Непогасший свет

3 ГЛАВА «НЕЗВАНЫЙ ГОСТЬ»

          Что может быть лучше позора перед публикой? Только когда ты позоришься не в одиночку!             Все присутствующие так и уставились на Мирабель с Антонио, освещённых ярким светом от свечей. А уж как семья Мадригаль удивилась. Лишь Альма, наконец, поднявшаяся на второй этаж к заветной двери, сначала с облегчением посмотрела на найденную, наконец, внучку, а затем, осознав всю ситуацию, её взгляд был уже не таким уверенным. На пару мгновений у главы семейства немного подкосилась маска вечного спокойствия и стойкости.       Мирабель резко отпустила игрушку и так же в ответ уставилась на толпу, при этом, уже ощущая, как несколько капель пота начинают проскальзывать по спине. Она помнит, как точно так же стояла перед множеством людей на своей церемонии, но тогда страхом и не пахло. Не было ощущения, что ты делаешь что-то не так. Что ты вот-вот потерпишь фиаско, лишь только начав шагать. Никто не знает, что будет там – впереди. Жизнь полная чудес или глубокая кромешная пропасть, откуда уже не добраться до света.       Из этой нервозной паники девушку вынуло внезапное прикосновение к её ладони. Мирабель повернулась к источнику спасения. Антонио одной рукой взял в охапку своего ягуара, а другой прижимался поближе к сестре. Его глаза так и кричали: мальчик сожалел, что их выход стал таким - неуместным и неловким, но по-другому он и не смог бы поступить. Девушка теперь это понимала как никто другой.      Ничего не оставалось, кроме как с горем пополам идти сквозь множество косых взглядов горожан и своей семьи. Пусть думают, что хотят, пусть хоть разнимают их, но Мирабель и Антонио никогда друг друга не бросят, особенно сейчас. Девушка, закрыв глаза, глубоко вздохнула и, шёпотом произнеся: «Вперёд, кабальеро», сделала первый шаг. Антонио последовал за ней, чуть ли не нога в ногу, собирая с собой частицы страха, которых с каждой секунды становилось все больше и больше.       Джульетта заулыбалась данной картине, немного прикрыв рот ладошкой, что так же сделал и её муж, а вот вся остальная семья не спешила по-другому реагировать, кроме как удивленно глазея на кузенов.       Шаг.       Вот сестра с братом уже ближе к середине всего дома. Мирабель старалась не смотреть в глаза жителей, но это удавалось ей с трудом. Кто-то мог смотреть с обычным удивлением, кто-то с паникой в глазах, а кто-то может даже бесцеремонно сводил как можно ближе друг к другу брови. Антонио лишь смотрел в пол, иногда ловя взгляды ровесников. Посмотреть наверх он пока не осмеливался.       Девушка вспоминала, как шла одна к своей двери, будто видя наяву маленькую версию самой себя. Тогда народу на празднике было намного меньше, чем сегодня, но все они были оптимистично настроены на скорый заветный дар, который могла получить малышка.       Сейчас из всей толпы, в самом дальнем углу зала сидели друзья-музыканты Мирабель, незаметно для других показывающие девушке большие пальцы вверх. Лишь один из участников, игравший на маракасах, скептически смотрел на Мадригаль. Рядом со всеми ними пристроился и любитель подарков Освальдо, по-глупому махая рукой девушке.      Шаг.      Парочка подошла ближе ко всему семейству, находящемуся по левую сторону от лестницы. Сквозь множество удивленных и недоуменных взглядов родственников было трудно заметить, как родители Мирабель, напротив, излучали лишь теплый свет в глазах. Лишь только Луиза, поймав ненадолго взгляд девушки, легонько кивнула. Для младшей сестры жесты поддержки и понимания от старшей уже многое значили, а потому Мирабель попыталась улыбнуться той в ответ.       Девушка снова вспоминала, как на своей церемонии вся семья так же молчала, но на лицах были улыбки. На лицах можно было прочесть эмоции. Эмоции радости и воодушевления. Даже сестрица-принцесса перед тем, как Мирабель дошла до лестницы к двери, развеяла душистые лепестки орхидеи по всей плитке. А проказник-кузен перевоплотился в очкастую, пританцовывая на месте.       Сейчас Мирабель лишь ощущала вечно скептический в её сторону взгляд самой старшей сестры и пассивную отчужденность брата.       Шаг.       