Часть 1
10 сентября 2022 г., 11:38
Трандуил мог бы начать ужинать, никого не дожидаясь, но он хотел кое-что доказать. Он хотел, чтобы сын увидел, что король ждет его, пока еда остывает. Он хотел, чтобы сын увидел его недовольство и понял, что опоздания недопустимы.
Принц ворвался в столовую, все еще одетый в грязную одежду воина. Он быстро поклонился отцу и сел за стол справа от Трандуила.
— Прошу прощения за опоздание, отец, — серьезно сказал Леголас. Потом заметил нетронутую еду и чистую тарелку Трандуила. — Я искренне надеюсь, что не заставил короля слишком долго ждать.
Трандуил мелодраматично вздохнул.
— Ты сейчас в цитадели, неужели мы не можем хотя бы один раз в день поесть вместе, Леголас? В отличии от тебя, даже я смог прийти в столовую вовремя, не смотря на то, что я управляю королевством.
— У меня нет оправданий, — виновато сказал Леголас, — только извинения. У меня слишком много свободного времени, и я даже не заметил как подошло время обеда.
Трандуил предупреждающе приподнял бровь, и его сын замолчал. Король жестом показал слугам, что можно начать трапезу. Его обслужили первым, потом слуги подошли к месту принца.
Слуга поскользнулся, но быстро восстановил равновесие, не пролив ни капли супа.
— Ой, — воскликнул Леголас, — я был бы немного осторожнее здесь…
Второй слуга собирался налить вино в чашу и был так сосредоточен на этой задаче, что тоже поскользнулся. Эльф крепко вцепился в кувшин, чтобы не разбить, но сам свалился на пол.
— Да что здесь происходит? — рявкнул король, вставая со своего места.
Леголас тоже встал и поднял одну руку, успокаивая отца. Второй рукой он помог слуге встать с пола.
— Боюсь, я виноват во всей этой суматохе, — сказал Леголас королю. Потом повернулся к слуге и опустив голову, прижал руку к сердцу. — Я искренне извиняюсь.
— О чем ты вообще говоришь? — спросил Трандуил, и впервые заметил, что одежда Леголаса не просто грязная, но и мокрая. Он наклонился, чтобы лучше рассмотреть сына, и обнаружил, что под стулом Леголаса образовалась лужа. — Твоя мокрая одежда угроза для жизни!
— Сейчас мы все исправим, ваше величество, — смиренно сказал один из слуг и помчался прочь. Через секунду слуги вернулись со швабрами и тряпками.
— Чем ты занимался? — спросил Трандуил Леголаса, который выглядит так, словно готов вскочить со стула и помочь навести порядок. Король махнул ему рукой, приказывая оставаться на месте.
— Я занимался греблей, — ответил Леголас.
— Греблей, — недоверчиво повторил Трандуил. — Ты занимался греблей?! С чего ты решил заняться этим делом?
— Гребля укрепляет мускулы, которые нужны лучнику, — сказал с вызовом принц. — Я стараюсь привести себя в форму, чтобы поскорее вернуться на поле боя.
— Лучше постарайся высохнуть побыстрее, чтобы не устраивать несчастные случаи, — прищурившись, ответил король.
Принц покорно кивнул, задумчиво прикусывая губу. Трандуил знал, что будет дальше и понимал, что для продолжения разговора ему нужно выпить вино.
— Возможно, я стал бы меньшей помехой для всех, если бы мне разрешили вернуться на действительную службу, — тихо и осторожно сказал принц.
У них уже был этот разговор раньше и даже не один раз.
— Я видел тебя на тренировочном поле, — рявкнул Трандуил. — Ты еще не в такой хорошей форме как раньше. Я не дам разрешение вернуться к твоим обязанностям.
— Но, отец… — начал возражать Леголас.
— Хватит, — оборвал его король. — Я не позволю тебе вернуться в строй, пока ты не выздоровеешь полностью. Ты вполне можешь убить кого-то своим упрямством. Это мое окончательное решение. И это приказ твоего короля.
Леголас открыл рот, чтобы возразить, но прикусил язык. В его глазах затаилась обида, но Трандуил мог с этим жить. Он не собирался отправлять сына на поле боя так рано после последнего ранения.
