мира. Драко набрал побольше воздуха в легкие и шумно выдохнул через нос. А может просто сбежать?
Но он не может бросить Гарри! Драко попытался представить свое будущего без него и… не смог. Все его тело — сплошное напоминание о Поттере. Мама все время спрашивала бы о нем. Общие знакомые так или иначе выдавали бы информацию о том, как поживает Золотой мальчик. А может вообще уехать из страны? И даже в этом случае Драко все равно не сможет сбежать от этого до конца, потому что… от самого себя не сбежишь.
И снова мысли не о том.
Малфой бросился на кровать, утыкаясь в серый потолок. Его пальцы правой руки расстегнули рубашку и потянулись к змейке, чувствуя от нее еле исходимый поток тепла. Или это было тепло его тела, но не суть. Главнее было то, что она скрывала за собой. Метка — контроль — подчинение. Мысли приходили очень тяжело, словно были заблокированы, словно кто-то запрещал ему думать, но Драко старался найти какую-либо связь. Кто-то хотел его подчинить, и это либо Грейнджер, либо Поттер. Его память теперь ему не принадлежала. Его тело ему не принадлежало. Он сам себе уже не принадлежал.
А когда-нибудь он принадлежал самому себе?
Кому может понадобиться несостоявшийся Пожиратель Смерти? У него нет ни былой репутации, ни состояния, ни планов на жизнь. Что он может сделать в этом гребанном мире, если он даже не в силах отказать Поттеру?
Мысли снова рассеялись и потеряли основную ниточку, и Драко не о чем больше не мог думать, как о Гарри. Его безумно тянуло к нему, и немного поборовшись с самим с собой, он встал с кровати и направился в комнату Гарри. Тот сидел в расслабленной позе, что-то увлеченно читал, закинув ноги на стол.
— Драко? — удивленно спросил Поттер, отрываясь от чтения.
Он ничего ему не ответил. Драко просто подошел к нему, отбирая книгу, и развернул его к себе. В глазах Гарри на секунду промелькнуло удовлетворение, и слизеринец, словно зачарованный поддался вперед, чтобы ощутить вкус поцелуя на своих губах снова.
***
— Уже соскучилась? — поинтересовался Малфой, стоило Грейнджер появиться на пороге их дома. — Безумно, — в его тоне ответила она. — Где Гарри? У нас сегодня встреча с Министром. — По вашему проекту, я полагаю? Не расскажешь поподробнее, пока он купается в ванной? Или желаешь присоединиться к нему? — Очень смешно, твоя ревность совершенно не имеет смысла, — присела она на кресло, расположенный напротив дивана. — Но если тебе интересно, не откажусь поделиться с нашими мыслями. — Ну, рассказывай, заодно и речь порепетируешь, — повелительно махнул рукой Малфой, призывая с кухни две кружки чая, который он приготовил заранее. — Тебе все равно надо будет ознакомиться с этим потом. Просто мы с Гарри посчитали, что для начала нужно дать тебе время, чтобы привыкнуть ко всему, а потом уже вводить в курс дела. — Вот как? А если мне это покажется неинтересным? — Да ладно, Малфой! Вот кто-кто, а ты точно не откажешься! Итак, цель проекта — объединить все слои Магического общества, чтобы предотвратить появления будущих Темных лордов. — Звучит не очень, — фыркнул Драко. — Ты собираешься слушать? Если нет, то так уж и быть, присоединюсь к Гарри в душе, — скрестила руки на груди Гермиона. Парень опасно сузил глаза и откинулся назад, повторяя за ней ее движение, так же скрещивая руки. — Чтобы произошло объединение, нужно дать понять всем, что мы похожи, и у нас цель — процветание магического мира. Маглы нам не враги, но и не друзья. Нейтрал — лучшая позиция в данном случае. Стоит обновить Статут Секретности и добавить некоторые пункты, а также пересмотреть законы и поставить некоторые из под вопрос. К примеру, закон о том, что нельзя пользоваться палочками на школьных каникулах? Вот ты пользовался палочкой вне Хогвартса? Можешь не отвечать, этот закон игнорируется постоянно, каждый день, им пользуются только тогда, когда удобно. Ты знал, что Гарри чуть не исключили из школы перед пятым курсом, потому что он использовал