9
30 августа 2022 г., 05:21
Примечания:
https://t.me/megan_mills/103 тип мини-трейлер)
Слова души, только память и не видно солнца, Ты задуши меня, я буду твоим незнакомцем, Это легко, ну ответь тогда, чего ты ждёшь, Убей меня скорей, вонзи мне прямо в сердце нож… Уничтожай меня, пощады не буду просить, Поверь мне нечего терять, мне без тебя не жить, Легко дышать, но дыхание это обман, Наша игра в любовь, незаконченный роман… Shot — Игра в любовь
Драко не знал теперь как относиться к самому себе. Новая его сторона была для него неожиданностью и совершенно ошеломляла. Поттер все равно добился своего: Малфой сгорел в его пламени, ничего не оставляя от себя прежнего. После это момента, ему не хотелось думать совсем. Разумность, которую он всегда ценил, теперь казалась до ужаса смешным качеством. Они с Гарри этим же днём подрались и потрахались ещё раз, выводя друг друга до самого предела. Причин для этого даже не нужно было, достаточно было лишь посмотреть не так. И Драко упивался этими чувствами, снова и снова. Больной ублюдок. Теперь он заперся в комнате, злобно сверля потолок. Все тело саднило, будто на нем не было ни одного живого участка. Но раны обрабатывать не хотелось. Эти раны были своего рода напоминаем о его ненормальности. Его геройский парень стучался в дверь уже пару раз, но на сегодня Драко сполна хватило его. Как можно так любить и ненавидеть одновременно? — Драко, — Поттер решил еще раз попытать удачу и стучался в дверь. — Пошел ты! — отозвался тот, зарываясь в подушку. И снова внутри то самое безумие. Истерический смех заполонил всю комнату. Драко соскочил с кровати, зашипев от боли, и резко открыл дверь, впиваясь ненавистным взглядом на извиняющее лицо Гарри. Они не двигались ровно минуту, словно давая себе шанс отступиться. Но пламя охватывает их с головой. И Малфой понимает, что ему хочется больше всего. Овладеть. Гарри чувствует его настроение и впивается в его губы тем самым жадным поцелуем, от которого подкашиваются ноги. Драко ощущает, как переносит на себя состояние Поттера, и его охватывает та самая страсть. Он втягивает его за собой в комнату и прижимает к стене лицом. Ехидный смешок вырывается из уст гриффиндорца, но Гарри позволяет ему вести. Впервые за все это время. Драко понимает, что именно этого Поттер и добивался все это время. Дикое возбуждение перемешивается с необузданным влечением, и Малфою ничего не остается как подчиниться этому дьявольскому желанию. Он хватает Гарри за волосы и покрывает его шею влажными поцелуями. Ему не терпится попробовать на вкус каждый участок кожи Поттера, пьянея от родного запаха его тела. Он не должен был поддаваться. Но Драко спешно срывает с Поттера футболку, попутно оставляя свои метки от полуукусов на его спине. Тяжелое дыхание перемешивается с тихими всхлипами, срывая крышу окончательно. Его руки сами срывают одним движением те самые безразмерные штаны, которые так полюбил Малфой. Он дает себе секунду полюбоваться подтянутым, жилистым телом Гарри и не может удержаться от прикосновения. Ледяные пальцы слегка проходятся по пылающей жаром коже, останавливаются на его руках. Он заводит его руки за голову и оставляет невесомый поцелуй меж лопаток. — Чего ты ждешь? — умоляюще хрипит его геройский парень, дергаясь, чтобы перевернуться, но Драко прижимается всем телом. — Я наслаждаюсь, Поттер, — шепчет Малфой, а затем слегка прикусывая мочку уха. — Теперь моя очередь. Нетерпеливый стон. В пару секунд Драко освобождается от всей одежды и медленно водит своим членом по заднице Поттера. Тот заметно напрягается, но ни единого протестующего звука. Он смачно смазывает вход слюной, давая Гарри внутренне подготовится к этому еще. — Давай! — приказывает гриффиндорец с невероятно возбуждающей хрипотцой в голосе, и кто такой Драко, чтобы не удовлетворить желание своего парня. Он неторопливо вводит один палец, наблюдая за реакцией Гарри. Ему важно, чтобы тот чувствовал себя максимально