— Я не хочу больше говорить об этом, — сказал Трандуил. — Ты вернешься в строй, когда я так решу.
***
Брениону, который был военным министром и давним другом короля, была поручена незавидная задача — сообщить вспыльчивому королю, что его сын умирает. — Мы получили известие, что патруль возвращается с тяжелыми потерями, ваше величество, — сказал он, прерывая собрание короля с послами. — Но они не скоро доберутся в цитадель, так как некоторые из наших солдат находятся в тяжелом состоянии. Быстрая поездка только ухудшит их раны. Группа наших лучших целителей выехала им навстречу, чтобы начать лечение как можно быстрее. Будет лучше, если вы присоединитесь к ним. Удивившись такой странной просьбе, Трандуил прищурившись, посмотрел на Брениона. — Принц Леголас — один из самых тяжело раненых, — хрипло ответил министр. — Дорога все еще небезопасна, и я, как ваш генерал, посоветовал бы не подвергать одновременно вас и вашего наследника опасности за пределами цитадели. Но как ваш друг… Если вы хотите попрощаться с сыном, вы должны выехать с целителями. Только услышав имя сына, Трандуил вскочил со стула и двинулся к выходу. — Насколько все серьезно? — напряженно спросил король. — Он прикрывал отступление наших войск, — с тревогой заявил Бренион, — и был последним, кто покинул свой пост. Враг открыл по его позиции огонь, - он тяжело сглотнул и продолжил: — В вашего сына попали четыре стрелы, друг мой. Мне очень жаль. — Еще раз заговоришь со мной в таком тоне, словно мой сын уже умер, — мрачно сказал Трандуил, — и больше никогда не назовешь меня своим другом. Бренион опустил голову и кивнул, но не извинился за сказанное. Настоящие друзья не боялись говорить правду, и Трандуил должен был знать, что поставлено на карту и, что ему следует ожидать, когда он увидит своего сына. — Две стрелы попали ему в руку, — сказал Бренион, стараясь говорить спокойно. — Леголасу пришлось обломить древко, чтобы они не мешали ему стрелять. Это может причинить постоянный вред, но раны не опасны для жизни. Но меня больше беспокоят стрелы, которые попали ему в правую ногу и грудь. — Яд? — спросил Трандуил, пока они быстро шли к конюшням. — Кровотечение? — Стрела на ноге сломала кость, — ответил Бренион, — яд попал в кровь. Древко удалили, и рана заживает, но у него лихорадка, и он испытывает сильную боль. Рану на груди не смогли нормально вылечить. Наконечник стрелы отломился и застрял в ребре. Для его удаления требуется операция, которую полевой целитель патруля опасается проводить. Они ждут разрешения короля, а более опытные целители в цитадели готовы выполнить операцию. Мне очень жаль. — Он снова сглотнул. — В отчете было только это. И нам сказали поспешить. У вашего сына не так много времени. Трандуил быстро шагал вперед, желая как можно быстрее оказаться рядом с раненым сыном. Даже более молодым эльфам из его личной охраны приходилось чуть ли не бежать, чтобы не отставать от него. — Он дождется меня, — сказал Трандуил тихо и уверенно. — Он дождется меня, и когда я приеду, я не отпущу его.***
Трандуил рано закончил работу и решил найти сына. Он был уверен, что Леголас на улице. Когда король вышел из дворца, то услышал какой-то гомон, и как многие эльфы скандируют имя Леголаса, словно подбадривая. Король пошел на звук к берегу реки. Остановившись за деревьями, он посмотрел на реку. Его сын снова промок, но в отличии от вчерашнего вечера, сейчас на его лице играла улыбка. Несколько молодых эльфов собрались около лодки, которую он пришвартовал к берегу. В лодке с ним были двое эльфов, и они держали две бочки со свежей рыбой. Трандуил в ужасе закатил глаза к небу и недовольно вздохнул. Даже издалека чуткий слух Леголаса уловил этот тихий звук, и он повернул голову в сторону отца. Их взгляды встретились и свет в глазах Леголаса потускнел. Принц слегка поклонился, и его шумные, веселые