chapter 4.
5 мая 2022 г., 19:00
***
Понедельник считают худшим днем недели незаслуженно. Так думал и Антон, пока не начал вставать в этот день недели в шесть утра каждый год. Тогда его мнение, конечно же, изменилось. Не отошедшие от выходных люди, которые собираются на работу с таким отчаянием в глазах, что, кажется, ещё чуть-чуть и они будут молить Бога и Дьявола — готовые отдать всё, лишь бы не работать больше никогда — вызывали самое настоящее сочувствие. Шаст был одним из таких людей. Он смотрел в зеркало ванной, не веря, что человек в отражении — живой, ещё вчера отдыхавший. Мало сна из-за мыслей о прослушанном ранее разговоре, страх посторонних резких шумов и непрекращающаяся тревога — Шастун был в аду, что становился хуже с каждым часом. В полицейском участке уже началась ежедневная рутина. Аромат кофе не пропускал ни один другой запах, так что Шаст, поддавшись на это, налил кружку бодрящего напитка, зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь, погружаясь в тишину. Ему чертовски хотелось подремать, а кресло рядом с окном так и просило сесть в него и поспать. Антон чуть ли не спросил себя — кто он такой, чтобы отказывать родному креслу, но чувство ответственности было сильнее. Парень прекрасно понимал: стоит ему уснуть — обязательно приснятся кошмары. Несмотря на своё подвешенное состояние, Шаст продолжал работать и пытался не провалиться в сон. Продержаться без сна хотя бы до обеда — было новой целью. — Можно? — Шастун и не заметил, как в дверь постучали. Немного вернувшись в реальность, из-за столь неожиданного появления человека в стенах комнаты, Антон перевел взгляд, попытавшись сфокусироваться. — Да, конечно, — ответил парень, и в помещение вошел Арсений, плавно закрывая за собой дверь. Почему он видит Попова каждый день? Это не входило в его планы. Свое отражение Шастун старался видеть пару раз в неделю, не считая случайных взглядов на себя в зеркалах заднего вида машины. На коллег он не всегда обращал внимание, а начальников мог не видеть месяцами. Арсения же Шаст видит каждый день, как оказалось, даже по выходным и не в участке. — Ты хоть иногда работаешь? — спросил Антон, поражаясь безмятежному виду мужчины. — Конечно, — нахмурился напарник, — что за вопрос? — Шаст прикусил язык. — Просто, когда я тебя вижу — ты максимально расслаблен, отвлечён от работы, даже если мы в полицейском участке, — ответил парень. Кажется, что через царившую в кабинете атмосферу можно было провести ток. Уж настолько она была напряжена. Шаст только успел подумать, насколько бы сильной была его агрессия — спроси его то же самое. Возможно, он мог бы и ударить спрашивающего. — Если я не работаю в ту же секунду, что и ты — это не означает, что я не работаю в целом, Антон, — ответил Арс. Имя парня в конце ответа мужчины было сказано со столь нежной интонацией, что Шастуну потребовалось время, чтобы вернуться в своё тело. Интонация напоминала родителей, что, объясняя простую вещь, качали головой и улыбались. С тех пор, как Шаст переехал в Аризону это «Антон» стало чуждым, оставшись в прошлом. После обычной фразы мужчины, парень просто замолчал, уткнувшись в экран компьютера, где его ждало новое письмо от Кейт с документами для скорого заполнения. Попов же пошел к доске расследования, где были новые записи, сделанные, судя по всему, сегодня. Не отводя взгляд от записей, он снова начал диалог. — Что это? — мужчина указывал на новую запись «Звонок незнакомца». — Я вчера прослушал все последние телефонные разговоры Джейсона, — Антон прокашлялся, — нашёл зацепку. — Дашь послушать? — Арс был чертовски заинтересован в новой информации. — Секунду, — Шаст быстро защёлкал мышкой. Найдя нужный файл, парень откинулся на спинку кресла, глядя на реакцию Арсения. Парень наивно полагал, что в пятый раз он никак не отреагирует на этот диалог, но он, вновь услышав своё имя, покрылся мурашками. — Но тебя там не было, так? — нахмурил брови Арс. — Не-а, — кусая губы, Шаст закрыл файл во избежание повторного воспроизведения. В кабинете вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками из коридора и с улицы. Это молчание съедало, заставляло нарушить его как можно скорее, что и сделал Арсений. — Удалось выяснить, кто звонил? — спросил мужчина, скрестив руки на груди. — Кейт прислала информацию, что отдел баз данных не может распознать голос. Из всех занесенных ранее в базу — один схожий, и то человек живёт в Норвегии, — выдыхает Антон, — так что мимо. Шаст был чертовски огорчён из-за получения такой зацепки и её же моментальной потери. Ранее он старался отгонять от себя мысли о том, что преступление может остаться нераскрытым. Была надежда, пара улик и мотивация, а