Избранный Охотник

Жон и сам не знал, как долго он так простоял. Пару минут или, быть может, значительно больше? У его состояния нежити были свои плюсы, среди прочего у него ничего не затекало и ему не хотелось есть или пить. С другой стороны, раньше он не замечал за собой такой странной тяги к наблюдению за горящим огнем. Похоже, что давящая атмосфера города живых мертвецов сама собой настраивала на созерцательное настроение. В любом случае, в какой-то момент Жон все же скинул это странное наваждение и повёл плечом, как бы желая размять плечи. Ни один сустав не хрустнул и не скрипнул, на что Жон только цыкнул. Удивительно, как иногда бесит отсутствие каких-то глупых мелочей. Отвернувшись от костра, Жон подошел к выходу из башни и аккуратно выглянул наружу. Убитые им мертвецы всё ещё оставались лежать убитыми. Это, кстати, заставило Жона задуматься, а как и где эти мертвецы вообще воскресают? Сам Жон пока просто просыпался у таких вот костров, как тот, что у него сейчас за спиной. Если кто-то оттаскивает его к этим кострам, то кто и зачем? И почему Жон ещё ни разу не видел, чтобы кто-нибудь таскал другие трупы? В общем, странно всё это. Жон решил не забивать себе голову подобными мыслями и продолжить путь дальше. Как раз от выхода из башни был мост, что вёл в ещё одно здание. Вот только с этим путем было ровно две проблемы: Во-первых, мертвецы с бомбами, что сидели на деревянных помостах прямо над мостом. Вопреки ожиданиям Жона, они не могли докинуть свои снаряды до стрелка, которого он убил последним, а, следовательно, и до самого Жона. Но опасно было бы надеяться, что мост также окажется за пределами их броска. Иначе бы зачем этим типам вообще сторожить на тех помостках? Во-вторых, со своего места Жон видел, что здание на противоположном конце перехода не пустует и там есть как минимум один живой труп, вооруженный топором. Жон спрятался за стеной и начал обдумывать свои дальнейшие действия. Ему нужно было как-то пройти мимо мертвецов с бомбами и убить трупа с топором. Можно, конечно, просто пробежать мост, и с наскока вступить в бой, но это было бы хорошей идеей только в том случае, если эта тварь там одна. Сигать с разбега в ловушку с несколькими противниками было бы крайне глупо. — Мне нужна Руби или, хотя бы, её снайперская коса, — хмыкнул Жон вслух, просто чтобы немного разбавить гнетущее чувство одиночества. И ему действительно пригодилась бы сейчас винтовка, что позволит как минимум избавиться от парня с топором. Насчёт бомбардиров он не был так уверен, кто знает, сколько нежити выползет, если хоть один из них уцелеет и убежит с мостков созывать всех подряд. Вот того рыцаря у другого выхода из интересующей Жона комнаты, например. В любом случае, при отсутствии нормального огнестрела стоило попробовать снять засевшего в потёмках врага из недавно добытого арбалета. Не то чтобы у него был большой опыт в обращении с подобным оружием, да как, впрочем, и с любым другим оружием, если уж говорить на чистоту, но уж попасть в ростовую мишень-то он сможет. Хотя, возможно, и не с первого раза. Зарядив арбалет, Жон прицелился в виднеющийся в полумраке силуэт и с затаённым дыханием выстрелил, удивительным образом даже попав, пробив арбалетным болтом плечо полого. Рана пусть и не смертельная, но внимание привлекла точно, если судить по сменившему раннюю тишину визгу. Которому вторило ещё два не менее противных голоса. В этот момент Жон как никогда был благодарен себе за здоровую паранойю, ведь ломанись он туда и его могли банально запинать толпой, но сейчас это ему больше не грозит. Первый полый, тот, которого он заметил уже подбегал к нему, а двое других, один вооружённый таким же топором, а второй с щитом и мечом ещё только выходили из помещения. Решив покончить с первым противником как можно быстрее, Жон рванул к нему и когда тот начал поднимать свой топор вонзил свой клинок ему в глотку, и сразу после этого ударом щита скинул тело вниз, с платформы на которой они находились. Как раз в этот момент к нему подбежал второй полый, что также был вооружён топором, но в отличии от первого противника этот решил нанести ему размашистый удар слева направо. Сам-же Жон понадеявшись на ауру и свой вес вместо того чтобы отступить сам рванул на встречу нападавшему и приняв его удар на щит вонзил в его глотку свой меч, только в этот раз ему не дали времени чтобы его вытащить, третий его противник с разгона врезался в висящее на его клинке тело, тем самым, едва не