уютно, ведь он не просто хочет трахнуть это тело. Он хочет поделиться своим безудержным пламенем внутри. — Еще? — еле слышно спрашивает Драко, и тот едва кивает. Он послушно вводит второй палец и, слыша его шипение, больше не двигается. Парень успокаивающе покрывает его левое плечо ласковыми, влажными поцелуями. И когда чувствует, что Гарри расслабляется, он смачивает еще раз свои пальцы слюной и вводит уже три пальца, не спеша двигая ими. — Драко! Его имя никогда еще не звучало так соблазнительно. Он готов кончить только от голоса Поттера и резко вытаскивает пальцы, чтобы войти самому. Малфой помогает себе войти одной рукой, а второй оттягивает ягодицу, слегка сжимая ее. Толчок. Горячо. Тесно. Невероятно. Синхронный громкий стон заполоняет всю комнату, и они сливаются в одно целое, утопая в коктейле противоречивых эмоций. Малфою хочется поскорее насладиться его Гарри сполна, и в тоже время он желает растянуть это удовольствие подольше. Еще несколько нежных толчков, которые постепенно все-таки переходят в бешенный ритм. Руки Драко сильно сжимают бедра Поттера, оставляя белые следы, которые наверняка превратятся в синяки. — Еще! — осевшим голосом просит Гарри, его пальцы впиваются в несчастную стену. Еще, еще, еще. Это слово отдается эхом в голове, и Драко уже не осознает себя. Остаются только ощущения. Он бурно кончает в него, утыкается лбом в его спину, испытывая новый прилив нежности. Капельки пота стекают по лбу, оставляя мокрые следы. Гарри не спеша разворачивается, по внутренней стороны бедра вытекает белесая сперма. И снова поцелуи. Кажется, они никогда не смогут оторваться друг от друга. Спустя вечность Драко наконец все-таки отрывается от любимых губ и спускается вниз, с удовлетворением отмечая насколько Поттер возбужденный. Он аккуратно, с трепетом проходится языком по всей длине члена, а потом вбирает его, стараясь взять как можно глубже. Рука Гарри привычно ложится на его голову, поглаживая по волосам. И в этот — его прикосновения полны теплотой и лаской, что он готов умереть на месте. Драко останавливается, поднимает глаза на него и сталкивается с потемневшим, горящим огнем, взглядом. Поттер тихо стонет, затем облизывает губу и мягко улыбается. Вот это его Поттер. Малфой с двойным усердием продолжает доставлять ему удовольствие. Его хватает совсем ненадолго, и Драко сглатывает все, до последней капли. Он неуклюже поднимается и обхватывает ладонями лицо Гарри, желая налюбоваться. Пылающие щеки, прокусанная до крови губа и эти дьявольские глаза, в которых плещется что-то незнакомое. Ему хочется думать, что это если не любовь, то хотя бы что-то похожее на нее. Ведь сам он пропал. Мерлин. Что он творит? Гарри наклоняется, оставляя робкий поцелуй. — Драко? Ты как? — спрашивает он, а тот отходит на шаг назад, склоняя голову набок. — Напрашиваешься на комплименты, Поттер? — нервно хихикает Драко, и сейчас он чувствует себя более обнаженным, чем до этого. — Невероятно. Ты невероятен. А я… Люблю тебя. Безумно, бесконечно и неотвратимо… Слова застревают в горле, и ему ничего не остается кроме, как улыбнуться. — И ты невероятен, — заверяет Гарри и тянется к нему снова. В этот раз Малфой не отстраняется. Они заваливаются на кровать, болтают о всяких мелочах. А сердце все никак не может успокоиться, продолжая свой сумасшедший ритм…***
Во всем виновата Грейнджер! Осознание такой простой истины приходит Драко утром следующего дня, когда она заявляется снова, делая вид, что ничего не произошло. И если кто-то и способен остановить его, то только я. На него больше никто не имеет сильного влияния… Малфой, пора уже понять простые вещи. Тебе надо просто быть послушным. Ее высказывания всплывают в голове и приобретают нездоровый оттенок. Малфой копается в своей тарелке, изредка бросая на нее изучающие взгляды. Гермиона машет газетой перед лицом Гарри, расписывая ему какие-то перспективы. Стоп… Драко внезапно тянется через весь стол к ней и