Песнь в безмолвном лесу

— Молодой господин!.. Молодой господин!.. — игривый голосок звал Итэра, но тот никак не мог прийти в себя, — Ах, Маки, разбуди его. У меня нет больше сил возиться с этим эльфом. И почему же они такие слабые?       Возле белоснежной постели, украшенной лепестками сакуры стояла девятихвостая кицунэ. Выглядела она поистине богато: одежда её представляла собой черное широкое платье с открытыми плечами. От локтей спускались длинные рукава белоснежного одеяния с розовой бахромой на конце. Они закреплялись на поясе двумя пушистыми помпонами и красной нитью, на которой красовались два золотых бубенца, а посередине них еще один отлитый из серебра. От середины платья отходили пара широких белоснежных лент, украшенных золотистой росписью. На шее у неё болтался чокер с лисьей мордой, а на голове возвышался золотистый аксессуар, украшенный цветами и россыпью золотых бусин, переплетающихся между собой. Уши кицунэ били приподняты, и в середине проглядывала розовая шерстка. Её пурпурного цвета глаза нетерпеливо смотрели на лежащего эльфа, что свернулся калачиком и схватился за живот. — Маки, неси холодную воду, — голос Яэ Мико звучал без той самой игривой нотки, что и всегда. Казалось, что она была раздражена. — Слушаюсь, госпожа, — кицунэ с тремя хвостами поклонилась и вышла.       Через несколько минут девушка вернулась, держа в руках ведро с водой. Она передала его Яэ Мико и та, не раздумывая ни секунды, выплеснула его на эльфа. — Молодой господин, хватит вам спать, — она фальшиво улыбнулась, когда Итэр с криком поднялся с постели, — Вы и так находитесь у меня порядочное количество времени. — Госпожа Яэ Мико?.. Где я?.. Где Сяо?.. — Вот что значит любовь, — она усмехнулась и прикрылась белесым веером, который находился у неё в руках, — Только очнулся и сразу спрашивать о нем. Сяо ещё не наведывался сюда. — Тогда, где я сейчас?.. — он со страхом осмотрел комнату, в которой не было ничего, кроме белоснежных стен, кровати и стула возле, — И кто вы такая?.. — Ха-ха, молодой господин, вы все ещё не догадались? — она хитро прищурилась, распустила девять хвостов и громко отчеканила, — Второй Высший демон, Верховная Кицунэ Яэ Мико. Прозвище среди демонов — Собирательница душ. А вы сейчас в моем дворце, только на нижних этажах. Никто из придворных не должен знать, что в моих владениях эльф. — Но что тогда вы делали в царстве эльфов? Да и ещё так близко общались с госпожой Райдэн, что стали второй правительницей?.. — глаза его округлились от удивления, покуда кицунэ с раздраженной улыбкой отвечала на его вопросы: — Молодой господин, не будьте столь любопытны. В царстве эльфов довольно хорошо, особенно занимая такое положение. Эи моя близкая подруга, так что прошу вас, не лезьте в наши с ней отношения. И вообще, идите к своему горячо любимому демону, не доставляйте мне лишних хлопот. Сейчас не лучшее время. — Простите, — извинился Итэр, когда понял свою оплошность, — Не хотел причинить вам столько неудобств, госпожа Яэ Мико. Я пойду.       Итэр, преодолевая небольшое головокружение, поднялся с постели, встал на ноги, как вдруг вновь чуть не упал на пол. Повезло, что треххвостая кицунэ, стоящая рядом с Яэ Мико, успела подхватить его за локоть и вновь усадить на постель. По неосторожности та случайно коснулась запястья Итэра, и тело эльфа пронизала жгучая боль. Приглушенный крик вырвался из его рта, а кицунэ в страхе попятилась назад, прячась за спину старшей.       