Нерушимое обещание

Шота вздохнул, когда они наконец смогли войти в свою квартиру. На улице было холодно и они с Хизаши только что купили продукты в магазине. Хизаши хотел снова попробовать свои силы в кулинарии и не переставал ныть обо всех блюдах на вынос, которые они заказывали. Шота просто надеялся, что больше не сработает пожарная сигнализация и не выгонит всех из здания. Это было не весело. Хизаши уже пробрался на кухню и что-то напевал, убирая их вещи. Шота обошел его, чтобы помочь. Его котенок, Поки, вышел из их спальни и ползал у его ног. — Эй, девочка. Мы дома. Он наклонился и потер ее под подбородком. Она радостно замяукала. Она была бездомным котенком, которого разлучили с мамой и братьями и сестрами. Он нашел ее несколько недель назад, съежившейся под машиной Хизаши, и не смог устоять перед тем, чтобы привести ее домой. Хизаши выглядел таким разочарованным, но быстро смирился со своей участью. Шота знал, что блондин влюбился в почти полностью черного котенка в тот момент, когда Шота поставил ее, и она заскулила и споткнулась о лапы. В конце концов Поки подошел к блондину из-за любви, поэтому Айзава продолжил с продуктами. Как только продукты были убраны, он вышел из кухни, чтобы Хизаши мог приступить к ужину. — Хорошо! Давай сделаем это! — Шота услышал,как он это сказал. Он не мог не фыркнуть. — Эй! Не смейся! Ты смотри! На этот раз точно будет отличная еда.Ты будешь плакать от радости, и говорить как это будет вкусно вкусно! Спойлер, на самом деле он не плакал слезами радости.Однако он разразился неудержимым смехом, когда Хизаши поставил перед ним тарелку. — …Я действительно думал, что тоже смогу это сделать. Хватит смеяться, это не смешно! — Хизаши слегка ударил его по плечу. Несмотря на то, что он сказал, мужчина тоже смеялся. Еда была не так уж и плоха, просто немного подгорела по краям. Им действительно пришлось немного отодвинуть это в сторону, но Шота был не из тех, кто жаловался. После того, как они доели то, что было съедобно, Шота вымыл посуду и присоединился к своему соседу по комнате на диване. Они оба решили, что с финансовой точки зрения для них будет проще просто жить вместе после выпуска. — Эй, Шо? — Шота промычал, подтверждая, что слушает. — Помнишь Сузуки и Мори, школьную пару? — Шота ненадолго задумался, почему его друг упомянул их, но все равно кивнул. — Ты знал, что они усыновили ребенка? — У Хизаши был изумленный тон. Шота поднял брови. — Разве мы не так давно, закончили школу? Им еще рано заводить детей! — Я не думаю, что это было слишком рано. Они были такой милой парой! А Мори был президентом класса B, так что он умеет нести ответственность. — Хизаши защищался. Шота закатил глаза. — Хизаши, несколько лет назад мы сами были еще детьми. И я совершенно уверен, что обязанности классного представителя и тюремное заключение крошечной души — очень разные вещи. Хизаши медленно повернул к нему голову с выражением ужаса и моргнул. — Шо… я почти уверен, что воспитание ребенка и заточение крошечной души — это очень разные вещи! — Шота лишь пожал плечами. — Я хочу сказать, что они слишком молоды и все еще слишком молоды в своих отношениях. Они даже не дождались, пока мы выпустимся, прежде чем пожениться. Мы просто не ответственны в нашем возрасте. — Думаю, я достаточно ответственен, чтобы заботиться о ребенке, — надутым тоном сказал Хизаши. — Эй, как снова прошёл ужин? — Шота ухмыльнулся, когда Хизаши издал обиженный звук. — Я не вижу, чтобы ты пытался готовить! — Хизаши снова надулся, а Шота рассмеялся. — Кроме того, я поправляюсь… Я все еще думаю, что был бы отличным отцом, в отличие от тебя. — Хизаши ткнул его в бок, и Шота уставился на него. — Как? Разве не ты отверг девушку на первом курсе, сказав ей, что никогда не хотел детей? — Не поднимай этот вопрос! — Шота вздрогнул, а Хизаши рассмеялся при воспоминании о той сумасшедшей девочке. Как только Хизаши ослабил бдительность, Шота ответил резким ударом в его бок. Заши поперхнулся посреди смеха. — Хотя я помню, что говорил это, но могу сказать, что больше так не думаю. Я имею в виду, не поймите меня неправильно, дети все еще раздражают, когда он… — Шо. — Но я был бы не против посадить в тюрьму маленькую душу… — Шота! — Хизаши слегка шлепнул его, и они рассмеялись. — Возможно, не сейчас. Я еще слишком молод и… ну, единственная причина, по которой я согласился заключить с тобой договор аренды, это то, что мы разорены… — — поддразнил Шота. — Эй! Ты же знаешь, что любишь меня! — Хизаши скрестил руки на груди и насмешливо посмотрел на него. Шота закатил глаза.

