Разбитые истории

***

      Питер сел на мягкую траву рядом с супругом, смотря на свои ноги и машинально теребя обручальное кольцо на пальце. Его в который раз за сегодня захлестнуло чувство вины. Возможно, поэтому он и не мог решиться начать этот разговор. Но лучи закатного солнца постепенно скрывались за горизонтом, а на улице становилось прохладно, поэтому он, вдохнув поглубже, не поднимая глаз, заговорил: — Знаешь… Сегодня я тебя разлюбил, — немного надломленным и бесконечно виноватым голосом произнес Паркер-Старк, — Не знаю, само получилось. Проснулся и понял: ничего не чувствую. Такое, наверное, бывает с каждым.       Питер прекрасно понимал, что оправдывается, и от этого ему становилось тошно, но ничего другого он сейчас из себя выдавить не мог. В голове абсолютно пусто. А в ответ тишина… — Я встал и умылся, а в голове ни одной мысли. Пожарил яичницу: она слегка подгорела — ты помнишь, как мало масла я добавляю, — нервно усмехнулся уже давно мужчина, — В процессе пытаясь думать о тебе, но нет. Безразличие вдруг накатило губительной волной, и я не смог спастись.       Слезы покатились по его щекам, и Питер еле сдерживал себя, чтобы не сбежать. Он уже давно не ребенок, поэтому представать перед мужем в таком состоянии, по его мнению, было стыдно и даже немного унизительно. Но, мужчина все же продолжил срывающимся и дрожащим голосом: — Прости… Сегодня я тебя разлюбил и не полюбил снова даже вечером, — Питер перестал мучить кольцо и посмотрел на мужа, горько усмехнувшись, — Так и будешь молчать? Скажи хоть что-нибудь… Прошу, ответь мне, Тони…       Он с надрывом прошептал последние слова. А с надгробной плиты напротив на него смотрело улыбающееся, некогда самое любимое Питером лицо Тони Старка.

***