повалив Жона и заставляя его руку дёрнуться, вгоняя тем самым меч в кость практически по рукоять. Понимая, что быстро ему меч не достать, Жон решает применить уже хорошо зарекомендовавшую себя тактику и оставляет тот в теле павшего противника, сам тем временем отступая и вызывая из инвентаря мизерикорд. И только он успел краем сознания отметить насколько комично выглядит воин в тяжёлой броне и со стальным щитом в руке, но использующий при этом в качестве оружия кинжал как ему пришлось блокировать выпад его противника, а затем ещё и ещё, но как только Жон пытался выйти из обороны и приблизиться к противнику для удара тот отскакивал, пользуясь ничтожной, по сравнению с его собственным мечом длинной оружия Жона, хотя вечно эти игры в кошки-мышки продолжаться не могли, в какой-то момент поняв что если его противник может отступить, пока сам Жон пытается нанести ему удар кинжалом дело с мёртвой точки не сдвинется он решается на авантюру, вместо очередной попытки достать того Жон просто заманивает его ближе к центру платформы и на всей скорости врезается в него тараня своим щитом и бросая довольно лёгкого противника на землю, после чего сам падает сверху и бьёт мизерикордом тому в висок снова упокаивая того. Ощущение победы было кратковременным, Жон понимал, что его ещё ждут схватки и он должен оставаться настороже. Быстро вернув потерянное оружие, он выдохнул и взглянул вверх. Твари на деревянной пристройке, стояли у края и смотрели на Жона в ответ, не спеша куда-то бежать. И со своего места Жон прекрасно видел, что в руках эти мертвяки держали отнюдь не пряники. — Ладно, — вздохнул Жон, несколько раз подпрыгнув на месте, как бы разминаясь. Если это можно так назвать. — Попробуем прорваться. Подбодрив себя подобным высказыванием Жон рванул с места через мост. Как он и думал, мертвецы, стоило только парню вступить на мост, как его тут же попытались закидать гранатами. Благо мертвецы были достаточно тупы, чтобы не додуматься о броске с упреждением, поэтому гранаты сыпались у бегущего Жона за спиной, зачастую ещё и не сразу взрываясь. Длину и скорость горения фитиля у бомбы тоже никто не учитывал. Перебежав таким образом мост, Жон влетел в то самое здание, где его и должны были поджидать те самые мертвецы, щитом вперёд, готовый к любому нападению. И, к счастью, Жона, прямо сейчас в помещении никого из врагов не было. Зато было сразу два возможных выхода, один из которых был прикрыт ржавой решёткой. — Ага… Угу… — Жон посмотрел сначала на один выход, с выломанной деревянной дверью, а потом на другой, с решёткой. — И куда мне идти? Жон решил, для начала, осмотреть оба прохода, прежде чем гадать о выборе пути. В конце концов, если та же решётка будет заперта, то он вряд ли сможет сломать её без специального инструмента. Вот только помимо замка, за дверью пряталась совсем другая проблема, которую Жон не учел. В городе, были не только живые мертвецы, но и куча других тварей. Конкретно одичавшие собаки. Стоило только будущему охотнику подойти к решётке, как за той, послышалось сначала шуршание, а потом заливистый лай. Как же Жон в этот момент был рад, что стальная решётка была заперта или же открывалась наружу, потому что четыре худосочные, но здоровенные и зубастые твари, лишь отдаленно напоминающие собак, не смогли преодолеть эту преграду. — Хорошие пёсики… — пробормотал Жон, с некоторой опаской рассматривая «пёсиков». Выглядели они откровенно жутко. Сами зубастые твари заходились в бешеном лае, даже не думая успокаиваться, что очень напрягало Жона. Не хватало ещё, чтобы этот шум привлек сюда большую группу врагов. Жон осторожно отошёл от двери с решеткой, на всякий потенциально катастрофический случай наблюдая за собаками, а ещё думая о том, что ему делать дальше. По очевидной логике, стоило бы повернуться и просто выйти через другой выход. Хотя там тоже могут поджидать другие опасности, и ещё неизвестно, что хуже — кучка собак, или точно такая же кучка немёртвых солдат. С другой стороны, решётка пока держится и, вроде бы, ничто не мешает попробовать собачьи шкуры на прочность мечом через решетку, а после свободно открыть её. Ну или на крайняк выломать преграду. Жона во всём этом смущало ровно два момента: целесообразность попытки пройти через закрытую дверь, когда рядышком есть открытая, и шансы того, что там за решеткой больше не будет других собак. Пусть это и звучит откровенно смешно, но стаи голодных псов Жон опасался значительно больше, чем парочки