Не важно, что ты сделаешь, всё равно останешься моим

- Давно не виделись. - Натаниэль зашёл в оббитую белыми матрасами комнату и закрыв за собой дверь, посмотрел на черноволосого в смирительной рубашке. - Марк. Зеленоглазый перестал сдувать сбившуюся прядь с лица и перевёл взгляд на пришедшего. - О! Нат! Ты меня пол года не навещал. - его взгляд резко стал пустым и отстранённым. - Все пол года, что меня тут держат. - Ты меня ножом пырнул! Убил человека и ребёнка! Я удивлён, что тебя просто в психушку закотали! - Ой, я тебя умоляю. В каждой второй подворотне всяких зевак ножом тыркают. И ничего, живут. - он лёг на пол, подняв ноги на стенку. - А ну подожди. Ребёнка? Девчонка выжила? - Твоя тварь сбежала. - Куртцберг сжал кулаки. - Хая словно химическое отравление получила. Мои жена и сын мертвы. Ты мне едва органы не повредил. И за это тебя не в колонию, а просто в психлечебницу. - Что поделать, во Франции смертная казнь запрещена. - зеленоглазый стал имитировать шаги по стене. - Прекрасно! - рыжий ударил кулаком по стене. - Тогда объясни мне! Объясни, почему я не могу тебе врезать за всё?! Почему я забрал заявление и не стал давать показания?! Почему я делаю всё, чтобы забрать тебя отсюда?! Ответь мне!!! Смотря на всё это Марк улыбнулся, вставая и подходя к рыжему. - Потому что ты мой. Всегда был и всегда будешь. Голос снова стал атласной лентой проникать в разум и брать под свой контроль. Нат протянул руки и прижал к себе черноволосого. Он гладил растрёпанную макушку и прошептал на ухо. - Идём отсюда, Марк. Мы едем домой.