Эльдар

      Запруда, наверно слишком громкое слово для этого сооружения, ибо создано оно было совершенно непонимающими в строительстве людьми. Обычными деревенскими жителями для упрощения жизни. Поэтому ожидать от этой конструкции крепкости и надежности было по меньшей мере глупо и наивно. А Дар таким точно не был. В темноте было действительно отвратительно видно, что происходит, но Эльдар не мог не заметить, как практически в середине импровизированной дамбы находился человек. При движении ближе, оказалось, что это был Влад, который находясь по плечи в воде держал что-то в руках. - В-Влад? – зубы не попадали друг на друга, так сильно тело била дрожь. Он боялся поверить в то, что видел, как и боялся приблизиться достаточно близко к ребенку. - Мишка-а, он, наверное, еще дышит, да-а? – с рыданиями спросил мальчик, не выпуская что-то темное из рук около груди, - хк, пожалуйста, пожалуйста, я все сделаю, я все-все сделаю, спаситеспаситеспасите Мишу-у-у-у - Влад? У тебя в руках…? – коленки сильно дрожали, и Эльдар абсолютно точно не знал, что ему делать. Господи, что он должен делать? Нужно же что-то делать! Оказалось, он сам уже давно плакал, и страх был сильнее разума. - Мишка пошел по дамбе, а потом упал… а потом у-у-у, застрял, я пытался его держать, но я не знаю, не знаю, пожалуйста-пожалуйста спасите, Мишка перестал кричать… Влад бессвязно что-то говорил и говорил, стоя в холодной воде, а Дар был рядом на берегу и боялся сделать шаг. Был рядом и не помогал! Потому что боялся, потому что Мишка уже может быть мертв, а он, взрослый мужик, боялся, пока подросток держал голову брата над водой, чтобы ты мог дышать! Если еще мог конечно! Какой же ты трус, Эльдар! Жалкий, жалкий трус, не достойный этой жизни. - Спасите! – еще громче ревел Владик, замерзая, но не сдаваясь, продолжая барахтаться в мутной воде. Он терял силы, надежду, но все еще держался. Его голос был как никогда резок и высок, с отчаянными нотками и он со всей силы эхом разносился по поляне. И Эльдар решился. Убегать дальше некуда! Либо его жизнь, в который он больше не сможет существовать без сожаления, либо чужая жизнь. Жизни даже не одного ребенка. Он стремительно зашел в воду, преодолевая сопротивление течения. - Владик, держись! Только не отпускай, хорошо? – запруда была глубокой, но после того, как мальчишки нарушили целостность дамбы, провалившись на размокших досках и ветках, вода постепенно утекала, с бешеной скоростью хлыща по хрупким телам. Подплыв на максимально возможное расстояние к детям, он наконец понял, что произошло. Все тело Мишки было скрыто водой, лишь удерживаемая руками брата голова слабо двигалась в такт течению вокруг. Рядом с ними были различные обломки от мебели, доски, ветки, он даже увидел с краю часть металлического основания от автомобиля. Местный народ действительно делал дамбу из того, что нашлось… - Ноги, его ноги застряли между бревнами! Я пытался вытянуть, и Мишка пытался, пока по голове не ударила гребанная деревяшка! – кричал Влад, завидев помощь, - я…я больше не могу его держать!! - Бл… тихо-тихо, не отпускай, только не это! – Эльдар и сам понимал, что паникует, но ему действительно ничего не оставалось делать. Он был сам как ребенок, и также как и Влад ждал помощи от взрослых, но сейчас он и сам был тем, кто должен что-то предпринять! Он же уже взрослый! К счастью, холодная вода отрезвляла, и Эльдар мог действовать более решительно и обдуманно. Обхватив мальчика под водой он пытался на ощупь понять, в каком месте тот застрял, и только нырнув под воду, понял, как глубоко находилось