оживших трупов. И, кстати, для себя Жон достаточно уверенно объяснил своё опасение. Его снаряжение, меч и щит, проверенный временем инструмент против двуногих противников, а вот как повернется бой со стаей псов, любящих пригибаться к земле и кусаться, это большой вопрос. — Ладно, стоять так можно до бесконечности, — вздохнул парень и решил всё же сначала проверить открытый проход. В конце концов, ничто не помешает Жону потом просто вернуться сюда. Приняв подобное решение, будущий охотник развернулся на пятках и, под собачий лай, направился к проломленной двери. За этим проходом была небольшая терраса, куда выходили окна и дверь ещё одной пристройки. И там, в оконных проёмах без стёкол, Жон увидел ещё одно полого солдата, пока недвижимого. По дощатому же настилу над головой били чьи-то шаги. Наверняка те самые мертвецы с гранатами. Тихо вздохнув, чтобы успокоиться, он решил, для начала, разобраться с тварью в доме, а там видно будет. Видимый Жоном мертвец просто стоял посреди комнаты, и будто бы ждал, когда кто-нибудь подойдет к нему и упокоит. И, надо сказать, что один на один с живым мертвецом действительно достаточно легко справиться. Жону было достаточно увернуться от размашистого удара противника простым смещением в сторону, после чего провел низкий удар мечом по ногам. Даже не с целью отрубить ногу, сколько просто выбить противника из равновесия. Это получилось у Жона даже очень хорошо, ведь противник не просто потерял равновесие, а упал, растянувшись на полу. С этого момента его можно было бы добить даже без меча, просто забив ногами, чего Жон, конечно же, делать не стал, банально пожалев кроссовки. Да и мечом предсказуемо получилось быстрее. Помня об интересе доктора Ублека и директора Озпина к предметам из этого места, Жон решил осмотреться в доме, чтобы посмотреть, что интересного можно найти в покинутом доме мертвого города. Впрочем, в первой комнате он не нашёл ничего представляющего ценность, всего лишь старая посуда, несколько глиняных кувшинов и столовые приборы, но этого добра он мог набрать сколько угодно почти в любом доме, так что Жон решил пока игнорировать подобные чисто бытовые вещи и сосредоточиться на чём-то, что может представлять собой хоть какую-то исследовательскую, а возможно и денежную пользу. Кто знает, возможно он сможет найти в одном из домов тайник с золотом? Его семья конечно не бедствовала и вполне могла позволить себе помочь ему деньгами, но ему было банально неудобно полагаться на них при возможности зарабатывать самостоятельно, пусть и подобным, несколько необычным способом. Поняв, что в первом помещении ничего ценного он не найдёт, он решил осторожно продвигаться дальше, к следующей комнате. Конечно, можно было пойти сразу во вторую комнату, которую он мог видеть через дверной проём, но это было решено отложить на потом. И стоило ему войти, как на него тут же прыгнул ещё один полый, но Жон не сплоховал и вовремя среагировал на противника, отбив неуклюжий выпад щитом и нанёс колющий удар в живот, лишь затем, чтобы уже через мгновенье вытащить меч и рубящим ударом отсеч противнику голову. И только оглядевшись Жон понял, что эта небольшая комнатушка была полностью пустой, так что ему оставалось только пожать плечами и двигаться дальше, к лестнице. И к счастью здесь было пусто, по крайней мере в плане полых, но вот сама комната было обставлена неплохо, пусть мебель и изрядно обветшала, а оставленную прямо на столах утварь покрывал толстый слой пыли, впрочем одна вещь всё же привлекла его внимание: Массивный сундук запертый на засов, хотя тот не внушал особого доверия, он пусть и не выглядел так, как будто вот-вот развалится, но был таким-же проржавевшим как и оружие полых, а потому убрав меч Оскара в инвентарь Жон достал свой меч и понадеявшись на превосходство металлургов Ремнанта со всей силы ударил по замку, но тот поддался не сразу, потребовалось ещё три удара чтобы наконец его сломать, в конце впрочем его ждало только разочарование, вместо брони, оружия или на крайняк расходников внутри его ждал набор смутно знакомых инструментов, да и то, всё что он мог по ним понять так это то, что принадлежали они кузнецу, а вот в плане практического использования был полный голяк. Впрочем, это было уже хоть что-то, а потому снова закрыв сундук Жон поместил его в свой инвентарь и пошёл дальше надеясь, что Доктору Ублеку понравится копаться в старинных инструментах. Впрочем, недолго Жон мог предаваться праздным мыслям. Стоило