Часть 9
10 апреля 2022 г., 16:08
Недели три Сергей сидел тихо, занимаясь домашними заданиями, пока хватало силы воли. С каждой новой посылкой он убеждался, что Гермиона — это Варя… Варенька… Живая. Это, пожалуй, было самым главным — она живая. И теперь он сможет ее защитить от всего на свете. Поэтому он ждал и наблюдал, никаких шевелений вокруг него не было, также как и вокруг городка. Тогда товарищ старший лейтенант решился.
— Тетя, для всех интересующихся — я уехал в детский лагерь для особо трудных подростков, — с кривой ухмылкой сообщил мальчик. — Если все получится, то меня некоторое время не будет.
— Хорошо, Гарри, — улыбнулась тетушка, с которой они за прошедшее время подружились. Увидев, что случилось с домом миссис Фигг, женщина неожиданно расслабилась и успокоилась.
Сергей долго думал — позвонить или приехать, но решил, что лучше приехать. С помощью справочной установив адрес, мальчик высчитал самый простой, в его понимании, маршрут, отправившись на поезде сначала в Лондон, а потом и в городок, где жила… Варя. Ни в одной, ни в другой электричке мальчика никто ни о чем не спросил, видимо, считая, что, если опрятно одетый, спасибо тете, пацан куда-то едет, значит, так надо. Подъезжал он уже в послеобеденное время, надеясь застать девочку дома. «Ну, а если нет, то подождем. И дольше ждали», — решил Сергей.
Варя сегодня чувствовала себя не в своей тарелке. Она чувствовала — должно что-то случиться, что-то очень хорошее, поэтому в больницу не поехала, понимая, что просто не сможет сосредоточиться на работе. После обеда ощущение чего-то надвигающегося стало почти нестерпимым, отчего девочка выскочила на улицу, пытаясь успокоить себя ходьбой. Она нервно вышагивала перед домом, совершенно не понимая себя, а в груди девочки зрело ощущение праздника.
Сергей медленно подходил к дому Вареньки, ориентируясь по табличкам. Вдруг его будто накрыло горячей волной. В груди поселился какой-то теплый комок, возникло ощущение, будто кто-то подталкивает в спину, мальчик даже оглянулся, но что-то, поселившееся в нем, гнало его вперед, вынуждая перейти на бег. Сергей уже с трудом держал себя в руках, не понимая, что происходит, когда он наконец увидел ее.
Миссис Грейнджер с интересом наблюдала за доченькой, что весь день будто бы была не в своей тарелке. Гермиона то замирала, мечтательно улыбаясь, то начинала носиться по дому. Вот наконец доченька выскочила из дому, начав вышагивать перед крыльцом. Девочку что-то сильно беспокоило, и она явно нервничала. Эмма уже хотела окликнуть дочь, чтобы спросить, что случилось, когда случилось это. Позже, вспоминая этот момент, Эмма не могла подобрать другого слова, кроме как «чудо».
— Варя! — не сдержавшись, по-русски выкрикнул Сергей, остановившись. Остановилась и Гермиона, глядя на него своими медовыми глазами, и от этого взгляда, казалось, исчез весь мир, оставив только его и… ее.
— Сереженька! — воскликнула Варя, поняв наконец, кого ей напоминал Гарри в конце года. — Родной…
И будто весь мир замер, когда они двинулись друг навстречу другу. Глаза в глаза, шаг за шагом двое, что казалось, потеряли друг друга, шли. Их шаги были небыстрыми, но двое шли, казалось, через вечность. Они шли друг к другу, и столько невыразимых чувств было в этой сцене, что миссис Грейнджер просто заплакала, не выдержав такого накала эмоций.
А потом их руки соприкоснулись, встретившись сначала пальцами, а потом превратившись в объятия. И их первый поцелуй, такой взрослый для двенадцати лет, не казался чем-то неправильным. Для двоих выглядевших детьми весь мир не существовал, только они. Только их руки, только их губы, только их объятия. «Варенька»… «Сереженька»… не было в этих простых словах ни пафоса, ни чего-то еще, а только бесконечная любовь, победившая, казалось, саму смерть.
