My Black Parade

May. 24 1993 14:04 ... - Запишите домашнее задание - сделать конспект §38 на странице 64, выполнить письменно упражнения 4, 5 и 7, шестое устно. Ну, и не забываем о проектах, вам остается последняя неделя на сдачу. По классу пролетел негодующе-тоскливый полушепот-полувздох. К такому повороту событий школьники были готовы, но шиндец, как оно обычно и бывает, подкрался незаметно. Интересно, на что рассчитывали мои одноклассники, которых я привычно причислял к исходнику от корня "дна", а не "класс"? Впрочем, чья бы корова мычала, положим руку на сердце с чистосердечным: мой проект тоже был пока еще не в зуб ногой. Засел за него я еще с месяц назад, но процесс застопорился на начальном этапе - я не смог выбрать тему из обилия предлагаемых и легкомысленно прикрыл эту лавчонку. А теперь приходилось пожинать плоды собственной недальновидности. Хотя, впереди еще неделя. Это уйма времени, серьезно. Каждый учащийся поймет. Однако вернемся к тому, с чего начинали. Вздохов я не издавал, а лишь красноречиво переглянулся с сидящей со мной с недавних времен Авалон. Девушка, переведенная в школу позже объявления о проекте, была счастливо освобождена от этого дамоклово меча. И сейчас одноклассница, одна лишь легкая улыбка которой заставляла мой желудок совершать невообразимое двойное сальто в брюшной полости, хмыкнула и повернулась ко мне, чуть наклонив голову и рассыпав каштановый хвост по плечу. Как и прежде, я не находил в себе смелости взглянуть в её чуть раскосые и вечно хитровато прищуренные глаза. По лицу Авалон казалось, что она вот-вот рассмеется. Я не видел её серьезной. Впрочем, этого и не требовалось. Хадженс нравилась мне такой, какая есть, киньте в меня бюстиком Хемингуэя за банальность слов. Но, серьезно, эта девушка была совершенством в моих глазах. Бесконечной непреодолимой манией. - Как твой проект? - Авалон поправила локон изящно-небрежным движением. Я задержал дыхание, даже не заметив того, и устроил себе мгновенную мысленную встряску. Каждый раз при общении с ней мне приходилось проворачивать этакий мозгоштурм лишь для того, чтобы просто быть в состоянии ответить на её вопросы. - В... эм... процессе. Я испытал легкую неловкость, однако, почти незаметную на фоне закаленной нахальности школьника, которую приобретает каждый перешедший в среднюю школу ученик спустя пару семестров. Впрочем, отдельные индивиды успешно развивают её гораздо раньше. - Может быть, помочь? - предложила проницательная Хадженс. "Этого мне, пожалуй, и не хватало", - с легкой досадой пронеслось в голове, но я тут же взглянул на ситуацию под другим углом, обещающим пару незабываемых вечеров в компании Эв, и мое лицо просветлело. К слову, с недавних пор я сокращал имя Авалон именно как "Эв", но вслух назвать её так не решался. - Было бы весьма здорово с твоей стороны, - отозвался я таким тоном, словно тренировал искусство обольщения на специализированных курсах, а пикап было вообще мое второе имя. Отозвался и замер, удивившись совершенно новому звучанию своего голоса. К тому же на него тут же отреагировала еще парочка ушей, которых это совсем не предназначалось. - Заигрываешь с новенькими, какашка? - усмехнулся с задней парты Юджин Кросс, самый хулиганистый тип класса и большой любитель освежать мою укладку с помощью унитаза в школьном туалете. В своем обычном духе я сделал вид, что не слышу обращения. К тому же на нас обратил строгий взор преподаватель, чем поумерил пыл Кросса. Отвесив мне легкий профилактический тычок по затылку, одноклассник вернулся к увлеченному старательному копированию домашней по французскому из тетради соседа. Я лишь поморщился, но тут же выдавил сдержанную улыбку, мол, всё в порядке, заметив взгляд Авалон. Шатенка сочувственно пригладила вздыбившуюся после тычка прядь моих вечно взъерошенных волос и вернула лицу внимательное выражение, показывая учителю, что она полностью поглощена его мерным вещанием. Я же, не найдя ничего лучше, открыл последнюю страницу тетради с конспектами по истории, которая уже была испещрена эскизами и набросками будущих героев комикса, и без особого энтузиазма принялся рисовать третий вариант прически главного антагониста, не получавшегося у меня битый пятый день. В конце концов я остановился на варианте длинных спутанных дрэдов, перемежаемых толстыми шнурами. Пока в графике, но после покраски дрэды планировали обрести густой темно-пепельный цвет, шнуры же должны были окраситься в вызывающе рубиновый. Прическа мечты, которую, увы, в жизни мне никогда не позволят сделать ни родители, ни общество, ни собственная зажатость. Какие уж там