магию при маглов и защищался от дементров? Что за бред? — Вижу по твоему лицу, что не знаешь, хотя я думала, многие знали об этом. Видимо решили не распространяться. Но это я к чему… Этот закон, конечно, логичен в магловских семьях, где родители не могут уследить за ребенком и не смогут ничего предотвратить, но в чистокровных семьях? Ты — один из таких детей, который, наверняка, что-то да учудил в детстве, но прибежали родители, домовики и все исправили. Не так ли? — Да, но к чему ты ведешь? — А к тому, что когда пришло время для борьбы с Волдемортом, кто пошел против него? Орден Феникса, который насчитывал около двадцати людей, половина из них были детьми. И если бы, мы, не нарушали все эти законы и послушно делали то, что приказывало нам Министерство, то вряд ли мы смогли одолеть его. Пока все на каникулах отдыхали, мы с Гарри и Роном думали и готовились. Пока все думали об обычных мелочах, мы изучали все подряд, не зная, что именно нам пригодиться. Школьная программа сильно ограничена. О школьной программе я расскажу потом, но теперь перейдем к важному. Дети. — Что дети? — не понял Драко, пытаясь вникнуть в поток слов. — Дети, которые рождаются в магловских семьях. Полукровки и грязнокровки, как ты любишь говорить, — рассмеялась она, и Малфой поежился от ее смеха. — Попав в Магический мир нежданно-негаданно, они сталкиваются с многими проблемами: от незнаний мелочей до буллинга. Они не расторопны, они растеряны, они не такие. И чтобы признали здесь, в Магическом мире, очень сильно нужно постараться. Или помочь героям победить злодея. И не все выдерживают этого отношения к себе. Я специально покопалась в документах и нашла кое-какие сведения про ушедших из мира волшебников людей. Так и рождаются сквибы, полукровки или те же самые грязнокровки спустя сколько-то поколений. И здесь начинается самое вкусное, обожаю говорить об этом. Как мы все знаем, Волдеморт — полукровка. И он ненавидел маглов. Почему? — Потому что… они не достойны нас, — вяло произнес Драко заученную фразу. — Ага, вот именно. У них нет магии, поэтому мы стоим на голову выше, чем они, но и они могут быть опасными. Они изобретают оружия, ядерные бомбы, и прочее. И если Взять всех маглов на земле и наше Магическое общество, как думаешь, кто победит? Они возьмут нас количеством, — усмехнулась девушка. — И то, что дети рождаются в магловских семьях, могут случайно использовать магию — это опасно. Конечно, появляется отряд авроров и стирают память, но это недостаточно. Страх перед магией остается, кто бы что ни говорил. И когда-нибудь это вылезет нам боком. Этого боялся Волдеморт. Он жил в магловском приюте на протяжении одиннадцати лет и знает, на что они способны. Он видел всю сущность маглов и остерегался, собирая свою армию, чтобы быть наготове. — Грейнджер, я не понимаю к чему ты ведешь, — взмахнул руками Малфой. Это было действительно интересно, но слишком запутано. — Сейчас-сейчас, я действительно много говорю. Я хочу предложить забирать всех детей-волшебников прямо с рождения и воспитывать их здесь. Это раз. Во вторых, разделять детей по способностям, а не по характеру. Никогда не понимала этого распределения. И в-третьих, никаких распределений по крови и дать понять магическому миру, особенно чистокровным, что если они и дальше продолжат хвататься за чистоту крови и смешивать рода между собой, то они скоро вымрут. Признайся, вас осталось ничтожно мало, а Магический мир слабеет. К примеру, полукровка Том и полукровка Гарри на порядок сильнее, чем все главы чистокровных Родов вместе взятых. — Но! — попытался возразить что-то Драко, но не смог. — Подумай над моими словами. Представь, если бы в Хогвартсе не было распределения между собой, различий, то что тогда? Ты бы не был высокомерным засранцем, я не была бы грязнокровой-клушей, возможно мы могли бы подружиться. И представь: два умнейших ученика на потоке сошлись, и какие проекты они могли воплотить в жизнь? Но