Тайные сожаления

Ши Цинсюань лежал в заброшенном доме на старых простынях и смотрел на подгнивший деревянный потолок. О своём плохом состоянии он, конечно же, никому не сказал, поэтому находился сейчас в полном одиночестве. Улыбка не сходила с его лица, несмотря на горячие слёзы, что лились по щекам. Красивый когда-то юноша, превратился в измученного, бледного мужчину. — А умирать оказывается больно, - хриплым голосом засмеялся Ши Цинсюань. Он глотнул слюну, пытаясь утолить жажду пересохшего горла: — Не хватает вина. « Молодой господин проливает вино » - какая прекрасная картина, жаль от неё ничего не осталось. Человек, что днями напролет веселился, распивая вкусные напитки, заводил со всеми дружбу, теперь лежит при смерти в мучениях, ожидая, когда это всё закончится. Из-за горячки все мысли и воспоминания Цинсюаня перемешались, начали появляться галлюцинации. Он ворочался и что-то несвязное бормотал. А потом всё исчезло. Ши Цинсюань широко открыл глаза. — Я...устал. Улыбка пропала с его лица, и он полузакрытыми глазами глянул в сторону. — Почему всё закончилось так? Хотя... - Ши Цинсюань закрыл глаза и слабо вздохнул. - Так и должно было случиться, да? Это ведь моя судьба. Дрожащей рукой он потянулся к табуретке, на которой лежало несколько вещей. Но его организм был слишком ослаблен, и в итоге Ши Цинсюань свалился на пол. Не обращая внимания на боль, он поднял руку и схватил мешочек цянькунь, а затем аккуратно вынул один предмет. Веер. Тонкими пальцами он пытался сжать его в руке, но ничего не вышло. Ши Цинсюань заплакал, даже не в силах вновь посмотреть на свой веер. — Я не хочу такую судьбу! Я не хочу умирать тут, пожалуйста... Ши Цинсюань хотел закричать, но не мог. Его сиплый, дрожащий голос срывался, а некоторые слова пропадали в тишине. Он хотел подняться, но не мог. Он хотел вытереть слёзы, но не мог поднять даже руки. Он хотел всё изменить. Но мог лишь лежать на полу, в предсмертной агонии, и мечтать о завершении этих страданий. — Я так хочу увидеть вас всех. Какой же я глупый. Я...- его голос прервала очередная порция слёз. Веер выпал из рук на пол. Ши Цинсюань смог завершить фразу: — Я хочу увидеть тебя. Мин-сюн... Вдруг Ши Цинсюань сорвался на хохот. Он попытался ударить себя по лицу, но рука лишь вяло упала на грудь. — Я ненавижу тебя, Ши Цинсюань! Ненавижу, ты глупец! Его зовут Хэ Сюань, назови его хоть раз так, придурок. Хотелось плакать, но слёзы уже не лились. Ши Цинсюань глядел вверх, надеясь, что вместо этого гнилого потолка появится небо. И пойдет снег. Он бы хотел закрыть глаза, а открыть их уже в одну из снежных ночей, которую они провели с Хэ Сюанем, распивая вино. Ши Цинсюань мечтал вернуться в то время и вместо глупых разговоров сказать всё: — Прошу, прости меня, Хэ Сюань. Даже тогда я не воспринимал тебя им. Наверное, тебе было очень больно. Прости этого глупого недостойного, но я так рад, что ты сейчас рядом. Давай в следующей жизни всё будет хорошо? В следующей жизни мы встретимся вновь. Я бы очень этого хотел. А ты? Ши Цинсюань закрыл глаза и уснул. Он сказал эти слова нужному человеку в прекрасную снежную ночь. Они крепко обнялись, обещая всё изменить в следующий раз. У них не было даже права на дружбу, но в другой жизни всё будет иначе. Вот только, Ши Цинсюань забыл, что больше никогда не проснется, а следующей жизни ему не дано. Хотя снег за окном действительно пошел. Прости, глупый Ши Цинсюань, у этой истории нет счастливого финала.