сейчас — пустота. — Не гасни, — бросил Арс, после чего на него упал непонимающий взгляд, — я вижу, как ты гаснешь из-за этого дела, потому что недостаточно зацепок или улик. Это нестандартное дело, да, но ты справишься. Со мной или без меня. — Ты не можешь быть в этом уверен, — мотнул головой парень, — как мы все поняли — я люблю проёбывать дела, что кажутся значимыми для общества или меня. Резко, словно гром среди ясного неба, Арсений вышел из кабинета и закрыл дверь, оставляя Шаста наедине с собой. — И в итоге вы все меня оставляете, — поднял руки Антон, — супер. В кабинете было по-прежнему тихо, но ещё более одиноко. Присутствие Антона было столь привычным, что любой новый предмет или человек вносил множество красок, наполняя помещение, меняя ход работы. Он никогда не признает, что у каждого человека есть необходимость в изменениях, хоть и временных. Через пару минут дверь вновь открылась и в кабинете вновь появился Арс, но не с пустыми руками. Он держал две чашки с кофе, одну из которых аккуратно поставил перед Шастом. — Без кофе мы не справимся, — отпил чуть-чуть Попов, — давай думать, кто это мог быть. Член его или твоей семьи? Кто-то, кто хотел тебе отомстить? Есть такие? Недоброжелатели есть почти у каждого, тем более у человека, что работал в полиции. Каждый преступник проклинает именно детектива и офицера, а потом судью, надзирателя и так далее. Всегда будет кто-то виноват. — Есть, но они все в тюрьме, так что… — пожал плечами Шаст, понимая, что они всё ещё в тупике. — А у Джейсона? — устремил свой взгляд на парня Арс. — Не-а. А если и были, то те же, что и у меня. — Понял, — ответил Арсений и вновь отпил бодрящий напиток. Они понимали: пока что дело никуда не может двинуться, но без их усилий этого и не произойдёт. Надо было что-то делать — жаль неясно что и как именно. — У тебя есть идеи? Хоть какие-то мысли? — умоляюще посмотрел на мужчину Шастун, — У меня в голове полнейшая пустота. Не было смысла придерживаться какого-то образа. Антон действительно не понимал, какие действия им стоит предпринять. — Честно говоря… Ответ Арса прервал стук в дверь и голос Кейт. — На западе в пяти километрах от нас перестрелка, — донёсся голос. — Не мой профиль, — нахмурился Шаст. — Поехали, иначе ты сойдешь с ума за этим делом, — ответила девушка и ушла в сторону выхода. Шастун молча посмотрел на Арса, тот кивнул и направился к двери, следом за ним пошёл парень. Хотелось до последнего отрицать мысль о комфортной работе с Арсением, о их недавно построенном взаимопонимании и небольшой заботе друг о друге. Допустив данную мысль в свою голову, Антон тряхнул головой — как бы «выбрасывая» ее назад. С территории участка уже выезжали две машины, третья — судя по всему с Кейт — ждала парней. Они быстро сели внутрь и следовали за коллегами впереди. — Что конкретно произошло? — поинтересовался Шастун, закрепляя на себе тактический ремень и пистолет, протягивая то же самое Арсу. — Конфликт в гетто, классика, — ответила девушка, не отводя взгляд от дороги. Кейт была кратка в своих просьбах и в изложении информации — ценная особенность. Она сразу влилась в коллектив — эмоционально устойчивая, сильная, самостоятельна. Антон понял, что найдет с ней общий язык, просто позже. Они хорошо ладили, но не более. Через пять минут они были на месте. Перестрелка утихла, стрелявшие находились внутри дома. Шастун сразу взял оружие в руки и направился внутрь дома. Сейчас надо было действовать быстро и бесшумно. Двухэтажный жилой дом сейчас напоминал заброшенный. В траве отсвечивали осколки от стекол, в которые стреляли несколько минут назад, со второго этажа доносились шаги — всего пара, но благодаря старому полу их было отлично слышно. Поднявшись наверх, перед полицией предстала такая картина: мужчина тридцати лет прижимал к себе оружие, опираясь на стену слева от окна. Когда Шаст подошел ближе — стоя по правую сторону от окна — он понял, что мужчина чего-то боится. Он не собирается нападать или стрелять по полицейским. — Кто в Вас стрелял? — Шастун спрашивает, не сводя глаз с мужчины. Мужчина смотрит на противоположную стену и пол рядом с ней, закрывает глаза на секунду и с горечью смотрит на парня, словно извиняясь. — Он Вас заметил, — успевает произнести стрелок, как стекло окна разлетается на множество осколков, попадая в Антона и падая на пол. Шастун не успевает ничего подумать, он лишь делает пару шагов назад, пытаясь хоть что-то увидеть или услышать — на чём-то сконцентрироваться. Вокруг него кто-то бежит, кто-то стреляет в окно, но он будто не тут. От резкого шума заложило уши, парень был так сфокусирован на потери слуха, поддавшись панике, что не заметил, как