вырывает помятую газету из ее рук. — Безликое Трио и новый проект: «Кровь не имеет значения». Что это за хрень, Грейнджер? — рычит он, вскакивая с места. Малфой пялится в эти карие глаза и не может прочитать совершенно ничего. Если Поттер был ужасен, мил, страстен, жесток, но он был понятным. Но Грейнджер… Что скрывается в этой маленькой голове? — А то и значит, Драко. Кровь не имеет значения, — равнодушно произносит девушка, выдерживая его подозрительный взгляд. — Значение имеет только Сила. Гарри подбадривающе улыбается, но в его глазах появляется тот самый безумный огонек, от которого становится не по себе. Они переглядываются между собой, разговаривая долгими пристальными взглядами, а Малфой остро ощущает себя лишним. Именно сейчас он видит в ее глазах нечто похожее, что и у Поттера. От нее исходит тяжелая энергетика, которая пропитывает все вокруг, и даже вот этот столовый нож в ее руках кажется опасным. И если Драко всегда был уверен в Гарри, что в любом случае тот оставит его в живых и будет держать при себе, ведь он все-таки его игрушка, то насчет Грейнджер он уже не так уверен. Она поворачивается к нему, словно прочитала его мысли, и насмешливо, почти издевательски, не спеша подносит этот нож ко рту и облизывает его. Драко не может отвести взгляд и не замечает, как смотрит на него Поттер. В глазах Гарри мелькает нежность и некая гордость за своего парня. — Сила? — выдавливает из себя он, чувствуя, как внутри все пересохло. Малфой тянется к стакану, а рука слегка начинает дрожать. Он старается акцентировать все внимание на стакан с водой, чтобы предотвратить очередной приступ. Только не сейчас. И почему он не может это контролировать? — Знаешь почему Волдеморт в свое время проиграл? — вдруг задает вопрос Поттер, переводя все внимание парня на себя. Он обходит стол и кладет свои руки на плечи Драко. — Он слишком много полагался на свои крестражи, собрал возле себя ненадежных, не в обиду тебе, конечно, и трусливых идиотов, которые не видели ничего, кроме своей «чистой» крови. Что он вам пообещал? Чем он вас держал? Тебя лично — страхом за родителей, других — страхом за что-то еще. Являясь полукровкой, он смел говорить что-то о чистоте крови? Им невозможно не восхищаться, Том действительно достиг многого, но… немного переусердствовал, что лишил разума самого себя. Его часть жила во мне в течении долгих семнадцати лет, и я знаю его, как никто другой. Однажды он мне сказал великие слова, которые приобрели смысл только тогда, когда нам пришлось расстаться: Нет ни добра, ни зла, есть только сила. Драко все еще не понимает, что от него хотят, но властные руки Гарри успокаивают его, и еще не начавшийся приступ отступает. — Выживает сильнейший. И неважно, какая кровь текла в твоих венах, если ты не умеешь мыслить, то не сможешь выдержать эту бесконечную борьбу за лучшее место под названием жизнь, — Грейнджер тоже смягчается, и под конец фразы на ее губах появляется что-то наподобие улыбки. — Драко, мы обязательно расскажем концепцию нашего нового проекта, если тебе интересно, но только позже. У нас сегодня столько дел! — Каких дел? — хмурится Малфой, пытаясь вспомнить хоть что-то из вчерашнего дня, кроме безудержного секса. — Подготовка к экзаменам, затем нужно нужно купить несколько книг по нашей «проблеме», потому что здесь явно нет ничего путного, а вечером у нас запланирован ужин, — прощебетала Гермиона, возвращая к себе привычный образ мамочки-наседки, которая любит решать за всех все и вся. Но Драко больше на это не поведется. — И когда я должен был узнать об этом? — возмущается он, всплескивая руками. — У меня были другие планы. — Какие? — удивляется Гарри и наклоняется к нему, чтобы взглянуть в его лицо. — Ты можешь отложить свои дела на потом, а сегодня мы займемся общими делами. — И когда это ужин стал «общими делами»? Кстати, что за ужин такой? — парню это очень не нравится: он упускает мимо себя слишком много информации. Отныне