спутники, наконец, заметив присутствие короля, тоже склонились в поклоне. Трандуил вышел из тени и посмотрел на дневной улов. Его сын — принц королевства, ловит рыбу. Частично Трандуил был недоволен таким неприличием, но с другой стороны он чувствовал неуверенность. Один из самых одаренных воинов королевства решил стать рыбаком? — Это очень хорошая тренировка, — отрывисто сказал Леголас, всегда быстро улавливая даже малейшие признаки гнева короля. — Кто-то должен был работать веслами, а мне нужна была дополнительная тренировка, чтобы набраться сил. И мы пополнили наши запасы продовольствия. — Лего… — начал один из эльфов, но заметив как король прищурился, быстро поправился: — то есть принц Леголас очень хорошо умеет грести. Выше по реке рыба клюет просто отлично, но мы там никогда не ловили рыбу. Мы очень благодарны ему за помощь. Трандуил не знал, что сказать, и Леголас повернулся к друзьям. — Я считаю, что лучше всего отнести рыбу на кухню, пусть приготовят ее к ужину. А теперь идите, у короля есть более важные дела, чем разговор с нами. — Спасибо за вашу службу, — сказал Трандуил, когда эльфы поклонились ему и с улыбками поспешили прочь. — Я надеюсь, что более важные дела короля не включают крик на меня, — поддразнивающе сказал Леголас, как только его друзья отошли подальше. — Это искушение, но предпочитаю от него отказаться, сын мой, — вздохнул Трандуил, — по крайней мере, на данный момент. Ты занимался этим весь день? — Не только этим, — улыбнулся Леглас, отходя от лодки. Неподалеку его ждал слуга с сухой одеждой и свежими ботинками. — В соответствии с твоими инструкциями я рассмотрел все тонкости сделки, которую ты собираешься заключить с хозяином Озерного города, — сказал он, садясь на землю и снимая мокрые ботинки. — Я заметил несколько спорных моментов и указал на них министру торговли. Он был очень любезен и решил их исправить. — Неужели? — приподняв брови, спросил Трандуил и скрестил руки на груди. Он был немного недоволен, но в то же время ему было любопытно, что именно принц решил исправить в документе, который он сам уже просмотрел. — Министр проницателен в таких делах, — сказал Леголас, расстегивая пояс и ослабляя шнурки на тунике, — но он также политик. Я думаю, что есть некоторые меры, которые мы можем предпринять, чтобы не потерять финансы, но договор будет так же выгоден для людей. Так мы сможем… Он говорил что-то еще, стягивая тунику через голову, но король уже не слушал, уставившись на все еще заживающую рану. Леголас похудел после ранения, и грубый рубец резко выделяется на бледной коже. И Трандуил теперь понял почему его сын так усердно тренируется. Когда Леголас снял тунику, король так же увидел длинный шрам на его боку. Трандуил отвел взгляд от сына, стараясь побороть тошноту от воспоминаний. — Что ж, я рад, что ты можешь применить свои навыки на деле, — отрывисто сказал он, перебивая сына. — Ты закончил? Он снова посмотрел на сына, и увидел, что беззаботная уверенность и веселье исчезли из глаз Леголаса. Сердце Трандуила дрогнуло, он хотел сказать что-то еще, чтобы утешить его, но это было не в его духе. За многие годы правления королевством он стал жестким. Леголас молча передал влажную тунику слуге, и к облегчению Трандуила, натянул сухую одежду. Потом вытер руки и кончики волос полотенцем. На берегу повисла гнетущая тишина. Трандуил понимал, что Леголас молчит не только для того, чтобы проявить покорность, но так же и для того, чтобы наказать отца. Его обычно дружелюбный и веселый сын очень недоволен тем, что его прервали. Трандуил позволил тяжелой тишине висеть над их головами, как грозовая туча. Леголас предпочитал держать язык за зубами, и отец тоже не спешил начать разговор. Окружающие их стражники начали беспокойно топтаться на месте. Не глядя на отца, Леголас, не торопясь, натянул сухую тунику и пару ботинок. — Ханнон-ле, — тихо