мы все были заняты вопросом: как бы задеть друг друга посильнее. — Если общество увидит, что магглорожденная героиня войны, Спаситель-полукровка и чистокровный Пожиратель Смерти вместе работают над проектом без всяких эксцессов, стараясь улучшить условия для них же, как думаешь, сколько человек нас поддержат? Да и еще в не такое простое время, когда маги умирают неизвестным способом? Захотят ли они пойти за нами и попытаться сохранить этот мир? — раздался полушепот, больше похожее на шипение, прямо над ухом Драко, что тот застыл, слушая Гарри до конца. — Звучит немного… — Мы понимаем, что это пока слишком для общества, поэтому даем информацию частями. Сегодня мы идем просто прощупать почву и расскажем только про вероятность вымирания Магического мира. Намекнем, что есть пару идей, но мы ведь только школьники и у нас нет особых полномочий, чтобы что-то решать, но если… — Если вы после школы сразу пойдете в Министерство приближенными, то можете сделать больше, — догадался Малфой, выдыхая. — Но там уже устоявшаяся система, и кое-какие личности… — Мы знаем, что там не все так просто. Больше половины Министерства — крысы, готовые перебежать на сторону врага при малейшей опасности, — согласился Гарри, целуя своего парня в щечку. — Мы пошли. — Несогласные всегда будут, — встала с места Гермиона, поправляя свою серую юбку. — Но и мы не простые люди. Она вручила Драко свежий выпуск «Ежедневного пророка» и, переглянувшись с Гарри, направилась к камину. Гриффиндорец послал Малфою улыбку и ушел за девушкой. Парень, все еще не до конца понимая общей мысли, уткнулся в газету.«Череда таинственных смертей продолжается! Это новая болезнь или все-таки здесь причастен кто-то еще! Теории и интервью с Главным Аврором. Читайте на пятой странице.»
Метка неприятно отозвалась.***
Драко решил пока не делать поспешных выводов. Являлось ли то, что смерти людей, которые являлись чистокровными, все-таки не случайны, и эти двое как-то причастны к этому, намеком? Он должен был узнать что-то еще. Деталей становилось все больше и больше, и на первый взгляд они были мало взаимосвязаны друг с другом, а голова все еще с трудом обрабатывала информацию. Он задумался, в какой момент, ему стало так невероятно тяжело думать? Малфой поднялся в свою комнату, собрался, уставился в зеркало, тщательно копаясь в своей голове. Ненависть к себе, паническая атака, беспричинное беспокойство — они все еще были, но теперь это его не волновало. Он смирился с тем, что он просто ненормален. И что же делают ненормальные? Правильно — поддаются импульсу. В этот раз он не стал портить несчастное зеркало, он просто воспользовался палочкой и закатал рукава. Sectura. Кровь. Такая приятная, теплая, успокаивающая. Он собирался сделать что-то неправильное, хотя почему поход к Уизли был неправильным, Драко не знал. Просто внутри разрасталось тревожное чувство паники, и только боль могла хоть немного оглушить ее. Он наказал сам себя уже заранее. Надрезы на руках. Неровные, кривые, косые. Он даже не стал убирать за собой кровавые следы, а просто разглядывал их, пытаясь увидеть в них что-то. Малфой знал, что сегодня что-то произойдет. Взглянув еще раз на свои раны, он еле усмехнулся и закатал рукава обратно, не останавливая кровотечения. Он погряз, и теперь утащит за собой Уизли. Но он разберется во всем. Рон ждал его. Увидев его руки, он тихо вздохнул и предложил подняться на второй этаж, закрывая свой магазин. — Они знают, — сразу выдал он, садясь на диван. — Как ты допустил это? — спросил Драко, наблюдая за огнем в камине. — Ты ведь знал, и ничего не предпринял. — Я не знал наверняка. Я просто чувствовал... После войны, Гермиона стала говорить о проекте. Мне было это неинтересным, у меня были дела поважнее. А потом они начали пропадать. Целыми сутками. Когда я пытался узнать что-либо, Гарри просто затыкал меня. Поэтому и перестал к ним лезть, думая, что Хогвартс поможет им стать теми, кем были до