тело. Начиная с коленей, ноги действительно были в бревне – скорее всего тот просто неосторожно на него наступил еще на поверхности, и провалился под воду вместе с ним. Мишке действительно повезло, что его не утащило с течением дальше! Вынырнув, он громко, перебивая шум воды, командовал Владу, что делать. А именно крепко обхватить брата, и по его команде тянуть. Оглянувшись вокруг, в поисках того, что можно было бы использовать в качестве рычага, он дернул на себя металлическую часть от автомобиля, и о чудо, она поддалась, но что-то сдвинулось и поток воды увеличился, с большей мощью таща вперед по течению. Ослабший Влад еле удержался на месте. Скрутившее тело онемение позволило обхватить добытый рычаг практически намертво, и больше не ожидая, Эльдар нырнул. Так же на ощупь он воткнул в дряблое дерево металл, молясь не попасть в тине в плоть ребенка, и дернул. Вопреки ожиданиям, ничего не произошло. Эдик вынырнул из темноты вод. Влад не переставал кричать, поэтому когда неожиданный свет рассек запруду, их быстро нашли. Эдик не видел, кто пришел – он был спиной к берегу, но по голосам сразу же узнал дикий крик тети Маши, и почти спокойный голос того самого Димы, второго соседа-дачника. Спустя минуту рядом с ним в воде оказался и Стасик. - Умеешь же ты устраивать сюрпризы, Трусишка, - в своей манере пояснил мужчина, но голос его звучал очень напряженно, без прежнего веселья, - быстро плыви на берег… И перехватил из его рук кусок металла прямо в воде. Эльдар не мог описать, как он был рад слышать этот недоприказ. Будто все напряжение разом схлынуло в пятки, и он с облегчение перевел дыхание. Но они боролись за две жизни, и бросив взгляд на напуганного ребенка, он решил довести дело до конца. Хоть однажды, но до конца, чего бы этого не стоило. - Влад, отпускай, я держу Мишку, - в свете возникшего фонаря Владик был совсем белым – он сильно устал, а он криков охрип, и мог просто не доплыть до берега. Но, с другой стороны, мощными гребками и против течения возник незнакомый мужчина – Дмитрий, и молча схватил за шкирку мальчишку, кивнув нахмуренному Стасу. Он, оставшись немым, оправился доставлять Влада до берега. Тот совсем был без сил и просто отдался несшим его рукам, прикрыв глаза. Мишка же был совсем как труп – холодный, безвольный, и безумно тяжелый. Как все это время держал его Влад, для Эльдара навсегда останется загадкой. Торопясь, Стасик нырнул, используя рычаг. Почти сразу же Эдик почувствовал неожиданную легкость и свободу, вытягивая на себя Мишу. И вот, когда радость уже почти заполнила легкие, ощутил толчок. Он не учел только одного – течения. Их моментально потянуло вперед, и почувствовал это, Эльдар лишь крепче к себе притянул ребенка, спиной опрокидываясь по течению. Он не был готов противится этой силе. Как и не знал, что будет делать дальше. Лишь громкий командный голос он услышал напоследок, прежде чем вода затекла в уши и он окончательно потерялся в потоке холодной, грязной воды. Станислав кричал его имя, прерываясь лишь на грубый мат. В итоге их выловил тот же Дмитрий, всего в нескольких метрах дальше. Благодаря тому, что Эльдар крепко держал Мишку, Диме и делать много не пришлось, лишь схватить Эдика за шкирку, и как кота потащить за собой на берег. Так завершилось чудесное спасение Артура, Миши и Влада, ну заодно и Эльдара. Юноша приходил в себя уже на берегу, кажется, полностью, от макушки до пяток, покрытый вниманием Стасика. Парень был закутан в чужое пальто, то самое, что было на Стасике в первый день и позже немного подумав, он понял, что это пальто длинное, а длинное было