ему выйти на террасу и подняться по примыкающей к стене дома лестнице как он встретил новых противников: воин с двуручным топором и двое мечников чуть позади него. Они могли бы представлять для него серьёзную опасность, будь они немного умнее и не будь за ним лестницы, однако сейчас, действуя по уже отработанной схеме, Жон толкнул первого противника вниз по лестнице, надеясь, что тот переломает себе все кости, и побежал к двум другим полым. Решив попробовать воспользоваться их относительно небольшим весом, он врезался в первого из них, сам, однако едва не потеряв равновесие и едва заблокировав выпад второго мечника. К счастью, тот был таким же неуклюжим, как и все его противники, а потому, отбив щитом его удар, Жон размашистым ударом снёс тому голову, после чего подошёл к уже встающему первому мечнику и проделал с ним то же самое. Третьего полого он отправил вниз по лестнице. Краем сознания Жон даже отметил, что противники казалось бы даются ему всё легче и легче, как будто он и правда постепенно повышает уровни и прокачивает характеристики, но он не стал заострять на этом внимания, будучи уже немного привыкнувшим к тому, что в некоторых моментах его сон похож на пусть и невероятно реалистичную, но всё же игру. Хмыкнув от таких мыслей Жон огляделся пытаясь понять куда ему нужно идти, и по всей видимости выходило так, что единственный путь дальше пролегал по старенькой и проржавевшей лестнице которая вела вверх, скорее всего на крышу дома, туда, где как понял Жон располагались те бомбометатели, на что он мог лишь вздохнуть, тут и так-то всё держится на мастерстве древних строителей и честном слове, а тут ещё эти, и хотя он не рассматривал всерьёз такой вариант что не самые мощные гранаты действительно обвалят крышу, но некоторый подспудный страх от того, что он окажется завален камнями и не сможет выбраться всё же присутствовал, но, похлопав себя по щекам и помотав головой, чтобы прогнать подобные мысли, Жон начал аккуратно подниматься по лестнице, стараясь издавать как можно меньше шума, что впрочем получалось у него не слишком хорошо, но к счастью этого хватило на то, чтобы полые его не услышали, или что так-же возможно просто не обратили внимания на шум. Поднявшись на крышу Жон обнаружил трёх противников стоящих к счастью к нему спиной, и возможно он и не волновался-бы особо если бы не один неприятный момент: Эти трое стояли на деревянной платформе, и мало того, что запас прочности деревянной конструкции, которую не обслуживали грим знает сколько лет вызывает вопросы, больше его волнует оружие мертвецов. Почему-то ему казалось, что взрыва парочки гранат эта и так держащаяся на честном слове платформа уже не переживёт, а потому действовать надо аккуратно. Стараясь держаться вне поля зрения своих противников Жон подошёл к ближайшему из них, тому, что стоял перед небольшой лестницей ведущей к двум другим, и помолясь чтобы его план сработал он со всей силы толкнул мертвеца щитом в спину выбрасывая того в пропасть, после чего сразу-же рванул к второму полому так-же без проблем скидывая его в обрыв, лишь третий из них заставил Жона поволноваться из-то того, тот успел пару раз черкануть огнивом по гранате высекая небольшие снопы искр, но возможно его молитва сработала, а возможно фитиль гранаты отсырел, но ему так и не удалось ничего сделать и Жон скинул его к двум другим. Шумно выдохнув, Жон огляделся, желая сориентироваться на местности. Это оказалось неожиданно полезно. Так Жон увидел, что деревянные обломки, мимо которых он проходил, на пути к костру в башне, оказались баррикадами, за которыми скрывалась ещё одна башня, на крышу которой вел небольшой мостик. Интересно, но вряд ли полезно, по крайней мере сам Жон так подумал в тот момент. Куда больше Жона заинтересовало, и заставило напрячься, другое. Дальше можно было встретить несколько мертвых солдат в подобие доспеха, а не полуистлевших тряпках. Так же, эта нежить отличалась большими черными щитами и копьями. Жон уже встречал такого противника, но до сих пор они попадались ему либо по одному, либо при поддержке парочки оборванцев. Тут же сразу двое, на узкой лестнице… всё нутро Жона говорило ему, что разобраться с ними будет не так просто, как могло бы показаться. И самое хреновое, Жон заметил, что те настороженно наблюдают за ним. Его заметили и ждут. И как назло два проклятых трупа и не думали кидаться к нему, вместо этого они, наоборот, подняли щиты, вытянули копья и стали