Антонио, наконец, поднял свой взгляд и увидел беспокоящихся родителей и бабушку, терпеливо держащую волшебную яркую свечу. Он не знал наверняка, что они все чувствуют. Удивление? Безразличие? Или может всё-таки есть надежда на поддержку?       Кузены дошли до лестницы и, как будто их ноги были приклеены друг к другу всю жизнь (по крайней мере, для мальчика уж точно), в одну ногу поднялись на первую ступень. Девушке приходилось идти, немного наклоняясь в сторону брата. С каждой новой пройденной ступенью у обоих родственников было ощущение, будто вот-вот одна из них может обрушиться, и они упадут в ту самую пропасть отчаяния и беспомощности. Даже Касита за всё это время не подал ни звука. Он даже не пытался заговорить с лучшим другом, подбодрить, как это делал всю прошлую жизнь. Теперь уже Мирабель прижималась ближе к брату, обхватя его руку как можно крепче.       Шаг.       Наконец, они дошли. Дело оставалось за малым, как бы это комично в данной ситуации не звучало. Мирабель, наконец, решилась отпустить руку кузена, провожая его искренней улыбкой. Антонио лишь незаметно сглотнул подкатившийся ком страха.       Девушка отошла поближе к тёте с дядей, находящихся справа позади от бабушки и держащихся за руки. Феликс, конечно же, подмигнул племяннице, а вот Пепа, хоть и пока не успела пустить ливень на весь дом, кинула ей всё тот же взгляд, когда она обнаружила на волосах сына остатки ниток. Этот взгляд можно было легко прочесть как: «Мы об этом ещё поговорим». Мирабель не решилась снова пожимать плечами. - Этот дар большая ответственность.       Девушка запомнила те слова бабушки наизусть. Слово в слово произносила их, лишь безмолвно открывая рот. - Готов ли ты с его помощью служить людям и укреплять наш дом? – закончила важным вопросом Альма.       Мальчик безоговорочно кивнул, положа свои ручки на громадную свечу. Старушка, тепло улыбаясь, отступила от Антонио, уступая ему проход к двери. Малец в свою очередь начал медленно приближаться к своей будущей комнате. Родители только крепче сжали руки, ожидая момента чуда.       Девушка вспоминала это всё до каждой мелкой детали, но всё равно было стойкое ощущение, что она всё же что-то упустила. Но вот её бабушка помнит всё и по сей день. Она помнит, как убрав руки со свечи, Мирабель решительно поправила складки своего белоснежного платьица и пошла тянуться к ручке, на которой была вырезана буква «М» - инициал её имени. Как только девочка коснулась ручки двери, она заранее закрыла глаза, чтобы ненароком не ослепнуть от яркого света, вот-вот готового лучиться во все стороны дома Каситы. Прошло мгновение. Прошла секунда. Две. Девочка лишь смогла услышать громкий вздох матери, перед тем как, наконец, открыть глаза и увидеть, что свечения  нет. А сама дверь и вовсе начала исчезать на глазах всех присутствующих на церемонии.       Альма не могла поверить своим глазам. У неё впервые за тридцать лет начали так сильно трястись руки. В какой-то момент свет самой свечи на долю секунды потух, из-за чего старушка безмолвно приоткрывала рот от безысходности.       Она взглянула на внучку. Та лишь уставилась на пустую стену, ощущая немыслимо быстрое сердцебиение в груди.  Девочка не знала, что ей сделать, лишь повернулась за ответами к своей бабушке, но и та, к сожалению, не знала, что сказать. Лишь только она, наконец, подумала подойти к Мирабель поближе и успокоить, как тут же подул ветер. Не сильный, но настолько ощутимый, что в один миг сдул все огни на свечах горожан и настежь открыл главный вход дома. Альма уже повернулась к своей средней дочери – Пепе – но та в свою очередь лишь беспомощно облокачивалась на мужа, положа ладонь тыльной стороной себе на лоб.       Касита в панике начал активно перемещать плитки пола туда-сюда, пугая из-за этого людей. Старушка поняла, что это не дело рук дочери, а самого дома. Что-то его беспокоило. И Альма точно знала, что это даже никак не связано с пропавшей ни с того ни с сего магической дверью.       Жители всего зала начали громко перешёптываться. Но лишь послышались медленные скрипящие от сланцев шаги, все ближе приближающиеся к входу в дом, все сразу притихли. В Касите объявилась новая фигура, которую невозможно было четче рассмотреть из-за потухших везде свечей. Как и сама Мирабель, фигура шла по той же дорожке из плиток, недавно выстроенной Каситой.       