Демонический фейерверк

      Кёджуро действительно не понимал, почему Хакуджи всё ещё не вернулся. Прошло уже гораздо больше времени, чем должно отводиться на обратный путь, и хашира пламени просто не мог понять, что могло пойти не так, и куда мог пропасть ребёнок, что успел стать важным для него действительно важным за прошедшее время, и… Ренгоку был просто уверен, что мальчик справиться с испытанием, иначе ни за что бы его туда не отправил. Кроме того, он всё ещё не получил никакого послания, даже ворона с запиской не отправили, что беспокоило особенно сильно. Неизвестность напрягала.              Хакуджи не мог умереть во время испытания, он просто отказывался верить в подобный исход событий, но столь долгое отсутствие этого ребёнка почти сподвигло его навестить то место, чтобы узнать всё лично. Но когда он уже был готов сорваться в дорогу, стоя на выходе со двора собственного дома, перед ним, наконец-то, появился Хакуджи. Его одежда была немного помята, но в остальном, он как будто никуда и не уходил.        — Я вернулся, — только и произнёс мальчишка, широко улыбнувшись ему, и… пожалуй, он испытал облегчение, несмотря на весь пережитый стресс.        — От тебя долго не было вестей, — Ренгоку поднялся с места, направляясь к юноше. — Как прошло испытание?        — Без каких-либо проблем. Правда, там было очень много совсем неподготовленных претендентов. Не понимаю, кто их вообще к горе подпустил, — отозвался Хакуджи, улыбаясь.        — Вступительные испытания не так сложны, как стоило бы, — откликнулся хашира, осматривая подопечного, и… не считая синяков и пары ссадин, он, вроде бы, был в порядке. — Голоден? Я успел начать волноваться.              — Не откажусь от еды, — отозвался ученик и усмехнулся.        — Если всё прошло без проблем, почему ты отсутствовал так долго? — поинтересовался Ренгоку, пригласив ребёнка следовать за собой, и развернулся по направлению к дому.        — Мне нужно было что-то помимо обычного клинка, так что пришлось отлучиться, чтобы поговорить с кузнецом.        — Вот как? Достойная причина для задержки, — Кёджуро кивнул. — Как прошёл разговор?        — Я бы сказал продуктивно. Конечно, на всякий случай мне выкуют меч, но наличие альтернативного удобного оружия успокаивает.        — И что же ты себе взял за основу?.. — и это был важный вопрос, который поможет выстроить будущие тренировки.        — Кастеты, их весьма удобно держать и наносить удары, — радостно отозвался новоявленный истребитель.        — В твоём стиле, — Кёджуро просто не мог не улыбнуться в ответ, тем более, что ответ не стал особенно удивительным. — Было что-нибудь интересное?        — Необычно сильный демон из озера если только, но в остальном… после третьего дня я демонов не видел.        — Интересно, никогда не слышал, чтобы демоны столь резко исчезали, — Ренгоку хмыкнул и повёл юношу за собой в дом.        — Я тоже. Честно, если бы не было криков, я бы решил, что всё демоны как-то резко закончились, — парень безразлично пожал плечами, не испытывая особых эмоций по этому поводу. — Кстати. Ты слышал что-нибудь о лекарстве для демонов?        — Лекарстве для демонов? Нет, не слышал, — переспросил столп, и, получив подтверждающий кивок, решительно ответил.        — Если быть вернее, то от демонизма. Я встретил одного парня с очень странной идеей, — поделился с наставником впечатлениями Хакуджи. — Кстати, чей это дом?..        — Это фамильный дом семьи Ренгоку. Поместье принадлежит носителям дыхания пламени, которое передается из поколения в поколение.        — То есть, ты забыл сказать мне, что твоя семья живёт здесь? — переспросил парень, глянув на своего хашира. Он имел дурную привычку забывать уточнить действительно важные вещи.        — Получается, что так, — столп пламени усмехнулся.        — И как твои родственники на меня от реагируют? — парень хмыкнул. О семье Кёджуро он знал лишь то, что у него остались только отец и брат, но… не более.        — Младшему брату, скорее всего, понравишься. Отцу, скорее всего, нет, — ответил хашира, продолжая невесомо улыбаться.        — Твой отец бывает доволен хоть чем-то? — Хакуджи кисло усмехнулся, но ответа на этот вопрос не требовалось, тем более, что они уже пришли, но… Кё всё равно не стал молчать, уточняя. — Не после смерти нашей матушки.              Цугуко не стал отвечать на это, ведь он как никто другой знал, какого это, терять самых близких, но… если быть откровенным, то он не мог понять этого человека, ведь если у него никого не осталось, то у отца семейства Ренгоку были его дети, которые нуждались в его заботе и поддержке. Впрочем, он не был судьей и прямо сейчас он надеялся отдохнуть, приятно провести время и поесть. Тем более, что в дом они уже вошли. И почти моментально их встретила вышедшая из-за поворота младшая копия Кёджуро.        — Брат, ты уже вернулся? И… кто это с тобой?        — Не успел уйти, — тот улыбнулся в ответ, положив руку на плечо подопечного. — Это мой ученик, Хакуджи. Хакуджи, это мой младший брат, Сенджуро Ренгоку.        — Приятно познакомиться, — новоявленный истребитель широко улыбнулся, поклонившись в знак приветствия.        — Я тоже рад знакомству, — мальчик улыбнулся в ответ. — Не знал, что Кёджуро нашёл себе цугуко, он обычно не такой скрытный.        — Я только недавно прошёл испытание и теперь официально являюсь охотником на демонов, — отозвался юноша.        — Так брат ждал, пока ты получишь официальный статус. Тогда понятно, — мальчик кивнул, после чего повернулся к стоплу Пламени. — Пойдём за стол?              Никто не стал отказывается. Совсем скоро они прошли в столовую, но главы семьи не было на месте, в то время как Сенджуро пригласил брата и его ученика за стол. Хакуджи не особенно обратил на количество людей внимания. Пока приятная атмосфера царила вокруг, он был не прочь пообщаться.        — Так… что насчёт тебя? Ты тоже мечник?        — Я? Нет-нет, я недостаточно талантлив, чтобы заниматься подобным, — Сенджуро покачал головой, отказываясь от этой идеи, на что Кёджуро фыркнул, прежде чем потрепать брата по волосам. — Я предпочитаю заниматься делами по дому, и помогать другим, в меру своих сил.        — Не все могут использовать мечи, — отозвался Хакуджи и улыбнулся. — И хорошо, если им не нужно будет.        — Согласен, — мальчик вновь широко улыбнулся, даже не возмутившись тем, что его волосы взъерошили, после чего подставил парню одну из мисок с супом. — Работа охотников важна, потому что люди получают шанс на более спокойную жизнь, но я считаю, что можно помогать разными способами.        — Жизнь обычных людей и без демонов может быть довольно трудной, — кивнул цугуко.              Кёджуро только улыбался, слушая разговор мальчишек, и не вмешивался, уплетая свою порцию пищи; он был рад уже тому, что его ученик и его брат смогли найти общий язык, но… в том, что они поладят, он и не сомневался, куда больше беспокойства вызывал отец.        — Ты хорошо готовишь, — прокомментировал блюда Хакуджи, наслаждаясь едой.        — Спасибо. Я рад, что тебе пришлось по вкусу.              Юноша кивнул и проглотил ещё несколько ложек.        — Так… получается, ты ухаживаешь за домом, Сенджуро? А что ещё тебе нравится делать?        — Да, мне нравится то, чем я занимаюсь, — мальчик согласно кивнул и улыбнулся. — Как я и сказал, я люблю помогать другим, да и мне интересно экспериментировать с едой, старший брат любит мою стряпню. А что насчёт тебя? Как вы с Кёджуро познакомились?        — Твой брат нашёл меня после того, как я потерял своих близких, и предложил мне новую цель в жизни. Так что, теперь я, вроде как, следую за ним.        — Ох, вот оно что. Мне жаль, что я напомнил тебе об этом, — Сенджуро выглядел действительно опечаленным подобным, потому губы его дрогнули, а улыбка поблекла. — Тебе нравится то, чем ты сейчас занимаешься?        — Да, вполне, — произнёс Хакуджи и проглотил ещё один кусок. — Я не могу больше защищать свою семью, но я могу помочь остальным.        — Это звучит разумно, — мальчик согласна кивнул, а после нахмурился, о чём-то задумавшись. — Получается, твою семью убил демон?..        — Нет, это сделали люди. Они отравили воду в колодце, когда я решил ушёл навестить могилу своего отца, из-за чего не смог защитить их.        — Ох, это… это просто отвратительно, — Сенджуро вновь хмурится, но всё равно машинально пододвигает к парню миску с рисом и кусочками рыбы. — Они понесли наказание за сделанное?        — Можно и так сказать, — юноша хмыкнул, с благодарностью кивнув младшему Ренгоку. — Я убил их.        — Это… весьма радикальное решение, но ты был в своём праве, — спустя пару мгновений откликнулся парнишка, и в голосе его не звучало ни грамма осуждения, а Кёджуро…              Кёджуро внезапно зашёлся приступом кашля, согнувшись и закрывая рот ладонью — хашира пламени банально подавился пищей, стоило ему осознать, о каких именно убийствах идёт речь.        — Да… я тогда немного вышел из себя, — Хакуджи улыбнулся и потёр затылок.        — Ты в порядке, брат?.. — тем временем поинтересовался Сенджуро у столпа, слегка похлопав того по спине, но тот лишь жестом остановил его, давая себе время на то, чтобы отдышаться.        — Да… да я в порядке, — немного хрипло откликнулся хашира, и ему тут же подставили стакан с водой. Младшему благодарно кивнули, прежде чем вновь обратить внимание на собственного цугуко. — Так то додзе, это твоих рук дело, Хакуджи?              Он… не злился, нет. Просто хотел знать всю историю, а не те мелкие обрывки, что уже были ему известны.        — Да. Все шестьдесят семь человек, — спокойно произнёс Хакуджи, не сильно отвлекаясь от еды.        — А я ещё удивлялся, почему демон, по моему мнению перебивший огромное количество народу, столь слаб, — Кёджуро покачал головой, но более ничего не сказал.        — О чём вы говорите?..        — Меня отправили для уничтожения демона, что устроил бойню в додзе мечников. Когда же я прибыл в город, демон, которого я встретил, охотился на супружескую пару. Было весьма странно, что недавно набивший брюхо о’ни решит вернуться к охоте столь скоро.        — Так в вашей организации посчитали демоном меня?.. не думал, что это вызвало подобную огласку, — цугуко взъерошил волосы на своей голове. — Не то, чтобы я себя особенно контролировал тогда.        — Шестьдесят семь человек?.. больше, чем я ожидал, но всё ещё объяснимо, — пробормотал Сенджуро, поднимаясь из-за стола. — Я сделаю чай.        — Спасибо, — просиял юноша, отвлекаясь от мрачной темы.              Всё же, это всё ещё не было тем, что ему было легко обсуждать, и то, что его позицию приняли с такой простотой было невероятно приятно. Как и то, что Кёджуро не собирался от него отказываться, несмотря на все открывшиеся детали, только выглядел крайне задумчивым. Когда Сенджуро, наконец, вышел за дверь и двинулся в сторону кухни, хашира заговорил вновь.        — Сколько не думаю об этой ситуации, но не могу отделаться от мысли, что ты стал бы сильным демоном, если бы не наша встреча. Я не был единственным, чьё внимание ты привлёк, — Ренгоку потёр переносицу кончиками пальцев и улыбнулся своему цугуко. — Я рад, что этого не случилось, Хакуджи.        — Я тоже, — согласился юный истребитель.              Всё-таки, идея стать демоном после всего, что он прошёл, казалось невероятно омерзительной, и… если бы тогда он не встретил Ренгоку, то у него вполне хватило бы дурости согласиться стать демоном, на тот момент ему было просто плевать, что будет дальше. Но это было в прошлом. Теперь у него была цель, и была сила, он мог помочь людям, и помощь Кёджуро на пути становления тем, кем он стал сейчас, была действительно неоценима, и… становиться демоном Хакуджи совершенно точно не желал.        — И всё-таки, что насчёт формы? Я имею ввиду, на испытании, каждый был одет в более привычную и комфортную одежду. Но есть ли какие-то ограничения по отношению к истребителям?        — Форму необходимо носить при выполнении порученных миссий, однако, никто не запрещает вносить в одежду что-то индивидуальное, лично своё. Да и поверх формы можно надевать что-то дополнительное, если это не будет мешать тебе при миссии, — объяснил столп, принимая смену темы и улыбаясь своему цугуко. — А ты хочешь внести что-то в свой образ?        — Подумываю об этом, — отзывается юноша и по-лисьи хитро улыбается.        — Это будет занятно, — Кёджуро улыбается в ответ, понимая, что ребёнок пока не собирается посвящать его в детали.              К этому моменту вернулся и младший Ренгоку, вместе с зелёным чаем и какой-то сластью.        — Сенджуро, хочешь потом прогуляемся? Я хочу пройтись по рынку, авось что-то присмотрю. Заодно помогу тебе покупки донести, — сразу же озвучил свою идею Хакуджи.        — О, звучит неплохо, — мальчик широко улыбнулся, ставя поднос ближе к брату и его цугуко. — А какие лавки ты хочешь посетить?        — Я подумываю о юкате и о небольшом украшении в виде снежинки, — любезно углубился в детали юноша.        — Снежинки? — Сенджуро хихикнул. — Учитывая, что ты ученик хашира пламени, ты умеешь вводить окружающих в недоумение.        — Да, будет небольшим напоминанием, почему я сражаюсь.        — Как скажешь, — просто отозвался мальчик, не став задавать уточняющие вопросы. Он и без того чувствовал себя немного неловко, ведь напомнил ученику брата о пережитой потере, и топтаться по старой ране снова не хотелось.        — Значит ты согласен? — уточнил Хакуджи.              Однако, ему успевают только кивнуть, но быстро умолкают, стоит двери в помещение открыться, а на пороге возникнуть ещё одному человеку. Слишком похожему на младших Ренгоку, чтобы была возможность усомниться в его личности.        — Какого черта вы так расшумелись?!        — Прошу прощения за беспокойство, отец. Мы не хотели вам мешать, — тут же произнёс Сенджуро, а Кенджуро склонил голову в знак согласия.        — Ещё и привели чужака в дом, — пренебрежительно фыркнул Шинджуро, не обратив никакого внимания на извинения.        — Хакуджи является моим цугуко, отец, и я несу за него ответственность, так что, его нельзя считать чужаком.        — Очередной нахлебник, — фыркнул глава семьи, не скрывая своего отвращения. — Небось такой же бездарный, как и вы оба. К тому же щенок, ни формы, ни клинка.        — Он только сегодня вернулся с испытаний, которые успешно прошёл, отец, — откликнулся Кёджуро, даже не пытаясь спорить с ним, и вовсе не из-за согласия с его словами, нет. Просто переубедить старшего Ренгоку не представлялось ни единой возможности.        — Значит ему всего-лишь повезло, — мужчина скрещивает руки. — Никакого таланта или даже выносливости.        — Вам лучше проявить уважение к своим сыновьям, — шипит Хакуджи, стоит ему, наконец, завершить свою трапезу.              