чьи-то руки удержали его от падения. — Антон, сконцентрируйся на моем голосе, — Арсений поднимает голову Антона за подбородок, пытаясь поймать этот потерянный взгляд, — забудь обо всем, я тут, ты слышишь меня? — кивок. Поймав концентрацию парня, Арс уводит Шаста вниз по лестнице, помогая опереться на самого себя и перила. Выйдя на улицу, Попов сразу понял, что надо уезжать сейчас, иначе ожидание окончания перестрелки может сыграть с Шастуном злую шутку. Антон же в свою очередь просто шёл, пытаясь понять: что он, где он и что произошло. Не помогало от слова совсем. Складывалось ощущение, что Шаст потерял память и пытается научиться базе — сверху нас небо, там же солнце, а под ногами трава. По лицу стекала кровь в разных местах — ранение пришлось на всю левую часть лица, на плечо и шею. — Осторожно, — Арс прикрыл макушку парня ладошкой, чтобы тот не ударился, садясь внутрь машины. Простроив в голове маршрут, Арсений включил сигнализацию, передал по рации в участок о ситуации, чтобы те прислали ещё машины на место преступления, а после устремился к дому Антона. Шаст не обращал внимание ни на что, кроме своих ладоней, что он осматривал раз за разом, пытаясь сфокусироваться. — Антон, как ты? Ты слышишь меня? — пытался сконцентрировать внимание молодого человека Попов. — Я не знаю, — с небольшими паузами всё же ответил Шастун, а после отклонился на сидения, глядя прямо в потолок. — Мы почти приехали. Это было действительно так — через пару минут Арс остановил машину у дома Антона. Мужчина вышел из транспортного средства, а после открыл заднюю дверцу, вытаскивая Шаста. — У тебя есть запасной ключ? — подходя к дому, спросил Арсений. — Вот тут, — он показал на ящик рядом с почтовым. На ящике стоял код, который Шастун не без трудностей сказал Арсению. Мужчина достал ключ, вставил его в дверь, а после помог Антону войти внутрь. Минуя холл, коллеги оказались в ванной комнате. Арс начал открывать все дверцы, ища аптечку, что быстро была им же найдена. Взяв перекись, ватные диски, бинты и пинцет, Попов выложил их на полотенце, а после начал рассматривать места ранения в руке и лице парня. — Ты очень красивый, когда переживаешь, но продолжаешь делать то, что делаешь, — внезапно говорит Антон, видимо, придя в себя. Арс краснеет, не сталкиваясь взглядом с сидящим напротив парнем, нарочно избегая зелёных глаз на себе. — Спасибо, наверное, — всё же отвечает Попов. Он вытаскивал пинцетом осколки из кожи Шастуна, складывая те в отдельную кучку на полотенце, а после обрабатывал перекисью, наблюдая, как дёргаются мышцы юноши. Неприятная, но необходимая процедура проходила почти в полной тишине, что нарушалась шипением Антона и небольшим дёрганьем мышц. Арсений был благодарен Шастуну за терпение и за возможность помочь. Если он не смог помочь ему на месте преступления, то сейчас он может помочь ему залечить раны. — С рукой всё, сейчас лицо, потом шея, хорошо? — жалеющим взглядом посмотрел Арс на парня. — Как скажешь, — Антон не отрывал взгляда, пока Арсений упорно не смотрел на него. На лице было больше кропотливой работы, а потому, сев между ног Шаста, Арс светил фонариком и удалял осколки, капая на раны перекисью. Когда почти все осколки были удалены, Попов начал внимательно осматривать лицо парня: прекрасные зелёные глаза, напоминавшие лесную поляну летом, нос идеальной формы и пухлые губы, к которым хотелось хотя бы прикоснуться. Не заметив, как мысль стала реальностью, Арс провел большим пальцем по нижней губе Антона. Опомнившись, он резко убрал руку, пытаясь не смотреть в глаза напротив. — Проверил — осколков нет, теперь шея, — сглотнул Арсений, поднимая подбородок парня в правую сторону, чтобы осмотреть ранения. Шастуну не оставалось ничего, кроме как усмехнуться этому импровизированному ответу мужчины. По крайней мере — он пытался. Когда «операция» была завершена, Арсений вернул все на свои места, а бумажное полотенце с осколками утилизировал, оттряхивая руки. Решив не задерживаться, заранее убедившись в способности Антона думать, ходить и говорить, — Арс направился к входной двери, желая скорее сесть в машину и уехать. — Пока-пока! Восстанавливайся, коллега, — бросил Попов, когда его руку за запястье схватил парень, поворачивая его лицом к себе. Казалось, что земля под ногами вот-вот рухнет, стоит только подождать. Всё вокруг замерло, дыхание Арсения в том числе. — Спасибо, — Шаст бегал взглядом по лицу Арса, — правда, спасибо, — повторил парень, делая шаг ещё ближе. Несколько секунд тишины, в которой было сказано всё, что хотелось сказать. Арсений кашлянул, сделал шаг назад, развернулся и покинул дом, оставляя Антона наедине со своими мыслями и самим собой.
