Шкаф, что ведёт в Лондон

Два дня спустя — а именно в полдень — по окнам Кэр-Параваля вовсю хлестал ливень. Люси в это время сидела в увитой виноградными лозами беседке и вяло перелистывала страницы любезно одолженной ей мистером Тумнусом книги. Но, увы, «Истории фавнов» не удалось хоть сколько-нибудь заинтересовать еë. Люси не читала и даже не разглядывала великолепные иллюстрации — мыслями она находилась очень-очень далеко. Где-то посреди заснеженных улочек Лондона. Шкаф больше не распахнул перед ней свои двери. Сколько бы Люси не заглядывала туда и не исследовала ладонями заднюю стенку, всë было без толку. Это не могло не огорчать. Что, если то маленькое путешествие больше не повторится? Вдруг Люси упустила нечто важное, до чего должна была догадаться с первого раза?.. Прав был Эдмунд — ей с самого начала следовало гораздо серьëзнее отнестись к произошедшему. Подумав так, Люси тут же сердито захлопнула книгу. «Легко говорить со стороны!» — она резко поднялась и подошла к самому краю беседки. Все вокруг неë мнили себя умнее. Конечно же, Питер бы сразу сориентировался, Эдмунд, непременно, выяснил бы что-нибудь полезное, а Сьюзен и вовсе созвала бы весь Кэр-Параваль ко своим покоям. Глупенькая же Люси просто побродила по припорошенным снегом улицам в одном ночном платье, с бессмысленным восторгом глазея по сторонам! Но вот если они все такие умные, отчего же двери уже во второй раз распахивались именно перед ней? Хотела бы она с гордо поднятой головой поинтересоваться у них об этом. Но теперь никак — из-за тайны. Люси протянула ладонь, и тëплые капли, словно монеты, посыпались в еë руку. Приятные щекочущие чувства мгновенно охватили еë, призывая выйти из беседки совсем. Она на секунду обернулась назад, чтобы посмотреть на книгу, за которой скучала предыдущие полчаса. Взяв бразды правления в свои руки, Питер с особым усердием налëг на учëбу. Он прочитал тонны книг, будто желая впитать в себя все знания мира. Сьюзен и Эдмунд занимались тем же, но в гораздо меньшем количестве. Каждый из них сам выбирал себе книги по вкусу и составлял своë расписание дел. А на Люси они словно решили отыграться. Поначалу еë учëбой занимался Питер — вернее, он не «занимался», как говорил он сам, а лишь «давал рекомендации» и «направлял» в правильное русло весь процесс. Непосредственно же учителем Люси был мистер Тумнус. И даже спустя десять лет, когда Питер, Эдмунд и Сьюзен вдруг отставили учëбу на второй план, полностью углубившись в государственные дела, Люси всë ещë училась. За них всех. И она всë ещë не могла выбирать сама, что ей учить! Люси убрала руку, а затем вдруг выскочила под купол заслонëнного тучами серого неба. Дождь как будто усилился. Он энергичнее затарабанил по окнам и с особым усердием принялся за Люси — уже через считанные мгновения она, казалось, вымокла насквозь. Но это ничуть не огорчило еë. Люси подняла взгляд к окнам Кэр-Параваля. В кабинете Питера мельтешили какие-то фигуры. Из-за дождя было не разглядеть какие. «Очень жаль», — с сожалением подумала Люси, медленно направившись к конюшням. Ей почему-то очень захотелось, чтобы еë маленький акт неповиновения увидели все. Как будто это могло что-то решить! Они бы только ахнули и загнали еë в замок, попутно прочитав ей нотацию-другую. Как же ей это надоело! Преисполнившись решимости, Люси подобрала полы платья и побежала, легкомысленно сбросив туфли. Она сама себе хозяйка, хватит ей уже постоянно слушаться других! Лошади встретили еë дружным обеспокоенным ржанием. — Королева! Что случилось? Вы вымокли до нитки! — Черничка встряхнула белоснежной гривой, настороженно осмотревшись по сторонам. — Вы убегали от кого-то? Я… — Тише, Черничка, тише, — Люси ласково коснулась еë шеи и погладила. — Со мной всë хорошо. Даже не так. Я чувствую себя лучше, чем когда-либо! Черничка недоумëнно посмотрела на неë, и Люси еле удержалась от смеха. Да, ей не понять! Еë королева вдруг вломилась вся мокрая и босая в конюшню — естественно, она подумала, что случилось что-то! — Давай поедем кое-куда, — почти на ушко шепнула ей Люси. — Но вы ведь вымокли… И там дождь! — Разве дождь