нужно быть более внимательным. — Мы давно не проводили время с Роном и… поэтому Гермиона придумала замечательную идею вроде «Двойного свидания». Драко, мы обсуждали это вчера, — Поттер надавливает на его плечи, что тот охает от неожиданности. Когда? — Без меня, — качает головой Драко и сбрасывает его руки с себя. — Что за бредовая идея? Это скорее будет называться «Двойное убийство». Гермиона закатывает глаза и утыкается в тарелку, а Поттер хватает его за руку, заставляя встать. — На пару слов! — приказывает он и тащит его за собой как маленького ребенка. Драко не успевает за своими мыслями. Ему хочется поскорее начать копать под Гермиону, разобраться в этой тайне, которую скрывают эти двое, и, в конце концов, побыть одному. Он так устал от этих качелей: от ненависти до любви, от боли до спокойствия, от страха до уверенности. Каждая секунда его жизни теперь похожа на игру, в которой он не знает правила. И любой неверный шаг карается наказанием. — Что с тобой не так? — как можно мягче начинает Гарри, когда они оказываются в его комнате. — Тебе обязательно нужно быть мелким засранцем? — А тебе обязательно делать все, что захочет Грейнджер? — вкрадчиво спрашивает Малфой. Он не хочет ссориться и разрушать еле-еле наладившийся, хрупкий мир. — Только не начинай снова эту сцену ревности, Драко! — закатывает глаза Поттер и садится на кровать. — Ты не понимаешь… — Это ты не понимаешь, насколько сильно влияет она на тебя! Я будто третий лишний, когда она появляется, — пытается объяснить он и не замечает, как начинает нервно ходить по комнате. — Если она прикажет тебе убить кого-то, ты сделаешь это? Когда она рядом — ты становишься другим! — Ты заговариваешься, — сквозь зубы шипит Гарри. — Гермиона — моя лучшая подруга, конечно, я хочу проводить с ней время. И, если нужно, я убью за нее. — Даже меня? — замирает Драко. — Даже тебя. Неужели ты этого еще не понял? Он чувствует, как перестает дышать, а сердце незамедлительно падает вниз. Еще вчера все было хорошо, но стоило этой сучке появится, так… — Я понял, — недовольно поджимает губы Малфой и вскидывает голову. Гарри просто нужно помочь увидеть всю сущность этой твари, посмевшая лезть в их отношения. Драко не зря был слизеринцем: хитрость и осторожность были в его крови. Впервые за долгое время он ощущает прилив бодрости. У него появилась цель, и теперь он не отступиться от нее. Он просто слишком любит Гарри, чтобы отказаться от него просто так. — Прости, — понимает по своем заминку Поттер и подходит к нему. — Всего лишь один ужин и все. Тем более, Рон действительно потерялся в работе. Не волнуйся насчет Гермионы, я скажу, чтобы в следующий раз говорила именно с тобой, а вы потом находили компромисс. Мне так тяжело, когда два дорогих мне человека не могут найти общий язык. Ведь в Хогвартсе вы, вроде бы, неплохо ладили… — Хорошо, в следующий раз так и сделаем, Гарри, я все понимаю, — кивает он и натянуто улыбается. — Ужин, так ужин. Поттер обвивает его руками, Драко неловко обнимает его в ответ. Слишком много всего навалилось, но он справится. И он займется этим завтра, а сегодня гребанный ужин с гребанным Уизелом и его гребанной девушкой. Что ж, он не с таким сталкивался, переживет.***
— Малфой, — Рон пялится на него немигающим взглядом, Драко отвечает ему тем же. — Не знал, что Пожиратели Смерти по выходным подрабатывают шлюхами. Стоит записать. — Не знал, что у рыжих плохо не только с деньгами, но и с чувством юмора. Стоит записать, — парирует тот, выдавливая вежливую улыбку. — С такими параметрами даже в шлюхи не возьмут. Гарри и Гермиона упорхнули на кухню, оставив своих парней поболтать, заново познакомиться и дать возможность увидеть друг друга в новом свете. Но ни один, ни второй этих рекомендаций не услышал, продолжая обмениваться ненавистными взглядами. Они находились на втором этаже магазинчика «Всевозможных вредилок», в котором Рон и Гермиона устроили что-то наподобие квартиры. Кухня