Нерушимое обещание

В заброшенном здании, вдали от хаоса, группа людей стояла торжествующая, гордая, готовая вернуться домой. Их миссия увенчалась успехом, и их босс приветствовал бы их по-доброму. Среди группы выделились три женщины. Двое старших обменялись тревожными взглядами, в то время как младшая уныло уставилась в землю. Миссия прошла успешно, за исключением… Она не смогла взять с собой Мидорию Изуку. На стенах открылись три портала, и все разговоры прекратились. Все начали хватать то, что им было нужно, и стирать любые следы того, что они там были. Сестры надеялись, что босс не рассердится Назначенные люди схватили «похищенных жертв» и прошли через крайний левый портал. Все остальные отошли в крайний правый угол. Маленькая, почти хрупкая на вид женщина прошла через центральный портал. Они не хотели, чтобы их наказали… снова. — Блиц, Моргание и Размытие Трипликс, пожалуйста, передайте мне назначенных вам «жертв» и сначала явитесь в Гостиную. Инферно ждет. Они не смогли бы с этим справиться.

***

Шота и Изуку пробыли в больнице около часа. Врачи сказали, что Изуку физически в порядке, и он просто был ошеломлен и напряжен из-за предыдущих событий. Шота с облегчением услышал, что с ребенком все в порядке, но все еще беспокоился о его маме. Он пытался связаться с ней, чтобы сообщить, что нашел Изуку и что они едут в больницу, но ответа не было. На самом деле, телефон даже не подключался. Пока кто-нибудь не смог связаться с Мидорией Инко, ребенок должен был оставаться в больнице. К счастью, они позволили ему оставить за собой комнату. В настоящее время ребенок спал, задремав вскоре после того, как медсестры закончили его осматривать. Вздохнув, Шота прислонился головой к стене, размышляя о нападении. Он подумал о Деймаре, Пыльном Дьяволе и Трипликсе и о том, что может повлечь за собой их атака. Через некоторое время тихий стук прервал тишину в комнате. Вскоре после этого дверь открылась и Шоте не нужно было смотреть, чтобы увидеть, кто вошел. — О, он выглядит таким умиротворенным, как ты наткнулся на маленького слушателя? — Сказал Хизаши, на самом деле не обращая внимания на свою громкость. Вскоре после того, как ребенок заснул, Шота получил сообщение от Хизаши. Видя, что они были в одной больнице, Шота прислал ему номер детской палаты. — Говори потише. — В этот момент реакция была скорее рефлекторной, чем какой-либо другой. — Он был похищен вскоре после первого нападения Пыльного Дьявола. Я наткнулся на его маму по пути к упомянутому нападению. — Шоте не хотелось вдаваться в подробности. — Оу! Бедняжка, где сейчас его мама? — спросил Хизаши, вытягивая руки над головой. Прежде чем Шота ответил, он взглянул на форму на кровати и отметил, что Изуку все еще спал. — Не уверен. Когда я оставил ее, мы были недалеко от того места, где произошло нападение Деймар. Я не смог связаться с ней, поэтому предполагаю, что она была замешана. — При его словах он заметил, что Хизаши немного напрягся. — О… Я был там, ты знаешь? — В голосе Хизаши послышались печальные