Все просто молча глазели на приближающегося к середине дома незваного гостя. Никто даже не решался спросить, а кто это собственно такой. Лишь Альма знала, пусть и боялась поверить в свои догадки. Она узнает этот жуткий скрипучий звук из тысячи, пусть хоть все сейчас в этом зале начнут ходить в кромешной темноте.       Наконец, фигура остановилась, сделав последний шаг громче всех предыдущих и поставив пятки вместе, а носки врозь. Так как человек теперь находился чуть ближе к магической свече, можно было разглядеть, что всё его лицо скрывал капюшон и неравномерно висящие чёрные волосы. Люди настолько перепугались, что даже дрогнули, когда человек внезапно начал поднимать руки, чтобы показать своё лицо, спрятанное за накидкой.       Мирабель наблюдала за происходящим с тем же молчаливым страхом, что и остальные. А сестры и брат вовсе прижимались к её матери, особенно Долорес, которая вообще спряталась за спиной тёти. Одни только Камило, да Исабелла наблюдали за незнакомцем не со страхом, а скорее любопытством.       Как только капюшон был снят, перед людьми предстал тот, чьё имя пытались забыть и никогда не упоминать во всём Энканто. Тот, чьи видения о будущем вызывали неподдельный ужас, а пророчества не переставали накликивать беду.       Мужчина всё ещё стоял с закрытыми глазами, но как только убрал руки с капюшона, внезапно довольно заулыбался, явно наслаждаясь страхом всей собравшейся толпы, и, наконец, открыл глаза. Они светились пугающе ярким зелёным цветом, освещая всю фигуру гостя. - Бруно… - наконец из всей толпы подала голос Альма после всей гнетущей тишины.       Впервые за почти 13 лет имя этого человека громогласно пронеслось по всему дому. Тот самый дядя-отшельник, давно ушедший из семьи Мадригаль, но о котором никто особо не разглагольствовал. Все думали, что он навсегда исчез, ушёл из Энканто или вообще… того. Но вот он здесь, прямо пред их глазами, живой и невредимый, не учитывая порванной в некоторых местах одежды и четко видимых темных кругов вокруг глаз. - Альма! – в ответ вальяжно произнёс незваный гость, расставив руки в стороны. – Давно не виделись, - предсказатель начал рассматривать толпу, но те в свою очередь старались вообще не смотреть ему прямо в глаза. – Вижу, вы здесь веселились, праздник вот устроили, но, тц, что-то явно пошло не так.       Альма ненароком сначала быстро посмотрела на то место, где до этого была дверь, а затем на свою внучку. Та лишь молча моргала, не понимая, что происходит и кто этот человек. - Оу, знаю, забыли пригласить кое-кого. Самую малость обидно. - Говори, зачем на самом деле ты снова здесь, – старушка старалась говорить максимально хладнокровно. Она подошла ближе в лестнице, положа одну руку на перила, а другой всё ещё держа свечу. - Не о чем беспокоиться, я к вам ненадолго. На чай не останусь, спасибо за предложение, – сказал мужчина, сощурившись и только шире улыбаясь. Народ начал переглядываться. – Ну, как, Альма, я мог пропустить церемонию единственной из рода Мадригалей, что не получит твою излюбленную магию?       Мирабель, до этого всё ещё стоящая позади своей бабушки, решилась подойти к ней поближе. Она всё ещё пряталась за платьем Альмы, боясь смотреть в те жуткие светящиеся зелёные глаза.       Все сразу начали перешёптываться и ахать. «Значит всё же?..» «У неё нет дара!» «Так, а что же теперь будет с магией?!» - Я прошу всех успокоиться! Тихо! – чуть громче обычного произнесла глава семейства жителям, чтобы те утихомирились, а затем медленно перевела свой взгляд на сына. – Так ты всё это знал?.. - Я-то? Оу, ха-ха, - Бруно ни с того ни с сего тихо хохотнул, но затем резко остановился и начал говорить громче, -  ВСЁ вплоть до сегодняшнего дня, просто не хотел создавать панику раньше времени, понимаете о чём я? – зеленоглазый начал делать пару шагов в сторону лестницы, ближе к главной семейке. – Кхм, перейду к сути, Пепа с Джульеттой уже наверняка подарили что-то имениннице, - отшельник посмотрел в сторону упомянутых женщин, одна из которых так и оставалась лежать в отключке. – Ну, будем считать одна Джульетта. Но от меня ведь тоже полагается презент…       Мирабель всё же выглянула из бока бабушки, при этом всё ещё держась за её малиновое платье. Бруно смог, наконец, поймать взгляд девочки, а потому помахал ей пальцами и безмолвно произнёс: «Приве-е-ет». - Предсказание, – без удивления, но явно с напряженным и немного дрожащим голосом, сказала Альма.       