Begin again

Вечер уверенно спустился на улицы Нью Йорка. Но шумы города не думали заканчиваться. К девяти вечера закончилась такая светлая и тёплая дневная жизнь: дети легли спать, взрослые пришли с работы, кто уже отужинал, а кто и не собирался, кто лежал в кровати с книгой и чаем, кто смотрел фильмы, сидя на диване. Люди разные, по разному и развлекались. Одно общее — дома. Но не все. К девяти вечера в Нью Йорке стихала дневная жизнь, но шума от этого меньше не становилось. Ведь у ночной жизни правил нет. Вот так из небольшого, можно даже сказать маленького, бара играла живая музыка. Люди разные заходили туда, кого влекла возможность послушать неизвестных певцов и, возможно, потом хвастаться друзьям, что услышал знаменитые песни когда их автор ещё в баре пел никому не известный, а кого манила выпивка. Однако, сегодня в этом баре играла симпатичная девушка. Гитара в её руках лежала как влитая, а красивый голос кричал в микрофон слова. Энергия от неё так и валила. При каждом слове её чёлка-шторка колыхалась от эмоций. И вот, последний аккорд взят, последние слова пропеты и бар начинает хлопать и свистеть. А девушка обворожительно засмеялась и откинула мешающую прядь назад. — Спасибо, спасибо вам большое! — улыбаясь, сказала Янли. — Тут в зале находится один человек… — взгляд направился к диванчику, что ближе всего к сцене. — …мой брат. Он тоже пишет песни. — пронзительные серые глаза вновь вернулись к публике. — Может позовём его? Бар одобрительно захлопал, а Цзян Янли рукой поманила парня к себе. Но тот не выходил. Девушка серьёзно на него взглянула и почти театрально надула губки. На что получила лишь скрещенные на груди руки и отрицательные покачивания головой. — Сейчас, дайте мне минутку. — вновь обратилась к публике Янли, отложила гитару и подошла к краю сцены. — Нет. — тихо, чтоб слышала только сестра, сразу предупредил парень. — Ну Чэн-Чэн!..давай. — Нет, я же сказал. — Давай. — У меня не получится. — Ты их покоришь, я тебя уверяю. — А я говорю нет. — Все равно опыт. — Янли улыбнулась. Но получив в ответ лишь сердитый взгляд, вновь повернулась к залу. — Похоже мне сопротивляются. Давайте пригласим! И бар снова зашелся аплодисментами. Янли с улыбкой взглянула на брата. А Цзян Чэн вновь мерил её недовольным взглядом. Вот чего, а выступать сейчас ему не хотелось совсем. Девушка вновь махнула рукой, и Ваньин сдался. — Чтож…попробуем. — буркнул он, подходя к оборудованию. — У тебя все получится. — Цзян Янли одобряюще-поддерживающе хлопнула брата по плечу и спустилась в зал. Ей любезно подали руку. А Цзян Ваньин сел за гитару и подвинул к себе микрофон. К горлу резко подвалил ком. — Здрасте. — зал ему лениво похлопал. — Да…ну, эта песня ещё сырая, конечно, но… — парень на пробу перебрал струны. — Она посвящается всем одиноким в большом городе. Бар приветственно зааплодировал, а Цзян Чэн на память взял написанные собой же аккорды. Эту песню он вынашивал долго, слоняясь по неродному мегаполису в полном одиночестве. И наконец мог сказать, что результат ему нравится. Но не настолько, чтобы делиться им с людьми. Но, он уже на сцене. Так что терять? Все равно уезжать хотел. Гитара издала правильный звук. Память подсказывала правильные сочетания. Cb Ebm Gb Db… звучало как надо. Убедившись в этом и чуть затянув вступление, Цзян Чэн продвинулся к микрофону.

— Once upon a time I used to know a girl. Ripped jeans, messy hair, shinin' like a pearl. Like a summer day she could push the night so far away…

Голос у Цзян Чэна мягкий и что называется «мелодичный». Он не надрывался. А исполнитель следил за притихшим залом. Вдох, парень закрывает глаза, позволяя чувствам постепенно брать верх. Зажимается аккорд и чувственный голос проговоривает в микрофон:

— If you feel what I feel, see what I see Don't bring yourself down. You are not alone, not alone now…

Вдох. Выдох. Cb. Abm.

— Oh, I lost myself tryna have it all This world feels in a rush and they say they know it all. Oh, I lost myself tryna have it all. Self love amnesia, don't worry if it got you.

Цзян Чэн жмурится сильнее. Он не видит, как Янли наблюдает за ним, как наблюдает и слушает весь зал.

— Cause you're not alone, not alone This world feels in a rush and they say they know it all I tried to fight but it's getting strong, getting strong, getting strong Oh, I lost myself tryna have it all Self love amnesia, don't worry if it got you Cause you're not alone…

Цзян Ваньин открывает глаза и переводит дыхание. Он смотрит на зал. И видит взгляд нескольких человек. В сердце кольнуло. Нет, он не рассчитывал на то, что сейчас он сорвёт бурю всего-всего. Но всё равно, видеть, что большинство не смотрит, было неприятно. Ну ладно. Не смотрят, зато слушают. Поэтому парень собирается и берёт следующие аккорды… Песня заканчивается, с ней заканчивается и мгновенно приливший адреналин. Эмоции стихают, и юный певец слышит аплодисменты. У сестры было больше. Нет, он не завидует, просто не по себе. Цзян Чэн смущенно улыбается куда-то вниз, произносит тихое скомканное «спасибо», и уходит со сцены назад на диванчик. Боковым зрением парень видит, как бурно аплодирует ему Янли, видит ещё пару людей и страного мужчину, стоящего ближе всех, но как будто в трансе. Стоит и смотрит куда-то за сцену, на инструменты. «Чудик» — подумал Ваньин и достал телефон. — Спасибо, Чэн-Чэн! Вам понравилось? Чтож, теперь снова я! — слова сестры доходят уже через отключаюшееся сознание. В стакане — коктейль, в руках — телефон с новостями и милыми песиками. Он уже опозорился, хватит на сегодня.