сказал он слуге, и тот сложил грязную одежду. Трандуил чуть не рассмеялся тому, насколько его сын может быть вежливым, хотя внутри него кипит обида. Но он все же решил нарушить вызывающее молчание, чтобы поблагодарить слугу за то, что тот сделал свою работу. Закончив приводить себя в порядок, Леголас наконец повернулся к отцу и холодно посмотрел на него. — Меня ждут на тренировочном поле, — сказал он. — Возможно, тебе стоит прийти и посмотреть, какого я достиг прогресса. — Я уже закончил все свои дела. Думаю я смогу выделить время и посмотреть на твои тренировки. А потом ты можешь порадовать отца и присоединиться ко мне за ужином. Леголас разрывался между раздражением, страстным желанием порадовать отца, который редко мог отложить дела, чтобы побыть с ним, и желанием доказать свою пригодность как воина. Ответственность победила. — Я буду рад, твоей компании, отец, — спокойно сказал он. — Но меня ждет не только тренеровка. Мастер стрельбы хотел, чтобы я показал несколько уроков новичкам. Многие опытные лучники сейчас за пределами цитадели, и он говорит, что новички могут у меня кое-чему научиться. Трандуил недовольно стиснул зубы. — Что ж, приятно видеть, что ты здесь полезен. — Придет ли король посмотреть на тренировку? — спокойно спросил Леголас, хотя Трандуил увидел его умоляющий взгляд. — Похоже, мне больше нечего делать, — насмешливо сказал он, махнув сыну идти впереди. Леголас широко ему улыбнулся, и на сердце Трандуила стало легче. Его сын еще так молод, и пока не научился скрывать свои чувства.***
Трандуил мчался через лес с головокружительной скоростью. Могучий жеребец ждал короля около конюшни, пытаясь вырвать уздечку из рук конюха и сердито стуча копытами по земле. Он явно разделял желание Трандуила лететь не сбавляя скорости. Личная охрана короля изо всех сил старалась не отставать от него, ведя на поводу запасную лошадь на случай, если жеребец устанет. Но конь доставил Трандуила в лагерь патруля в рекордно короткие сроки, и все еще готов был скакать дальше. Конь попятился и заржал, недовольный, что его остановили. — Ты очень понравишься Леголасу, — сказал Трандуил, спешиваясь и передавая поводья конюху. — Когда ему станет лучше, ты станешь для него подарком. Его тут же встретили взволнованный полевой целитель и начальник дозора. — Хирурги с вами, ваше величество? — спросил молодой целитель. Он не имел опыта и знаний о серьезных травмах, которые имели старшие целители, находившиеся в цитадели. Командир патруля бросил предупреждающий взгляд на молодого целителя и сначала поклонился Трандуилу, прежде чем заговорить. — Леголас жив, ваше величество, но ему срочно нужна помощь опытного лекаря. Мы пытались вернуть его в крепость, но нам пришлось разбить здесь лагерь, так как дальше его нельзя передвигать. — Хирурги приехали со мной, — сказал Трандуил. — Отведи меня к сыну. Командир пошел впереди, король последовал за ним, а встревоженный целитель наступал им на пятки. Они прошли мимо утомленных и раненых солдат. Все были мрачными, когда кланялись королю, но Трандуил игнорировал печаль и жалость в их глазах, молча шагая к палатке офицера, где лежал его умирающий сын. Палатка была небольшой, но в ней было тепло и светло. Леголас лежал на столе, с него сняли тунику, почти вся левая рука была обмотана чистыми белыми бинтами. Не этого он ожидал, когда мчался сюда. Тяжело было видеть своего раненого ребенка. Но хуже всего была тишина. Король предпочел бы, чтобы Леголас пинался, кричал и боролся, чтобы встать, а не неподвижно лежал на столе, словно уже умер. Леголас медленно повернул голову, чтобы взглянуть на вновь прибывших. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел отца. Сердце Трандуила застыло от муки в глазах сына, но молодой целитель протиснулся мимо него и рванул вперед, чтобы помешать принцу двигаться. — Леголас, — успокаивающе сказал он, нежно, но настойчиво беря принца за плечи. — Тебе сказали не перенапрягаться. — Вспомнив о присутствии Трандуила, он с опозданием поправился: — Ваше высочество. Леголас зажмурился, стараясь справиться с болью, все его тело застыло. Потом он понимающе кивнул и снова опустил голову на стол. На его лбу выступил пот и он тяжело дышал сквозь стиснутые зубы. Дрожь пробежала по его телу, он отвернулся от всех и тихо застонал. Но в маленькой палате все прекрасно слышали любой звук. Целитель настойчиво махнул королю, чтобы тот подошел ближе, и Трандуил шагнул вперед. Он опустился на колени перед сыном и осторожно положил руку на его голову. — Я сказал не посылать за королем, — сказал Леголас прерывистым голосом, не поворачиваясь от отцу. — Тебе не следовало приходить. На дорогах опасно. — Я именно там, где должен быть, Леголас, — сказал Трандуил, едва сдерживая дрожь в голосе. Принц покачал головой. — Нет. Пожалуйста, я умоляю тебя. Тебе нужно идти. Здесь небезопасно. Здесь небезопасно для короля… — Успокойся, мой принц, — от входа палатки послышался знакомый голос. Тауриэль, капитан из сильванов, прибыла в лагерь, чтобы возглавить патруль Леголаса. Принц повернулся и пристально посмотрел на нее. Она смело шагнула вперед. — Я клянусь своей жизнью, что никто не причинит вреда ни тебе, ни королю, пока вы здесь, — сказала она, — никто вас не побеспокоит. — Периметр? — спросил Леголас, немного успокоившись. — Мы расставили часовых, — с уверенностью подтвердила она. — И все воины, которые могут путешествовать, готовятся отправиться в безопасную цитадель. — Принц открыл рот, чтобы спросить еще о чем-то, но она опередила его. — Враг, устроивший засаду на ваш патруль, отступил, и сейчас за ним охотится новый патруль. Я также пришла сюда с новыми воинами, и мы сможем обеспечить охрану короля. Леголас облизнул пересохшие губы и удовлетворенно кивнул. — Спасибо, капитан. Трандуил тоже с благодарностью посмотрел на нее. Она понимала, что солдат в Леголасе не сможет найти покоя, пока его долг перед королем не будет выполнен. — Я могу помочь чем-то еще, ваше величество? — Ты можешь вернуться к своим обязанностям, Тауриэль, — ответил король. — Спасибо, — она повернулась, собираясь уйти, но перед уходом остановилась в нерешительности. — Я благодарю тебя за мужество от лица всех, Лего… Принц Леголас, — быстро поправилась она. — Все знают, что ты сделал для них, и чем рисковал. Мы все очень хотим, чтобы ты поправился, и для нас будет честью снова сразиться рядом с тобой. — Закончив говорить, она поклонилась и сразу ушла. В конце концов, все знали, зачем пришел Трандуил. — Они думают, что всё знают, — подумал король, — но они ошибаются. Я здесь не для того, чтобы прощаться. Я здесь, чтобы заставить моего сына бороться за жизнь.***
Леголас побежал на тренировочное поле, а Трандуил подошел к забору, около которого стоял его старый друг и военный министр Бренион и наблюдал за новичками. — Ваше величество, — весело приветствовал он Трандуила. — Признаюсь, я пришел, потому что мне сказали, что будет тренироваться твой сын. Я скучал по его тренировкам. Приятно также видеть тебя здесь. — Утром он ничего не сказал мне о тренировке, — фыркнул король. — Леголас еще не полностью выздоровел, хотя мне кажется, что все об этом забыли. — И все же он лучше, чем большинство! — заявил Бренион, его энтузиазм нисколько не уменьшился от мрачного настроения Трандуила. Они спокойно наблюдали, как мастер стрельбы из лука дает инструкции новичкам, а молодые эльфы занимают свои позиции у края поля. Леголас ходил среди них, поправляя и давая указания, а иногда и одобрительно кивая. — Когда здесь и король, и принц, новички будут стараться изо всех сил, — сказал весело Бренион. Новички выпустили стрелы, и мастер вместе с Леголасом, прищурившись, посмотрели за мишени и начали что-то