У Джульетты начали нервно бегать туда-сюда глаза: то на дочь с матерью наверху, то на брата, впервые за столько лет стоящего так близко. - Бинго! - ясновидец хлопнул в ладоши. - Одолжишь? – незваный гость протянул руку к стакану с каким-то напитком, который в это время держал Августин. – Сто лет не был на таких пиршествах, надо освежить память.       Бруно, в мгновение выпив содержимое, кинул куда-то в сторону стакан, который сразу же громко разбился, отчего женщины, стоящие рядом, на миг взвизгнули. - Шоу начинается, детки!      Бруно быстро вскинул руки к небу. Внезапно со всех сторон снова подул ветер. Хотя это даже трудно было назвать ветром, ибо в воздухе вокруг дома начал кружить песок. Пока его становилось всё больше и больше, он начал кружить вокруг самого предсказателя. Весь народ рефлекторно начал закрывать лицо руками, чтобы песок случайно не попал в глаза. У Альмы даже расплелась вся причёска, а у Мирабель куда-то улетел её белый бантик, который был до этого в волосах. А все орхидеи, что совсем недавно рассыпала Исабелла, вмиг разлетелись во все стороны.       Теперь глаза Бруно были полностью охвачены зелёным светом, без радужки и зрачка. Весь зал в один миг озарил этот цвет, который мог конкурировать по яркости с самой волшебной свечой. - Бруно, не нужно… - Джульетта аккуратно обошла мужа и подошла поближе к брату. - Прошу… Давай просто поговорим… - начала женщина громче обычного из-за вихря песка вокруг, но всё ещё спокойным голосом. - Ты мне ещё спасибо скажешь, – сказал мужчина, совсем немного повернув голову к женщине.       Августин уже хотел сам лично его остановить, но супруга не позволила, выставив руку перед мужем.       Из песка начали проявляться силуэты, и Бруно начал ведать предсказание. Все замерли в ожидании предстоящего ужаса. Пару минут назад все жители ждали только одного – дара, который могла получить совсем юная Мирабель, но теперь всё как будто перевернулось вверх дном. Исказилось.       Из зелёных частичек света образовалось окно комнаты Альмы, на котором только что ровно стоящая свеча резко упала. Этому поспособствовали образовавшиеся трещины по всему подоконнику. Некоторым даже показалось, что свет свечи на миг потух.   «Полвека лишь стукнет сему месту         Следующее, что образовалось из песка, была главная улица города, по которой стремительно начинали образовываться всё те же трещины, но на этот раз намного крупнее. Всё дошло до критичной точки: горы, защищающие Энканто от внешнего мира, вмиг разверзлись и раскололись на две чуть ли не ровные части. Мирабель, хоть и не видела лица своей бабушки, не смогла бы поверить, что в глазах старушки сейчас находился лишь ужас от всего увиденного.   Разверзнется буря средь вашей семьи         Предсказание стремительно меняло силуэты, и сейчас перед людьми предстала картина, где Феликс бежал спасать какого-то мальчика от летящей прямо на него волшебной двери. Муж Пепы, всё ещё пытавшийся привести супругу в себя, на секунду застыл и лишь прижал поближе женщину, гладя одной рукой её рыжие волосы.     Единственная сломит ваши надежды         Последнее, что все смогли увидеть в предсказании, была девушка, повёрнутая спиной ко всем зрителям в доме. Она смотрела на Каситу, пока в один момент не начала поворачиваться к людям, заслоняя за собой появляющиеся громадные трещины по всей вилле. Никто не мог поверить своим глазам. Это была именинница Мирабель! Те же узнаваемые очки, та же причёска, только сама она была намного старше. Девочка отпустила бабушкино платье и встала впереди  женщины, со страхом, но завороженно смотря на свою чудовищную судьбу.   Пока полный магии дом не треснет!»         