Как только боль поутихла, эльф перевел взгляд на свое запястье и обомлел. По нему, словно вены, расходились горящие красные линии. Они глубоко въелись в покрасневшую кожу, оставляя на ней ожоги, которые даже за эти дни не сошли. — Что это?.. — прошептал Итэр, испуганно сглотнув. — Заклинание красных пут. Никогда не слышали? — Яэ Мико приложила веер к губам, сосредоточенно смотря на руки эльфа, — Ничего, это нормально. Заклинание давно позабыто всеми. Записи разве что сохранились в архиве Царицы. — Но что оно делает? И почему не проходит? — Заклинание красных пут высасывает из существа всю его магическую энергию. Он становится словно беззащитный младенец. И оно проходит очень долго, примерно три месяца, пока существо целиком и полностью не превратится в ничто, — от последних слов кицунэ у Итэра по спине прошелся холодок, — Я сделала все, что могла, чтобы предотвратить последствия. Так что вы не умрете. Заклинание спадет через пару-тройку дней, но до того времени вы не сможете использовать магию стихий и заклинания. Странно, что так мало… — тихо добавила она так, чтобы не расслышал эльф. — Большое спасибо вам, госпожа Яэ Мико. Я даже не знаю… как отблагодарить вас!.. — Итэр вновь вскочил с кровати и поклонился ей, но та лишь довольно усмехнулась, раскрыла веер и направилась прочь, сказав на прощанье: — Оставайтесь и отдыхайте. И не волнуйтесь, Сяо уже давно заключил со мной контракт. — Что еще за контракт? — крикнул ей Итэр, но та уже скрылась за дверью.       Эльф вновь улегся в кровать, смотря в потолок. Запястье все ещё ныло, а красные вены пронзали тонкую кожу, расходясь по руке. Одежда его вся промокла и теперь оттягивала его вниз. На нем все еще были те самые шорты, только водолазка оказалась разорвана, поэтому верхнюю часть его тела прикрывал темное хаори, который стал практическим прозрачным. Итэр повернул голову по направлению к окну и обнаружил рядом с кроватью стул со стопкой одежды и запиской. Она гласила: «Простите молодой господин, но мужской одежды у меня не было» Эльф развернул аккуратно сложенную стопку и состроил недовольное лицо, смотря на приготовленное кицунэ одеяние. — Говорите, не было?       Перед ним находилось ничто иное, как простая одежда служителей храма: белый халат и алая хакама, которую носила младшая кицунэ, пришедшая с Яэ Мико. Хакама на подоле была украшена лепестками сакуры, а на поясе были вышиты белоснежной ниткой узоры листьев. Как ни странно, но костюм оказался впору и пришелся прямо по росту. Смущало эльфа лишь то, что смотрелось на нем это так, словно он стал одной из этих девушек-кицунэ. Итэр распустил золотистого цвета волосы и перекинул на спину, поправляя выбившиеся пряди.       Оставшиеся на его теле раны от меча Альбедо не мешали движениям и не болели, что крайне удивило парня, но тот рассудил, что, возможно, госпожа Яэ Мико успела позаботиться о них. — Посмотреть бы на себя в зеркало, — он устало присел на кровать, грузно выдыхая, — Интересно, что будет, если я позову Сяо?       Эльф улегся на постель, расставил руки в сторону, погружаясь в собственные мысли: «Что ещё за контракт между госпожой Яэ Мико и Сяо? Почему она так обходится со мной? Она уже второй раз ставит под угрозу свою жизнь и репутацию. Неужели ей не страшно? Верховная Кицунэ… сколько же ей тогда лет? Как много она знает? Надо будет как следует поблагодарить её за спасение!..» Итэр ворочался, не находя себе покоя. Мысли его все время возвращались к демону, а перед глазами мелькал его образ. Неужели он и правда мог влюбиться в него? Хотя, если учитывать, что связанные в любом случае полюбят друг друга как бы они не противились, то все должно стать на свои места. Эльф вновь закрыл глаза, глубоко вздохнул, продолжая раздумывать. Он вспомнил Венти, вспомнил все события, что произошли с ним до этого момента. Можно сказать, что вся его жизнь была скучной и однообразной, пока не появился в ней демон. Наверное, за то его можно поблагодарить?..       Так он и провалялся на постели примерно часа два, пока в дверь не постучали и за ней не послышался тихий голосок: — Госпожа Яэ Мико просит сопроводить вас до главной комнаты. Вы сейчас сможете? — А, да!.. Одну секундочку, — Итэр поспешно встал с кровати, поправил волосы и вышел за дверь, где его уже поджидала знакомая ему кицунэ, — Простите за задержку.       