у Дмитрия. До Эльдара долго доходило, что это его обнимают, а не пальто, растирая ледяные руки. С волос капала откровенно вонючая вода, а Эдик даже не дрожал – настолько замерз. Он просто бессильно сидел на коленях такого же мокрого соседа, и вяло рассматривал что делается вокруг. Валентина Степановна приводила в чувство наглотавшегося тины Мишку, пока тетя Маша слезно и очень долго обнимала своих мальчишек, не выпуская из руки руку Мишеньки. Он был обессилен и ранен, но в целом быстро пойдет на поправку. Орешникова сказала, что на детях быстро заживает, и Эльдар окончательно расслабился, когда понял, что все позади и все они живы. На фоне этого протрезвел дед Митяй, приперев зачем-то за километр от деревни мотоблок для передвижения. Хотя сейчас он служил большим фонарем на весь берег. На «транспорте» прибыла фельдшер и еще парочку человек. Кроме Дмитрия здесь было еще целая куча народа, одни стояли и в темноте пытались разглядеть, что стало с их запрудой по воле детей, другие пылко рассматривали Эдика, шепчась о земляках героях. Женщины помогали переодевать мальчишек прямо тут, на берегу, потому что, хоть и было начало лета, температура держалась достаточно низкая, и было очень холодно. Совсем рядом громко чихал Дмитрий, вытирая свои седые волосы. «Оказывается, до запруды была дорога» - вяло думалось Дару, а ведь еще возвращаться тем же путем. Он точно не дойдет… Чувства притупились, и сильно захотелось туда, где тепло и сухо, и не осознавая, что делает, он откинулся головой на чужое плечо, впервые за последние месяца жалобно хныча, но совсем не замечая этого. В глазах расплывались яркие звезды. Плевать, что рядом люди, плевать что скажут, хуже они вряд ли уже сделают. - Я жить хочу…- шепнул в пустоту он, но его услышали и еще сильнее прижали к теплу. -Мгм, я буду рядом, - подтвердили совсем уверенно, - я решу твои проблемы, только позволь… - Стаси-ик, - протянул со слезами на глазах Эльдар, теряясь в себе, - я так хочу жить, пожалуйста, я так устал, можно мне просто чуть-чуть пожить как хочу я… пожалуйста… Эльдар совсем не помнил, как оказался в тепле, сыто засыпая. Зато через неделю, как он выздоровел, дети снова шустро бегали вокруг, крича и показывая пальцем на него. У него появилась совершенно смешная и дурацкая кличка – Русалочка. Но не потому, что в воде спас детей, а потому что обратно его несли как невесту, а из-за чужого плаща на нем, в темноте ноги выглядели совсем как рыбий хвост…

***

- Я клянусь, если ты сейчас встанешь, я тебя стукну! – гневно кричали из соседней комнаты, будто бы сквозь нее видели, как Эльдар отодвинул подальше цветастое одеяло и свесил с кровати ноги. Юноша оглядел прикроватный столик, на котором расположился целый батальон лекарств. И ужас, он успел за эту неделю перепробовать их всех. - Я знаю, что нет, - вяло просипел он в ответ – горло, по словам Орешниковой, будет болеть еще долго (и поделом!), поэтому Дар и при всем желании не смог бы сказать что-то громче. - Окей, тогда поцелую! – не остался в долгу Стасик, не то слыша ответ соседа, не то просто уже зная его как облупленного. Он громыхал чем-то недалеко, предположительно – обещанным тазиком с горячей водой. Как только температура спала, фельдшер разрешил использовать народные средства, чем не гнушались дачники. Они единогласно решили, что лечиться Эльдар будет под их присмотром и в их доме. Поэтому всю эту неделю юноша провел в «особняке», и не то, чтобы у него были силы рассмотреть его со всей красе за эти дни. Он вообще только недавно осознал, кто он и где он, так сильно температурный бред