нотки. — У многих людей это не получилось… Хизаши замолчал, как будто только что что-то вспомнил. Он смотрел на ребенка. — Что такое? — Шота решил спросить, когда увидел, как расширились глаза Хизаши. — Шо, как зовут этого парня? — Хизаши судорожно сглотнул. — Мидория Изуку. — Его маму зовут Мидория Инко? — Получив подтверждение, Хизаши закрыл глаза и тихо вздохнул. Прежде чем Шота успел спросить, Хизаши взял его за запястье и вышел из комнаты. — Эй ч-Мик, что случилось? — Шота отметил, что другой был в своем наряде героя. — Помнишь, когда я сказал, что был при нападении? Ну, я видел ее, Мидорию-сан и… Она упомянула, что у нее есть ребенок, и я просто отмахнулся от этого. Я рад, что ты нашел его, но я забыл! Что за герой… Я даже не смог спасти ее. — Мик, — мягко предупредил Шота. Вокруг не было никого, кто мог бы по-настоящему подслушать, но они все еще были на публике. Популярным героям было нехорошо говорить на определенные темы там, где их мог услышать любой желающий. Как только слова полностью дошли до сознания, Шота вздохнул. — Ты знаешь, что мы не можем спасти каждого… — Я знаю! — Хизаши взял себя в руки и продолжил мягче. — Я знаю, но… мы были так близки. Мы прибыли сюда и… — Подожди, ты привез ее сюда? — Нет, Мидория-сан настояла, чтобы я поехал с ней в машине скорой помощи. И медсестра, и парамедики не возражали, к тому же мы подумали, что мне все равно нужно какое-то лечение. Это необычно. Предполагается, что никого, даже профессионалов, не пускают в машину скорой помощи с пострадавшим, кроме членов семьи. — Лечение от чего? — Шота решил, что они обсудят его мысли позже. — Я думал, что какой-то яд, который был смешан с причудой Деймара, и попал в мой организм, но врач сказал, что ничего не найдено и что все проверено. Шота издал звук, подтверждая, что он услышал, и потратил минуту, чтобы все обдумать. Он бросил взгляд на узкое окошко на двери комнаты. Его сердце немного сжалось при мысли о том, что Изуку узнает о своей маме. Ребенок ужасно отреагировал, когда она на мгновение вылетела у него из головы, и никто не мог сказать, как он отреагирует на эту новость. Шота действительно не хотел быть тем, кто нарушит его, и он сомневался, что Хизаши тоже это сделал. Но… Он еще раз взглянул через окно на мальчика и мысленно вздохнул. Как бы сильно он этого не хотел, он должен рассказать ребенку раньше, а не позже. Он вернулся в комнату. Он сел рядом с ребенком на кровать и осторожно начал трясти Изуку, чтобы разбудить. Он заметил, что Хизаши закрыл дверь, но остался снаружи комнаты. Вероятно, он понял, что собирается сделать, и предоставил им уединение. Тихий стон сорвался с губ маленького мальчика, когда он начал просыпаться. — Что-О! Ластик-сан, я что, заснул? Малыш зевнул во время своего предложения и слегка пискнул в конце. Шота, возможно, почувствовал бы желание ворковать, если бы причина, по которой он разбудил мальчика, не давила ему на сердце. Вместо этого ему пришлось подавить желание вздохнуть. Он действительно не хотел этого делать.