ждать. — Сволочи, — вздохнул Жон. — Вот что бы вам стоило тихонько отвалить с моего пути? Почему вообще всё должно быть так сложно? Но как бы парень не был недоволен сложившейся ситуацией, а двигаться дальше нужно. При этом спускаться по лестнице к двум копейщикам — это вернейший способ получить копьём в живот, ну или в любое другое нежное место. Одно было хорошо, эти двое хотя-бы не стояли прямо под приставной лестницей, по которой он должен был спускаться на следующую площадку, иначе шансов было-бы ещё меньше. Так Жон начал обдумывать свои варианты, идти в лоб было не вариантом, он не особо верил даже в победу над этими двумя, а уж если к ним подтянется ещё пара-тройка полых то можно сказать что его песенка спета, приманить их к себе тоже не вышло, не попадания в них всякого мусора, не арбалетный болт который попал одному из них в щит, ни два других которыми он промахнулся ничего не дали, а потому ему срочно нужно найти другие варианты, и что удивительно вариант как победить своих противников он нашёл довольно быстро, Жон вспомнил про прихваченные когда-то гранаты одну из которых он отдал Руби. Так осмотревшись ещё раз он понадеялся, что возможно в доме что стоит рядом с лестницей будет какой-то балкон, ну или окно, выходящее к копейщикам он достал из инвентаря сундук с кузнечными принадлежностями и начал его перебирать, надеясь найти там огниво. И оно там нашлось, пусть и не сразу, и это здорово его приободрило, всё же теперь он может просто закидать противника гранатами, а не сражаться в ближнем бою, хотя и гранат у него немного, но по крайней мере на один бой должно хватить, с такими мыслями Жон положил огниво в карман и собрав все инструменты обратно в сундук и убрав его в инвентарь спустился по лестнице на следующую площадку. Уже стоя внизу Жон решил пока проигнорировать стоящую рядом башню и посмотреть сможет-ли он исполнить свой план, а потому постоянно оглядываясь на лестницу возле которой стояли полые, сейчас впрочем скрытые от него домом он подошёл к двери этого самого дома и попробовав открыть её, он быстро понял что она была заперта, что впрочем проблемой не являлось от слова совсем, слишком долго дверь простояла без должного ухода, прогнившие, скорее всего, насквозь доски были не способны остановить не только охотника, но и простого человека, а потому взяв из инвентаря верные щит и меч он взял небольшой разгон и врезался в дверь. В первый раз у Жона ничего не получилось. Вместо того чтобы спокойно выломаться, дверь из толстых досок, дубовых, наверное, дверь достойно встретила натиск Жона. Сам же будущий охотник очень больно ударился о дверь плечом и головой, хорошо хоть на собственный меч не напоролся. — Те-те-те… — вздохнул Жон, отвалив от двери и борясь с желанием потереть пострадавшее место рукой. — В такие моменты начинаешь ценить тот факт, что город пуст. Но шутки шутками, а попытаться отворить дверь все же стоило, если только Жон не собирается десантироваться на мертвецов с вершины близ стоящей башни. Спасибо, но ему хватило десантирования во время посвящения в студенты Бикона и падения со скалы в Прибежище Нежити, больше он повторять подобный опыт не хотел. С другой стороны, ему не хотелось и второй раз биться головой об эту проклятую дверь. В целом, там, где грубая сила не помогала, можно было бы действовать умом. Например, попробовать взломать замок отмычкой. Правда у Жона не было не то, что профессиональной отмычки, а даже банальной женской заколки. Вот только Жон не имел ни малейшего понятия, как вскрывать замки заколками, и уж тем более профессиональным инструментом. Можно было бы попробовать снять дверь с петель, благо те были на виду и имели весьма примитивную конструкцию: два «уха» с продетыми через них железным болтом. Голыми руками такой болтик не достать, но Жон совсем недавно перебирал инструменты кузнеца, где были и прекрасные сверла, и надежный молоток с парой напильников, которые можно будет использовать в качестве замены зубилу и тупо поддеть петли. — Не так красиво, зато и не так болезненно, как удар об стену головой, — Жон вновь заговорил сам сам с собой. И, что было несколько обидно, во второй раз у Жона тоже получилась не очень. Он сломал один из напильников, пытаясь использовать его в качестве зубила. На проклятую дверь уже хотелось откровенно плюнуть, но парочка проклятых воинов, что любезно ждали его с копьями наперевес мотивировали лучше любых учителей. Так что Жон продолжил постигать нелегкое искусство