этого. Но когда они вернулись, стало только хуже. И я не подозревал обо всем, до вчерашнего вечера. — И что случилось вчера вечером? — Она сказала, что ты попался на их наживку. Я сначала рассмеялся, думая, что они просто хотят таким образом наказать. Но сегодняшний взгляд... Гермиона была такой же, как и тогда, на первом курсе. Те же карие глаза, те же кудрявые волосы, но внутри... пустота. И перед уходом, она попросила тебе передать, что они все знают. Драко выдохнул и повернулся к нему. Деталь аккуратно легла на место. В этот раз они решили раскрыть немного карт и потешиться над ними. Гермиона знала, что он начнет искать информацию и специально столкнула его со своей игрушкой. Это так примитивно на самом деле, Малфоя даже хватило на маленький укол самобичевания, что попался так легко. — И ты даже не будешь сопротивляться? — А ты? Ты не будешь сопротивляться? Недосказанные слова зависли в воздухе. Рон — такой же марионетка, который не имел ни воли, ни памяти, как и Драко. И он, в отличии от Малфоя, не был ценной фигурой в темной игре Грейнджер и Гарри. Ими управляли, ими играли. — В отличии от тебя, моя жизнь уже не имеет смысла, — горько вздохнул Рон. — Это она тебя убедила в этом? — сиплым голосом отозвался Малфой, не сводя с него изучающего взгляда. — Так же, как и Гарри убедил тебя в этом. Ты только посмотри на свои руки. Они в крови, так же как и мои. Но на его руках не было ни капли крови, и Драко сквозь толщину грузных мыслей пытался найти связь. Руки в крови... Руки в крови... — Ну же, Малфой. Не тяни. Сделай то, что нужно, — Рон указал ему на шкатулку. Драко не спеша подошел к ней, открывая. Метка внезапно стала нестерпимо жечь, а руки сами потянулись к знакомой склянке и игле. — Как думаешь, у меня получится? — дрожащими руками Мафлой достал склянку и поднял ее вверх, чтобы рассмотреть этот яд. — Конечно... Конечно... Ты поторопись, я не могу уже больше терпеть... — сдавленно прохрипел он. — Надеюсь, что я скоро встречусь с тобой, — прошептал Драко и взял иглу. Мир погрузился в темноту.***
— Я же говорила, что у них у обоих сработают наработанные рефлексы, — Драко услышал далекий голос Гермионы сквозь призму своего сознания. Его глаза были открыты, но ничего не видел, тело словно чужое, не поддавалось ни одному его приказу. — Однако, работа с закладками опасная штука. Скоро мозг Малфоя переполнится, и один неверный шаг — все сорвется. Нужно скорее убедить его действовать по своей воле. — А не слишком ли мы далеко зашли? Разве жизнь Рона стоила этого? — спросил голос Гарри, и Драко захотелось кричать от бессилия. — Конечно, стоило! Откуда мы могли бы узнать, сколько нужно сделать закладок, чтобы человек стал полноценной куклой? Не глупи, Гарри! — Я не об этом, ты и сама прекрасно понимаешь. Мы могли использовать Рона и дальше как нашего исполнителя, ведь он достиг той самой точки, но ты решила все по-другому. Зачем торопить события, я не понимаю! — Потому что Малфой сопротивляется. Я наблюдаю за ним каждый день, как и за Роном, и могу назвать многие отличия, но не буду. Его сознание слишком сильное, чтобы управлять им просто так. Он до сих пор пытается найти выход. Да он даже наказал себя сам, потому что его сознание делает свои закладки. Достаточно интересный эксперимент. Хотя я не стала бы так рисковать, если бы не ты. Я хочу лишь сделать так, чтобы ему не за что было зацепиться. Когда он поймет, что убил Рона своими же руками, это и станет той точкой невозврата, которая сотрёт его личность. Хотя я думала, он сдастся еще на Невилле. — Я тоже так думал, — вздохнул Гарри. — Министерство на крючке, потенциальных противников становится меньше, общество наполняется страхом, лишь только Малфой все еще тормозит. — А я о чем. Милый, теперь тебе нужно быть еще более жестоким. Лиши его всего. Пусть он видит мир только в тебе. И Драко сорвался. Да, как сказала Гермиона, это и стало точкой невозврата. Белый свет озарил комнату.