***

— Добрый день! Вы, должно быть, Ишикавы! Кими приветствовала их с улыбкой. Семья состояла из супружеской пары и троих детей. Старшему ребенку было четырнадцать, среднему — восемь, а младшему — три. Старший и младенец были мальчиками, а восьмилетняя девочка. Кими знала все это из предыдущих разговоров с родителями. — Приятно познакомиться с вами лично, Сатоши-сан, — обычно Кими не обращалась к ним по имени, но Исикавы несколько раз настаивали. Она пожала мужчине руку. Это был человек очень крупного телосложения. Он возвышался над ней, так что ей пришлось вытянуть шею, чтобы как следует посмотреть ему в глаза. Его волосы были темно-серого цвета и падали ниже плеч. Он носил бороду, но волосы не слишком сильно отходили от его лица. — Кохару-сан. Затем она пожала даме руку. Она была намного меньше ростом по сравнению с мужем, но Кими предполагала, что большинство людей такими же. Кохару все еще была немного ниже ее. Ее волосы были светло-каштановыми и были собраны в низкий хвост сзади. В качестве аксессуаров она надела ярко-синий бант. Женские руки были очень гладкими и нежными. Кими не чувствовал от нее ничего, кроме тепла. Оба взрослых улыбнулись ей и ответили на приветствие. — Я тоже рад познакомиться с тобой, Кими-сан! Теперь дети не грубите. Кохару повела вперед своих старших детей. Мальчик кивнул головой. — Приятно познакомиться, Танака-сан. Я Ишикава Хаято. Мальчик казался сдержанным. Похожим на Аой. Он не был таким высоким, как его отец, но был еще молод, и в любой момент мог произойти скачок роста. Его волосы были темно-каштанового, почти черного цвета, не длиннее его подбородка. Кими заметила подрез, скрытый по длине. Она вежливо поздоровалась с мальчиком. Он нежно улыбнулся, прежде чем сделать шаг назад, позволяя сестре выйти вперед. — Здравствуйте мадам! Я Фумико! Можешь звать меня просто Фуми! Ваш дом действительно хорош! Мне это нравится! Он большой! И… Хаято положил руку на плечо сестры, чтобы она не подпрыгнула, что она начала делать, когда произнесла свое имя. Светло-каштановые и седые волосы девушки с эффектом омбре были завязаны в две высокие косички до локтей. — Фуми, пожалуйста. Ты заставишь ее уши кровоточить, если будешь продолжать так кричать. Фумико игриво посмотрела на старшего брата и начала рычать. Хаято ухмыльнулся своей сестре, но прежде чем что-то еще разгорячилось, вмешался Сатоши и успокоил обоих детей. — А теперь извинись перед Танакой-сан. Мы здесь как ее гости. Пожалуйста, действуйте должным образом. Тон Сатоши был легким, но низким и имел определенную остроту. Такой, какой может быть только у родителя. Это был мягкий, но эффективный способ отругать ребенка. — Простите, Танака-сан. Дети заговорили хором. Они склонили головы и отступили за своих родителей. Кими улыбнулась. — Все в порядке. Я привыкла к спорам детей и братьев и сестер. Это показывает, что они ладят и у них хорошая связь, когда это так игриво. Оба родителя, казалось, сбросили напряжение при ее словах. — Хорошо, хорошо, — Кими слегка хлопнула в ладоши, — у меня есть несколько закусок в столовой, если вы, ребята, голодны. Лица детей загорелись.