chapter 7.
26 мая 2022 г., 19:00
***
День, начинающийся с дождя и поездки на кладбище, вряд ли можно было назвать «хорошим», тем не менее — выбирать не приходилось. Дождь с грозой не были самой любимой погодой Шастуна. В детстве он их жутко боялся, в подростковом возрасте он гулял под дождём, сейчас он стал предпочитать солнечные дни пасмурным — стоит задуматься о будущем в доме престарелых. Для Аризоны такая погода — ежегодное явление. Дважды в год случаются сезоны дождей, а то, на какой день выпала гроза в этот раз — судьба, не иначе. Внутри машины царила тишина, пока снаружи: по окнам, крыше и асфальту ударяли капли дождя. Изредка Арсений что-то говорил или спрашивал, а Антон коротко отвечал, после возобновляя молчание. Через двадцать минут они наконец-то приехали на кладбище, припарковавшись поодаль. В лужи чуть-чуть попадали капли только что успокоившегося дождя. Выйдя из машины, Антон наполнил лёгкие холодным и влажным воздухом. Арс обошел машину, посмотрев на Шаста. Тот выглядел ровно так же, как и в их встречу на месте преступления: мрачный, замкнутый, отстранённый. — Шаст, — безуспешно постарался привлечь внимание парня Попов, — если что, я рядом, ты с этим справишься. Сейчас Антону хотелось спрятаться где-то, где нет никого. Тишина, покой, шум леса и один лишь Шаст. Как бы ему ни нравился Арсений — сейчас вряд ли кто-то мог поддержать парня сильнее, чем он сам. Он молча достал пачку сигарет из внутреннего кармана пиджака, оттуда же взял зажигалку. Антон протянул одну никотиновую палочку мужчине, вторую зажал меж своих пальцев. Из-за небольшого ветра зажечь огонь оказалось не так просто, но спустя пару попыток у парня получилось. Вдыхая и выдыхая клубы дыма, Шастун смотрел по сторонам: ранее сухая земля была влажной от дождя, с деревьев, специально высаженных на территории кладбища, падали капли, вокруг могилы Джейсона уже собрались близкие, друзья и коллеги. — Меня попросили произнести речь, — выдохнул Антон, — а я, блять, даже и не знаю, что сказать. — Как бы клишировано это ни звучало — говори так, как есть. Что подсказывает сердце, и всё такое, — ответил Попов, докуривая. Это действительно чёртово клише, но Шастуну нужно было это услышать. — Спасибо, — докурил Антон, потушив и выбросив сигарету. Через пару минут они были на месте, а ещё через десять началась церемония. После множества речей священника, начальника полиции и жены Джейсона, очередь дошла и до Шаста. — Когда я узнал о том, что Джейсон погиб, — сглотнул Антон, — я не поверил сразу. Моментально поехал на место преступления, изучал его, но всё ещё не верил. Через время пришло осознание, с ним — горечь. Мы работали рука об руку, были близки и далеки одновременно. Нам было комфортно расследовать дела, и мне жаль, — он сделал паузу, чтобы отдышаться, — что больше мы этого не сделаем. Он на несколько секунд перевел взгляд на людей вокруг: они слушали парня с замиранием сердца, с сочувствием и пониманием. Но в голубых глазах он находил успокоение, так что, взглянув на Арсения, молодой человек получил ответный кивок и продолжил речь. — Я хочу, чтобы каждый из присутствующих нёс в сердцах память о Джейсоне, его миссию: помогать людям — и близким, и чужим. Мы будем тебя помнить, как хорошего друга, отличного коллегу, прекрасного отца и мужа, заботливого сына. Спасибо, — после его речи послышались аплодисменты — спокойные и негромкие, но от каждого, кто был слушателем. Вернувшись к Арсу, Шаст продолжил следить за церемонией. Менее, чем через пятнадцать минут всё закончилось — поболтав с женой бывшего напарника, парой общих знакомых — мужчины ушли назад к машине. Антону хотелось скорее уехать, лишь бы оставить этот мрак позади. Ранее он был на похоронах, но к этому невозможно привыкнуть или изменить отношение. Смерть — это смерть, она придёт тогда, когда решит, и от тебя это не зависит. — Твоя речь была хороша, ты умница, — кивнул Арс, смотря перед собой и ожидая, когда тронется машина. — Поцелуй