дрэды, даже просто окрасить хотя бы одну прядь вызывало бы парочку скандалов, тумаков и насмешек. Смирись, мистер Уэй, ты обречен носить свой неубедительно-каштановый оттенок волос до конца отведенного тебе на этой планете срока. Звонок прозвенел через пару минут. Как раз в то время, когда я заканчивал дорисовывать обшивку космического лайнера, что должен был фигурировать в комиксе в роли транспортного средства четверки главных героев, Каролина, утомившись изображать заинтересованность, мирно досматривала третий сон, уронив голову на руки, распростертые по парте, а Юджин, так и не дописав французский, забавлялся тем, что вылавливал залетающих в приоткрытое окно мух и отрывал им по лапке. - Ну что, лузер, есть желание прогуляться до двора? - зловеще начал одноклассник, выразительно открутив голову особо жирной мухе, как учитель взмахнул рукой, остановившись в центре кабинета. - Попрошу еще минуту внимания, - громко проговорил он и, дождавшись, когда хотя бы три четверти класса примолкнут и посмотрят на него, продолжил: - Завтра все уроки отменяются... Как и следовало ожидать, дальнейшие слова потонули в радостных воплях восьмиклассников. Разве что ученические сумки вверх не полетели, подобно пресловутым чепчикам. Учитель с трудом перекричал создавшийся гомон и поспешил объяснить причину столь неожиданно свалившегося на наши головы выходного. - Завтра все восьмые классы отправляются на небольшую экскурсию, которая закончиться небольшим импровизированным пикником в местном парке отдыха. Потому одеваем соответственную одежду, берем с собой корзинки и сэндвичи, обязательно захватите спрей от насекомых и зонты от солнца, погоду обещали жаркую. Встречаемся в 10:00 у входа в Геологический музей, никто не опаздывает, запишите на всякий случай. Явка строго обязательна, учтите, пропуски будете объяснять в письменной форме директору. Теперь можете идти. По мере продвижения речи оттенки гомона в классе сменялись на особенно восторженные и не особенно восхищенные. Некоторые не были особенно рады походу, кто-то выкрикивал, что в гробу видел ваши пикники, и лучше он отоспится. В сторону учителя посыпались вопросы, касающиеся организационной части, но мне было уже неинтересно это слушать. Дождавшись, когда вопли и поток вопросов поутихнет, я подошел к преподавателю и задал единственный волнующий меня сейчас вопрос: - Можно взять с собой младшего брата? - Майкла? - слух резануло непривычный полный вариант имени Майкоса, - Пожалуй, да. Я переговорю с его классным руководителем и позвоню вам вечером. - Угу, - я кивнул и поволочил ноги к выходу, задумываясь на ходу о своем отношении к предстоящему пикнику и понимая, что не могу с уверенностью в сто процентов утверждать, доволен ли я этим походом или нет. По дороге меня догнала Авалон, явно горящая желанием обсудить детали, но этому не сужено было пока сбыться. Дорогу нам внезапно перегородил Юджин. К тому же еще и не один, а в обществе привычной свиты, которая представляла собой двух рослых накачанных братьев-близнецов с говорящей фамилией Инхелиосолента* (братья были выходцы из дружественной Испании). Я вечно путал их имена и, если честно, и не старался запомнить. Кажется, одного из них хвали Пабло... Об имени второго моя память предпочла умолчать. - Куда ты направил свою жирную тушку, Уэй? - развязно и с явной провокационной целью начал Кросс и, вытащил изо рта разжеванный кусок жевательной резинки мерзкого ядовито-розового цвета, небрежным движением прилепил его к моей макушке. Я дернулся, остановившись, как вкопанный, и вытаращился на него, с немного тормозящей реакцией соображая, что предпринять. Заметив мой остекленевший взгляд, Юджин разошелся каркающим хохотом, напоминающим блеяние молодого горного козла. Смех тут же был подхвачен братьями-испанцами, держащими тона на октаву ниже. Сводный хор идиотов. - Ты ответишь за это, Кросс, - реакция Эв оказалась таки быстрее моей: девушка резко вышагнула вперед и размашистым движением оттолкнула Юджина в сторону. Весовые категории были слишком неравны, парень лишь слегка покачнулся и отступил на пол-шага назад. - Не влезай, - хмуро посоветовал он ей и снова повернулся ко мне, бросив косой взгляд в сторону учителя, увлеченно обсуждающего что-то с коллегой и потому ничего не замечающего. - Докажи, что под этим слоем жира есть хотя бы какое-то подобие яиц, и пошли во двор, продолжим. Шумно выдохнув носом воздух, но сохраняя железное спокойствие (последнее время мне удавалось это всё сложнее), я коснулся противной липкой массы на своих волосах и попробовал отодрать - бесполезно, конечно. При этом