Лицо стоящей перед ним девушки было прикрыто маской, темные волосы завязаны в два небольших пучка. Одеяние у неё было как и всех остальных придворных: белый халат и алое хакама, перевязанное золотистой лентой. Единственное, что бросалось в глаза — чокер с цифрой два. В руках у неё был бумажный фонарь, издающий слабый свет.       Как только кицунэ увидела эльфа, то сразу же поклонилась и молча повела его по тусклому коридору, не встречая по пути других демонов. Вскоре они оказались в обширной комнате, потолки которой растворялись в искусственном тумане, а от них исходил приятный желтый свет, не слепящий глаза. По сводчатым колоннам тянулись ветки, а на них ютились фиолетово-розовые цветы. Они тянули свои лепестки к свету, как и листья, что медленно качались от легкого ветерка, царившего в комнате. По полу были разостланы красные ковры, а них лежали, сверкая своими рыжими шубками, лисы. В дальнем углу комнаты возвышался золотой трон, рядом с которым распустили свои листья монстеры. Повсюду чувствовался запах неземных цветов — сладких и в то же время терпких.       Итэр поразился такой красоте, такому богатству, которые даже и не снились ему во снах. Одна такая комната стоила, наверное, как его особняк, в котором он живет. Кицунэ, что вела его сюда, вмиг исчезла, как будто её и не было, а эльф, пробираясь сквозь скалящих зубы лисиц, подошел к трону, на котором вальяжно расселась Верховная Кицунэ. В руках у неё был все тот же белесый веер, которым та медленно обмахивалась. Рядом с ней стояли две статуи золотистых лисиц с гордо поднятой головой.       Итэр подошел ещё ближе, но в это время одно из животных злобно зарычало, не давая ему ступить и шагу дальше, поэтому эльф встал как вкопанный, пока сверху до него не донесся игривый смешок. Навстречу ему выходила девушка. Полы её одеяния тянулись по красному ковру, широкие рукава развевались на легком ветру, а завязанные внизу лентой волосы струились по оголенной спине. Сзади развевались девять пышных хвостов, а шерсть их отливала серебром. — Молодой господин, вы выглядите отменно, — в её голосе скользила насмешка, — Вас не отличить от моих поданных. — Госпожа Яэ Мико, — склонившись в поклоне, вновь поприветствовал её Итэр, — Зачем же вы позвали меня сюда? И спасибо за комплимент, наверное… — Не стоит рассыпаться в благодарности. Скажу честно, он вам очень идет, — она хихикнула, довольствуюсь свое работой, и подошла поближе к эльфу.       Неожиданно рядом с ним возник силуэт кицунэ, которая держала в руках небольшой ободок с ушками. Яэ Мико окинула его хитрым взглядом, а потом подняла пурпурные глазки на эльфа, нежно-игриво рассмеявшись: — Молодой господин, не изволите ли вы надеть это? — Это?.. — он слегка растерялся, — Ушки?.. — Заклинание, — поправила она, — Я бы хотела провести с вами немного времени. Позволите? — А…да…конечно… — запинаясь, произнес он, надевая ободок.       Как только искусственные ушки появились на его голове, Яэ Мико рассмеялась, прикрываясь веером, а стоящая рядом кицунэ невольно испустила смешок. На лице Итэра появился стыдливый румянец, но он не попытался снять ободок. — Ох, молодой господин, вы прям как настоящая кицунэ, — её пурпурные глазки довольно сверкали, — Маки, принеси зеркало. — Слушаюсь, госпожа, — девушка, что все это время стояла рядом, в ту же секунду испарилась, вихрем вылетев из комнаты, а в это время Итэр перебирал пряди волос, ожидая улицезреть свой новый образ. — Не переживайте так, все не настолько плохо, — Яэ Мико кинула на него насмешливый взгляд и присела на корточки, поглаживая одну из лисиц, что ластилась у её ног, — Только выглядите вы словно девушка.       