My risu et risum - nos inter mundi

       В небольшом городке Лэствилл…       — Слушай, да я хоть сейчас готова закончить реставрацию венецианского полотна! Лишь бы с тобой встретиться за чашкой крепкого чая или кофе в нашем любимом кафе, Сандра, понимаешь? Я настолько соскучилась по тебе, что даже затягивание работы по обыкновению ну нисколько не прельщает… Нет, у меня больше нет дел, кроме этой реставрации, так что этот вечер полностью наш! Неужели сомневаешься в моих чувствах к тебе, Сандра? Я ведь правда соскучилась… Ага-ага, только Лео не говори об этом особо, хорошо? Наш маленький секрет должен оставаться секретом, — она захихикала. — Так во сколько мне тебя ждать в Провансе? Ясно… Уверена, что успеешь к шести?.. Нет-нет, не обижайся, пожалуйста, я к тому, что обычно ты сильно загружена по средам, а сегодня…       Заснеженную вечернюю улицу вдруг огласил вопль счастья.       — Правда?! Тебя отпустили пораньше?! Боже, как же это здорово! А в чем причина?.. Хотя нет, ничего больше не говори. Всё расскажешь при встрече, ладно? Всё, Сандра!.. Александра, ещё одно слово из ваших прекрасных уст, и интрига будет испорчена навсегда и без-воз-вра-тно. Я прощаю тебя. Да, кладу трубку, Сандра!.. — девушка спешно нажала кнопку сброса на чёрном смартфоне и зашла в уютную кофейню под названием «Прованс».       Не успела она оглядеть уютное пространство, как её тут же обволок запах молотого кофе и свежеиспечённых булочек со всеми возможными начинками и посыпками. Лайя, прикрыв глаза, блаженно вдохнула полной грудью такой родной и умиротворяющий аромат и стала аккуратно снимать верхнюю одежду. Через пять минут нежно-розовая курточка, голубой клетчатый шарф и такая же нежно розовая вязаная шапка были пристроены на крючок вешалки. Сама же девушка, одетая в чёрные джинсы и тёмную водолазку, прошла к ближайшему столику возле окна.       Аккуратно усевшись на диванчик напротив входа, она поправила воротничок и вытащила телефон из серебристой сумки. До назначенного времени встречи оставалось 10 минут. Открыв в телефоне приложение «камера», она вгляделась в собственное отражение. Темно-каштановые волосы задорно переходили в ало-персиковый цвет на концах и совсем не хотели спокойно лежать за плечами девушки. То и дело спадали вперёд, чётко проводя рельефы груди. Такой соблазн был убрать их с плеч и сделать себе рабочий пучок, который уже стал почти что родным со всей этой бесконечной работой над картинами…       Как назло, на столе лежал милый карандашик чёрного цвета. Кажется, девушка невольно вытащила его вместе с телефоном и благополучно забыла о нем.       — Батюшки… — Лайя в шутку хлопнула себя по бледному лбу и быстрым движением схватила уже ненавистный карандаш со стола. Схваченный объект так же стремительно отправился в сумку. Нет, сегодня она хочет выглядеть как обычная красивая девушка, которая умеет изящно наносить малиновые тени и не быть при этом похожей на побитую кем-то птицу.       Сегодня, перед уходом из дома, она дала себе обещание, что проведёт со своей горячо любимой подругой чудесный вечер без работы и разговоров о ней, как ещё в те годы, когда они обе учились в универе и порой пропускали пары за чашкой кофе в этом кафе. Да что там, не столько пить кофе вне стен универа было круто, сколько разговаривать с Сандрой на отвлеченные темы, иногда такие странные и неоднозначные..... В общем и в целом, в те времена они ещё не были так загружены, как сейчас. Лайя тогда просто ходила на курсы и выставки древних культур и иногда рисовала скетчи статуй или предметов античности.       Что же сейчас — почти все дни на неделе Лайя утопала в работе над реставрацией различных полотен и уезжала то в один город, то в другой по работе, и это касалось не только одного штата. Поэтому, если девушке хватало времени на общение, то это включало в себя только деловые переговоры, поверхностное осведомление о жизни подруги, сестры или мамы и просто обмен информацией о достижениях в работе. Часто Лайя любила делиться впечатлениями от ощущений, которые ей приносил вид древних творений, а также от прикладывания, пусть и косвенно, но своей руки к ним. Вы, наверное, думаете, что Лайе было ни капли не стыдно за такое отношение к общению с дорогими людьми и что она могла бы проводить больше времени с той же подругой, раз ей это так важно. Увы, но будь всё так просто, девушка бы сейчас так внутренне не переживала бы перед встречей с Сандрой.       