тихо обсуждать между собой. Потом подозвали трех лучших лучников, которые выстроились в линию, готовясь к следующему залпу, а слуги перетащили мишени еще на несколько шагов дальше. Трое молодых лучников выглядели серьезными и явно хотели произвести хорошее впечатление. Остальные новички принялись со смехом их подстрекать. Трое лучников выпустили стрелы, и Леголас с мастером объявили победителя, который гордо выпрямился. Потом застенчиво посмотрел в сторону короля, и Трандуил склонил голову в честь его победы. Молодой лучник повернулся и бросил на товарищей торжествующий взгляд. Как и следовало ожидать, новички упросили Леголаса выйти на поле, чтобы продемонстрировать свое мастерство. Хотя он только недавно вступил в ряды воинов, принц уже приобрел репутацию отличного лучника. Он взял лук и полный колчан стрел, которые ему передал ухмыляющийся мастер. — Он в хорошей форме, — заметил Бренион Трандуилу. — Он держит равновесие, и у него хорошее самообладание. Он мог бы стать отличным хирургом с такими проницательными глазами и твердыми руками! Трандуил слабо улыбнулся другу, подавив желание забрать у сына лук, потом повернулся в сторону Леголаса. Он хотел пожелать Леголасу удачи, хотел удостовериться, что его сын достаточно поправился, но с другой стороны, он хотел, чтобы Леголас проиграл, и таким образом он мог бы подольше остаться дома в безопасности. Леголас быстро выпустил три стрелы подряд, и каждая попала в центр мишени, к восторгу восхищенной публики. — Дальше! — закричали лучники, и Леголас, смеясь, кивнул слугам, которые отодвинули мишени дальше. Трандуил был так же очарован, как и другие, когда Леголас не только снова попал в цель, но и разбил все три стрелы, что застряли в мишени. Лучники в восторге закричали и замахали руками. — Он может еще лучше! — крикнул Бренион, не в силах сдержаться. Леголас посмотрел в их сторону и застенчиво улыбнулся отцу. Трандуил кивнул ему, и Леголас приказал, чтобы цели снова отодвинули. И почему-то в душе короля начала подниматься злость на сына. Он подошел поближе к лучникам, и Бренион весело пошел следом. Как и раньше, Леголас поразил цели прямо в центр, расщепив уже застрявшие там стрелы. Бренион и новички были в восторге, но Трандуил все больше сердился. Особенно, когда заметил как Леголас рассеянно потирает рану на плече. Возможно рана просто чешется, возможно он просто решил поправить тунику. Но для Трандуила это не имело значения, и на него накатил необъяснимый гнев. — Дальше, — рявкнул он. Бренион, Леголас и мастер услышали гнев в его голосе, хотя остальные лучники ничего не заметили. Слуги немедленно выполнили приказ, и Леголас неуверенно посмотрел на отца. — Что ж, лучник, — сказал ему Трандуил, — покажи на что ты способен. Леголас сделал то, что ему сказали, с гораздо меньшим энтузиазмом, но с такой же точностью. Невнимательные молодые эльфы по-прежнему были счастливы. — Дальше, — снова приказал король, и слуги снова отодвинули мишени. Спина Леголаса напряглась, но он прицелился и снова точно выстрелил. — Превосходный выстрел! — сказал мастер, надеясь снять напряжение. Он начал аплодировать, и новички последовали его примеру. Но они тоже почувствовали беспокойство среди старших воинов. — Дальше! — снова рявкнул Трандуил, и Леголас повернулся к нему с неуверенной умиротворяющей улыбкой. — Ваше величество, — мягко сказал он, — возможно, вы слишком многого ожидаете от своего покорного слуги. — Стреляй, — приказал Трандуил, и Леголас посмотрел на него с едва скрываемой обидой и замешательством, но выполнил приказ. Хотя стрела не расщепила предыдущую стрелу, она все же попала в центр мишени. — Ты лучше попадал даже в движущуюся цель, Леголас, — холодно сказал Трандуил. — Дальше! Бренион повернулся к нему уже открыв рот, но король бросил на старого друга пристальный взгляд, предупреждая не вмешиваться. Бренион