меня, — внезапно сказал Антон, — пожалуйста. Арсений не то, что не мог отказать — он хотел поцеловать Шаста, что было заметно по поцелую. Спокойный, желанный и нежный. Шастун и не знал, что поцелуй может быть своего рода успокоительным. Арс нежно целовал Антона, после чмокнув того в щеку. — Спасибо, — улыбнулся парень. — Всегда пожалуйста, — подмигнул Арсений, пристегнувшись. Сняв пиджак, Шаст завёл машину, настраиваясь на относительно долгую дорогу — ехать предстояло четыре с половиной часа. На секунду обрадовавшись, что дождя не было, Шастун понял, что со Вселенной шутить не стоит — вновь начался ливень, с трёхкратной силой. — Ебаный дождь, — закатил глаза Антон и начал выезжать с территории кладбища. — Зато свежо и прохладно, — попытался смягчить ситуацию Арсений, но ответный взгляд парня намекнул, что у мужчины не особо получилось. Спустя время они выехали на шоссе, болтая о погоде, Соединенных Штатах и планах на отпуск Арсения. Казалось, что идеальнее времяпрепровождения, чем поездка куда-то в дождливый день, не может быть. Антон стал задумываться — куда бы они могли поехать еще. — Ты бывал в Кармел-Бай-зе-Си? — спросил Шаст отпивая воду из бутылки. — Не-а, но всегда хотел — сказочное место, — ответил Арс. — Там жила моя бабушка, всё детство я провёл именно там, если хочешь, то можно будет туда съездить, — кивнул Антон, — я владею домиком с выходом на залив. — Это звучит прекрасно, — отметил мужчина. — Это «да» или «нет»? — уточнил парень, вновь отпивая воду. — Это означает «С тобой хоть на край света, Антон», — ответил Арсений, получив в ответ ослепительную улыбку. Улыбка человека, что чаще всего ходит с серьезным лицом — это драгоценность. Такие моменты хочется фотографировать, хранить в памяти и воспроизводить, когда вздумается. Так было и с Шастом. Его улыбка — это драгоценный камень, вытащив который, ты, скорее всего, ослепнешь от света. Но это будет самое прекрасное, что ты видел в своей жизни. — Детективы в рубашке — это сексуально, кстати, — подметил Арсений, отпивая энергетический напиток. — Ты тоже детектив, и ты тоже в рубашке, — ответил Антон, наблюдая за движением машин позади них. — Так я о себе и говорил, — наигранно нахмурился Попов. — Иди на хуй, — засмеялся Шаст. — Только если на твой, — подмигнул через зеркало заднего вида Арс. Антон было хотел ответить что-то ехидно-сексуальное в ответ, но его внимание было слишком сконцентрировано на дороге. Ближе к вечеру они стали подъезжать к штату Юта, уставшие и чертовски голодные. Решив, что перекусить лишним не будет — Антон остановил машину у забегаловки в стиле 80-х. — В каждом штате есть закусочные в стиле 70-х и 80-х? Просто это ебать какое клише, всё одно и то же, — закатил глаза Шаст. — Ты ворчишь как дед, а старик из нас я, — ответив, направился к кафе Попов. — Я просто ужасно голодный, извини, — сказал Антон и направился следом. — Тебе не за что извиняться, я тоже ворчу иногда, но это возрастное, — усмехнулся Арс и открыл дверь, пропуская Шастуна. Внутри было тепло, что не скажешь о погоде за окном. Посетителей было немного, да и те, что были — уставшие после работы или дороги женщины и мужчины. Свободных столиков было много, мужчины выбрали у окна подальше ото всех. — Добрый вечер, молодые люди, — сказала светловолосая официантка в серой одежде, держа в руках две картонки, — вот ваше меню, позовите, как будете готовы. — Спасибо, — ответили они в полголоса, начав изучать меню. Решив, что кофе, рёбрышки и картошка — это лучший вариант ужина на ближайшее время, парни сделали заказ, и им сразу налили горячий фильтр. — Так, мы заберем твои вещи и поедем? — уточнил Антон, отпивая из кружки крепкий кофе. — Можно переночевать у меня, а утром вернуться, так у нас будет целый свободный день. — Тогда поступим именно так, — ответил парень и устремил свой взгляд в окно. — Слушай, — начал Арс, — может ты скажешь, что ещё слишком рано, но я хотел спросить — можем ли мы быть парой? Это