взломщика. Итогом нескольких попыток стал надёжный и, наконец-то, успешный план. Он достал сверла и сначала просверлил маленькие отверстия в петлях, а затем использовал напильник, чтобы подпилить их. Через несколько минут петли были подпилены, и Жон смог снять дверь. Что забавно, но получилось у него значительно проще и тише, чем при помощи молотка. — Осталось только научиться делать это совсем бесшумно и можно будет пойти в воры, — фыркнул сам себе парень, аккуратно приставляя массивную дверь к стене дома. Он осторожно заглянул внутрь дома и увидел мрачный интерьер, просто дышащий стариной. Стены были покрыты грязью и пылью, а на полу лежали обломки мебели. Жон прошел по комнатам, осматривая каждый уголок, но ничего интересного не нашел, что в принципе не удивительно. Если дом был действительно так давно заброшен, то всё, что отсюда не вынесли, уже давно превратилось в мусор. Благо, что помимо фактически пустого, если не считать мусора, помещения, была ещё одна дверь. И как же он был рад видеть на этой двери банальный засов. Эту дверь не придется взламывать так же, как входную. Жон легко снял засов, и аккуратно приоткрыл дверь, желая оценить обстановку на улице. То, что парень принял сначала за черный вход, на деле оказался небольшим палисадником, наверное. По крайней мере точно такой же участок с газоном между домом и дорогой в семейном гнезде Арков назывался именно палисадником. Но если отставить в стороне размышления о терминах, то место для задумки Жона подходило чуть ли не идеально. Вместо того чтобы оградить палисадник забором, неизвестный строитель насыпал платформу, тем самым создав прекрасную позицию для метания гранат или стрельбы. Ему было очень удобно целиться и поражать цель, а вот до него добраться было не так уж и легко. Но в данной бочке мёда была и своя ложка дёгтя. Оказалось, что помимо двух копейщиков, что своими щитами заткнули спуск на площадку за домом, тут было ещё два воина, но теперь уже с мечами. Один стоял недалеко от края палисадника, так что Жон, при некоторой сноровке мог бы спрыгнуть ему прямо на голову, если бы в этом был хоть какой-то смысл. Второй же находился на вершине лестницы, ведущей к входу в ещё одну башню. Количество башен уже откровенно начало напрягать. Жон знал, что это типо очень статегинично и тактикульно, но даже у него, человека исключительно оторванного от темы, уже возникали вопросы, как тут вообще жили люди, во всех этих узких проходиках и мостиках над пропастями, и бесконечными башнями, за которыми иногда неба не видно. — Хватит оттягивать неизбежное, — Жон тихо, практически одними губами, приказал самому себе перейти от глупых мыслей к действиям… тоже глупым, скорее всего. Но лучшего плана, чем кинуть бомбу, а лучше парочку, в копейщиков, у Жона всё равно не было. Он аккуратно извлёк из своего странного хранилища один горшочек с взрывающейся смесью. Руби и доктор Ублек хотели их исследовать, но сделать это они смогут и после того, как Жон найдет парочку (ящиков) этих гранат, и они перестанут быть качественным подспорьем в ситуациях подобной этой. Правда тут же выявилась одна очень неприятная особенность. Жон не имел ни малейшего понятия насчёт скорости с которой горит фитиль гранаты. И как-то ему не очень хотелось выяснять это экспериментальным путём. Он решил не рисковать и достал еще один горшочек который собирался бросить вторым номером, но сразу же после поджога фитиля. Заодно вторая граната послужит своеобразным таймером для первой. Как раз, пока Жон запалил второй фитиль, первый успел немного прогореть. По крайней мере Жон очень надеялся, что тот прогорел именно немного. Когда же оба фитиля горели, Жон принялся кидать гранаты. Сначала первая, с более коротким фитилем, а следом за ней вторая. Жон прогадал с временем ожидания совсем чуть-чуть и то по большей части из-за своей неопытности и возни с примитивным огнивом. Заметка на будущее, помимо нормального прахового ружья или хотя бы пистолета, обзавестись ещё и зажигалкой. Первая граната взорвалась, лишь немного не долетев до копейщиков, но даже этого хватило, чтобы заставить мертвых воинов пошатнуться. Чтобы не было насыпано в эти горшочки, взрывалось оно с достаточной силой и шумом, чтобы проняло даже живого мертвеца. Вторая же граната упала прямо под ноги копейщикам, и своим взрывом просто выбросила эту чёртову парочку за коротенькие ограждения смотровой площадки, на которой они стояли. Первый плюс местной архитектуры, монументальной