стиснул челюсти, но умудрился держать язык за зубами. Леголас глубоко вздохнул и снова прицелился. Стрела снова попала в центр мишени, но и отец и сын все больше злились друг на друга с каждым выстрелом. — Дальше! — приказал Трандуил. И Леголас решил, что с него достаточно. Он выстрелил и стрелы вонзились перед ногами слуг, предупреждая чтобы они не двигались. А потом он молниеносно выпустил оставшиеся в колчане стрелы в цель. Опорожнив колчан, Леголас отбросил лук и сердито посмотрел на отца. Трандуил приподнял брови от неповиновения сына. Окружающие их эльфы поняли, что пора сматываться. — Соберите все стрелы, — приказал мастер, — если вы сможете их найти! — Мишени чуть ли ни в дне ходьбы отсюда, — пошутил Бренион, и эльфы вокруг неуверенно засмеялись. Новички разошлись, и Леголас тоже, молча, ушел. Трандуил и Бренион смотрели, как он с гордо поднятой головой уходит прочь, потирая заживающую рану на ноге. — Возможно, ты причинил ему вред своими приказами, — сказал Бренион напрасно надеясь юмором разрядить обстановку. — Это только доказывает, что он еще не поправился, — с мрачным удовлетворением ответил Трандуил. — Такая стрельба должна быть для него пустяком. — Ваше величество, позволите мне говорить свободно? Трандуил прекрасно знат, что хочет сказать ему друг. — Раньше мне никогда не удавалось остановить тебя, — насмешливо сказал он. — Итак, говори. — Мне тоже было тяжело смотреть на него, когда он был ранен, — начал Бренион. — Когда ты привез его домой, он был полумертвый. И чудо, что он выжил. И после долгого пути он снова встал на ноги. После такого серьезного ранения он не может сразу вернуться в прежнюю форму. — Если он еще не в такой же хорошей форме как раньше, — указал Трандуил с сарказмом, — значит не выздоровел. — Неужели ты не видишь, насколько он продвинулся? — спросил Бренион. — И даже в такой форме, он все равно лучше большинства наших воинов. Возможно даже лучше всех. — Если он не в прежней форме, значит недостаточно поправился, — упрямо повторил король. — Но он достаточно поправился, — возразил Бренион. — Верни его к строй, друг мой. Пусть даже не на поле боя, но хотя бы в цитадели. — О, разве ты не слышал? — иронично спросил Трандуил. — У него уже есть чем заняться. — Я слышал, что наш бесстрашный лучник ловит рыбу, — улыбнулся Бренион. — И благодаря замечанию Леголаса, министр финансов пересматривает наши торговые соглашения. Но вы с этим ребенком перевернете все королевство с ног на голову, если он не вернется туда, где ему самое место. — Его место там, где я скажу! — Он убьет себя, пытаясь стать лучше. Он думает, что ты считаешь его слабым. — Разве ты только что не видел его высокомерное представление? — усмехнулся Трандуил. — Леголас знает, насколько он хорош, что бы я ни говорил. — И все же он хочет услышать это от тебя, — насмешливо сказал Бренион, и король сердито посмотрел на него. — Он не может читать твои мысли, друг мой, — более примирительно сказал министр. — Он думает, что ты считаешь его слабым. Ты должен исправить это, пока он не накрутил себя. Трандуил хотел бы рассердиться, но в сердце закралась печаль. Он вспомнил искреннюю улыбку Леголаса, гордость во взгляде сына, когда он радовался, что отец наблюдает за его стрельбой. — Он не будет дуться. — Но ты все равно должен поговорить с ним, скажи ему то, что он должен услышать. — И что я должен сказать? Бренион пожал плечами. — Правду. Он в хорошей форме и готов вернуться и исполнить свой долг, но ты — нет. Трандуил не собирался этого отрицать. Бренион его давний друг, и прекрасно мог читать между строк. — Разве я не имею права на это? — прошипел король. — Я никогда ничего не прошу у этого царства. Бренион прекрасно знал, что он имел в виду. Король требует от всех подчинения, но как отец он отдает слишком много. — Я просто хочу, чтобы он был в безопасности хотя бы ненадолго. — Ты имеешь на это право, — мягко сказал Бренион. — Но Леголас этого не знает. Он не знает, что значит быть отцом. Он не поймет, пока ты ему не скажешь. Ты держишь его здесь не из-за его слабости, а из-за своей любви. Трандуил вздрогнул от этого слова, вспоминая, когда в последний раз слышал слово "любовь".***