Прежде чем они отреагировали, они наблюдали за своими родителями в поисках лидерства. — Тебе не нужно было этого делать, Кими-сан! Большое спасибо! — Кими улыбнулась Кохару и повела семью туда, где их ждал Изуку. Как только они вошли в комнату, Изуку встал. Кими чувствовала, как родители позади нее просияли при виде его. Кими хотелось быть счастливой, но она знала лучше. Она пока не собиралась питать надежды и знала, что Изуку чувствует то же самое. — О, ты, должно быть, Изуку! Привет, дорогой! — Кохару, не теряя времени, подошла к Изуку. Кими послал ободряющую улыбку, когда посмотрел на нее с легким страхом. Он нервно улыбнулся даме перед ним и нерешительно взял ее протянутую руку. — П-привет, я-я-Ишика- — О, пожалуйста. Можешь звать меня Кохару! Кими и Изуку вздрогнули, когда его перебили. Кохару, казалось, осознала свою ошибку и отступила на несколько шагов от Изуку. Кохару взглянула на нее извиняющимся взглядом, и Кими ободряюще улыбнулась в ответ. — Все это выглядит восхитительно, Кими-сан! Сатоши подошел к одному из кресел. Кими указала на стол и стулья. — Спасибо. Садитесь, пожалуйста. Наслаждайся этим! Кими подождала, пока все найдут себе места, прежде чем села сама. Она убедилась, что находится рядом с Изуку. Другие взрослые сели напротив них, а дети старались сесть как можно ближе к родителям. Кохару посадила младшенькую на сиденье и придвинула к себе. — О боже, похоже, я забыла представиться малышу. — сказала Кими. Она помахала странно молчаливому малышу. Он только начал смотреть на нее и моргнул, прежде чем посмотреть на свою маму и схватить еду руками. Кими в замешательстве нахмурила брови. Она посмотрела на родителей, ее любопытство и замешательство были видны на ее лице. — Это очень интересно, не так ли? Видеть такого тихого и незаинтересованного малыша. Сначала мы с Сатоши очень беспокоились о нем, но врачи сказали нам, что с маленьким Такео все в порядке. Кохару повернулась к своему младшему и провела пальцем вверх и вниз по его щеке. — Такео фактически усыновлен. Кими знала об этом, заглянув в семью, но отреагировала вежливо. Кохару начала потирать руки мужа, пока он продолжал говорить. — Мы взяли его, когда он был еще ребенком. Он даже тогда был спокойным. Когда Сатоши не пошел дальше, Кохару продолжил. — Его бросили биологические родители, и никто не мог их найти. Считается, что у него есть причуда эмпатии, с которой он родился, но это трудно сказать. Причуды эмпатии трудно определить, особенно когда изменения эмоций других не играют роли. — Кохару повернулась и посмотрела на Такео. — Мы сделали все возможное, чтобы попытаться заставить его выразить свои эмоции, но ничего из того, что мы делаем, не помогает. Даже предположения доктора не выявляют его личность. Но мы уверены, что однажды он сможет Сатоши закончил. Кими была в шоке. Она могла только представить, в каком стрессе находились эти двое, когда дело касалось ребенка, младенца, который не выражает эмоций. Особенно учитывая, что это единственный способ общения младенцев и малышей. — Ух ты. Я поражена вашим мужеством и терпением в его ситуации. Просто… я даже не могу представить. Кими действительно сочувствовала им. Кохару грустно улыбнулась на мгновение, прежде чем повернуться к ней с благодарностью. Кими взглянула на детей. Дети Исикава казались незаинтересованными в разговоре и с удовольствием наслаждались закусками, которые она разложила. Изуку был более настроен на разговор, но смотрел на стол и медленно ел. — Ну, говоря о причудах, Маленький Изуку, раз мы здесь, чтобы познакомиться с тобой, не мог бы ты поделиться тем, какая у тебя? Изуку напрягся и сжал кулаки. Ему потребовалась минута, чтобы успокоиться, и Кими был рад, что другие взрослые позволили ему. Наконец он выдохнул и расслабил плечи. — Н-нет ничего… — Изуку, казалось, понял, что то, что он собирался сказать, было слишком открытым, и сменил направление. — Н-н-нет… у меня её нет. Изуку сказал смиренным тоном и посмотрел на реакцию. Ишикавы замерли