забрал его в свои сети. Эдик сделал вид, будто не слышал этой реплики, закатив глаза. После этого случая, Станислав стал действительно бесстыдным и развязанным. И да, конечно, раньше он мог себе позволить шуточки, но никогда до этого не звучало угрозы в виде поцелуя. Он, блядь, взрослый мужик, конечно, эта угроза пугала Дара, поэтому в последние дни лишь она могла унять безрассудства юноши, будто поход за водой на первый этаж по крутой лестнице, или капризы не пить лекарства. Стасик в полной мере пользовался этим преимуществом, и ни капли не стеснялся. Ему казалось, они вышли на совсем другой уровень взаимодействия. И это то при том, что Эльдар и не скрывал никогда своё влечение к своему полу. - Вот и молодец! – похвалил его сосед, занося в комнату дымящийся ярко синий квадратный тазик и сразу же ставя его перед кроватью, - давай сюда свои прекрасные, волосатые, но маленькие ножки~ Дар скептически посмотрел на Стасика, переставляя по одной стопе в приятное тепло. - То есть сорок третий размер ноги для тебя маленький? – уточнил юноша, приподнимая левую бровь и откидываясь на спинку кровати. На самом деле, если присмотреться, эта комната было весьма и весьма удобной, вон, даже кровать с мягкой светло-зеленой обивкой. -О, на самом деле, все что меньше хоть на один размер, чем у меня, автоматически маленькое, - и улыбнувшись, все еще находясь на корточках перед сидящим больным, игриво подвигал бровями, - если ты понимаешь, о чем я~ Эльдар тут же почувствовал, как его шея заливается краской просто от того, что он додумал чужую шутку. Возмутившись, он рукой легонько толкнул его в плечо, отталкивая от себя и тем самым позволяя упасть товарищу на спину. Стасик легко поддался, и уселся на пол, склонив голову на бок, любуясь живыми эмоциями на лице парня. Он так давно их не видел… - Как долго я еще буду здесь торчать? – возмущался он, сложив руки на груди и заглядывая на улицу через окно – лето играло всеми красками жизни. Через открытую форточку доносились пение птиц и лай собак. И аромат, о, какой же аромат слышался из улицы. Парень не мог дождаться того момента, как выйдет и вдохнет полной грудью это тепло природы, - мои помидоры сгорят на солнце, - пожаловался он. - Ха-ха, твои помидоры будут гореть лишь от меня, Солнышко, - вновь бросил пошлую шутку дачник, хохоча и чуть отклоняясь назад, но заметив тревожный взгляд на улицу смягчился, - мы с Димасиком по очереди бегаем к тебе на участок поливать – ха, я ни разу не пожалел, что сделал ту дверцу! Дар удивился, но ничего так и не сказал – слова благодарности так и не покинули рта юноши. Он не помнил, говорил ли их Дмитрию – он только чувствовал безграничную усталость, и возможно, он сожалел, что не погиб там. С другой стороны, судя по тому, как к нему относятся здесь, теоретически в бреду он мог сказать что-то такое, о чем не помнит, но будет жалеть. Поэтому он не стал говорить по этому поводу вообще ничего. Но. Чуточку он был рад тому, что его усилия по части овощеводства не пропали даром. Он делает значительные успехи в выращивании томатов. Эльдар дернулся, вспоминая мучащий его вопрос. Кажется, момент не был подходящим, но сейчас показался очень даже. - Ты и Дмитрий, вы родственники? – он перевел взгляд на пол, очень внимательно заглядывая в глаза Станиславу. - О нет, - посмеялся собеседник, опять расслабленно откидываясь назад, поддерживая себя руками, - ты вообще видел его и меня? Да одни его кривые зубы говорят о его плохой родословной! Серьезно, я потом тебе покажу, у него такая щель между передними зубами, что я уверен: там пролетала не