где не надо и минималистичной там, где это опасно. Но порадоваться своей удаче Жон мог и попозже. Сейчас нужно было разобраться ещё с парой тварей. Прыгать на голову ближайшему воину с мечом он не стал, только сломанных ног ему не хватало. Хотя в голове и мелькнула мысль вогнать клинок ему в основание шеи, как он проделал это с той здоровенный тварью в Прибежище Нежити. Вот только тот демон был достаточно большим, что попасть в уязвимую точку можно было даже случайно, что, скорее всего, с Жоном и случилось. Так что будущий охотник не стал мудрить и просто спрыгнул с палисадника рядом с живым мертвецом и сразу же отоварил противника щитом по лицу. Эффект неожиданности, вкупе с ошеломлением, сыграли Жону на руку и добить отшатнувшегося противника не составило особого труда. Окрылённый этой победой, Жон уже собирался расправиться последним врагом, с которым остался один на один. Вот только за его спиной раздались тяжёлые шаги и лязганье металла, которые очень уж явственно намекали сразу на две вещи. Во-первых, Жон и мертвый воин были здесь далеко не одни и, во-вторых, означенный живой мертвец был далеко не самой большой проблемой Жона. Реально не самой большой, так как из неприметного закутка вышагивала исполинская фигура в глухом доспехе черного цвета. Далеко не низкий Жон был этому рыцарю едва ли по пояс. — Так это ты здесь шумишь, маленькая нежить, — задумчиво хмыкнул рыцарь, густым, но достаточно приятным голосом. — Ты… ты разумен? — Жон так удивился, что даже опустил щит, на который он собирался принимать удар огромным мечом рыцаря. Эта ошибка, кстати, могла бы стоить Жону жизни, ведь «разумный» не значит «не опасный». Это можно было бы понять хотя бы по тому, что мертвый воин явно испугался исполинского рыцаря и поспешил скрыться в башне, у входа в которую он стоял. Жон вообще впервые видел, чтобы эти твари хоть чего-нибудь боялись. — Разумен ли я? — похоже исполин несколько удивился этому вопросу, но потом усмехнулся. — Похоже ты маленький не только размером, но и возрастом, нежить. — Мне семнадцать лет, — заметил Жон. — Совсем дитя, и уже мертв, — рыцарь покачал головой. — Но я не могу не отметить твою выдумку в бою, парень. Так лихо расправиться с этими полыми это очень достойно. Уверен, сэр Арториас и леди Сиоран могли бы оценить твои таланты по достоинству и предложить отрочество в их отрядах — Спасибо, — Жон кивнул. Будучи сыном рыцарской семьи, он знал, что отроки это из традиций рыцарей Мантла и соответствует Вейловским пажам. Дети и юноши, получающие необходимое образование до посвящения в оруженосцы. Немного обидно, что его, семнадцатилетнего лба даже в оруженосцы не взяли бы, не говоря уж про рыцарей, но с другой стороны надо трезво оценивать свои возможности. — Это был не комплимент, а признание достижений, — хмыкнул рыцарь. — Так что ты забыл здесь, дитя? — Пророчество об Избранной Нежити, — Жон нахмурился. — Один рыцарь умер у меня на руках и перед смертью завещал мне клятву исполнить это пророчество. — Х-м, — задумчиво протянул гигант, и Жону показалось, что его будто придавливает к месту чем-то тяжелым. Но это странное чувство быстро прошло. — Вот как… что ж, я уверен, что это был весьма достойный человек. И весьма похвально, что ты взял на себя подобную клятву. — Да, я не смог бы ему отказать, — Жон решил не бередить себе душу воспоминаниями об Оскаре и перевел тему. — Почему вы удивились, когда я спросил про разум? — Потому что разум теряют только полые, — пояснил рыцарь. — Полой же становиться та нежить, что с течением времени растрачивает себя в бесконечных битвах и стремлениях, либо же теряет себя в апатии. И, наконец, самое главное, нежитью могут стать только люди, а я, как ты можешь видеть, не человек. Поэтому не стоит удивляться, что я разумен. — Ага, — Жон кивнул, ещё раз окинув исполинскую фигуру взглядом. Действительно, его было бы весьма проблематично принять за человека. Разве что сильно издалека, когда нет возможности в полной мере оценить рост. — А вот тебе стоит озаботиться сохранением своего разума, — заметил рыцарь. — Безумие всегда идёт бок о бок с подобными тебе. — Я бы и рад позаботиться об этом, но не знаю, как. Не знаю даже, возможно ли это, — Жон пожал плечами. — Это возможно, — ответил гигант, но сразу же сделал небольшое уточнение. — Правда я не знаю, как это делается. Тут тебе лучше обратиться к более опытной нежити, дитя. — Спасибо и на этом, — Жон задумчиво обернулся в сторону уже пройденного