и дернули головами в сторону Изуку. Глаза детей были широко раскрыты, и они обменивались взглядами друг с другом. Сатоши издал вопросительный звук и откинулся на спинку сиденья. Его глаза анализировали Изуку. Кими не мог прочитать то, что пытался обнаружить. Кохару ахнула и прикрыла рот рукой. Изуку посмотрел на всех, прежде чем опустить глаза, стиснув зубы. Кими приготовилась защищать его, но тут заговорила Кохару. — Ах ты, бедняжка! Мне очень жаль, что мы задали такой бестактный вопрос. Все дети склонны вырываться из своей скорлупы, чтобы рассказать о своих причудах, поэтому я подумала…мне так жаль! Изуку озадаченно посмотрел на нее, но все еще был очень напряжен. Во всяком случае, его поза была более оборонительной. — Это отлично. Я знаю, что это хороший вопрос, не о чем беспокоиться. Кими коснулась его руки, чтобы отругать его за грубый тон и утешить. Она хотела утешить его больше, но позволяла ситуации развиваться так, как она есть. Он снова заговорил гораздо более мягким тоном, но все еще очень сухо. — Если вы все еще хотите поговорить о причудах, вы можете. — О, ну, мы бы не хотели, чтобы это звучало так, как будто мы хвастаемся. Наконец Сатоши моргнул и заговорил. Он все еще внимательно наблюдал за Изуку, и Кими не могла не желать, чтобы ее муж был дома. — Мне нравится о них слышать… так что… — неуверенно сказал Изуку. Его глаза бегали по сторонам, отчаянно желая отвлечь от него внимание. Кохару пошла протестовать, но Фумико громко заговорила. — Моя причуда называется подчинением! Я могу рычать, и когда я направлю его на кого-то, они проиграют бой, и я одолею их! Но это не работает ни с папой, ни с Нии-саном! Сатоши и Кохару сразу же пошли ругать свою дочь, но Кими быстро дала им знак не делать этого. Взрослые были сбиты с толку, пока их старший сын не кивнул головой в сторону Изуку. Изуку впервые расслабился и немного оживился. — Это действительно крутая причуда! Хм, а на твоего отца или брата это не действует, потому что у них есть что-то похожее? — Фумико с энтузиазмом кивнула. — Ага! Так что причуда Нии-сана… — Позволь мне хотя бы объяснить, болван. Хаято легонько стукнул кулаком по голове сестры. Она потерла его и дернула головой в его сторону. — Не называй меня так! Она зарычала, чтобы подчеркнуть свою фразу. Это было намного глубже, чем то, что она слышала раньше. Кими издала впечатленный звук, и глаза Изуку загорелись, когда он смог его услышать. Теперь, когда Кими внимательно посмотрела на молодую девочку, она смогла увидеть острые клыки во рту девушки. Прежде чем Кими успела прокомментировать, волосы Хаято начали удлиняться, а изо рта выросли клыки. Глубокий грохот сотряс комнату, и Кими подумала, что это исходит от Хаято, но тот факт, что он немедленно отказался от своей причуды и то, как он и Фумико сгорбились и слегка обнажили шеи, говорило ей об обратном. Она посмотрела на Сатоши и увидела, что его глаза превратились в щелочки и светятся светло-оранжевым. Урчание быстро прекратилось, и он повернулся к Кими. Вскоре он от души рассмеялся. — Прости за это. Я должен был дать голову! Маленький Изуку казался очень взволнованным, поэтому я тоже решил немного покрасоваться. Надеюсь, я не напугал тебя! Сатоши потер шею и слегка покраснел на щеках. Кохару только покачала головой, разочаровавшись в муже и детях. — Боже, это было что-то! Я совсем не испугалась, на самом деле была просто очарована! Кими похвалила. Возможно, она солгала о том, что испугалась, но все это было забавой, так что не нужно было делать из этого большое дело. Изуку тоже выглядел