***
Варя затащила Сергея в дом, чтобы продолжить поцелуи, понимая, что на улице это смотрится странно. Миссис Грейнджер подождала минут пять, потом еще пять, потом, поняв, что детям не надоест, пошла знакомиться. Дети, казалось, не видели никого вокруг себя, они казались сейчас такими взрослыми, потерявшими и обретшими друг друга… — Доченька, ты не представишь мне своего… хм, — миссис Грейнджер не знала, как сформулировать. — Это Гарри Поттер, мамочка, мы учимся вместе, — сообщила девочка, комфортно чувствуя себя в объятиях нежно-нежно улыбавшегося мальчика. Эмма даже не представляла себе, что на свете могут существовать такие чувства. — Это понятно, а кроме? — улыбнулась женщина. — Там… В той жизни, которую я прожила… — тихо заговорила Варя. — Он был моим мужем. Его вернули мне… — Это кого еще кому вернули, — хмыкнул названный Гарри Поттером. — Ты мое чудо. — А ты мое, — показала язык девочка, прикрыв глаза. — Такое счастье, что ты есть… — Понятно, голубки, — хихикнула Эмма. — Что делать думаете? — Сер… ой… Гарри живет у нас, — безапелляционно заявила Варвара. — Хватит, нагулялся. — Гарри, а ты тоже врач? — спросила мальчика миссис Грейнджер. — Ну что вы, я скорее наоборот, — из глаз мальчика плеснуло холодной сталью. — Гарри там был самым важным человеком, — сообщила девочка. — Потому что такого водителя никто и никогда не видел. Вот! — Ну не доктор и хорошо, — покачала головой Эмма, поняв, что всей истории пока не дождется. — Идите уже… Чуть позже, завалив Сережу на кровать и используя мальчика как подушку, Варя рассказывала все, что ей удалось узнать за прошедшее время. Они так договорились — сначала рассказывает девочка, а потом и мальчик. Если, конечно, ему есть, что рассказать. Сергей загадочно улыбался. — Читала когда-то давно, сейчас пытаюсь вспомнить, что нас ждет, — сообщила девочка. — Вместе попытаемся, если что, — ответил Сергей. — Есть способы выудить из памяти, казалось бы, надежно забытое. — Отлично, — кивнула Варя. — Во Франции выяснилось, что я так называемая «дитя магии», это значит, что могу родить очищенных от проклятий детей, поэтому я… — она всхлипнула. — Товар. — Я им дам, товар, — мгновенно разозлился Сергей. — Надо будет, всю Британию кровью залью! — Дальше… У меня есть юрист, к которому мы можем обратиться, — сообщила девочка. — И артефакты защиты от зелий и внушения. И на твою долю, конечно, тоже. — Мне нравится твое «мы», — улыбнулся мальчик. — А как иначе? — удивилась Варя. — Ведь ты жизнь моя, жизнь моя, плоть моя, дух от духа и магия от магии… — она сама не поняла, откуда в ее голове всплыли эти слова. — Ты тоже жизнь моя, — заговорил Сергей и повторил слова, всплывшие в голове, будто на экране. — Плоть моя, дух от духа, магия от магии и сила от силы… В этот момент во всем доме погас свет, что-то вспыхнуло, ослепив обоих, и все стало как прежде. Полуослепленная девочка терла глаза, когда внезапно обнаружила на руке неучтенное кольцо. — Опаньки, — растерянно сказала Варя. — Сереженька, а я больше не товар… Да и ты тоже… — Что случилось? — удивился приходящий в себя мальчик. — На руку свою посмотри, видишь, кольцо? — спросила девочка. — Не снимается, — сообщил Сергей, разглядывая появившуюся бижутерию. — Что это? — Это так называемая воля магии, любимый, — это слово как-то очень легко выскочило, создавая ощущение правильности. — Мы помолвлены, и теперь никто не сможет нас разлучить, так в книжке написано. — Вообще никто? — удивился мальчик, все еще разглядывавший кольцо. — Вообще никто, а то магия по попе даст, — хихикнула Варя. — Я такая счастливая! Но артефакты надень, все-таки дураков у нас полно. — Хорошо, — кивнул Сергей. — С помолвкой потом разберемся, ибо маленькие мы еще, а я тебя и так люблю. Моя очередь рассказывать? — Ага, — девочка устроилась поудобнее в объятиях мальчика. — Рассказывай! — В общем, приехал я, и тут меня захотели сразу убить, — сообщил Сергей. — Представляешь, как я удивился? Ну вот, связал убивальщиков и начал разбираться. Дядя, который не дядя, а шантажист, был явно не в себе и после небольшой театральной постановки упорхнул к предкам. Его полиция зачистила. — О, Господи, — шокировано прижала руки ко рту Варя. — А потом что было? — Тетка вдруг оказалась нормальной, ей соседка пирог с психоактивами подсунула, — ответил мальчик, поглаживая там, куда достал. — Зная тебя, она тоже стала историей? — улыбнулась девочка, ничуть не переживая по этому поводу. — На газу подорвалась, — кивнул Сергей. — Но перед этим рассказала, что выполняла приказ некоего старикана. И ошиблась с дозировкой. Но вот прошло три недели, а шевеления нет, значит, или она должна была докладывать только в случае эксцесса, или меня отслеживают как-то иначе. — Так, — Варя постучала пальцем по губе. — Значит действуем так… Восстанавливаем восстановимое, готовимся к «приключениям», рассказываем родителям, что мы помолвлены… Кстати, девочка умерла от страха, так что мне пугаться нельзя. Но на всякий, с собой укладка, а там изолированный деф, ты разберешься. А сейчас встаем и идем кушать готовить!***
Глядя на то, как двое детей хозяйничают на кухне, как Миона прижимается к Гарри во время готовки, какое у них взаимопонимание, миссис Грейнджер понимала — это семья. Просто сложившаяся семья, со своими ритуалами, играми и просто бесконечной нежностью друг к другу. Кольца она, разумеется, заметила, но решила подождать ужина с надеждой на то, что дети расскажут. А Варя со своим Сережей готовили ужин так, как будто ничего не случилось и они снова вместе там, где ждали суточные дежурства и Наташка. — Вот интересно, а Наташка тоже здесь? — спросила Варя. — Может, как и я — прибудет позднее? — высказал свое мнение шинкующий морковку Сергей. — Тогда, главное угадать, кто она. — Если она также затихарится, как ты, я ее укушу, — пообещала девочка. — Кидай морковку, и подождем полчасика, как раз папа с работы придет. — Папа доктор? — поинтересовался Сергей. — Надеюсь, не проктолог? — Педиатр, — улыбнулась Варя, — но ты не бойся, я тебя защищу! — Не стоматолог, и спасибо, — поцеловал ее мальчик. — Давай на стол накрывать, будем производить впечатление на тестя, раз уж на тещу произвели, — от этой тирады девочка звонко рассмеялась. Глядя на процесс сервировки ужина, Эмма понимала, что сегодня у них далеко не простой день. Дети, видно, захотели устроить праздник. Что же, вполне имели право.