Итэр хотел было что-то сказать, но в это время в главный зал ворвалась Маки, держа перед собой большое украшенное золотой рамой зеркало. Она поставила его ровно перед Итэром, и тот, увидев в нем себя, чуть было не растерял дар речи. Из зеркала на него смотрела милая девушка с одним единственным белоснежным хвостом и пушистыми ушками. И даже лицо его приобрело некоторые девичьи черты: губки его стали чуть пухлее, а ресницы длиннее и пышнее. Яэ Мико вновь усмехнулась, прикрылась веером, насмешливо повторяя: — Не переживайте, вам так идет.       Кицунэ, стоящая рядом, молчала. Итэр хотел провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть себя таким «девичьим». «А что будет, если Сяо увидит меня таким?» — промелькнула у него в голове совсем невзрачная мысль, — «Что он подумает?». Он помотал головой, отгоняя прочь все эти ненужные мысли, а потом потом попытался фальшиво улыбнуться, чтобы сгладить обстановку. — Ладно, перейдем к делу. Идите за мной, — Яэ Мико, медленно ступая, вышла из комнаты. Итэр последовал за ней.       Две «кицунэ» шли по белоснежным коридорам с узорчатыми сводами потолков, барельефом на стенах в виде лисьих силуэтов, превращающихся в людей, и маленькими бонсаями, стоящих на сделанных из темного дерева тумбочках. Девушка, шествующая впереди всех с гордой осанкой и самодовольным лицом, увлеченно рассказала о своем царстве, пока Итэр, внимая каждому её слову, шел следом: — Здесь иногда бывает настолько скучно, вы даже не представляете. Сплошные обязанности, воспитание подопечных, развитие города… — она устало вздыхала и продолжала, — Иногда хочется просто сбежать от всего этого и насладиться истинным удовольствием. Понимаете? — Поэтому вы перешли в царство эльфов? — Ах, вы абсолютно правы. Я просто хотела развеять скуку. Прожив столько лет, естественно захочется просто посмеяться и подурачиться, словно ребенок. — Можно нескромный вопрос?.. Сколько вам лет, госпожа Яэ Мико? — Молодой господин, спрашивать возраст у дамы крайне некультурно, — она хитро рассмеялась, — Но я честно вам отвечу, что не помню. Где-то больше двух тысяч. Вас устроит такой ответ? — А, да… извините, — Итэр виновато опускал взгляд, переминая руками алое хакама. — Извинения приняты.       Вскоре оба очутились за воротами главного дворца кицунэ, где их уже поджидали две золотые статуи стражников-лисов, встречающие гостей. Их морды выгляди крайне сурово, в глазах искрился недобрый блеск, а зубы оскалены. — От руки твоей пало столько моих сородичей, — глаза Яэ Мико покрыла печальная пелена, и она грузно выдохнула, — Как много лет прошло…       Итэр молча наблюдал за ней, но было видно как жажда любопытства мучала и поедала его изнутри. Кажется, кицунэ тоже заметила это, слегка усмехнулась и склонила голову набок, тихо произнося: — Думаете, кто эти лисы? Погодите немного. Вскоре вы все узнаете. — Вы расскажете мне? — глазки эльфа заинтригованно блеснули, — Простите, если слишком настойчив. — Я ничего не делаю просто так, — она перевела взгляд на стоящий вдалеке храм, шпили которого украшали маленькие светящиеся звезды, — Идемте.       Она развернулась и пошла по главной улице города, расположенного в низине возле горы, на которой возвышался дворец Верховной Кицунэ. Итэр пошёл следом, попеременно рассматривая дома и храмы, расположенные по краям дороги. Город в основном населяли девушки с лисьими хвостами, реже попадались мужчины с различными рогами и ушами, но каждый из них кланялся, как только Яэ Мико проходила мимо.       С правой стороны располагался больших размеров храм, возле которого копошились жрицы с одним рыжим хвостом, по левую сторону располагались всякие лавочки, прикрытые деревьями сакуры, а прямо перед ними журчала искристая вода. Через эту маленькую речку был перекинут небольшой деревянные мостик с резными перилами. Практически всю дорогу их сопровождали падающие с деревьев лепестки сакуры, цветочный аромат пышных роз, что цвели в клумбах возле каждого дома, а яркого желтого цвета гирлянды освещали дорогу, усыпанную розоватыми лепестками.       