Арс, я беременен

Ко мне подбегает врач и просит всех отойти от меня на 10 метров. Он нащупывает пульс, а после поднимает моё и без того хрупкое тело. — Кем вы ему приходитесь? — спрашивает врач у моего парня. — Муж. Доктор, с ним всё будет в порядке? — С ним да, а вот с ребёнком, я не уверен… — То есть… Никак…? — Был сильный удар из-за чего ребёнок явно не выживет. И… Даже если будут шансы, то очень небольшие и придётся делать много дорогих операций… — Сколько надо? — перебивает он. — Поймите, что вы просто зря потратите деньги. Удар был сильный, а у ребёнка очень маленькое сердце. Большая часть таких операций — пустая трата времени. Я вам это говорю, как специалист в своём деле. У него голова разбилась, а вы хотите, чтобы маленькое существо осталось жить… Я очень сожалею… — Но… — Нет. — перебивает врач. — Давайте не будем тратить время на болтовню и хотя бы спасём мальчишку. — Арсений явно хотел что-то ответить, но просто-напросто не успел. Врач берет меня на руки и везет в больницу. Приехав, сразу кладут на «носилки», а дальше главный врач подходит к медсестре, и после того как та кивнула, возвращается ко мне. — Сначала ты пройдёшь обследование, а дальше будет видно. — спокойным голосом произносит главврач. В ответ я только киваю. И сразу же ко мне подходит та самая медсестра. Молодая девушка, лет так 20, не больше, с каштановыми волосами и прекрасными голубыми глазами. «Такие же, как у Арса» — невольно думаю я. Стоп, а где он? Почему Попов не поехал со мной? Он, что… Оставил меня умирать?

***

Арсений смотрит, на удаляющуюся машину скорой помощи, а после решив, что ему следует охладиться, направляется в клуб, в котором заведующий его старый приятель — Даниил. С Архиповым они знакомы давно, начиная с класса пятого, когда тот перевелся к ним. И вот спустя десять лет, они продолжают общаться… — Привет. — протягивает руку Попов. — Сколько лет, сколько зим! — восторженно говорит мужчина. Выглядит он явно не по своим годам. Может быть, чуточку старше своих лет. Похож на какого-то профессора математических наук. Хотя на самом деле Ахрипов просто директор одного из Питерских клубов. — Какими судьбами? — Да вот… Помнишь про Антона? — Та-ак… — тянет Даниил. -… Его сбила машина и… Ребёнок не выживет. — с паузами произносит Арсений. — Поэтому ты решил прийти в клуб и напиться? — уточняет друг. И получает ожидаемое «угу» — Ну что ж, могу предложить виски с колой. — Давай сразу что-нибудь по-крепче. — Тогда коньяк. — отрезает Архипов, скрываясь за дверью «только для персонала» и возвращаясь с бутылкой коньяка аж 1959 года.