хорошо, так что все было хорошо. — Это было так круто! Есть ли конкретное животное, на котором основаны ваши причуды? Это все, что ты можешь сделать для трансформации, или есть еще что-то, Хаято-кун? И сэр, вы тоже можете трансформироваться, если не возражаете, если я спрошу? Смогут ли ваши сын или дочь подчинить вас, когда станут старше, или вы думаете, что всегда будете альфой? Так устроена иерархия в вашей семье? Неужели Фумико-чан единственная, кто может подчинять других людей? Ваша причуда действует на животных? Кто-нибудь из вас может… — Изуку, дорогой, дыши. Кими решила пощадить бедную семью. Они выглядели ошеломленными внезапным возбуждением, которое демонстрировал Изуку. Изуку посмотрел вниз, румянец покрыл его лицо, когда он посмотрел на стол. — П-м-м-извини… — О нет, милый, все в порядке! Это были классные вопросы, детка! У тебя такой хороший словарный запас. А тебе всего сколько, пять? Изуку кивнул головой, чтобы ответить Кохару, его румянец стал еще гуще. — Ага! Хотя вопросов было много. Я не уверен, что смогу ответить на них все, и я уверен, что у вас будет еще больше! — Сатоши откинул голову назад и рассмеялся. — Что ж, я уверен, что у нас будет достаточно времени, чтобы ответить на них позже, ты не согласна, дорогая? Кохару обратилась к мужу. Они обменялись взглядами, общаясь так, как Кими сама понимала, будучи замужней женщиной. У Кими было хорошее предчувствие по поводу этой семьи. Она почувствовала боль в сердце от этого осознания. Пара взглянула на Изуку, который мило разговаривал с Фумико. Их глаза были мягкими. Кими тоже посмотрела. Изуку был самым расслабленным, каким он когда-либо был, когда встречался с семьей. Кими впервые смогла каталогизировать эту семью как одну из тех, за которой нужно следить.

***

— Спасибо, что пригласили нас, Кими-сан! — Кохару и Сатоши пожали ей руку. Кими ярко улыбнулась им. — Конечно! Я свяжусь с вами в ближайшее время, чтобы договориться о времени встречи снова. Тогда мы можем обсудить детали. Кохару на мгновение втянула плечи, едва сдерживая волнение. Кими не могла не улыбнуться шире. Семья повернулась, чтобы помахать в последний раз перед тем, как отправиться к своей машине. Кими закрыла дверь и повернулась к стоявшему позади Изуку. — Что ж? Изуку сдвинул губы в сторону и посмотрел вверх. — Я думаю, они милые. Он сделал паузу, как будто собирался продолжить, но затем посмотрел на нее, давая ей понять, что он закончил. — Я тоже думаю, что они милые. Каково было, когда вы с детьми ушли играть? Они хорошо играли, когда не были перед взрослыми? Кими повысили. Стандартной практикой было отпускать детей одних, чтобы посмотреть, как они будут вести себя, когда взрослых нет рядом. Кими также нужно было поговорить наедине со взрослыми и задать несколько вопросов. Конечно, Кими всегда настороже, если что-то случится с детьми. Изуку не стал медлить с ответом. — Да, они были крутыми. Хотя Фуми-чан очень громкая и любила лезть ко мне постоянно, но всякий раз, когда это случалось, Хаято-кун вмешивался и давал мне передохнуть. Однако в основном он просто играл на своем телефоне. Он еще немного показал мне свою причуду! Хотя, я думаю, он забыл сказать мне, на каком животном они основаны… Думаю, у меня есть идея, но я хотел подтвердить. Ну что ж. Я могу спросить их, когда они вернутся. Кими улыбнулась. Это хорошо.