Город несомненно был больших размеров, но увидеть все его прелести Итэру не удалось, потому что две «кицунэ» вскоре дошли до больших размеров храма, возле которого стояла девушка. Её глаза были прикрыты повязкой, а руки-крылья сложены в приветственном жесте. Он была словно застывшее изваяние — такая нежная и белоснежная. Заплетенные в высокий хвост волосы развевались по ветру, как и белоснежно-черное платье, напоминающее оперение журавля. — Цуру — она последний выживший журавль-оборотень, — медленно молвила Яэ Мико, когда они подошли на достаточное близко расстояние к храму, — Мне стало её жаль, поэтому укрыла здесь от преследования. Всю ею семью убил бывший Высший демон-оборотень, а она лишилась зрения. Наверняка ты знаешь его. Он был отцом Рэйзора. — Выживший журавль-оборотень… — задумался Итэр, — Оказывается существует так много видов демонов… — Её история похожа чем-то на мою, — вздохнула Яэ Мико и подошла к девушке-журавлю, приветливо улыбаясь, — Как поживаешь, Цуру? — Вполне сносно, госпожа Яэ Мико, — голос у неё был, словно пение птиц по утрам — легкий и такой звучный, — Вы кого-то привели? Пахнет он слегка необычно. — Да. Не стоит беспокойства. — Уверены, что гостю можно доверять? В конце концов… — Цуру, я ведь сказала, что беспокоиться не нужно, — мягко произнесла кицунэ и обошла её стороной, приглашая Итэра за собой, — Думаю, он сможет сделать то, что давно не было суждено многим и исполнит то, что я давно хотела…       Эльф так и ничего не понял из того, что сказала Яэ Мико, поэтому, посматривая в сторону демоницы-журавля, пошел следом в храм. И спустя несколько секунд перед ним открылась довольно печальная картина. По всему залу, в котором они оказались, стояли маленькие статуи лисиц, а возле них надгробия. Мурашки прошлись по спине от такого, а Яэ Мико лишь печально усмехнулась, проходясь по рядам. Веер в её руках слегка подрагивал и скрыть это было невозможно, будто Яэ Мико волновалась, хотя, наверное, так и было.       Она прошла вдоль небольших гробов, а потом подошла к самой большой статуе, что стояла в конце всего храма. Конструкция представляла собой белоснежную лисицу, сделанную из серебра. На шее у неё висели два колокольчика, а сзади пушились девять хвостов. — Я снова здесь, Сайгу. Простите, что не навещала вас так давно, — Яэ Мико склонилась в молитвенном жесте, а потом обернулась, приглашая Итэра пройти, — Не стесняйтесь. Если бы я не хотела, то не приводила бы вас сюда. — Но ведь это ваше памятное место, госпожа Яэ Мико… Разве я не посторонний здесь человек? — неловко пробормотал он, не решаясь пройти вдоль гробов. — Ничуть.       Итэр осмотрелся и медленно-медленно прошел вдоль всех стоящих гробов и статуй лисиц. Его мучило чувство, будто все эти звери пронзают его жгучим взглядом, следят за каждым движением и каждым вздохом. По спине прошлись мурашки, но глаза продолжали смотреть вперед, где стояла кицунэ, распустив девять пышных хвостов. Нижняя часть лица её была скрыта веером, а пурпурные глазки печально бегали от гроба к гробу, пока эльф вплотную не подошел к ней. — Хотите, расскажу вам маленький секрет? — Итэр, любопытствуя, кивнул, а Яэ Мико продолжила, — Мы, демоны, долго не можем отпустить некоторые чувства, поэтому нас часто терзают сомнения по поводу нашего жизненного пути. Правильно ли мы поступаем? Например, Сяо не может отпустить то маленькое чувство надежды, которое возникло у него при встрече с вами. И я четко вижу, как он до сих пор терзается сомнениями, веря в эту надежду. — Надежда? — Надежда на счастье. На то что вы сможете спасти его