Избранный Охотник

Жон со скепсисом смотрел на пасмурное небо этого проклятого леса. С тех пор, как он в него зашёл, погода ни на каплю не изменилась. Даже просветы между облаков будто бы остались всё теми же, хотя за минимум час его прогулки ветер сверху точно должен был их разогнать или заново перемешать. Странно. — Для собирателя ты сейчас поступаешь довольно опрометчиво, уводя глаза подальше от разбираемых нами трофеев. Голос Беатрис, неизменный в своём демонстративном излишестве скрытых издёвок, стал забавной кульминацией их отгремевшего боя против так называемого «Творения Герцога». Юный представитель семейства Арков до сих пор не мог поверить, что они вдвоём так быстро разобрались с этим испытанием. Воспоминания о битве были не то что свежи, а всё ещё записывались парню в мозг. Загадочное существо оказалось столь же причудливым, сколь и смертоносным. А Жон пока встречал здесь исключительно талантливых в убийстве существ, при том их способности росли с каждой новой встречей. Вкратце, это было странное существо с худеньким туловищем, за которым просматривалась круглая металлическая конструкция, и пятью отростками. Самый нижний походил на вырванные корни травы или сосуды, тогда как остальные являлись по сути биолюминесцентными крыльями и попарно отходили из боков существа. Отдалённо всё напоминало мотылька или бабочку. Что интересно, крылья этой бабочки двигались недостаточно часто для своих гигантских размеров, но существо всё равно удерживалось в воздухе, паря рядом со стеной. Оттуда та вполне красиво сияла в местном полумраке, и юный Арк даже счёл бы её полёт завораживающим, если бы только этот монстр не выпускал откуда-то из области головы лазерный луч зелёного цвета и не разбрасывал взмахом прекрасных, и тем не менее явно смертоносных, крыльев полупрозрачные иглы. Без магии явно не обошлось. Кстати, его новая знакомая в ответ на эти фокусы сразу решила показать свой собственный репертуар заклинаний, в результате чего Жон во второй раз за свою жизнь стал свидетелем использования магии в настоящем бою. Правда, в отличье от боя жуткого мага из Собора со страшным рыцарем-гигантом оттуда же, здесь шла буквальная дуэль мага против мага. Казалось, при каждом взмахе Беатрис от её посоха срывались мощные стрелы энергии, и парень готов был поспорить, что данные снаряды могли с лёгкостью переплюнуть аналогичные штуки у волшебника из Собора Нежити. Кроме того, иногда колдунья показывала доселе незнакомый Жону приём, запуская целые плеяды магических шаров, стремительно летящих к её противнику и атакующих того с разных сторон. Юный Арк не представлял, как он сам уклонялся бы от столь разностороннего обстрела. Или сколько бы он вообще продержался, учитывая, какие куски вырывали из плоти эти светлячки. Хорошо, что они с ведьмой были на одной стороне. Не желая ограничиваться ролью наблюдателя, Жон присоединился к борьбе против летающего чудища. Сперва он подумывал вытащить ремнантский огнестрел, но монстр внезапно решил облегчить ему задачу, получив от колдуньи особо яркий снаряд в лицо. Видимо, от такого бабочка оказалась частично ошеломлённой, потому как затем опустилась на край стены, пусть и отлетев перед этим подальше от женской фигуры в чудной шляпе, тем самым приблизившись к молодому Охотнику и опрометчиво подставляясь под удары топора. Парень выбрал его, посчитав, что, раз монстр уже упал, удобнее будет бить именно утяжелённым навершием топора. Из крепостной стены вышла эдакая плаха. Начинающий Охотник рубил по склизкой зеленоватой плоти, надеясь удачно попасть по жизненно важному месту. Каждое новое ранение, приводившее к излиянию больших объёмов прозрачной крови, подстёгивало его пыл. Как оказалось, он слишком увлёкся, потому что не заметил момента, когда под упёршейся в покрытую мхом кладку головой существа начало скапливаться опасное сияние. Опомнится и заметить неладное Жону помог предупредительный выкрик Беатрис. Переборов желание нанести ещё один удар, парень спешно отступил, успев как раз к вспышке, что начисто смела участок стены. Тем не менее, Ауру Жона задело по касательной. Мимолётный взгляд на данные Свитка, пока бабочка взлетала обратно вверх, дал понять, что щит его души покоцали на пятнадцать процентов. Эти цифры надолго отрезвили младшего Арка и впредь он внимательнее следил за ближайшим окружением. Далее бой шёл вполне себе складно. Беатрис снова принялась наседать на огромную бабочку, постепенно прижимая её к земле. В этот период Жон старался прикрывать колдунью от любых ответных выстрелов, вставая перед ней с поднятым щитом. В большинстве случаев им и так удавалось уклоняться, но пару раз страховка в виде блондина и его напитанного Аурой щита всё же пригодилась. И за каждый просевший у него процент Ауры Жон отплачивал сполна, когда чудище падало на стену. Тогда он вырывался вперёд и рубил да кромсал чужеродное создание, вовремя отбегая до его площадной атаки перед отлётом. Избежав несколько таких атак, Охотник на обучении даже отважился сделать прощальный выстрел, пока монстр не поднялся слишком высоко для точной стрельбы. Глядишь, Беатрис станет легче. В конце концов, их команда нанесла последний сокрушительный удар. Монстр, очевидно чуя свою кончину после стольких ран, в отчаянии постарался кинуться на них и магией, и своим массивном телом. По мнению Жона, так он только подставился под ещё большее количество светящихся стрел и праховых пуль, но жаловаться он не собирался. Истерзанная по обоим бокам, с продырявленными крыльями и полностью оторвавшимся малым крылом, бабочка пролетела между убившими её парнем и девушкой и уже мёртвой тушей ввалилась на крепостной дворик. Распростёртое тело бабочки заняло примерно две трети площади. По крайней мере, Жону очень хотелось быть уверенным, что монстр наверняка умер. Поэтому он спустился по ступенькам обратно вниз. К тому моменту младший Арк сменил топорик на асторский меч, и именно его искрящимся лезвием юноша тыкнул в случайную точку на теле поверженного противника. Ещё до того, как остриё соприкоснулось с телом бабочки, юноша ощутил мощный прилив энергии. В последний раз он ощущал нечто подобное после разбора горгулий, тогда как меньшие притоки от изведения полых или других не особо крупных врагов парень и вовсе перестал замечать, если только не присматриваться. Из их сражения определённо получилась приятная победа, надо постараться не забыть вернуться потом к Анастасии. И вот Жон вернулся к тому, что он облокотился на ближайшие ступеньки над тушей «Творения Герцога», а его блуждающий взгляд уцепился за будто замёрзшие тучи над разрушенной крепостью, пока Беатрис в который раз окликает своего временного напарника. — Я думал, что тебе была интересна именно эта штука, — отозвался юноша Беатрис, отодвигая странные ощущения на задний план. — Нашла нечто более интересное? — Ты этого не заметил, но я уже собрала образцы с самой Лунной Бабочки и с округи, — поведали ему ехидно. — Наверное, потом ещё потребуется провести вскрытие, но у меня пока нет с собой необходимых инструментов. Нужно будет потом сходить за ними. — Лунной Бабочки? — переспросил Жон, не помнящий, чтобы слышал данное название от Беатрис или того чёрного рыцаря у развилки около чащи. — Ну называть сие создание монстром можно, но лично мне уже наскучило. Поэтому я решила дать ему название, — объяснила девушка. — Если оно было «Творением Герцога», то разве этот самый Герцог не должен был дать название? — блондин высказал, как он думал, здравое предположение. — Ещё как бы в момент создания. — Вполне возможно. Хотя кто знает, что творится в голове у древнего дракона, — согласилась Беатрис, беспечно пожав плечами. — «Дракон?! Герцогом они тут называют дракона? Настоящего?!», — громыхнула вспышка шока в голове у Жона, которую он едва удержал внутри, не дав сорваться с языка. — «Так, ладно, возьмём себя в руки. Если сейчас начну её и про это расспрашивать, то выставлю себя совсем дураком. Улучу случай лучше и уж тогда всё спрошу, а пока она вроде бы хотела разобраться с трофеями». Поднявшись с каменных ступенек, холода которых он не чуял, молодой Охотник парой хлопков отряхнулся. Посмотрев на громадную зелёную тушу оценивающим взглядом и, прикинув варианты, парень задумчиво присвистнул: — Даже не знаю, что мне может пригодится… — Эх, какой же ты недальновидный, раз согласился помочь первой попавшейся ведьме, не задумавшись, окажется ли награда стоящей, — опустила остроту самопровозглашённая ведьма. — Я хотел помочь. Меня вполне устроит и то, что Лунная Бабочка более не мельтешит здесь, а ты осталась в целости и сохранности, — честно сказал Жон, — То есть я бы в любом случае пошёл сюда вместе с тобой. Возможная награда просто оказалась вишенкой на торте. — Зато ты хорошо воспитан, — тут же исправилась Беатрис. — Ох, но я ведь и так получил силу души монстра! — вспомнил о пережитом ощущении парень, внезапно забеспокоившись. — А тебе ведь, значит, не досталось, раз уж она ко мне перешла? Прошу, простите! Я не специально, это само собой вышло. — Само собой? Сколько раз мне так говорили, ты не представляешь, — колдунья постучала пальцами по губе. — Но я готов поделится. Поровну, как и договаривались, — продолжил оправдываться Арк. — Не знаешь, есть ли способ как-то передать часть энергии? Может быть нужно сходить к Хранительнице Огня? — Не волнуйся. Тебя никто не обвиняет. Я тоже не осталась без угощения, — её губы хищно изогнулись, а рука прильнула к скромному бюстику. — Да будет тебе известно, что наши собственные души начинают цепляться за души наших врагов когда мы ещё только ведём бой, а не только лишь в момент нашего удачного триумфа. Поэтому если с одним противником борются двое или больше представителей нежити, сила делится поровну. — Ух. Ладно, успокоила, — выдохнул молодой Охотник. — Возвращаясь обратно к нашим баранам, советую всё же осмотреться по сторонам. Слухи о «Творении Герцога» ходили давно, а все путешественники возвращались отсюда полыми, — заметила его спутница. — Они могли оставить здесь всё что угодно. Например, я уже нашла пару интересных для себя вещей. — Мм? В преддверии ответа, Беатрис непонятно откуда достала стеклянную баночку и стряхнула собранными в неё комочками зелёного цвета. — Судя по всему, это существо спускалось вниз не спроста. Возможно даже не от причинённых моей магией ранений. Во всех местах, куда оно садилось, есть следы этого мха, — хвастливо заметила ведьма. — Я заметила, что некоторые раны чудовища начинали затягиваться после его спуска, даже уже при возвращении в воздух. Наверное, именно поэтому оно продержалось так долго под нашим общим напором. — Ты заметила такое?! Она ведь мельтешила без остановки, — от удивления Жон аж бросил на неё недоверчивый взгляд. — Я наблюдательная. Очень наблюдательная, — хмыкнула его собеседница. — Ну и ты тоже хорошо показал себя в этой авантюре. — Это ты к чему? — уже с подозрением поинтересовался блондин. — Из нас с тобой получился отличный дуэт охотников на монстров, — улыбнулась Беатрис, приподняв полы шляпы. — Спасибо большое за помощь храброму рыцарю. Молодой и наивный парнишка не мог не полюбоваться наконец открывшимся лицом колдуньи. Может быть из-за исконно мужского желания оценить женскую красоту, а может быть и от загадочности Беатрис, с первых секунд встречи заставившей Жона подсознательно маяться интригой, гадая, что скрывается под её остроконечной шляпой. Оказалось, там скрывалось вполне привлекательное, утончённое личико. Конечно, его белизну чуть портила дорожная пыль на левой скуле и под подбородком, но, оглядываясь на окружающую их повсеместную разруху, Беатрис ещё держала себя в чистоте. Не даром, похоже, носила этот колпак. — Ох, да, конечно. Вы тоже отлично справились, — нервно залепетал Жон, почти забыв, о чём они разговаривали минутой ранее. — Я, пожалуй, пойду посмотрю, есть ли что интересное… Стараясь удалится подальше от смеющейся колдуньи, блондин поднялся обратно на стену. Маловероятно, что, если эта Лунная Бабочка обстреливала прошлых визитёров также, как и их, на самой площадке уцелело нечто ценное. Но парень ещё в ходе битвы заметил другую башню, в противоположной от входа стороне. Внутри той тесной и высокой постройки оказалось больше пыли и паутины, чем оружия или артефактов. Хорошо хоть каменная лестница сохранилась и один молодой Охотник смог подняться вверх. Наконец, он поднялся на вершину башни. Там, как ни странно, стояла наковальня. Она была совсем грязная, покрытая толстым слоем пыли и ржавая, не чета рабочей наковальне того же Андрэ. Зато вот сияющий золотым светом камешек смотрелся бы у знакомого кузнеца Жона как родной. По крайней мере, парню так показалось. Не даром ведь он лежит именно на наковальне. Решив, что этот странный предмет определённо чего-то стоит, юный Арк с осторожностью подобрал светящийся камень и спустился обратно вниз. Беатрис всё ещё была там. — Скажи, Жон Арк, известно ли тебе о Божественном Пламени? Некоторые ещё называют его Небесным Углем? — слишком наивно спросила та его, только завидев в мальчишеских руках явно волшебный камень. — Я не знаю, что это такое. Поэтому и вынес так открыто. Надеялся, у тебя появятся какие-то мысли, — признался Жон. — Это что-то полезное, не так ли? — Ты не рыцарь, уж точно не асторский, — отрезала Беатрис. — Тем страннее выглядит молния у тебя в руках. — Чтоб ты знала, Беатрис, меч я получил в подарок, — объяснил он для начала. — Я получил его в дар от человека, убитого демоном. — Вот как? — она кивнула, вновь скрывая своё лицо под шляпой. — Это должна быть очень интересная история, убитый, не иначе чем с того света посылает тебе наследство. Наверное он ещё и благословил тебя в дальнюю дорогу. Вот только асторские клирики не расстаются со своими реликвиями при жизни. И уж тем более не отдают их первому встречному. Значит, тот, кто передал тебе меч, доверял тебе безмерно. Или же… у него просто не было выбора. Жон поморщился. С такой стороны его история и правда выглядела странно и даже подозрительно. Это была нехорошо, очень нехорошо. Если сейчас эта волшебница решит, что он вор и убийца, то это станет проблемой, большой проблемой. — Я просто оказался рядом, — юный Охотник решил оправдаться. — И уж точно не желал Оскару зла или смерти. — Похоже, между вами действительно занятная история, коль тебе и его имя знакомо, — выдала свой вердикт Беатрис, стоило Жону только заволноваться над её затянувшимся молчанием. — По крайней мере, для меня ты оказался достойным напарником. — Спасибо за доверие. — Что же до Пламени, то именно с помощью подобных катализаторов делают мечи подобные твоему, — закончила колдунья. — Ну как, теперь полностью доволен наградой? Жон несколько раз кивнул головой. Способ делать волшебное оружие, это очень полезно. Он пока вообще не представлял, как этим пользоваться, но это всё равно будоражило в нём интерес к дальнейшему изучению этих странных земель. — Может быть ты ещё знаешь, как его использовать? Нужно перемолоть его в порошок и добавить в металл? — спросил Жон, чем вызвал сначала удивленное молчание со стороны Беатрис, а потом и короткий смешок. Жон даже немного обиделся. Понятно, что у него имелось очень приблизительное понимание того, как изготавливают праховые металлы. Поэтому нет ничего удивительного, что всё не так просто, как он посмел описать, но смеяться тут совершенно не обязательно. — Какой же ты простодушный, — покачала головой ведьма. — Уголь, ну или же Пламяисточник, как говорят некоторые, это тебе не огородная зелень, которую достаточно просто покрошить в суп, чтобы тот стал вкуснее. Оно требует… особого подхода. И знаний. Без них это всего лишь красивая безделушка, которая может привлечь ненужное внимание. А знаниями о Божественном Угле владели асторские кузнецы. Я потому и указала на твой меч. Жон тут же вспомнил кузнеца из полуразрушенной башни, из которой и начиналась тропинка этого леса. Он ведь как раз назвался ему «Андре из Асторы». Так что по идее именно брутальный старик мог рассказать, что делать с этим… «углём». — Получается, награда не столь ценна, как можно подумать? — он постарался пошутить, зацепившись за слова Беатрис о фактической бесполезности камешка без специфических знаний. — Ещё как ценна, — Беатрис прищурилась, не оценив подобного юмора. Как и варианта, что этот с виду простоватый парень сейчас попробует требовать с неё что-то ещё. — Но ценность артефактов измеряется не тем, сколько его можно выменять на монеты, а тем, что с ним способен сотворить настоящий мастер. Оружие, скованное с помощью такого Божественного Угля, будет ценно для любого клирика и рыцаря. Сам небось успел оценить предсмертный дар своего друга. — Оценил, ещё как, — признался блондин. — Так что не советую показывать его всем и каждому, могут и убить за столь ценный трофей. К этому моменту, даже с учётом отступление колдуньи на тревожный для него вопрос, Жон несколько опешил от подобной отповеди. — Прости, я не хотел тебя задеть. — Меня ты не задел, — Беатрис фыркнула. — Но будь осторожнее в том, что говоришь или делаешь. — Понял, — кивнул Жон, пряча драгоценный камень в карман. — Буду осторожнее. Он взглянул на тушу Лунной Бабочки, всё ещё распростёртую на площадке. Зелёная прозрачная кровь медленно стекала между камнями, образуя небольшие лужицы. Крылья существа, даже повреждённые, продолжали слабо мерцать в сумраке. — Ты упомянула, что хочешь вернуться сюда для вскрытия, — вспомнил юноша. — А сейчас нам лучше отправиться обратно? — Нам? — Беатрис выделила это слово особым тоном. — Вы никак решили и дальше меня сопровождать, юный сэр? — Ну., — такая постановка вопроса несколько смутила Жона. Навязываться не хотелось, но вообще-то он был очень не прочь некоторое время попутешествовать с компаньоном. — Я пока просто осматриваюсь вокруг и думаю, что делать. Поэтому от компании не отказался бы. Это же нормально помогать друг другу, разве нет? — Интересно, все рыцари одинаковы или только мне так везёт? — пробормотала ведьма себе под нос. — Скажи, ты встречал такого болтливого парня с ведром на голове и с намалёванным солнцем на груди? — Солер? — Значит, встречался, — кивнула Беатрис. — Ну зато хоть понятно, откуда в тебе это. — Что «это»? — не понял Жон. — Это неуместное благородство и желание всем помочь, даже когда тебя не просят, — с лёгкой усмешкой пояснила его собеседница. — Вы с ним будто из одной рыцарской баллады сбежали. Только у него хотя бы шлем поинтереснее. — Я приму это за комплимент, — немного смущённо улыбнулся парень. — Так что насчёт возвращения? Мне кажется, в этом лесу лучше не задерживаться. — Ты и леса-то ещё не видел. Настоящий лес заперт за воротами и именно туда я собираюсь пройти, — она внимательно осмотрела Жона с ног до головы. — Если хочешь, можешь идти со мной, но будь готов умереть. — Нас ждёт ещё один монстр, с которым нужно будет сразиться? — подобное предупреждение Жона совершенно не обрадовало. — Тогда тем более стоит пойти вместе. — Обожаю этот ваш рыцарский оптимизм и готовность помогать всем и каждому, — Беатрис потянула за поля шляпы и снова спрятала лицо в тень. — Вот только убить тебя там могут разве что лесные стражи. Они не трогают членов своей банды, но чужаков не особо жалуют. Потому не тряси попросту одним бесценным артефактов, а лучше спрячь Уголь понадёжнее, если не хочешь почувствовать кинжал в собственной спине. — А что насчёт тебя? — так как смерть для него означала всего лишь проснуться в спальне общежития Бикона, за себя Жон не особо беспокоился. А вот за жизнь своей спутницы он опасался, так как не знал, является она бессмертной нежитью или нет. — Меня лесовики знают и в целом недолюбливают, но после первой стычки больше не атакуют, — Беатрис пожала плечами. — По крайней мере, до сих пор не атаковали. На этом она замолкла и отправилась на выход, так что Жону оставалась только последовать за ней. За время их разговора пасмурное, почти свинцовое небо не сдвинулось ни на дюйм. Казалось, тучи тут были вылеплены из камня и время вообще не властно ни над ними, ни над этим местом. Следуя за Беатрис, Жон прямо на ходу перенёс уголь из кармана в свой инвентарь. Так было намного безопаснее, чем носить его в кармане. Вскоре камень под ногами сменился влажной землёй на пару с сизым туманом между стволами. Где-то поодаль хрипло ухнула сова. Жону даже показалось, что эхо её крика отозвалось дважды, будто звук отражался от нескольких стен. — Впереди запертые ворота, — негромко сообщила Беатрис, едва заметно приглушив шаги. — Отсюда их не открыть, но есть обход. Лесники любят считать себя хитрецами, продавая ключ для прохода за большую цену. Но есть и другой лаз. — Нам придётся… э-э… договориться? — предположил Жон, представляя себе при этом скорее драку, чем разговор. — Нет, достаточно будет найти тайное место и пролезть там. Беатрис провела его к тем самым воротам, которые он видел совсем недавно. Однако, ведьма подошла к ним сбоку и стукнула своим посохом по стене башни слева от ворот. Каково же было удивление Жона, когда часть стены просто растворилась в воздухе, открывая проход аккурат между обломками стены и обрывом дальше вниз. Такого он никак не ожидал и уж точно не подумал бы обстукивать стены в поисках прохода. — Впервые сталкиваешься с иллюзорной стеной? — хмыкнула Беатриса. — Да. До сих пор не доводилось. Жон с опаской протянул руку к тому месту, где только что была стена. Пальцы прошли сквозь воздух, ощутив лишь лёгкий, неестественный холодок, словно от сквозняка, которого не было. Магия. Чистая, неприкрытая магия обмана. — Такие стены — редкость, но они встречаются, — бросила через плечо его проводница, уже шагнув в тёмный проход. — Их создавали давно. Наверное, чтобы скрыть пути от незваных гостей или спрятать то, что никто не должен найти. Идёшь? Не желая оставаться в одиночестве, молодой Охотник поспешил за ней. Проход оказался узкой тропой, вьющейся по самому краю обрыва. С одной стороны — отвесная скала, с другой — бездонная пропасть, скрытая в густом, как молоко, тумане. Идти таким образом, к счастью, долго не пришлось, и уже скоро они вышли на опушку густого леса с исполинскими деревьями. Не успел Жон облегченно выдохнуть, как в воздухе свистнула стрела, грозясь вонзиться ему в глаз. Парень даже испугаться толком не успел, когда изящная женская рука перехватила снаряд прямо перед лицом, так, что даже Аура не пострадала. Вот только это была не рука Беатрис. — Добро пожаловать в Королевский Лес, Жон Арк из Анселя, — хмыкнула Сиаран, слегка поигрывая пойманной стрелой.