пути. — Может дойду до того парня, Удрученного Воина, кажется, что он много знает о том, как быть нежитью. — Даже слишком много, — хмыкнул рыцарь. — Я знаю его, бедняга, бродит в округе уже не первый век и забыл больше, чем многие из вашего племени вообще когда-либо помнили. Жон удивлённо моргнул. Он конечно предполагал, что Ув уже давно коптит небо, но услышать подтверждение этому было немного дико. И снова, вспоминая Оскара, что видел самые первые проявления проклятия нежити, Жон пытался понять, сколько вообще лет было асторскому рыцарю. — Он сейчас сидит в развалинах недалеко от акведука, — заметил Жон, просто чтобы поддержать разговор. — Когда-то там был величественный храм огня, — гигант вздохнул. — И я знаю про Воина, он там уже давно сидит. Наверное, даже слишком давно. Запомни, дитя, апатия — это смерть, смерть разума, от которой тебя не спасет темная метка. И твой знакомый уже очень давно увязает в своей апатии. — Но я больше ни знаю никого, к кому бы смог обратиться за помощью. — Я и не говорил, что Воин не сможет тебе помочь, — гигант выставил перед собой раскрытую ладонь, как бы призывая Жона остановиться. — Просто будь осторожен, дитя, и, если заметишь признаки того, что он становится полым, лучше держись от него подальше. Воин бывал много где, много кого убил, и поглотил множество душ. Если однажды он сойдёт с ума и выйдет на охоту, подобно этой мелочи, то в городе появится ещё один очень опасный враг, с которым даже я предпочел бы не сталкиваться. — Я… — Жон никогда не думал о странном парне у костра в развалинах в подобном ключе и даже запнулся. — Я понял. Спасибо за совет. — Вот уж за что, а за советы меня редко благодарят, — гигант хохотнул, после чего указал рукой на башню, в которой скрылся последний полый. — если хочешь попасть к колоколу в Соборе, то тебе нужно забраться на эту башню, а потом пересечь мост над пропастью к соборному комплексу. Но будь готов, в башне засел демон, а по ту сторону моста гнездо себе свила виверна. — А-а… — Жону как-то резко расхотелось идти в сторону, указанную гигантом. — А другого пути нет? — Через сад темных корней, ещё можно, но я бы не сказал, что этот путь будет хоть немного проще, — гигант покачал головой, после чего снял со своего пояса какой-то мешочек. — Вот, держи, это сосновая смола поможет тебе справиться и с демоном, и с виверной. Умеешь ею пользоваться? — Нет, — Жон вообще слабо представлял, как смола может ему помочь. — Её нужно нанести на оружие, не очень толстым слоем, если только ты не хочешь потратить мой дар зря, — пояснил гигант, сделав вид, будто обмакиваем палец в мешочек, а потом проводя пальцев вдоль лезвия своего меча. — Эта смола наделена силой молнии, лучшего средства против драконьего отродья сложно придумать, да и демоны, дети огня и подземной тьмы, весьма чувствительны к силе небесного света молнии. Жон несколько удивился, увидев этот, судя по всему, природный заменитель праха… не то чтобы на Ремнанте прах производили как-то искусственно. Но Жон впервые слышал, чтобы смола какого-то дерева могла имитировать свойства электрического праха. Даже интересно, как изменился бы мир Ремнанта, если что-то подобное появилось бы у них? — Большое спасибо, — Жон поклонился так, как показывал ему как-то отец, рассказывая о рыцарском прошлом их семьи. — Может ты ещё и подскажешь, где я сам смогу найти эту смолу? — Отчего бы не подсказать, — гигант хохотнул. — Это тебе в сад темных корней, туда ты сможешь спуститься из соборного комплекса. Либо же, можешь попробовать спустился по лестнице прямо здесь, в башне, но я бы тебе этого не советовал. — Почему? — Жон склонил голову набок. — Потому что там располагались комнаты прославленного воина из людей, грозы драконов и близкого друга самого владыки Гвина. После его становления полым, он был заключён на нижних этажах этой башни, для своего же блага. И если знакомый тебе Воин представляет опасность из-за количества поглощенных им душ, то Епископ Хавела и при жизни был сильным воином, — Гигант отсалютовав Жону мечом. — Смотри сам, дитя, но я бы предпочел сразиться с десятком виверн, а не с этим человеком. — Понятно, — Жон, кивнул, после чего опомнился и тоже отсалютовал мечом гигантскому рыцарю. — Ещё раз спасибо за всё. — Пожалуйста, — отозвался гигант, прежде чем уйти обратно в свой закуток. — Что ж, тогда попробуем пройти через башню и мост, — буркнул себе под нос Жон, решив всё же попробовать рекомендованный неожиданным советчиком путь.