***

— … Ну вот я и говорю ему: "Ник-как не спас-сути ребёнка?" А он такой: "вообще"… Ик… — заикаясь и икая пытается сказать Попов. — Так! Тебе, пожалуй, схватит. — обыденно говорит друг, убирая всё со стола. — Домой я тебя в таком состоянии точно одного не пущу. Есть кому позвонить, забрать тебя? — спрашивает Даня. — То-ик-ша. — заплетается язык. — Так! Тоше мы звонить не будем. Ему сейчас не до тебя… Аргх, ладно. Оставайся тут. — говорит он и тянет Попова на свободный диван. — Только попробуй уйти! — рычит он. Получив в ответ непонятное мычание, он уходит в свой кабинет. — Ну привет, Арсюша. — улыбаясь, говорит девушка, присаживаясь рядом. — Т-ты?! — пытается здраво мыслить он. — Ой, что-то тебе не очень хорошо. Может воды? — наигранно говорит она. — Что ты хоч-чешь? — игнорирует вопрос он. — Я? Хочу вернуть наши отношения. — говорит Алина. — Пойдём… — Я никуда не пойду! — кричит он, отдергивая её руку. — Не кричи! — шипит она. — Не хочешь — мы не будем уходить. Давай тут. — с этими словами она снимает с себя лёгкую толстовку и быстро растёгивает бюстгальтер, впиваясь в столько лет, желанные губы. Арсений на поцелуй не отвечает, но девушке и этого хватает. Она подбирается под футболку старшего, не разрывая поцелуй. Резким движением снимает с мужчины футболку, вновь впиваясь в губы, не дав даже набрать воздуха. Медленным движением она снимает с себя оставшуюся одежду. А после приступает к штанам Попова. Она медленно расстегивает ремень, а после, не увидев стояка, грустно и протяжно стонет, задрав голову наверх. Собрав всё своё желание в руку, она начинает поглаживать по члену через боксеры. Убедившись, что орган стал достаточно твёрдым, она села на бедра старшего и немножко призадумалась, всё-таки решаясь на этот поступок… Понимая, что Арсений в нетрезвом состоянии, она сама насаживается на член, охая и шипя от боли. Привыкнув к длине, она начинает медленно двигаться на органе. Внезапно, телефон Арсения начинает вибрировать. Алиса смотрит на имя человека, а после увидев «Тоша❤️» она поднимает трубку и специально громко стонет. — А-ах… Аргх… А-арс…сильнее… — услышав тихий вслип по ту сторону телефона, она сбрасывает и победно усмехается. А после ей в голову невольно приходит мысль: «Тоша… А это случайно не тот, которого сегодня сбили? Бля-ять… Вот это я влипла…» Удовлетворившись, она слезает с члена и ложится на оглолённую, вздымающуюся, грудь. — Ты что делаешь?! — прерывает мужской голос. — Ты совсем ахуела?! Он же расстался с тобой! — кричит Даниил. — Как видишь… — не успевает договорить она. — Вижу! Это насилие! Я позвоню в полицию!!! — рычит Архипов. — Звони… — улыбается она. — Это же твой клуб, да? — Сучка… — тихо кидает он. — Я всё слышу! — Чтобы через 10 минут и духа твоего здесь не было! — Да всё-всё! — поднимает руки она. — И запомни! У Арсения есть муж! — Муж?! — удивляется она. — Интересненько… — улыбаясь, о чём-то задумывается она. Хотя почему о чём-то? Итак понятно, что об Антоне и Арсении. Алина покидает клуб, перед этим несколько раз получив угрозы в свою сторону от Даниила. «Заебал, Архипов» — думает она. «Надолго ли Антон парень Арса?» — улыбается она. «Мы ещё посмотрим, Дань…»

***

Ночь, 00:15 Я откидываю телефон, падая на подушку. Как он мог? С какого момента вся жизнь пошла под откос? Почему он ебется с какой-то шлюшкой? Он совсем ахуел?! Иди ты нахуй, Арсений Сергеевич…

***

17:39 Ушиб оказался несильным, поэтому сделав операцию, мне разрешили поехать домой… Как здесь тихо. Где Арс? Неужто в университете его опять завалили проверочными? Ночь, 00:18 Зачем-то осмотревшись по сторонам, я поднимаю с пола свой рюкзак и достаю оттуда лезвие. Я аккуратно встаю с кровати и на носочках иду в ванную. И зачем вообще так тихо? Арса же дома нет! Он же сейчас со своей шлюшкой ебется! Злость всё накипает и накипает, поэтому войдя в ванную, я подхожу к раковине, облокачивась на неё руками. Посмотрев в зеркало, я несколько раз пожалел, что позволил себе увидеть своё убитое лицо… — Димка… Ты не выжил, а значит и не выживу я… — говорю я, гладя живот. Прислонив лезвие к руке, я ещё раз посмотрел на свое отражение, и поняв, что такому уёбищу, как я, жить на этой земле не место, чуть надавливаю на лезвие, позволяя слегка оцарапать. «Мало» — думаю я, углубляя рану до такой степени, что начала поступать алая кровь. «Завораживает…» … Убив человека морально, вы убиваете его и физически… … Лучше сломать человеку кость, ведь их 206, чем разбить сердце… 💔 .... Двенадцать минут — истерика, всё остальное — самовнушение…  — мелькают отдельные отрывки фраз из психологии. Ну ладно… Вторую из интернета узнал, но остальные из психологии! Честно! Так! Тоха! Опять сам с собой разговариваешь?! Тебя так в психушку отправят… Как же мне сейчас хорошо… В глазах темнеет, ноги подкашивают, зато на душе стало чуточку легче… А это уже не смешно… Я падаю на кафельный холодный пол, звонко роняя окровавленное лезвие… Доигрался…