chapter 8.
2 июня 2022 г., 19:00
***
У пробуждения посреди ночи есть отличительная черта, которую невозможно сравнить ни с чем. Чувство тревоги и потерянности: во времени, в пространстве — во всём. Ты чувствуешь себя ребёнком в фильме ужасов — надеешься, что сейчас появятся родители, прочитают тебе сказку, погладят по голове, и ты уснешь вновь. Реальность же отличалась. — Арс, — сквозь сон пробормотал Антон, ударяя по простыне и подушке рядом с ним. Мужчины рядом не было, а место давно остыло. Лишь складки на постельном белье напоминали, что Арсений тут всё же был. Дверь в спальню была открыта, а в коридоре горел тёплый жёлтый свет, исходящий, наверное, от ночника, звуков не было от слова совсем. Окончательно проснувшись, Шаст открыл оба глаза и осмотрел комод и тумбочку на наличие хоть какой-то записки. Не увидев ничего, парень встал с кровати, чтобы найти свой телефон. Остаточные воспоминания помогли — в заднем кармане джинсов на полу первого этажа находился девайс Антона. Аккуратно спустившись по лестнице, Шаст взглядом нашёл недостающую часть одежды, вытащил оттуда телефон и надел джинсы. Оглядевшись, он окончательно убедился: Арсения нет, записки тоже, да и в центре уведомлений на экране блокировки было ровно ноль новых сообщений от Попова. Зато было от Кейт, и даже не одно. Кейт 00:00 Антон, привет! Не хотела тебя тревожить, просто должна сказать, что я никакие документы детективу Попову не передавала. Кейт 02:00 Позвони как сможешь, результаты разговора вот-вот будут готовы. Кейт 02:38 Я ложусь спать, но попросила направить аудиозапись тебе на почту. Проверь по возможности. Завтра обсудим. Сообщения Кейт были короткими и информативными — ничего лишнего. Немедля и не сомневаясь ни секундой больше, Шаст поспешил проверить почту, и, — о, чудо, — там была аудиозапись, которую прислали специальной, для сохранения полной анонимности, почтой. Пока дорожка загружалась, Антон открыл кухонный шкафчик, чтобы достать стакан — после крепкого сна чертовски мучает жажда. Ёмкость пробыла в его руках недолго. Услышав то, что было на записи, Шастун выронил стакан, будто сломалось всё: внутри и снаружи. Шум холодильника, кондиционера — ничего из этого он не слышал. Стук собственного сердца, разве что, как через три секунды раздался удар стекла о пол. Осколки разлетелись повсюду: задевая ноги парня, который перестал что-либо чувствовать не так давно. Сейчас Арсения рядом не было, чтобы он начал успокаивать парня, возвращать того к реальности. Арсения рядом не было — он был на записи. Его голос невозможно было не узнать, он стал слишком родным за последние дни. Шастун пытался вернуться на кухню, понять, что разбил стакан или то, что он находится, буквально, в логове убийцы, но всё это было где-то там — за дверью, в тёмном чулане или на чердаке, но не здесь. Вскоре в реальность пришлось вернуться. Почему они не сделали распознавание раньше? Не наняли профессионалов? Как Арсений это провернул? Зачем он это сделал? Антон, отставив чувства, понял, что надо воспользоваться моментом и изучить дом. На втором этаже была спальня, в которой не было ничего, и дверь, за которой могло быть, что угодно. Никаких других дверей Шастун не наблюдал. Быстро поднявшись, парень рывком дёрнул ручку двери — та не поддалась, очевидно, комната была закрыта. Искать ключ было долго и бессмысленно — Антон стал ударяться в дверь плечом, буквально, вламываясь внутрь. В помещении было чертовски темно, окна были не просто закрыты — три слоя темных штор огораживали комнату от внешнего мира. Включив фонарик, Шастун хотел провалиться сквозь землю — пропасть, исчезнуть, испариться — только бы не видеть всего этого. Белое покрытие магнитной доски было почти не видно — тут были фотографии Антона, его данные, информация о его коллегах и семье, множество снимков мест, напрямую или косвенно связанных с Шастуном. Блять, да даже в семейных альбомах фотографий маленького Антона меньше. — Ахуеть, — наверное, если бы малыш Шастун знал о том, что будет в будущем — его первым словом было бы именно это. Матерившись себе под нос, Антон всё же шагнул внутрь, оглядывая всё вокруг. Арсений знал. Абсолютно всё — адрес, аллергии, где рос Шаст и где учился. Все слова и удивления были ложью. Ложью во имя им же ожидаемых предложений или поцелуев. Он хотел быть с Антоном, он знал каждую его привычку. Арс подстроился под Шастуна. — Ебаный психопат, — успел сказать Шаст, как вдруг раздался звук поворота ключей от входной двери. Парень успел выключить фонарь и закрыть дверь, пытаясь не дышать. Теперь он не знал с кем работал, отдыхал, целовался и трахался. Он никогда не знал этого человека, а потому любое его новое действие Антон не мог предугадать. Что если последнее, где будет Шаст — это дом сумасшедшего убийцы? Надо было думать. Думать быстро, чётко и ясно — так бы делала Кейт. О ней тоже стоило побеспокоиться, но не сейчас. Сейчас необходимо уехать. Быстро и без сожалений. Мысленно попрощавшись с жизнью, со своим прошлым и планами на будущее — парень начал спускаться по лестнице. В дверях стоял человек, которого Шаст пожелал бы больше не видеть. Мужчина был с бумажным пакетом, в котором, судя по всему, были продукты. Конечно, он же не закупался ничем перед