одна конфета, ха-ха - Тогда какие отношения вас связывают? – не понял Эдик, нахмурившись, он помнил, что Дмитрий тоже активно участвовал в его восстановлении: в редкие минуты сознания, именно Дима был тем, кто поил его водой и заставлял глотать лекарства. Иногда он даже делал ему уколы. В вену. Дар просто не представлял, как можно без мед образования уметь делать такое… - Ну, это сложно объяснить, - он смотрел исключительно в потолок, будто избегая смотреть напрямую, - мы вроде как коллеги, но вместе с тем он здесь…как мой телохранитель? Эльдар вздрогнул. Он совсем не хотел вспоминать то, что заставило его здесь появиться, в этой деревне, но почему-то сразу же вспомнил. Ту боль и отчаяние. А казалось, это было в другой жизни. Сколько он здесь? Два месяца? Постойте, идет уже четвертый… И его никто не искал? - Воу, я тебя что-то загрузил, трусишка, - горько усмехнулся Стасик, поднимаясь на ноги, - не думай об этом так много, потому что возможно, это всего лишь судьба, то, как мы все здесь оказались, правда? Стас проверил воду, пришел к выводу, что та остыла, и вытерев ноги юноши, уложил его спать. И хотя он сильно противился, оказалось, что он устал. Когда дверь скрипнула, закрывая его от шума дачного дома, в голове у Дара вертелась лишь одна мысль. Могла ли судьба быть так жестока ко всем, кто находился в забытой деревне? Если так, в чем провинилась Митрофанна, вынужденная целыми днями ждать свою дочь?

***

      Эльдар проснулся от шума снаружи. Кто-то громко спорил под его открытым окном. Он слегка повернул голову набок, наблюдая как колышется легкий тюль от ветерка. Комната, в которой отдыхал была на втором этаже «особняка», но слышимость была такая, будто разговаривали прямо здесь. - Нахрена было тогда отвечать? – Стас был очень, очень зол. Его голос сочился ядом, отвращением, но как будто бы горечью. В таком тоне разговаривали лишь те, кто обладал властью, отчитывая нерадивого подчиненного. Звучало все это страшно. - Я получаю за это деньги, вполне естественно, что в первую очередь я буду разговаривать с начальством, - впрочем Дима был спокоен, собран и уверен, как скала. Слова Станислава будто бы физически отлетали он мужчины. - Я, блядь, твое начальство! – выругался парень, и Эдик как будто наяву видел, как нервно Стасик проводил пальцами по своим волосам. Сердце застучало быстрее, набатом отдавая стук прямо в горло. Юноша боялся двигаться в постели, боялся спугнуть этих двоих и профукать шанс узнать что-то важное о них. Что-то нужное. Поэтому он тихо лежал и почти не дышал, впитывая каждое слово. - Станислав Владис… - Молчать блядь! – нервно отдернул его дачник, - Ты сам его видел, сам был там и видел, что он, блядь, без нас сходить поссать не мог! Ты, ты ведь вытащил его из воды! Дар вздрогнул. Он понял, что говорили про него. - Таково было ваше желание, я просто выполнял приказ. Свою обязанность. И этот звонок также входит в мои обязанности, - его речь прервал звук, очень похожий на удар. Стасик ударил Дмитрия! Но тот обращался к нему на «вы»! - Если из-за твоих обязанностей он пострадает, я убью тебя, слышишь, ты труп, - и в этих словах была такая ярость, такая злость, что её ощутил даже Эльдар. До этого все, что он получал была ласка и забота. Голос, который он слышал в свой адрес всегда был тихий и спокойный, позволяя чувствовать безопасность. Слышать такое от вечно веселого и жизнерадостного Стасика было физически неприятно. А затем он услышал то, что не хотел был слышать еще парочку лет так точно. - Ты был так же напуган, как и я, Дим, - уже тише говорил Стас, Дару приходилось