особенной ненависти к однокласснику я сейчас не испытывал. Накал возмущения не был поднят до достаточной температуры, хоть я и понимал, что в ближайшее время мне грозит смена прически. - Идем. Зачем я согласился? Понимал же, что снова повелся на дешевую провокацию. Но отступать не собирался. Жвачка в волосах - более чем унизительно, не так ли? - Джи, не надо, - Авалон снова попыталась вмешаться. Её красивое лицо искривили маленькие морщинки напряжения и волнения на лбу. Я вдруг захлебнулся от невообразимой нежности к этой решительной, пусть и совсем хрупкой девочке, и почувствовал, что это добавило очков так под сотню к моему воодушевлению всыпать наконец-таки Юджину по полное число. Это затрудняло присутствие его свиты, но берсерк ведь не отступает перед многочисленным войском противника, выходя против них в одиночку? Будем считать, что волнение Эв сыграло роль катализатора для обострения моей берсерковой ярости. Какое тут может быть отступление? За нами не Москва, конечно, но за нами честь, которую в очередной раз приходится отстаивать. А ударить в лужу носом перед Авалон мне ой как не хотелось бы, и закроем глаза на то, что именно с этого и началось наше знакомство в самом прямом смысле слова. - Пожалуйста, не вмешивайся, - ровным тоном отсек я дальнейшие попытки отговорить от драки и догнал опередившего меня Юджина, небрежно потеснив его плечом, лишь только мы поравнялись в этажном пролете, на что Кросс лишь шумно фыркнул и ответным ударом отпихнул меня от себя так, что меня отбросило в сторону на добрый метр. Не упасть мне помешала, пожалуй, только пробудившаяся из недр сознания совесть. Однако остаток пути до задворок школьного двора мы проделали молча и без лишних движений. Авалон торопливо семенила следом, переводя умоляющие встревоженные взгляды от меня к Кроссу и его свите, отправившейся вместе с нами, как того и следовало ожидать. Скользнув в большею полукруглую дыру, что была проделана в решетчатой проволоке забора, мы оказались на узком пятачке, который со всех сторон окружал этакий гаражный коридор. Ничего не скажешь, идеальное местечко для разного рода выяснений отношений. Я отошел чуть поодаль и, набравшись духу и подавив желание сглотнуть (слишком уж напуганный жест), посмотрел Кроссу прямо в глаза. - Давно присматриваю за тобой, малыш Джи, - выплевывая слова, словно шелуху от семечек, проговорил Юджин, расправляя плечи и набычиваясь, - И замечаю, что ты день от дня нарываешься. Чем же? Да уже просто твой жирный зад видеть каждый гребанный день невыносимо. Братья из свиты переглянулись и заржали, поддакивая. - По тебе не скажешь, что ты такой эстет-неженка, - не задумываясь, парировал я иронично, и противный смех как-то сразу стих. Один из братьев, в гневе раздув ноздри, кивнул Кроссу, мол, не пора ли начинать, но тот коротким жесток остановил его. - С этой мелочью я справлюсь и сам, - не отделяя сова от действия, он за считанное мгновение оказался рядом и легонько, не напрягаясь, выбросил вперед кулак. Совершенно не ожидав этого, я встретил немного смазанный удар, метивший в челюсть, куда-т в область левой скулы и был отброшен на метр назад. Но, качаясь, удержал равновесие и не упал. Авалон негромко вскрикнула, зажав рот ладонью. Лицо отозвалось пылающей острой болью, быстро начавшей неметь. Я чувствовал, как по подбородку скользнула струя крови, затем ощутил железистый её привкус во рту. От удара я прикусил нижнюю губу и внутреннюю сторону щеки, этот вкус я сейчас и чувствовал. Рассредоточенная по телу закипающая энергия злости резко сконцентрировалась где-то в районе груди, зажигаясь и требуя ответных действий. Постаравшись рассчитать свой удар чуточку лучше, я сжал руку в кулак и, целясь Кроссу в глаз, грубым толком двинул руку вперед, однако подготовленный одноклассник успел отпрянуть в сторону. Удар прошелся вхолостую. Естественно, это не укрылось от глаз братьев-испанцев, внимательно наблюдающих за процессом избиения. Их отвратительный смех вновь долетел до меня, еще больше разжигая внутри ненависть. Уже не просчитывая удар, я бросился на Кросса и на сей раз ухитрился угодить ему в висок, хотя целился в нос. Удар получился совсем хиленьким, к тому же разъяренный из-за пропущенного удара Юджин успел быстро среагировать... Итогом его небрежного движения стала моя заломленная за спину рука. Издать короткий вопль боли было суждено уже на земле: Юджин разжал хватку, и я безвольным куренком повалился носом в песок, содрав кожу о валяющийся на земле камень уже покалеченной скулы. Лицо отразилось новой вспышкой боли. Сдавленно застонав, я перевернулся на спину.