Кёджуро явно не реагирует на слова отца, что давно стали для него обыденностью, и цугуко сложно понять, как можно терпеть подобное отношение к себе, будучи действующим хашира пламени, ведь этот статус даётся не за красивые глаза, а за навыки, невероятную силу духа, за то, что эти люди уничтожают демонов и помогают простым людям; но за Кё в данной ситуации он не переживает. Он не может смолчать, потому что ему неприятно видеть поникшие плечи младшего Ренгоку, а оба брата… не то, чтобы собираются вмешиваться в этот разговор, понимая бесполезность этого.        — Не тебе, щенку, поучать меня.        — Или что? Что ты можешь сделать мне, старик?        — Смеешь бросать мне вызов? — тот осклабился, и теперь от него несло гневом, и это… не сулило ничего хорошего.        — Отец, не стоит этого делать, — и то, что Кёджуро забеспокоился, было даже не удивительно. Всё же, словесная перебранка, это одно дело, но драка?.. будто бы его слушал хоть кто-то.        — Именно, — юноша, в свою очередь, оскалился и встал, явно готовый к бою.        — Будь осторожен. Наш отец бывший хашира пламени, — пробормотал Сенджуро, отставляя тарелки в сторону.              Хакуджи только усмехнулся и приподнял руки. Он готов был встать в устойчивую стойку стиля сорю, но не спешил, пока старик Ренгоку не начал действовать. А тот и в самом деле совершенно не прислушался к детям, спустя жалкое мгновение сорвавшись с места в сторону цугуко, и… это было его ошибкой, особенно учитывая то, как он двигался в своём нынешнем состоянии. От былой мощи не осталось и следа, пусть и отчётливо виделась школа. К тому же у бывшего хаширо не было с собой клинка, а юноша, на которого он решил напасть, был обучен использовать свое собственное тело вместо оружия.              В следующие несколько мгновений сразу несколько действий в корне изменили ситуацию: неясно было, за кого стоит бояться в данном случае, но по итогу Хакуджи удержал чужой кулак ладонью, после чего, не жалея силы, двинул главе семейства в челюсть открытой ладонью. Все произошло так быстро что Сенджуро едва ли понял что произошло. А вот Кёджуро с напряжением наблюдал за произошедшем. Всё-таки сила этого ребенка была феноменальной и нынешний хаширо пламени надеялся, что он контролировал свои действия. Так или иначе, этого удара хватило для того, чтобы челюсть старшего Ренгоку хрустнула, и он промахнулся мимо своей цели.        — Отец, осторожнее, этот юноша владеет искусством рукопашного боя, — Кё шагнул вперёд, чтобы, в случае чего, удержать старшего Ренгоку от падения.        — Я… вижу, — прорычал мужчина, после чего одним движением вправил себе челюсть на место.              Хакуджи в это время молча наблюдал за действиями старшего Ренгоку, всё ещё готовый оказать сопротивление атакам. Если они, конечно, последуют. Но тот просто ушёл, оставив своих сыновей наедине с цугуко.        — Тебе нужно быть осторожнее с людьми, ты ведь вывихнул его челюсть, — наконец, проговорил Кёджуро, и его голос звучал достаточно ровно, чтобы понять, что он не осуждает ученика за случившееся. Тем не менее, Хакуджи было, что сказать на это.        — Он попытался вырвать мне кадык. Я считаю свой ответ равноценным.        — Может вернёмся к чаю? — предложил младший Ренгоку, не желая нового накала обстановки, и наверное, это было лучшим из возможных решений в данный момент времени.              В конце-концов, изначально они собрались за обедом с целью перекусить, а не обсуждать не самые радостные события и истории из жизни, и появление Шинджуро несколько накалило обстановку, которую младший брат Кё старался сгладить. Так что оба истребителя легко пошли на смену темы за чашкой чая, тем более, что Сенджуро с таким ожиданием на них обоих смотрел.