напрягать слух, - когда он вдруг пропал с этими детьми. Не говори мне, что ты ничего не чувствуешь к нему, только не ты! Потому что именно ты не задумываясь прыгнул в воду, ты не думал, когда нес его на второй этаж этого дома! - Станислав, я… - Заткнись!! Не я был тем, кто вводил чертово лекарство в его руку, когда от температуры начались судороги! Я был так напуган, когда он стал трястись в моих руках, как припадочный. Боже, он же такой худой, он бы умер от этого… - Он похож на моего сына… я несознательно ему симпатизирую, если ты об этом. И я проходил основы медицинской помощи, я мог помочь – я помог. И Эльдару все еще нужна помощь, мы вылечим его воспаление легких, но ему нужна психологическая помощь. - Не сейчас, только, блядь, не сейчас… - Так ты не слышал? Тогда, на второй день, что он говорил в бреду? – Дар сжался в постели – так не хотел больше слышать их глупые разговоры. Он уже было зарылся с головой под одеяло, как нечто отдернуло его. Нужно слушать дальше. - Слушай, я обосрался от одной лишь отметки тридцать девять и шесть, мне было явно не до его неразборчивого шепота! Как ты мог услышать что-то в этом хрипе? - Он говорил о том, чтобы мы дали ему спокойно утонуть, что он устал бороться… - А сегодня он сказал, чтобы я не забыл полить его чертовы помидоры, так что блядь не нужно мне всей этой хуйни про смерть, ему было плохо, я бы тоже в таких обстоятельствах заставил писать завещание, в размышлениях что умру! - Хорошо, продолжай тешить себя надеждой, а я пока запишу его на осень к психологу… Вскоре хлопнула дверь в дом. Они закончили говорить, оставив Эльдара с кучей, просто огромной кучей вопросов. Но он, с внезапным смехом, остановился на самом безобидном: почему Дима с «вы» вдруг перешел в разговоре на «ты»? А потом он вспомнил, что да, его действительно носили в туалет. Боже, он такой жалкий…

***

-Чтобы ты сделал, если бы я вдруг сказал тебе, что могу решить все твои проблемы? – неожиданно спросил Стасик, листая цветастый журнал, рассевшись в кресле напротив Эльдара. Парень вскинул голову, недоверчиво, если не испуганно, всматриваясь в собеседника. Растрепанные волосы и синяя футболка, съехавшая с ключицы набекрень делали Станислава действительно каким-то уютным, домашним. Такому Стасику хотелось доверять. Но Дар лишь демонстративно легкомысленно пожал плечами, возвращаясь к кубику Рубика в своих руках. Почему-то желтый цвет все никак не хотел подчиняться, не смотря на все угрозы и уговоры в свой адрес. Артур бросил игрушку у него на крыльце, психанув, что ничего не получается – там то её и подобрал Дмитрий, собрав головоломку за мгновение. У наблюдавшего за этим действием Эдика жадно заблестели глаза – так хотелось научиться также. Так что Дима с обреченным вздохом начал разъяснять как это делается, спрятавшись от жарящего солнца под навесом сарая. Но Эльдар уже третий день не может это сделать. Он просто безнадежен! - У меня нет проблем, - буркнул все же в ответ Дар, пытая бедную игрушку и сильнее вжимаясь в спинку дивана. От серьезных слов хотелось спрятаться, как ребенку под одеяло. - Но у меня много денег! Если нет проблем, значит есть желания? Чего ты хочешь? – пристал Стасик, откидывая в сторону журнал. Стоило бы додуматься раньше, почему сосед так неожиданно плюхнулся рядом, и решительно долго молчал! Теперь не отстанет, репей! - Хочу, чтобы дождь наконец-то пришел, у теть Маши картошка вся сгорела в песке, а мальчишки уже отказываются столько поливать… - сильно не задумываясь выдал юноша – вестись на уловки он больше не желал. Дачник на эту реплику