Альма сжала со всей силы перила лестницы. Да так сильно, что сам дом начал издавать писклявые звуки с помощью дощечек на ступеньках. Женщина была уже не напугана или даже шокирована, а полна необъяснимой злобой. Но не на предсказание или даже лучше сказать пророчество, не на то, что там происходило, а на незваного гостя, её родного сына, который усугубил и без того испорченный сегодня праздник. Все без исключения знали и прочувствовали когда-то на себе, как действуют видения Бруно. Они были точны и бесповоротны. Всё, что происходило в них или что говорил сам предсказатель, сбывалось. Но теперь это перешло все границы. Теперь это пророчество касалось не только какого-то одного человека, но и всех здесь присутствующих, самого Энканто.       Родители Мирабель стояли в немом ступоре, уже даже не держа остальных дочерей и племянников. У супруги немного подкосились ноги, но благодаря мужу она смогла устоять. В этой ситуации скорее упал бы в обморок сам Августин, нежели Джульетта.       Люди в зале начали давать панику. Кто-то тихо шептался между собой, так, что только Долорес могла их услышать. Кто-то, наоборот, выкрикивал свои переживания и даже осмеливался кинуть их самому предсказателю. - Такого ведь не может быть, это всё неправда! Да ведь? - Я уже многое повидал, но чтобы горы начали разверзаться?! - Ты безумец!       Глава семейства не могла позволить себе панику среди горожан. Их нужно было немедленно успокоить, первым делом выгнав зачинщика всего, как он сказал, «шоу». - Выметайся! – не выдержав, начала выкрикивать женщина. – Твоё предсказание никогда не сбудется ни в пределах этого дома, ни во всём Энканто!       Как только само предсказание закончилось, весь песок, только что летавший кругами, в один миг завис в воздухе и затем с той же молниеносной скоростью скопился в одном месте, образовав прямоугольную фигуру. Она была такого же цвета, как и глаза у ясновидца. На ней было изображено самое последнее видение. Не успела фигура достаточно повисеть в воздухе, как тут же резко упала, напрочь разбив всё своё основание и разлетевшись близко у лестницы на множество маленьких осколков. Стекло, образовавшееся из песка, не задело главную семью города. Чудо? - Сколько раз я уже слышал это от других людей, но от тебя, Альма, впервые, - сказал зеленоглазый, из голоса которого явно была слышна насмешка. - Не я придумал это пророчество тридцать лет назад, - мужчина наигранно прикрыл рот рукой. – Упс! Сболтнул лишнего. - Я сказала вон!       Лестница, ведущая на второй этаж, начала вдалбливать ступеньки по праздничной дорожке, очень быстро приближаясь к Бруно. И они бы даже смогли до него добраться, если бы за секунду до этого вокруг предсказателя не взметнулся вверх весь лежащий до этого песок. В центре зала образовался дым, немного отливающий зелёным светом. Как только он весь развеялся, мужчины уже и в помине не было. Лишь остался отголосок смеха, что разлетелся по всему дому.       Альма начала учащенно дышать. Она и не заметила, как целенаправленно указывала свободной рукой на центр зала. В самом помещении была гробовая тишина, пока одна пара маленьких ножек не начала бежать вниз по сломанной лестнице. Мирабель могла бы и упасть по неосторожности, если бы не подоспевший Касита, который услужливо поднял вверх плитку пола, образовав некое подобие горки.  Девочка добежала до самого центра зала, оббегая разлетевшиеся зелёные осколки у себя под ногами и молчаливо уставившись на открытый главный вход. - Прошу… прошу всех покинуть сегодняшний вечер пораньше, - только и смогла осилить старушка. – Не поддавайтесь панике, ведь… я знаю, наша магия всё ещё крепка! Завтра я всё вам объясню.       Если бы она только могла.       Пока все люди начали очень медленно выходить из дома, тихо перешёптываясь между собой, лишь Луиза, сестра именинницы, решилась подбежать к младшей. Но при этом всё равно не смогла ничего сказать, лишь также уставившись на главный вход. Исабелла и Камило мельком переглянулись, чтобы затем вместе посмотреть на Долорес, глаза которой сейчас были чуть ли не размером с кокосы. Брат и сестра догадывались, что девочка и до этого могла слышать шаги того мужчины, но почему-то не решалась предупредить хотя бы родителей. - Что я пропустила? – где-то сзади послышался очень усталый голос очнувшейся тёти Пепы.