и маленькая комнатка: уютно и неброско. Драко даже удивился тому, что из такого маленького места можно сделать действительно приятное место обитания. — Что ж, буду знать, к кому стоит обращаться, когда меня заинтересует эта профессия. Ах, стой. Кажется, никогда, — Уизли нервно оглядывается в сторону кухни, желая сбежать, но сдаваться не в духе благородного дома Гриффиндора, поэтому силой заставляет себя сидеть дальше. Между ними всего лишь маленький журнальный столик, стоящий на коврике цвета мяты. Да и сама комната очень проста планировкой: шкаф, кровать, камин, диван, на котором сидит Рон, и кожаное кресло, сразу понравившийся Малфою. Все нейтральных цветов, что даже немного непривычно — Драко привык к мрачным оттенкам Малфой-мэнора или дома Блэков. Казалось, что из готической мелодрамы он попал в детскую сказку. — Конечно, пожалей других людей и не открывай свой рот. С таким ужасным подходом вряд ли ты проживешь долго, — Драко становится даже немного весело, как тогда, в далекие школьные беззаботные времена. Уизли даже краснеет от гнева точно так же, что веселит еще больше. Что-то в этом мире никогда не меняется. — Угрожаешь мне в моем же доме? — хрипит он, готовый наброситься на него в любую секунду. — Что ты! — поднимает руки Малфой в сдающемся жесте и еле сдерживает смех. — Всего лишь предупреждаю. Мы же новые «друзья». Друзья должны беспокоиться друг о друге. — Да как ты смеешь паясничать! — взрывается Рон и глубоко выдыхает. Они молчат около минуты, перед тем как продолжить разговор заново. Хозяин дома берет себя в руки, а его гость успокаивает свое порывистое желание поиздеваться еще. Их вторые половинки даже и не думают возвращаться обратно, и им ничего не остается, как сидеть на месте, ведь никто не желает сдаваться. Напряженную тишину разбавляет лишь треск поленьев в камине. — Чудесная погода, неправда ли? — Драко вспоминает все уроки этикета и начинает разговор первым в этот раз. Уизли — все еще полнейший придурок, но рядом с ним Драко ощущает себя беззаботным ребенком: никаких сложных дилемм, двойственных чувств и тяжести. Тот тупо моргает, явно не ожидая, что Малфой способен на нормальный разговор, без оскорблений и издевок. Рон протяжно вздыхает еще раз, собираясь духом. Заметно, что Гермиона основательно поработала над ним, также как и над Драко. И если Малфою было позволительно пропустить мимо ушей и согласно покивать, то Уизли такое уже не прокатит. На секунду слизеринцу становится жаль беднягу, но всего лишь на секунду. — Согласен, — кивает он. — Жаль, что для полетов слишком холодно. — Да, можно простудиться, — выдавливает Драко и слегка грустнеет. Он больше никогда не сядет на метлу по своей воле. Еще один опечаток на его сознании после войны. — Ты и Гарри? — все-таки решается спросить Рон, после еще одной паузы. — Взрывоопасная смесь, — усмехается Драко, откидываясь на спинку кресла и закидывает руки за голову. — Честно признаюсь, я сам в это до конца не верю. — Если… — Ой, даже не начинай песню, если я обижу Поттера, то придет грозный Уизел и настучит мне по голове! — фыркает тот, расслабляясь вконец. — Мне твоей Грейнджер по горло хватает, честно. И тут Драко осеняет. Он выпрямляется, смотря на Уизли новым взглядом. Кто, кроме Гарри, может иметь влияние на Гермиону, как не ее парень. Если тот будет больше обращать на нее внимания, то, возможно, эта непоседливая женщина наконец-то отстанет от них? Неожиданное решение весьма будоражит, что он чуть ли не выпрыгивает из кресла. Рону не нравится его неожиданная смена эмоций и отодвигается от него подальше, вжимаясь в диван. А еще прикрывается подушкой. Так, на всякий случай. — Тебе не кажется, что Гермиона слишком много проводит времени с Гарри? Тебя это не смущает? — елейным голосом спрашивает Малфой, будто невзначай. Рон все понимает. Он еле слышно выдыхает и искренне улыбается впервые за все время их встречи. Тогда будь готов ко всему…
Примечания:
Отбечено