Она уже пыталась совмещать работу и полноценное общение, и в начале всё выходило правда хорошо. По выходным она ходила по различным делам с матерью, пятницу проводила с сестрой, а если у той были свои планы, то Лайя приглашала Сандру к себе и они вместе смотрели фильмы про вампиров и любовь, не забывая комментировать каждый кадр. Если же Лайю вызывали по работе или в срочном порядке передавали картину и указания к ней, то ей ничего не оставалось, кроме как взять её и отправиться работать. Её жутко не устраивали такие внезапные наплывы обязанностей, особенно когда сестра и мама хотели провести с ней весёлый семейный день, или когда у Сандры происходило что-то хорошее, и нужно было обсудить и отпраздновать… Так вот, Лайя, стиснув зубы, брала произведения чьего-то искусства и по-честному позже пыталась составить график работы.       Не получилось. Винсент злился на её требования, ведь терпеть не мог, когда сотрудники не брались за работу сразу, как она появляется. Поэтому когда Лайя, по своему уже годовому графику, снова отложила работу из-за дня годовщины отношений Александры и Лео, Винсент…вскипел, как старая добрая кола с брошенными туда ментосными сферками.       Такие крики и молнии в тот вечер слышала Бернелл через трубку смартфона, что никакие вразумительные диалоги с боссом, извинения, а позже — даже столь же гневные крики о свободе собственного времени и о справедливости, совершенно не сглаживали ситуацию. Позже, в тот же вечер, Лайя у себя дома подумывала об увольнении и поисках новой конторы, с которой будет сотрудничать.       Но она побоялась таких масштабных перемен. Она была напугана одной лишь мыслью о том, что ей придётся начинать свой карьерный путь заново и бегать по конторам, лишь бы её приняли, тем более, условия могли быть хуже, или она могла вообще остаться без зарплаты и все её достижения в сфере реставрации свелись бы к одному простому везению.       В ту же летнюю ночь она решила продолжить сотрудничество с Винсентом, а о графике забыть к черту.       — В конце концов, моя профессия подразумевает неотрывное сосуществование с работой. Ни о каком расписании. конечно, и речи быть не может. Как бы мне ни хотелось говорить это, но я выбрала себе дело, которое будет важнее, чем поддержание живого контакта с родными и друзьями…       Вот с этого момента Лайя и ушла с головой в работу, встречи с Сандрой сократились настолько, что подруги могли не видеться месяцами, а маму и Милли девушка видела чаще по видеозвонкам, чем в живую. Ей было очень тягостно на душе от того, что она, как последняя трусиха, боится показаться родным на глаза из-за предпочтения им работы. Да, она всегда с улыбкой отвечала на их расспросы о её достижениях и картинах, но каждый раз, говоря им «пока», она стремительно грустнела и готова была убить себя за то, что в сотый раз оказывается в отеле в совершенно другом штате и местности, а не за уютным тёплым столом их просторной кухни в окружении добрых, родных лиц.       — Лайя…       И вот, спустя год после событий с расписанием, когда она наконец приехала в Лэствилл больше, чем на один чёртов день и по идее должна была испытывать огромную радость от родных просторов и заведений, а в особенности от скорой встречи с невероятно ярким лучом её жизни… Она разнервничалась от мыслей о том, что вечер может быть неудачным и ей не будут рады спустя столько-то времени. Она почувствовала, как снова взялась за карандаш, достала его из серебристой сумки и уже собиралась вставить его в волосы, хотя пучка там и нет. Будто бы чёрный карандашик в волосах укроет её от пугающей реальности, словно мантия-невидимка — Гарри Поттера…       — Лайя!..       Нервы девушки уже были натянуты до предела, видимо, чашка добротного латте за час до встречи была лишней. Ещё она это поняла по подскочившему пульсу и жару, стремительно распространяющемуся по лицу.       — Лайя.....       «Надо поднять голову, с опущенной давление ещё больше повышается. Воздух, мне нужно вдохнуть поглубже, поднять голову и успокоиться. Сейчас!..»       — Лайя, черт тебя подери!.       Девушка подскочила на темно-бежевом пуфике, как ошпаренная. Сердце на секунду остановилось, ухнуло вниз и снова забилось в привычном темпе.       — С-Сандра?! Как…как давно ты здесь?.. Боже…