тем, как поехать на вызов — это было спланированно до мелочей. Почему Антон был так невнимателен? — Привет, — Арс улыбался, ставя пакет на барную стойку, по другую сторону которой были осколки, благо, не сразу доступные глазу мужчины, — чего не спишь? Что сказать человеку, спланировавшего убийство твоего друга для личной встречи и секса с тобой? «Привет»? — Привет, — Антон мысленно ударял себя за сказанную тупость, — я спустился выпить воды и случайно уронил стакан, прости, — Шастун правда только что извинился перед этим человеком? — Ох, всё в порядке, — Арс обошел барную стойку, чтобы начать собирать осколки. Ещё раз взглянув на экран телефона, Шаст положил тот внутрь заднего кармана, подходя ближе. Он двигался осторожно, словно охотился за добычей, что может резко убежать или, того хуже, напасть на тебя в ответ. Арсений аккуратно собрал большие осколки рукой, а маленькие тряпкой, быстро выбрасывая те в ведро. Достав новый стакан, он налил в него воды, наполняя до краев и протягивая Антону. Мужчина смотрел в зелёные глаза, изучая. — Все в порядке? — ухмыльнулся он, наклоняя голову. «Конечно, всё чудесно, кстати, зачем ты убил Джейсона?» — пронеслось мельком в голове парня. — Мне снился кошмар, неважно, — потряс головой парень, пытаясь выглядеть убедительнее, — куда ходил? Вопрос, чтобы растянуть время, чтобы попробовать свыкнуться с мыслью, бьющей по черепу — «Тот самый убийца перед тобой». Шастун ведь сомневался до последнего — он был уверен, что дело Джейсона так просто не завершится — должны быть подводные камни. Когда Арс закончил расставлять продукты и рассказывать о ночном походе в магазин, Антон понял — сейчас. Нет времени на обдумывание корректных вопросов — пора начинать. — Зачем? Тишина. Оглушающая, слишком громкая и потрескивающая от напряжения. — Ты о чём? Его вопрос был понятен — Арсений ничего не подозревал, а агрессия внутри Антона разгоралась ежесекундно. — Даже не знаю, — он начал ехидничать, — зачем ты убил Джейсона, например? Или зачем тебе столько информации обо мне? Или зачем ты шпионил за мной? Злость, борющаяся со страхом — самая страшная и непредсказуемая смесь. Она кипела, бушевала, мешала дышать и нормально думать. Антон выглядел опасным, хотя на самом деле был напуган тем, кто стоял напротив. — Антон, я… — мужчина начал обходить барную стойку, как Шаст начал делать то же, отходя. — Ты что? Ты можешь всё объяснить? Или я всё не так понял? — он следил за каждым движением Арса, стараясь моментально планировать собственные, — Или что? Ты убил Джейсона, не так ли? Глаза Арсения выглядели слишком невинно, чтобы любой, кто сомневается в его честности, мог пожалеть мужчину и поверить ему. За исключением Антона, пожалуй. — Я очень хотел познакомиться с тобой. Ты уникален, прекрасен, — его глаза кричали о безумстве, — я влюбился как мальчишка, и был готов на всё. — Даже на убийство? — Даже на убийство. Антону было плохо, мерзко, тошно — он хотел убежать. Может, на виллу к бабушке, а может просто домой — где нет Арсения, а мебель не пахнет им. — Ты можешь рассказать всё полиции… — начал Арс. — О, блять, ещё как могу! И я, поверь, это сделаю. Ты мне омерзителен, — словно выплюнув слова, ответил парень. Взгляд Арса опустился вниз, словно у провинившегося котенка. — Я не смогу тебя отпустить, — Арсений потряс ловко вытянутой из кармана связкой ключей от машины Шаста, — ты мне нужен. — Тебе нужны врачи — психотерапевт и психиатр, тебе нужна помощь, а не я. Попов сделал шаг назад, аккуратно поправляя пальцами волосы. Актёр из него чудесный — надо было своевременно поменять род деятельности. Ведь Шаст верил каждому слову, движению поступку — первоначальный крик сердца, что противился укладу совместной работы с детективом Юты — был не услышан Антоном, что вскоре стало роковой ошибкой. — Я люблю тебя, — словно всё это время пытаясь донести мысль, прошептал Арс. — А мне — похуй, — улыбнулся Антон, когда в окне на кухне появились синие и красные огоньки. В дверь резко вломились — Арсений сразу понял и не сопротивлялся — он смотрел сквозь Антона, теряя оставшийся свет в глазах. Его голову опустили на барную стоку, а также одели наручники, медленно выводя того из дома. Внутрь вошла девушка в большой футболке и облегающих джинсах — Кейт. Она выглядела сонной и совсем уставшей. Пожалуй, без Шаста в её жизни, девушка спала бы крепче. — Ты как? — чуть зевнула она. — В ахуе, — честно ответил парень, — спасибо, что всё это сделала для меня. — Всегда пожалуйста, — кивнула головой она и ушла следом за парнями, ведущими Арса к полицейской машине. Шастун, спускаясь вниз по лестнице, во время возвращения Арса из магазина, набрал Кейт, снизив звук гудков до нуля. Эта девушка действительно спасла Антона — полиция Юты приехала очень быстро, среагировав почти моментально. Сама девушка приехала со своим молодым человеком, по дороге молясь, чтобы Шаст был в безопасности. Эта ночь была жуткой с самого момента пробуждения Шастуна. Ему ещё нужно узнать кучу информации — мотивы поступков, чёткое время преступления и то, как мужчине удалось всё скрыть, но сначала нужно было дать коллегам показания, а после направиться с ними же в участок. Может иногда пугающая ночь предполагает и долгий неприятный день?