от вечного одиночества и навсегда останетесь с ним. — Откуда вы все это знаете?.. — А как ты думаешь, кто помог ему найти тебя? — рассмеялась она и вновь окинула взглядом отливающую серебром статую, — Я сожалею, что разлучила вас на некоторое время, что стерла ваши воспоминания о том моменте и умолчала про то, что я забрала кулон. Приношу свои искренние извинения перед вами, молодой господин. — Но ведь сейчас все хорошо!.. Давайте не будем об этом говорить… — Итэр неловко замахал руками. Кажется, здесь, в храме, чувства Яэ Мико, которые она прятала за лукавой улыбкой, пробудились наружу. — Ах, ещё извиняюсь за мою подчиненную в тот раз. — В тот раз? Когда? — Неужели запамятовали? Вы должны были помнить, как пятихвостая кицунэ попыталась убить вас на горе при Великом храме. Тогда вы впервые встретились с Сяо… — Погодите! — воскликнул Итэр, — А разве это было… не сном? Я ведь точно помню, что очнулся в гостинице вместе с Венти… — Простое заклинание, — подмигнула Яэ Мико, — Считайте, что это была просьба Сяо. — Значит Сяо хотел увидеться со мной все эти…четырнадцать лет? — не унимался Итэр, засыпая кицунэ вопросами, — Так вот что вы имели виду под чувством надежды. Даже когда он не чувствовал рядом меня, он надеялся, что я не брошу его. Но четырнадцать лет! Госпожа Яэ Мико, почему вы сразу об этом ему не сказали?! — Ха-ха, как вы сами молвили: сейчас все хорошо. Так что давайте мы опустим этот момент, — кицунэ лукаво склонила голову набок, — Иначе вы запутаете и меня и себя. Просто знайте, что на то были собственные причины. — Хорошо… извините, за столь поспешные обвинения в вашу сторону. — А знаете, какое чувство не отпускает меня до сих пор? — неожиданно спросила кицунэ, а её пурпурные глазки печально сверкнули, — Чувство вины. Не хотите ли узнать подробнее? — Госпожа Яэ Мико, с чего вы вдруг так ласковы ко мне? — парень опустил взгляд в пол и замялся. — Кажется я уже говорила, что вы, возможно, сможете сделать то, что никто не смог до этого. А я всегда хотела увидеть это собственными глазами. Это связанно с моей историей, — улыбка сползла с её лица, и она прикрыла рот веером, — Наверное, в сердцах всех демонов живет крохотная надежда, и каждый из нас мучается с ней. Почему же это?.. — Не расскажете, что же за надежда вас так тревожит? — осторожно спросил Итэр, следуя за Яэ Мико, которая пошла вглубь храма, прямо за красно-полупрозрачные шторы, а по пути она ответила: — Рассказывать? Разве вы что-то поймете? Не лучше ли будет показать?       Она аккуратно отодвинула шторку, и перед Итэром предстали четыре стены, на которых были изображены картины, нарисованные тусклыми красками. Вся эта обстановка смутно напоминала Итэру комнату с настенными картинами, как и у Сяо. — Знаете, что это? — улыбаясь, спросила она. — Запечатленные воспоминания. — Думаю, у каждого демона, кто пережил тяжелое прошлое, имеются такие. Это помогает нам избавиться от того бремени, что тяготит нас постоянно. Я бы хотела, что вы увидели…мое прошлое. Может быть, так мне станет полегче. — Я сделаю все, что вы скажете, госпожа Яэ Мико, — Итэр горел решимостью. Почему же ему так не терпелось узнать, что в итоге произошло? — И зачем же я надеюсь до сих пор?.. — рассмеялась она, прикрывая глаза, — Не обращайте внимания. Видно я ничем не отличаюсь от подобных мне демонов. Можете входить, молодой господин.       Итэр кивнул и, опустив взгляд в пол, коснулся первой картины, на которой были изображены рыжие лисы. Сердце его колотилось, но он не колебался ни секунды, ожидая, когда его тело перенесется в тело прошлой Яэ Мико. А кицунэ в это время присела на пол, сложила руки на колени, печально усмехаясь: — Так чего я все же хочу? Просто воспротивиться тому, чему она меня учила и доказать, что это не так или потешить собственные надежды? Как же тяжело…