нахмурился, всматриваясь в мальчишечьи еще черты лица Эдика, и спросил еще раз, уже придавая голосу твердости. - А теперь правду, Солнышко, только правду и ничего кроме правды! Советую хорошенько подумать о том, что тебя тревожит уже долгое время, - он вдруг оказался рядом непозволительно близко, присаживаясь на корточки рядом с диваном и опираясь локтями на чужие колени, крепко сжимая ладонь Дара. С такого ракурса он смог разглядеть длинные, коричневые (спасибо солнцу) ресницы и грустные темные глаза. - Почему ты…? – он попытался отодвинуться, но сосед почти больно заставил остаться в таком положении, надавливая на колени. - Потому что хочу, чтобы тебе было лучше, хочу, чтобы ты был счастлив… ты почти не улыбаешься в последние дни, - на самом деле Станислав просто пошел ва-банк. Он должен заставить Эльдара рассказать о своей проблеме, чтобы тот уже отпустил ситуацию и мог дальше свободно дышать. Естественно, мужчина надеяться, что дышать свободно он будет уже в отношениях с ним. Наблюдать за тем, как вянет этот цветок стало физически больно. - Я не обязан быть счастливым и всем улыбаться, - обиженно просипел Дар, больше не пытаясь вырваться, поняв всю тщетность этого действия. Но голову отвернул, заглядывая куда-то вглубь лестницы на второй этаж, мол, ну что дальше делать будешь? - Просто поговори со мной… пожалуйста, - Стасик тоже будто бы сдался, уронив голову на плечо Эдика, и приглушенно попросил, надеясь, что без зрительного контакта Трусишке будет легче говорить, - ты сам мне сказал тогда, что хочешь жить… поэтому позволь мне узнать, что тебе мешает это сделать… Эльдар в ответ напряженно молчал. - Димасик считает, что тебе нужен психолог, что ты жить не хочешь, - продолжил своё мужчина, с такой жалостью в словах, что даже Дар почувствовал эту дрожь в себе, да так, что заныло где-то в животе, - но я-то знаю, что ты просто устал. Устал, поэтому ты здесь, а не в городе, поэтому ты каждый день ходишь к Прасковье Митрофановне, потому что она тоже устала, а вместе не так страшно, да? Она знает, что не дождется своей дочери, хоть и очень надеется, и ты тоже чего-то ждешь, но не надеешься, - из-за того, что мужчина говорил куда-то в воротник футболки Дара, голос звучал так, будто тот плачет. - Но вы разные с ней, слышишь? Солнышко, знаешь почему? Почему Мария Никифоровна счастлива, хотя и в живых нет сына и невестки? Почему Матвеич самогонку делает, а сам ее почти не пьет? - Не знаю… - шепотом вдруг ответил Эдик, отчего-то по щекам текли слезы, но он не желал, чтобы Стасик этого понял, поэтому лишь осторожно положил ладонь на чужой взъерошенный затылок, поглаживая, будто утешая. - Потому что у Марии Никифоровны есть внуки, ради которых она покупает дорогущие омолаживающие крема, чтобы в школе никто пальцем не показывал на Мишу, Артура и Влада, будто они сироты, оставшиеся без семьи… Потому что к Михаилу Матвеичу из Москвы дочь приезжает, раз в сезон, но приезжает, и он каждый раз деньги ей копит, хотя сам голодает, а та богатая как черт… - Я не знал… - Так и они насчет этого не распространяются… кто хочет рассказывать о том, что пьяный сын за руль сел и убил и себя и невестку? Все знают здесь, только не говорят об этом, сами такие же…- грустно хмыкнул Стасик, - вот они и все здесь живут, будто подстать им – заброшенная и вымирающая деревня… только ты другой, Солнышко, ты здесь лишний… - Нет, я очень даже вписываюсь, - нос подвел его, шмыгнув в середине фразы, - я тоже один, никто не ждет меня в городе, и… и меня убить хо-отят, - не выдержав, Эльдар задрожал, расплакавшись от своих слов, тех