Молодой целитель оставил Трандуила и Леголаса одних, чтобы встретить вновь прибывших хирургов и обсудить с ними планы лечения принца. Король внезапно испугался, не зная как позаботиться о сыне. Он даже боялся коснуться головы Леголаса, вдруг даже таким легким прикосновением может причинить боль. Его сын выглядел слишком хрупким. Леголас хрипло дышал, борясь за каждый вдох. Его кожа стала настолько бледной, что почти сливалась с бинтами. Дрожь прошла по телу принца, на лбу выступил пот. — Хирурги здесь, сын мой, — сказал Трандуил, — скоро тебе станет лучше. Глаза Леголаса были открыты, но он ничего не видел, потерявшись в мире боли. Но все же коротко кивнул, показывая, что услышал слова отца. В палатке было очень-очень тихо. Трандуил только теперь осознал насколько соскучился за болтовней Леголаса. Король погладил сына по золотистым волосам, стараясь утешить. Леголас слегка вздохнул и немного расслабился. — Я бы предпочел… — прошептал Леголас, и Трандуил наклонил голову, чтобы услышать его. Они много веков не стояли так близко друг к другу. — Я бы предпочел, чтобы ты не видел меня в таком состоянии, но я благодарен за то, что ты со мной. Это прозвучало как прощание, и Трандуил судорожно сжал пальцами прядь волос сына. — Спасибо за любовь, отец. У Трандуила перехватило дыхание, и глаза наполнились слезами. Он не ожидал услышать такого. Возможно, он не заслужил любви и благодарности сына. Леголас всегда легко проявлял свои чувства, но никогда не просил ничего взамен. Левой рукой Трандуил погладил Леголаса по голове, а другой взял сына за руку. В последнее время они редко прикасались друг к другу, и Трандуил почувствовал, как его колебания улетучиваются. Он наслаждался моментом, больше не нуждаясь в словах. — Ваше величество, — сказал Маенор, входя в палатку. Он был самым старшим и опытным целителем в королевстве. — Я хотел бы сказать вам пару слов. Трандуил сжал руку Леголаса еще раз и хотел встать, но сын врепче вцепился в руку отца, притягивая его ближе к себе. Трандуил с удивлением посмотрел на него. — Я уйду всего на мгновение, — мягко сказал он сыну. — Если он будет говорить обо мне, — сказал Леголас с отчаянием в глазах, — то пусть говорит тут, отец. Я заслуживаю право знать. Маенор обеспокоенно посмотрел на короля, но Леголас был прав. Это было справедливо, и Трандуил не мог отказать ему, когда он находился в таком состоянии. — Все, что ты хочешь сказать, — сказал король целителю, — ты можешь сказать здесь. Маенор с трудом сглотнул, но шагнул вперед и постарался говорить спокойно. — Мы обсудили варианты лечения принца Леголаса, — сказал он, — и нам нужен ваш мудрый совет, как действовать дальше. — Он многозначительно посмотрел на Трандуила, чтобы король мог понять серьезность ситуации, и без слов спрашивая стоит говорить перед Леголасом. Трандуил кивком подтолкнул его продолжить. — Полевой целитель хорошо позаботился о ране от стрел на руке и ноге, — сообщил он. — Нам остается только содержать их в чистоте. Но сломанный наконечник пронзил кость… — Он глубоко вздохнул и снова многозначительно посмотрел на Трандуила. — Продолжай, — нетерпеливо приказал король. — Рана очень серьезна, — сказал Маенор. — Наконечник стрелы отломился и застрял в ребре. Операцию необходимо сделать быстро. Нам нужно сделать разрез, чтобы достать осколок. Процедура будет чрезвычайно болезненной, даже если мы дадим обезболивающие травы. Но сегодня… Маенор снова вздохнул и продолжил: — Но сейчас мы ничего не может вам дать от боли. Ты слишком слаб, