Избранный Охотник

Сглотнув, блондин собрал все силы и всё же смог не опозориться перед своими знакомыми и вздрогнул от неожиданности. Не то, чтобы он пытался казаться крутым или что-то подобное, но и трусом выглядеть не желал. — Что, неужели даже не оценишь наше гостеприимство? — спросила Сиаран, продолжая поигрывать пойманной стрелой. — А ведь малышка Фарис так старалась произвести на тебя впечатление. Уверенна, сейчас ты совершенно точно не считаешь нас кучкой лесных бандитов, так? Уловив её сарказм, он не мог не усмехнуться такой отповеди для этой Фарис. Однако, быстро подавив усмешку, юноша покачал головой. — Всё в порядке, она вряд ли смогла бы меня ранить, — уже секунду спустя Жон понял, что, возможно, это был не лучший выбор слов, и, услышав злобное шипение со стороны подошедшей лучницы, получил подтверждение своих мыслей. Затем, к его удивлению и облегчению, она не стала язвить или ругаться. Наоборот, даже извинилась: — Я прошу прощения за нападение на вас, рыцарь. Я подумала о том, что вы из тех глупцов, которые готовы полезть в любую клоаку ради выгоды, и действовала излишне поспешно. Всё же ваша спутница не внушает доверия. Жон уже хотел было возмутится и защитить честь своей спутницы, но на секунду задумался. А что он о ней вообще знает? Она маг, она исследует опасных тварей и у нее был конфликт с этими ребятами что, кстати, может значить, что им в целом здесь не рады. Но тогда почему она так спокойно пошла к ним, если они не в ладах? Запутанная ситуация. Возможно, прочитав что-то на его лице, Сиаран вздохнула и прервала повисшее на секунду молчание. — Фарис, не стоит считать каждого, кто входит под сень нашего леса, врагом. Несмотря на отчаянные времена, ещё остались те, кто следует за своими идеалами. Те, кто верит, что ещё не всё потерянно и что нельзя опускать руки что бы не случилось. Разве мы сами не из таких? На это Фарис только фыркнула, но убрала лук, спрятав тот в чехол, не став спорить с его старой знакомой. — В жизни всякое бывает, госпожа. Я извиняюсь за поспешность, но и меня можно понять. Эта ведьма вечно лезет куда не надо. И думается мне, что её спутник не знает, чем именно она интересуется и куда суёт свой нос, — на это Сиаран только вздохнула, и почему-то это напомнило Жону, как его собственная мать вздыхала, когда он сам или его сестры делали нечто глупое. На самом деле, он ожидал куда более строгого выговора, ведь в него только что выстрелили. Законопослушный гражданин в нём был уверен, что на Ремнанте за такой поступок грозила тюрьма или очень крупный штраф, в лучшем случае. Хотя стоит помнить, что это место было максимально далеко от Ремнанта. Да и его самого стрела если бы и убила, то совсем ненадолго, а потому и смысла требовать наказать напавшую на него лучницу он не видел. — Всё хорошо. Наш гость не пострадал и обиды на тебя, думаю, не держит, — увидев подтверждающий кивок от блондина и не обращая внимания на неразборчивые слова его спутницы, Сиаран продолжила. — Ты еще юна и это означает, что ты ещё учишься. Тебе позволено совершать ошибки, но также ты должна понимать, насколько глупо совершать одну и ту же ошибку несколько раз. Твоё стремление защищать братьев и сестёр по ковенанту похвально, правда, и для меня честь видеть такого человека в качестве нашей Хранительницы, — именно в этот момент Жон решил вклиниться в её речь. — Извини, но ты сказала «Хранительница»? Ты ведь не имела ввиду «Хранительницу Огня», так? — на это блондин получил только смешки от Сиаран и Беатрис, да недовольный фырк от Фарис. — А что, сэр рыцарь ожидал увидеть хрупкую леди, нуждающуюся в помощи кучи мужиков, чтобы себя прокормить? Нет, такая жизнь не по мне. Я желаю помогать леди Сиаран всем, чем смогу, а не только сидеть в крепости и ждать, пока другие решают все проблемы ковенанта. — Нет, конечно нет, — быстро ответил Жон, думая, как бы объяснить своё удивление. — Просто я не ожидал, что меня атакует Хранительница. — Было бы куда хуже, если бы кто-то из младших промахнулся, верно? — вскинула подбородок Фарис. — По крайней мере, у тебя теперь будет история, как ты пережил стрелу Хранительницы леса. Можешь хвастаться этим в своих рыцарских залах. — Сомневаюсь, что они это оценят, — буркнул Жон себе под нос, представляя, как он рассказывает в столовой Бикона о том, что в него стреляли из лука. Для Охотника это не должно быть особо опасно, с учётом Ауры. Но друзья, скорее всего, всё равно бы за него переживали и не одобрили бы этого неожиданного нападения. Хотя с той же вероятностью его однокурсники от души посмеялись бы с того, что те же нехорошие разбойники надеялись причинить ему вред, подловив на повороте с таким допотопным оружием как обычный лук и примитивные стрелы, у которых в качестве наконечника вместо кристалликов Праха выступал обычный заострённый металл. — Ладно, хватит, — Сиаран махнула рукой. — Фарис, иди проверь иллюзорную стену. Убедись, что никто не последовал за нашими гостями. Лучница кивнула, бросив последний недоверчивый взгляд на Беатрис, и скрылась в чаще леса также быстро, как и появилась. Жон проводил её взглядом, до сих пор силясь осмыслить произошедшее. — Не обращай на неё внимания, — Сиаран повернулась к нему, и в её голосе послышались более тёплые нотки. — Фарис известная воительница и она многое пережила на пути к своим навыкам и положению. — Я не в претензии, — Жон покачал головой. — К тому же, при всём уважении, она действительно не могла повредить мне этой стрелой. — Аура, да? — спросила Сиоран, на что парень кивнул, вспомнив, как она уже упоминала, что ранее встречалась с рыцарем из Вейла. Если у них был огнестрел, то могла быть и Аура. — Я расскажу тебе об этом чуть позже. А пока пойдём. — Интересные у тебя знакомые, юноша, — Беатрис, до этого молча наблюдавшая за удаляющейся лучницей, наконец хмыкнула и поправила свою шляпу, стряхивая с полей невидимую пылинку. Она решила пока не откалываться от Жона. Благо пока не гонят, так что можно пройтись и послушать, о чём таком интересном здесь расскажут. Жон последовал за Сиаран, которая уверенно двигалась между деревьев, словно знала каждый корень и каждую ветку на своём пути. Колдунья шла рядом с ним, время от времени поглядывая на окружающий лес с явным исследовательским интересом. — Итак, — начала их ведущая, не оборачиваясь, — что привело молодого рыцаря с Аурой в наши земли? И не говори мне, что ты просто сопровождаешь нашу дорогую Беатрис в её… исследованиях. Блондин замялся. Вроде он уже упоминал, что сам не знает как и зачем переносится. Или она про то, зачем он пришёл в этот лес? — Это… долгая история, — наконец выдавил он. — Время у нас есть, — Сиаран остановилась возле каких-то развалин. При этом можно было разглядеть ещё несколько человек с самым разным снаряжением, что размещались вокруг. Кто-то просто сидел и скучал, некоторые общались между собой. Но все они обернулись на них, стоило им только показаться из-за деревьев. — И если ты тот, за кого я тебя принимаю — нам точно найдётся, о чём поговорить. — В каком смысле? — насторожился Жон. Сиаран повернулась и жестом пригласила его следовать за ней к каменному своду, который вёл внутрь руин. Жон с некоторым сомнением осмотрелся. Пахло сыростью и дымом, а люди вокруг смотрели на них косыми взглядами. Не самая приветливая атмосфера, как ни посмотри. Выдержав небольшую паузу и не дождавшись, пока Жон первым войдёт в арку, Сиаран одобрительно хмыкнула и пошла первая. Её мышцы не напрягались при каждом шаге, и в каждом жесте читалась повседневная расслабленность. Переглянувшись, рыцарь и ведьма последовали за ней. Воздух здесь был влажным, запах копоти перемешивался с горьковатым ароматом сушёных трав, развешанных на стенах. Тусклый огонь факелов бросал длинные тени на изъеденные временем камни, где ещё различались выцветшие барельефы — рунические письмена и символы, которых Жон раньше не видел. Но куда интереснее было видеть сидящее в пустом оконном проёме существо. Назвать это животным у Жона не получилось, даже несмотря на отдалённое сходство с кошкой. Это был здоровенный меховой шарик, с большой головой, которую Жон с трудом мог бы обхватить двумя руками. И улыбка на этой голове была, буквально, от уха до уха. Так что эта «киса» вполне могла бы перекусить человека пополам. — Здравствуй, Альвина, — поздоровалась с этим существом Сиаран. Существо медленно открыла огромные янтарные глаза с вертикальным зрачком, что на секунду расширились, но потом снова сжались в две щёлочки. Затем чудовище лениво зевнуло, продемонстрировав ряд неестественно ровных, острых зубов, и только после этого, чуть шевельнув массивным хвостом, ответило мягким, глухим голосом, больше похожим на урчание. — И тебе, дитя леса, — протянула Альвина, чуть склоняя голову. — Вижу, ты всё-таки привела того самого рыцаря… и ведьму, что любит совать нос туда, где сама Бездна постеснялась бы шевелиться. Жон невольно сглотнул. Того, что эта «кошка» окажется ещё и говорящей, он никак не ожидал. — Мы уже обсуждали: Беатрис — наш гость, — спокойно отозвалась Сиаран, складывая руки на груди. — И, как ни странно, иногда её любопытство приносит пользу. — Иногда, — эхом повторила Альвина, угол её широченной улыбки чуть приподнялся, хотя казалось, что дальше уже некуда. — В остальное время вы прибегаете ко мне с жалобами, что из трещин опять полезла всякая мерзость. — Мы всего один раз… — буркнула Беатрис, затем осеклась, поймав на себе укоризненный взгляд Альвины. — Ну, два. Но только первый раз был действительно серьёзным! — Я запомнила каждый, — невозмутимо продолжила Альвина, переведя взгляд на блондина. — Подойди ближе, рыцарь. Твоя Аура пахнет… иначе, чем я помню. Хотя при виде этого большого комка меха с бритвенно-острыми зубами его инстинкты метались между желанием пощупать мех и поднять вверх щит ради сохранения лица целым, Жон приблизился к новой собеседнице, держась в меру спокойно. При этом у него в голове настойчиво крутился один-единственный вопрос, который он не мог не задать: — Помните? Вы меня помните? — произнёс он тише обычного, но отнюдь не прошептал. — Простите, может, я неправильно понял, но… вы говорите так, будто мы уже встречались, но… — Дорогой мой, — мягко, но нравоучительно ответила Альвина, — последний раз я видела человека с Аурой, очень давно. Мне и сейчас трудно различать людей — вы меняете наряды чаще, чем деревья меняют листву. Так что я запомнила его только по запаху. Очень характерному запаху. Вокруг тебя витает похожий… но лишь похожий. Да и держишься ты совсем не так. Тот наш общий с Сиаран знакомый был куда наглее и увереннее. — То есть… вы просто спутали меня с кем-то. — Не думай об этом слишком много, — воительница в высоком шлеме хмыкнула, как будто услышала забавную шутку. — Восприятие Альвины довольно специфично, как и манера изьясняться. — Для меня это вы, люди, и те, кто только похож на людей странные, — Альвина фырунула. — Впрочем, это не умаляет моей радости от встречи с тобой, юный Жон Арк. Ты и твоя Аура могут очень помочь нашему делу. Молодой Охотник в этот момент удивлённо моргнул. Беатрис же задумчиво склонила голову набок, отчего её огромная шляпа фактически легла на ветки колдовского посоха, что был у неё под рукой. — Ну, я не то чтобы… — заговорил Жон, слегка растерявшись. — Я вообще так-то по своим делам шел. И, конечно, я не отказываюсь вам помочь, но… как бы… — Спокойно, — Сиаран всего одной команды, чтобы прервать неловкий поток слов. — Мы не собираемся от тебя ничего требовать или как-либо использовать. Просто есть одно дело, в котором нам может помочь несколько крепких бойцов — Полагаю, речь о твари на озере? — вставила Беатрис. — Той, что прячется в пещере за гидрой? — Для начала надо разобраться с самим великим змеем, — Альвина махнула хвостом, прощипев «великий змей», как какое-то ругательство. — Гидра? — Жон несколько удивился, что этот монстр уже второй раз упоминается за столь короткий строк. — Я тут недалеко столкнулся с гигантским рыцарем в черных доспехах, что обещал награду за убийство этой твари. — Это один из рыцарей Лорда Гвина, — Сиаран сказала это достаточно спокойным тоном. Но недобрый прищур Альвины намекнул, что тут все не так просто, как могло показаться на первый взгляд. — Один из рыцарей Лорда Гвина? — переспросил Жон, пытаясь припомнить, что ему рассказывали о местных порядках. Он хорошо помнил Лорда Гвендолина, который правил этими землями, и о которых ему рассказывал Солер. И вроде, Гвин тоже несколько раз упоминался. — Чёрные рыцари, — пояснила Сиаран, и в её голосе проскользнула странная смесь уважения и горечи. — Когда-то они были элитой армии Лорда Света в серебряных доспехах. Теперь же… большинство из них — лишь тени былого величия, бродящие по руинам мира, который они поклялись защищать. — Говорят, что в городе богов ещё остались рыцари в серебре, — заметила Беатрис. — Так и есть, — Сиаран пожала плечами. — И некоторые из них даже стараются поддерживать видимость былых времен. Но опаленные огнем демонов наглядно демонстрируют, чего стоит весь этот спектакль. Жон почувствовал, что уже начинает немного плавать в обсуждаемой теме. Рыцари, которые темные или серебряные, пламя демонов, спектакль… А можно как-то попроще? Хотя бы немного, просто чтобы он мог понять, о чём вообще идёт речь. — Подождите, — Жон поднял руку, прерывая поток информации и озвучивая свои мысли в слух. — Я… признаю, что не совсем понимаю всю эту историю с рыцарями и демонами. Можно как-нибудь попроще? Желательно с начала? Альвина издала звук, подозрительно похожий на смешок, а Сиаран обменялась с Беатрис понимающими взглядами. — Ты действительно издалека, — констатировала воительница без тени насмешки. — Но сейчас не место и не время для долгих и обстоятельных историй. Просто прими как данность, эти рыцари не так просты, как можно подумать. И раз уж он настолько откровенно попросил тебя что-то сделать и даже предложил награду, это повод прислушаться. — А я бы посоветовала не связываться с ними, — Беатрис не поддержала совет воительницы. — Кто знает, что у них на уме? — Думаю, это можно сказать про любого из нас, — Альвина фыркнула. — Но вернемся к нашему делу. Поможешь нам, Жон Арк? Жон на пару секунд задумался, чувствуя на себе три совершенно разных взгляда: спокойный и выжидающий от Сиаран, хищно-насмешливый от Альвины, и откровенно заинтересованный от Беатрис. И ни один из этих взглядов не придавал Жону уверенности. Но делать было нечего, а потому он просто вздохнул. — Я… не привык отказываться от просьб о помощи, — наконец произнёс он, почесав затылок. — Особенно, если речь о тварях, которые угрожают людям. Но прежде чем я что-то обещать… я хотя бы могу узнать, что именно вы хотите, чтобы я сделал? — Вот теперь я слышу слова настоящего рыцаря, — Сиаран кивнула. — Готовность помочь — это благородно. А осторожность — то, что не даёт благородным погибнуть зря. — Ну хоть не громкие и пустые клятвы, уже хорошо, — Беатрис чуть улыбнулась. — Вы похожи на маленьких котят. Даром, что некоторые из вас даже слишком стары для подобного поведения, — с непонятным намеком проговорила Альвина. Правда Жон так и не понял, на что она намекает. — Что же до помощи, то самой гидрой займутся стрелки и маги. Но их нужно будет защитить как от самой гидры, так и от тварей, что бродят вокруг озера. — Защитить магов и стрелков, — повторил Жон, кивая. — Это я могу. У меня есть щит и… ну, определённый опыт в том, чтобы принимать удары на себя. — Скромность или самоирония? — хмыкнула Беатрис. — Немного того, немного другого, — признал блондин, невольно вспоминая тренировки с Пиррой и бесчисленные спарринги, где он чаще падал, чем стоял. — Хорошо, — Альвина удовлетворённо прикрыла глаза. — Тогда отдохни пока. Нам нужно время, чтобы собраться для атаки. Да и атаковать лучше на рассвете, когда туман над озером ещё достаточно густой, чтобы скрыть наш подход. Сиаран жестом указала на один из проходов вглубь руин. — Там есть место для отдыха. Костёр, одеяла — всё, что нужно путнику. Поешь и восстанови силы. Жон не испытывал ни голода, ни усталости, но все же благодарно кивнул. Прежде чем уйти, он обернулся к Альвине: — А что насчёт той твари в пещере за гидрой? Той, о которой упоминала Беатрис? Янтарные глаза существа на мгновение сузились, а улыбка стала чуть менее широкой — насколько это вообще было возможно. — Одна проблема за раз, юный рыцарь. Одна проблема за раз. Почему-то от этого ответа Жону стало только тревожнее, но делать было нечего. Жон кивнул и, стараясь не показывать тревоги, двинулся в указанный Сиаран проход. Каменные коридоры уходили вглубь руин, и чем дальше он шёл, тем сильнее чувствовалось, что это место не просто заброшенная крепость. Здесь жили: на стенах висели связки трав, на выступах лежали аккуратно сложенные поленья, а где-то в боковых нишах мерцал мягкий свет — не факельный, а ровный, как от электрической лампочки. Пахло дымом, сыростью и ещё чем-то терпким, лекарственным. «Место для отдыха» представляло из себя просто кострище, расположено в разрушенном помещении. Одна из стен отсутствовала полностью, а часть ещё одной торчала едва ли наполовину. В общем, местечко было атмосферным, этого не отнять, а вот уютным его назвать не получалось совсем. Жон осторожно присел на камень у костра и на секунду просто замер, прислушиваясь. Где-то дальше по коридорам шуршали шаги, тихо переговаривались люди, потрескивал огонь. Снаружи, за рваными зубцами стены, лес жил своей ночной жизнью: стрекот, шелест листвы и шум далекого водопада. В любой другой ситуации Жон, наверное, даже попытался насладиться подобной атмосферой, но получилось так себе. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь уложить в голове всё, что произошло за последние часы. Руины. Ковенант. Говорящая… кошка. Гидра. И ещё эта фраза про «тварь в пещере за гидрой», которую Альвина произнесла так, будто речь не о хищнике и даже не о монстре, а о чём-то более неприятном. — Если думать так много, то можно стать магом, — раздался рядом голос Беатрис. — Я бы не отказался научиться магии, но пока не встретил никого, кто мог бы меня научить, — признал Жон чуть подвигаясь в сторону, как бы приглашая ведьму присесть рядом. Беатрис хмыкнула, но всё же опустилась на соседний камень, устроив посох между колен. Её широкополая шляпа отбрасывала причудливую тень на стену. — Как по мне, сэр рыцарь, тебе больше подошли бы чудеса, а не чародейство. Искусство магии требует острого ума, а не сильной воли. — Намекаешь, что я не очень умён? — Жон криво усмехнулся. — Вовсе нет, — она слегка покачала головой, и тень от шляпы скользнула по её лицу, на мгновение открыв бледную кожу и проницательный взгляд. — Я лишь говорю, что твой разум работает иначе. Чародейство — это наука. Это формулы, логика, понимание структуры мира и умение переписывать её усилием интеллекта. Это как решать сложнейшее уравнение в уме, пока в тебя летит топор. Она слегка приподняла посох, и над ним появился небольшой шарик голубого света. — Чудеса же… это истории. Древние сказания о богах и их деяниях. Чтобы сотворить чудо, тебе не нужно понимать, как оно работает. Тебе нужно верить. Верить настолько сильно, чтобы сама реальность прогнулась под тяжестью твоей убежденности. И судя по тому, что я поняла о тебе, ты именно такой, упрямый и безрассудно храбрый. — Я бы не назвал себя храбрым. — И все же ты не испугался, когда леди Сиаран перехватила стрелу перед твоим лицом. — Там, откуда я родом, это называют Аурой. Это проявление души, нашей жизненной силы. Её можно использовать множеством способов, но самый простой: защита. — Душа как щит… — протянула Беатрис, словно пробуя слова на вкус. — Забавно. Здесь души используют как топливо, как валюту или как источник власти. Но использовать собственную душу как доспех? Это расточительно… и в то же время восхитительно смело. Повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров. Слова Беатрис навели его на размышления. Разница между этим миром и его действительно разительна. Там душа была щитом между людьми и гримм, здесь же это гарант разума, который отнимают друг у друга или меняют на товары. Безумный мир, как на него не посмотри.