самых, которых вслух сказать боялся, сам себе сказать боялся, а тут ему…этому прилипале сказал! И тем горче стало… - Ну что ты, мой хороший, что ты! – подгаживал по спине Станислав, не предпринимая попытки поднять глаза на парня, лишь сильнее себя вжимая в грудь страдальцу. - Чш-ш, ты же не один, Солнышко, у тебя есть я, Димасик вон тоже, теть Маша горой за тебя встанет, ты не один, - оказалось, Стасик успокаивать совсем не умеет, или как объяснить то, что от этих слов Дар лишь сильнее расплакался, переходя на судорожные рыдания и пытаясь руки свои выдернуть из чужой хватки. - Я уже сказал тебе, твои проблемы решу, все решу Трусишка, - и внезапно захихикал, отрывая от себя Эдика и заглядывая в распухшее лицо, - если быть честным, то уже решил, это ты только все умирать собираешься, а я тебя не отдам никому, ты теперь только мой, - и заметив удивленный, смущенный взгляд глаз напротив, не сдержался, прижался губами к соленой щеке, а потом, осмелев, лизнул её, забирая слабость Эльдара себе. - От-откуда-а-а? – протянул всхлипывающий парень, сцепив руки на спиной Стасика, и не желая пока отпускать. Пусть думает что хочет, а ему легче будет! - Ох, Трусишка ты мой, Дурашка ты солнечная… - Я удивлен тому, что ты Эльдар, так и не вспомнил Станислава, - в гостиную зашел Дмитрий, со спокойной миной наблюдая за парочкой, - он бегал за тобой со школы, поступив в тот же университет, а ты только хвостом крутил, да только не у того человека… Мы вообще-то сразу хотели за тобой рвануть, но дела появились, и мы приехали лишь спустя месяц сюда. Ну а как тут скажешь тебе, когда ты такой убитый ходил, все ждал ростовщиков и взглядом прощался каждый раз? - Что? – красное удивленное лицо еще не раз потом снилось Стасику, правда, слава Богу, не в кошмарах, - не может быть… - О, Дар, еще как может! Ты, дурашка, и правда думал, что за тобой гонятся? Да если бы это была правда, тебя бы через два дня нашли, дом то ведь на тебя записан! - Мы пробили тебя за два часа, Эльдар, так к слову, - вторил ему Дима, махнув рукой и с ухмылкой наблюдая за метаниями парня. - Я должен быть удивлен, - признался Дар, прикрывая рукой лицо, в попытках стереть усталость, - но чувствую только опустошение, я так долго… я должен злиться на вас! - Хорошо, можешь злиться на нас позже, когда тебе станет лучше! – разрешил Станислав, умалчивая о еще очень и очень многих вещах. Хорошо, что Дурашка сейчас в растерянности, а то он не вынесет еще и того, что они с Димой в перспективе такие же плохие парни. - Только после психолога! – стоял на своем Дмитрий, разворачиваясь в сторону кухни и почесывая появившуюся седую бородку. Наверняка спал где-нибудь опять в предбаннике, только мухи с комарами согнали. - Тц, такой упертый, я может уже исцелил Эдика, да? - радостно ухмыльнулся Стасик, сжимая в объятиях мальчишку, не позволяя и рта раскрыть в возмущении, - имя то какое выбрал, хе-хе… но… так ты не против, Солнышко? Ты и я, нас? - Не против, - вздохнув спустя минуту ответил Эльдар, получая в ответ, наверное, самый сладкий и неторопливый поцелуй. Он тоже не признается никогда, что в Стасика он влюбился еще с самых первых слов, тех самых, про соленые помидоры… Ха! Да и влюбился похоже, по самые помидоры!

***

- Я нашел дочь Митрофанны! – радостно крикнул со второго этажа Эльдар, - оказывается она попала в ДТП и ей отшибло память! Она скоро приедет забрать старушку, представляешь? - Отличная работа, Солнышко! – ободрительно крикнул в ответ Стасик, - есть только одно «но»! - Какое? – голос прозвучал недоуменно. - Кто теперь будет поливать твои чертовы томаты?