***

Хизаши предпочел держаться подальше от комнаты, пока Шота говорил с парнем. Он чувствовал, что его присутствие может быть слишком подавляющим для маленького парня. Он решил завернуть за угол, чтобы купить напиток в торговом автомате. Он шел не торопясь, сосредотачиваясь на каждом шаге, который делал, пытаясь отвлечься. Как только его ноги оказались перед машиной, он быстро заплатил и нажал кнопку, не особо обращая внимания на то, что он выбрал. Он не был слишком разборчив. Он сосредоточился на звуках машины, снова пытаясь отвлечься, хотя бы на мгновение. Как только он взял свой напиток в руки, его мысли вернулись к предыдущим событиям. Вспоминая свой разговор с Шотой, он подумал о том, что тот сказал о поездке в больницу с Мидорией-сан. Раньше он был слишком рассеян, но теперь, когда он думает об этом, все это взаимодействие было неуместным. Будучи в своей профессии так долго, как он, Хизаши знал, что ему не разрешалось ездить в машине скорой помощи, как он это делал. Затем он подумал о несоответствиях с жертвами нападения Деймара. Единственная причина, по которой были какие-то смертельные случаи, заключалась в яде, который был смешан с причудой. Но, как он обнаружил раньше, яд не имел границ. И все же он был единственным, кто пострадал от этого, не считая жертв Деймара. Кроме того, если яд действовал тем дольше, чем дольше человек подвергался его воздействию, почему люди, которые дольше всего находились в тумане, не проявляли подобных признаков у тех, кто пострадал раньше, если таковые вообще были? Как получилось, что причуда Деймар внезапно стала намного сильнее, чем то, что было показано ранее? Что бы- — Извините, Сущий Мик? Хизаши вырвался из своих мыслей и заметил, что он снова перед детской комнатой и почти прошел мимо нее. Он повернулся в ту сторону, откуда донесся голос, на его лице застыла фальшивая улыбка. Это стало немного более искренним, когда он заметил, от кого исходил голос. — А, детектив Цукаучи. Ты здесь, чтобы поговорить с Мидорией Изуку? Герой голоса догадался. — Это верно. Несколько героев подполья пришли на станцию, чтобы отчитаться. Большинство из них писали о Пыльном Дьяволе и Деймаре, но некоторые упоминали, что сделали крюк и искали жертву похищения, о которой им сообщил Сотриголова. Мне сообщили, что единственный известный родственник Мидории-куна был убит во время нападения Деймар. Обычно я бы не стал допрашивать ребенка так скоро после подобных событий, но поскольку скоро приедет социальный работник, чтобы забрать мальчика, лучше сделать это сейчас. Детектив на мгновение скорчил кислую гримасу, но она исчезла так быстро, что Хизаши мог себе это представить. — Я понимаю. Ластик недавно заходил, чтобы сообщить ребенку о его маме. — после его слов оба мужчины посмотрели в окно. Хизаши видел, что малыш дрожащими руками цеплялся за Шоту, на его щеках все еще блестели дорожки от слез. Он услышал, как детектив понимающе хмыкнул, затем увидел, как тот поднял палец и один раз постучал по стеклу. Шота посмотрел на них, и, что удивительно, то же самое сделал и ребенок. Шота понимающе кивнул детективу и повернулся, чтобы поговорить с маленьким мальчиком. Вскоре после этого Мидория медленно кивнул головой, и Шота жестом пригласил двух других войти. — Привет, Мидория-кун, я детектив Наомаса. Ты не против, если я задам несколько вопросов? Хизаши наблюдал, как ребенок взглянул на Шоту, который все еще сидел на кровати. Шота ободряюще кивнул парню. Мальчик снова повернулся к детективу и тихо сказал ‘да’. — Хорошо, я постараюсь сделать это быстро. Ты знаешь, кто тебя похитил? Цукаучи вытащил маленький блокнот и схватил карандаш. — О-Одна из с-сестер Трипликс. Хизаши был удивлен этим. Он мог бы сказать, что Цукаучи был таким же, но детектив быстро изменил выражение его лица. — Хорошо, ты можешь сказать мне, какая это была сестра? — Мужчина уже что-то записывал. — Эм, та, у которой….ф-фиолетовые и… г-голубые волосы? Голос ребенка был действительно мягким и тихим, но все равно его было отчетливо слышно. Парень посмотрел на Шоту, молча спрашивая, прав ли он. Шота на мгновение задумался и ответил гулом согласия. — Ты прекрасно справляешься, Мидория-кун. Вы сталкивались с двумя другими сестрами в какой-нибудь момент? — Да, после того, как пришел Э-Ластик-сан. — Хорошо, последний вопрос. Они когда-нибудь упоминали, зачем вы им понадобились? Малыш замолчал и на мгновение задумался, но в конце концов покачал головой. — Все в порядке, ты проделал хорошую работу. Вы были очень полезны. — после слов детектива парень, казалось, немного просветлел, что заставило Хизаши слегка улыбнуться. — Ничего, если я немного поговорю с Ластиком снаружи? — Хизаши услышал, как детектив сказал. Глаза парня метнулись между двумя другими мужчинами, прежде чем остановиться на Хизаши. Глядя прямо на него, он кивнул головой. Шота встал, сказав парню, что он сейчас вернется, и они направились к двери. Глаза Мидории смотрели на него добрую минуту. Хизаши начал чувствовать себя немного неуютно под этим пристальным взглядом. Он как раз собирался спросить, должен ли он уйти, когда парень заговорил. — Эм, Э-Ластик-сан сказал, что ты был с…моей мамой. Последние два слова были произнесены так тихо, что Хизаши едва уловил их. Ребенок, вероятно, собирался обвинить его в смерти своей матери. Он бы не удивился, в конце концов, дети думали, что герои могут спасти всех. Он сам чувствовал себя по-настоящему виноватым из-за этого. В конце концов, он был прямо там, он должен был просто- — Спасибо. Тогда неважно. Он поднял глаза и увидел, что ребенок встал с кровати… кланяется ему? — С-спасибо тебе з-за то, что ты был с ней. П-пожалуйста, н-не чувствуй себя в-виноватым. Я уверен, что ты с-сделал все, что мог. Малыш выдавил из себя легкую грустную улыбку. Его слова и выражение лица не соответствовали выражению лица пятилетнего ребенка. На самом деле, если бы Хизаши не знал ничего лучше, он бы подумал, что в данный момент перед ним взрослый человек. Эта мысль ему не понравилась.

***

Шота предположил, что детектив хотел кратко расспросить его, о его причастности к Тройному похищению. (Он также надеялся, что это означало, что ему не придется писать отчет позже.) Что его удивило, так это упоминание того факта, что Мидория-сан была единственной семьей Изуку. А затем узнал, что были и другие заявления о похищении и пропаже людей, которые были поданы после того, как он вернул ребенка. Это еще раз подтвердило его мысль о том, что происходит нечто большее. Но что? «Вы уловили что-нибудь, что могло бы связать мотив похищения, казалось бы, случайных детей». «Единственное, что сказала младшая сестра, это то, что на самом деле они не похищали Изуку. Но это, вероятно, просто ее извращенный разум, пытающийся оправдать то, что они делали». «Возможно, но мы никогда не можем быть слишком уверены», — Детектив и герой обменялись еще несколькими словами, прежде чем Цукаучи отозвали. «Я буду держать вас и Мика в курсе, если появится какая-либо новая информация». С этими словами детектив зашагал прочь. Шота повернулся и заглянул в маленькое окошко. Он позволил себе слегка улыбнуться, когда увидел, как Хизаши и малыш обнимаются. «Вы все равно должны прийти в участок и сдать свой отчет!» Его улыбка исчезла. Черт возьми! Он вернулся в комнату. Изуку вернулся на кровать, а Хизаши стоял рядом с ним, пытаясь управлять телевизором. Он просто плюхнулся в кресло и закрыл глаза. Он слушал, как Хизаши тихо бормочет у телевизора, а Изуку тихо хихикает над ним. Он был рад, что ребенок может смеяться, но он также был обеспокоен тем, как Изуку, казалось, так быстро пришел в себя. Иногда этот ребенок вел себя старше пяти лет, а Шота был рядом с ним всего несколько часов. Это вызвало много вопросов о том, как он так быстро повзрослел. Изуку может быть просто зрелым пятилетним ребенком, но оправиться от нападения злодея, быть похищенным и потерять кого-то за одну ночь — это то, от чего даже взрослому было бы трудно оправиться так быстро. Он вздохнул. Он надеялся, что тот, с кем оказался ребенок, сможет разобраться в этом и помочь ему. На данный момент, однако, казалось, что им было комфортно просто позволить какому-то бессмысленному телевизору отвлечь их и помочь Изуку начать двигаться вперед.

***

Пару часов спустя в дверь номера тихо постучали. Малыш уже давно снова заснул. Шота тоже ненадолго задремал, но проснулся при первом же стуке. Хизаши открыл дверь, и вошла дама в очень цветастом платье и с сумочкой в тон. Она улыбнулась, увидев его, и улыбка стала шире, когда ее взгляд упал на спящего ребенка. — Здравствуйте, я социальный работник, которого послали за Мидорией Изуку. — прошептала она. Хизаши внимательно проанализировал ее внешность. Это привычка, которой он научился на работе. У нее были волосы темно-фиолетового цвета, собранные в красивый пучок в стиле прически. Она красила губы темно-красной помадой, и Хизаши мог видеть ямочки на ее щеках, когда она улыбалась. — О да. Давай я его разбужу. Хизаши подошел к кровати, собираясь разбудить мальчика, но… — Я проснулся, — голос ребенка заставил Хизаши усмехнуться. Он был низким, сонным и немного сварливым, но этого и следовало ожидать, так как было уже после часа ночи. Любому пятилетнему ребенку давно пора было ложиться спать, к тому же это был его второй раз, когда его разбудили. Он медленно сел, все еще полузакрыв глаза и уставившись в никуда в частности. Это заставило Хизаши усмехнуться еще сильнее. — Привет, малыш, меня зовут Танака Кими. Ты можешь называть меня Кими-сан. Хизаши заметил, как парень попытался улыбнуться, но вскоре на его лице появилась зевота. — О, я знаю, ты устал, извини, что пришла так поздно. Дома, которые мне нужно было посетить, заняли больше времени, чем я ожидала. Плюс я зашла к тебе домой и выбрала несколько вещей, которые тебе могут понадобиться. При этих словах она полезла в свою сумку и вытащила фигурку «Всемогущий». — Я подумала, что тебе это может понадобиться. О, как загорелись глаза у парня. Хизаши на долю секунды снова увидел слезы в этих глазах, но они так и не упали. Мальчик медленно выскользнул из кровати и подбежал к даме. Он нерешительно потянулся за своей игрушкой и медленно поднес ее к груди, когда ему ее вручили. Он потер глаз и снова зевнул. Хизаши сопротивлся желанию ворковать, но Танака-сан без проблем позволила звуку слететь с ее губ. — Тогда, малыш, давай уложим тебя в постель, хорошо? Мальчик лениво кивнул головой и схватил социального работника за руку. Танака-сан послал небольшую улыбку профессиональным героям и начал выходить. — Пока, Ластик-сан. Пока, Сущий Мик-сан, спасибо за все. Это было последнее, что услышали герои перед тем, как дверь закрылась. — …Пока, малыш. Хизаши посмотрел в сторону источника слов и улыбнулся. Шота был таким мягкотелым.