Они кажутся хорошими детьми, и они хорошо себя ведут. И Изуку, похоже, они нравятся. Это действительно может быть… Изуку продолжал болтать о причудах, и Кими старалась его слушать. Не только для того, чтобы пообщаться с Изуку, но и для того, чтобы убедиться, что никто не лжет и ничего не скрывает о причудах своих детей. Если причуды ребенка не контролировались должным образом, это могло вызвать проблемы с процессом усыновления. Существовали правила безопасности ребенка, который был новичком в доме. Хотя, поскольку эта семья была одобрена для ребенка, Кими не слишком беспокоилась об этом. — А как насчет Сатоши-сан и Кохару-сан? Вы получили от них хорошее впечатление? Изуку наклонил голову и на мгновение задумался. Кими позволила ему подумать над этим, а сама повела их в гостиную. Они сели на диван, и Кими ждала ответа Изуку. — Эм, сначала Сатоши-сан меня очень напугал. Он не улыбался, он почти не разговаривал, и все, что он делал, это свирепо смотрел на меня. И когда он использовал свою причуду, это было действительно страшно, но круто! Наконец он засмеялся, и его тон при разговоре стал намного комфортнее, поэтому я думаю, что он может быть немного застенчив, что очень странно говорить о взрослом человеке! Кими не могла не рассмеяться. Она тоже узнала об этом от Сатоши. На мгновение она забеспокоилась, особенно из-за его прищуренных глаз, когда Изуку упомянул, что у него нет причуды. Но как только Кими заметила еще немного, она решила, что он пытается понять и придумать способ говорить, не оскорбляя ребенка. — Кохару-сан очень, очень милая. Изуку улыбнулся.Через некоторое время его улыбка превратилась в кислое лицо. — Она странно напоминает мне тебя, хотя… — Кими снова рассмеялась. — Это так уж плохо? Она дразнила. Щеки Изуку вспыхнули, и он пробормотал какой-то ответ. Кими не могла его понять. И она была слишком занята смехом, чтобы понять его. — Ой! Мы никогда не говорили о причуде Кохару-сан! Ой… — Хихиканье Кими стихло, и она взъерошила ему волосы. — Еще одна вещь, которую нужно добавить в список, о котором вы хотите поговорить с ними в следующий раз, когда увидите их. Изуку все еще дулся, но кивнул головой. Прежде чем она успела сказать что-нибудь еще, он побежал наверх. Кими весело покачала головой. Она уже собиралась включить телевизор, когда услышала резкий топот с лестницы. Кими фыркнула, когда Изуку подбежал к блокноту в руке. Он скользнул по полу и остановился за диваном. Он бросил блокнот и карандаш и уперся руками в спинку дивана. Он подтолкнул себя вверх и вниз и приземлился сидя. Он не медля взял блокнот и начать писать. Кими приподняла бровь глядя на него. — Ах! Прости, что я не подумал! Разве я не должен был? Кими фыркнула и игриво скрестила руки на груди. — А как вы думаете, молодой человек? Изуку смущенно улыбнулся. — …Извините? Я не буду делать это снова? — сказал он, явно дразня. Кими слегка толкнула его и взъерошила волосы. Он хихикнул и попытался защитить себя. Кими прекратила и скрестила руки на груди. Она высоко подняла голову и закрыла глаза. — Ну, с таким отношением, я думаю, ты больше не хочешь кейк-попсов, а? — Она поддразнила его, приоткрыв один глаз, чтобы увидеть выражение его лица. Его рот открылся, а глаза расширились. — Стой! Стой! Нет! Мне жаль! Действительно! Я все еще хочу их! Я просто забыл! — Ну, если ты забыл, то, думаю, ты на самом деле не хочешь их. Ну что ж! — Кими-сан! — И это тоже звучало так хорошо! — Пожалуйста! — Есть место, где их делают свежими почти каждый день, и они самые лучшие, которые я когда-либо ел! Я действительно думал, что ты хочешь пойти со мной! — Я делаю! Я делаю! Пожалуйста! — Кими больше не могла сдерживаться. Она прервала свои поддразнивания и рассмеялась. — Хорошо, детка. Я просто играю. Бери туфли и пошли. — Да!