так страшен? — Люси отстранилась и нашла полку, где лежало седло. — Хвала Аслану, он тëплый, как парное молоко, так что ты не замëрзнешь! — Еë величеству лучше дождаться хорошей погоды, — осторожно заметил Орион — конь Питера. — Когда выйдет солнце, прогулка окажется более приятной. Люси едва не споткнулась. Даже кони всячески опекали еë! Будь это по наущению Питера, было бы даже не так обидно, но они сами, без чьих-либо подсказок, так относились к ней. Люси не стала отвечать, боясь быть грубой и наскоро подготовила Черничку к поездке. — Вперëд! — скомандовала она, легко запрыгнув в седло, и Черничка послушно понеслась прочь из конюшни. Ветерок немного раздул мокрые волосы Люси, и она с наслаждением вдохнула напоëнный дождëм воздух. С самых кончиков пальцев до макушки еë захватило одно единственное чувство — свобода. — В лес, — воодушевлëнно велела она, дëрнув поводьями. И то ли уверенность в еë голосе, то ли Черничка сама устала от безделья и от скучных однообразных прогулок, но она без возражений послушалась. Как будто в один прыжок преодолев сад и луг, они вдвоëм нырнули под сень густой листвы. Грязь, комьями летевшая из-под копыт, вероятно, запачкала платье Люси, но это как будто ещë больше распалило еë. Именно так себя чувствовали Питер и Эдмунд во время таких вот прогулок? Их тоже заполняло такое сладостное и трепещущее нечто, убеждавшее их в том, что они на всë на свете способны? Стук копыт в ушах звучал лучше всякой музыки. Люси смотрела вперëд, открывая новые грани того, что всегда еë окружало. Деревья, кустарники и склоны, проносившиеся мимо, внушали ей неописуемый восторг. В какой-то момент ей даже показалось, что они с Черничкой доскачут до самой границы. А дождь, тем временем, постепенно сошëл на нет. Черничка замедлила свой яростный бег, а потом и вовсе перешла на размеренный шаг. Люси не сразу это заметила. Она была слишком очарована происходящим вокруг, а особенно — произошедшим у неë внутри. — Моя королева, не пора ли нам вернуться назад? Люси моргнула, вырванная из сладких грëз. Она посмотрела перед собой точно впервые и улыбнулась. Их повсюду окружал такой красивый зелëный цвет! Ей казалось, что прежде она такого не видела. — Ты бывала здесь раньше? — Бывала, — вздохнула Черничка. — До того, как поступила на службу. «Служба». Это слово окончательно вернуло Люси в настоящий момент. — Я этого не понимаю, — она слегка нахмурилась и покрепче взялась за поводья. — Почему ты обменяла свою свободу на службу? Или, возможно, ты думала, что… — она замолчала, прикусив губу, — у нас будут такие же приключения, как у моих братьев? Наверное, Орион и Филипп тебе много понарассказывали… Черничка остановилась и, громко фыркнув, встряхнула головой. Люси приняла это за знак спуститься. Она соскользнула вниз на мокрую траву босыми ногами и обхватила себя руками. Только сейчас она почувствовала холод. — Я не ждала приключений, моя королева, — тихо проронила Черничка. — Я хотела служить Нарнии. Это было похоже на лëгкий укол. Люси переступила ногами и отвернулась, пытаясь скрыть смущение. Все вокруг считали еë ребëнком, и она ещë умудрилась это подтвердить! Она глубоко вздохнула. В душу закрались сомнения. Может, зря это она? Их народу нужны разумные правители, обладающие знаниями и умеющие их правильно применить. А она? Убежала в лес в дождь, желая кому-то доказать… Что? Что она хотела этим доказать? Внезапно Черничка боднула еë мордой и мягко сказала: — Я хотела служить Вам, моя Отважная королева. И если Ваша душа просит приключений, я буду с Вами. Не запрещайте себе слишком много. Вам всего шестнадцать. Это время открытий о себе и своем сердце. Кое-какие тайны о своëм сердце Люси уже успела открыть. И далеко не всем они понравятся. — Хорошо, — Люси повернулась к своей верной подруге и обхватила еë морду руками. — Спасибо. Спасибо тебе. Вернëмся домой. Ей предстояло о многом подумать. Когда они показались из-за деревьев, их лица осветило закатное солнце. Это был хороший знак. Может быть, их отсутствия никто и не заметил. Но робкие надежды Люси с дребезгом разбились — им навстречу нëсся Питер на своëм коне.