было правда слишком рано. Отношения у Шастуна никогда не начинались так рано, но они и никогда не начинались с убийства, раскрытия преступления и открытия души. С Арсением было иначе. — Давай попробуем, — улыбнулся Антон. Всё это было ново для Шастуна, но и правильнее, чем раньше. Мысль о том, что так и должно быть — не покидала голову парня. Ему ещё придется изучить Арсения, научиться понимать его и научить Арса понимать парня, но они справятся, он знает. — Рёбрышки и картофель, пожалуйста, — официантка поставила тарелки напротив парней, — приятного аппетита. Ужин был действительно прекрасен — на улице стемнело, в кафе уменьшалось количество людей, а Антон и Арсений продолжали болтать на всевозможные темы. Хотелось остановить время, ещё побыть в вечере, день до которого не сулил ничего хорошего. Подъехав к дому Арса, Шаст хотел улечься на кровать и не вставать до следующей недели. Но зайдя внутрь, Антон забыл обо всем: ему была интересна каждая комната, деталь, история, связанная с предметами. Попов провел недолгую экскурсию, показав несколько комнат наверху и все внизу, проходя на кухню, Арс устремился к бару, где выбрал вино, показывая то Шастуну. — Тебе стоит это попробовать, — открыл бутылку мужчина, — моё любимое белое вино, ты оценишь. Усевшись на диван, Антон расстегнул пару пуговиц на рубашке, пытаясь немного расслабиться, что не получалось сделать с пробуждения этим утром. Вино действительно было очень вкусным, Антон вдруг понял, что Арс — ценитель вкусного вина, который не просто пьет, но и разбирается в нём. Мужчина мечты — не иначе. — Мужчина мечты? — спросил Арсений. — Блять, я в слух это сказал, да? — спросил он, получив утвердительный ответ. Арс отложил бокал на столик около дивана, поставил ноги по бокам от Антона, сев на него сверху. Шастун поставил вино на тот же стол, а после положил руки на талию мужчины, придерживая. Арсений говорил о различных неважных темах, о которых не стоило говорить или не хотелось. Он двигался на бедрах Шаста, в то же время перебирая его волосы. Дыхание Антона становилось тяжелее, а щёки порозовели, придавая парню развратный, но такой горячий вид. Почувствовав выпуклость на джинсах, Арс повёл рукой от шеи к животу Антона, продолжая говорить то ли о работе, то ли о литературе — вряд ли Шаст мог различать слова. Добравшись до ремня, касания Попова стали еле ощутимыми, медленными, возбуждающими. — Блять, Арсений, — Антон просто прикрыл глаза, пытаясь дышать, — ты — чертовка. Арс стал расстегивать ремень, отправляя тот прямиком на пол. — Ты уже это говорил, знаешь ведь? Спустившись на пол, Попов потянул джинсы и боксеры вниз. — Я повторю это хоть тысячу раз, блять, — еле как договорив фразу, ответил парень. Арс распределял натуральную смазку по члену, водя рукой вверх-вниз, при этом наслаждаясь видом Антона. Тот редко позволял себе выглядеть таким слабым, ведомым. Шаст предпочитал вести, а не следовать, командовать, а не подчиняться. Но руки и рот Арсения — это исключение. Облизав ствол по всей длине, Арс попытался взять как можно глубже, насаживаясь сильнее, чем раньше. Антон не мог не смотреть на этот вздернутый носик, двигающийся сверху вниз. Как же были прекрасны красные губы Арсения, расположившиеся на головке члена Антона. Попов поставил руки на бедра Шастуна, ускоряя ритм, временами останавливаясь, чтобы облизать головку и отдышаться. Положив руку на голову мужчины, Шаст стал поддерживать комфортный ритм для них двоих. Кончив, Антон простонал имя Попова, сжимая его волосы. Арс, чуть подождав, сглотнул сперму, вытирая уголки губ. Когда Арсений сел рядом, Шаст только стал приходить в себя, пытаясь сфокусироваться на мужчине. Притянув Арса к себе, Шаст начал целовать его, проводя рукой по щеке. — Пойдём в спальню? — спросил парень, будучи сам не в силах встать. Вскоре, они направились в спальню, где Шастун погрузился в крепкий сон, пока Арсений гладил его чуть кудрявые волосы, нежно перебирая каждый завиток.
