Не важно, что ты сделаешь, всё равно останешься моим

Делая последний рывок, Натаниэль забежал в дом, практически выбивая дверь. - Марта! Хая! Нам надо срочно уходить! Я объясню всё по дороге. Марта? - он стал осматриваться, стараясь найти хотя бы намёк на их присутствие. Сделав шаг, под его ногой что-то издало хлюпающий звук. Опустив голубые глаза, Куртцберг увидел медленно расползающееся пятно крови и моток кишок, на которые он наступил. Закрыв рот рукой и подавляя рвотный рефлекс, он метнулся в гостиную, моментально пожалев об этом: по стенам, полу и некоторым частям потолка были размазаны пятна крови, валялись куски мяса, органов и конечностей. По середине комнаты стоял Марк, он медленно двигался в такт мелодии, которую напевал, держа в руках голову кудрявой женщины. - О! Нат, ты уже вернулся. - Ансель радостно обернулся к рыжему, словно не замечая ничего особенного вокруг. - Ну. Она оказалась права, ты и правда пришёл, чтобы спасти её. Жалко только, что немного поздно. С этими словами черноволосый выставил отсечённую голову вперёд. Из места шеи продолжала течь кровь, волосы были измазаны и выдернуты в нескольких местах. В следующий момент она открыла свой уже единственный глаз, умоляюще смотря на человека напротив. Вместо слёз, по щеке потекла алая струйка, она открыла рот, пытаясь что-то сказать. - Упс. Она всё ещё жива? - зеленоглазый посмотрел на голову в руках и брезгливо откинул её в сторону. После он начал подходить к рыжеволосому. - Нат? Ты чего? Что-то случилось? Тебе плохо? - Т-ты что?! Сейчас шутишь?! - Натаниэль сорвался, отталкивая от себя черноволосого, из-за чего тот подскользнулся на крови. - Как это понимать?! У тебя крыша, блять, поехала?! Какого хуя, ты убил моих сына и жену?! Ублюдок! Ты... - он развернулся, быстро поднимаясь на второй этаж. - Стой!!! - парень поднялся с пола, идя вслед за Куртцбергом. Когда тот остановился на лестнице против своей воли, он ухмыльнулся. - Нат, хочешь ты того или нет, я не позволю уйти от меня снова. - Т-ты сейчас, вообще, о чём? - Нат постарался развернуться. Когда у него это получилось, он столкнулся взглядом с зелёными глазами, готовыми расплакаться. - Ты серьёзно?! - П-прости, Нат... я... Я не понимаю... ч-что я делаю... - Ансель стал стирать слёзы кулаком. - Я не хотел... - Не хотел?! Не понимаешь?! - рыжий снова начал кричать. - Ты, скотина, людей убил!!! - Ты думаешь, что я не знаю?! Я прекрасно это вижу и сам! Но ты не видишь, что мне тоже больно! Это отвратительно видеть свою единственную любовь рядом с какой-то шмарой и знать, что у неё от тебя эти грязные выродки! - Это единственная причина, по которой ты решил их убить?! Ты сумасшедший! - голубоглазый хотел развернуться, чтобы дальше подняться по ступеням, но почувствовал жгучую боль в левом боку. Вновь посмотрев на зеленоглазого, он столкнулся с ехидным взглядом и довольной ухмылкой. В его руке был нож, наполовину погруженный в плоть Куртцберга. - Прости, мне уже лучше. - он достал нож, позволяя рыжему схватиться за рану и придерживая его от падения. - Знаешь, а я на самом деле совсем не сожалею обо всём этом. Даже о том, что ударил тебя ножом. Ведь так ты не уйдёшь от меня. Натаниэль, ты навсегда останешься моим. Ты ведь не уйдёшь от меня снова? Ты ведь не оставишь меня одного в этой тьме? Останешься со мной ещё немного? За окнами послышался звук полицейских сирен.