***

Атмосфера в зале до того накалилась, что можно было с уверенностью утверждать: скоро полетят искры. Единственный вопрос состоял в том, кто первый не выдержит и выпустит весь гнев. Если бы Эдмунд делал ставки, то он бы выбрал Питера. Он оказался абсолютно не готов к такому. Выходка Люси обескуражила его. Едва услышав о том, что она пропала, он сжал плечо Эдмунда, как будто попытался найти опору. Как будто у него из-под ног ушла земля. — Это ведь не могли быть тархистанцы? — чеканя каждое слово, спросил он. Только после этого вся его тревога передалась и Эдмунду. Они оба вскочили на своих коней и вмиг подняли на уши весь Кэр-Параваль. Филипп утверждал, что видел, будто Люси и Черничка поскакали в сторону леса. Два часа бесплодных поисков, за которые Эдмунд, обычно несклонный к панике, успел множество раз подумать невесть о чëм, окончились свистом рога Сьюзен. Люси нашлась. Мокрая и босая, но нашлась. В первую секунду Эдмунд ощутил что-то похожее на досаду, что еë нашëл не он, а кто-то другой. Но это совершенно неуместное чувство тут же испарилось, предоставив место облегчению. Всеобщая радость от возвращения Люси длилась ровно до того момента, пока она не раскрыла рот. Эдмунду казалось, что он будет злиться и бушевать не хуже Питера, но, к своему удивлению, никакой злости он не испытал. Объяснения Люси наоборот успокоили его и заставили задуматься. Она была мокрая, испачканная, но выглядела от этого вовсе не жалко, а не менее величественно, чем Сьюзен в своих самых лучших платьях. Но его невысказанное мнение так никто и не разделил. Он опомнился в тот самый момент, когда Люси вылетела из кабинета, звучно хлопнув дверьми. Бросив краткий взгляд на Питера, Эдмунд сделал ему знак оставаться на месте. — Теперь моя очередь. Он даже не пытался еë догнать. Она гневно бежала впереди, никого не замечая и быстро сворачивая, отчего Эдмунду удавалось заметить только ускользающую за ней полу платья. Перед одним из поворотов он неожиданно остановился. Всë-таки стоило дать ей хотя бы пару минут побыть одной. А ещë нужно было попробовать придумать правильные слова. Сказать что-то такое, что не подольëт лишнего масла в огонь их скандала с Питером. Возможно, они все и правда переборщили с опекой. Первое время Питер пытался окружить такой же «заботой» и его самого, но, к счастью, Эдмунд вовремя сумел очертить границы. Люси же, в силу своего возраста, не смогла. Она, в общем-то, тогда нуждалась в чем-то таком. Но не теперь. Питеру, как и всем остальным, давно стоило принять то, что она выросла. Эдмунд подошëл к дверям еë покоев и прислушался. Однако оттуда не донеслось ни звука. Это показалось ему несколько странным. Он осторожно открыл дверь и оказался в совершенно пустой комнате. Постель оставалась нетронутой, как и столик со стулом в углу. Шторы не были задëрнуты. Его взгляд мгновенно метнулся в сторону шкафа — и он угадал. Дверцы остались немного приоткрытыми. Словно приглашая присоединиться.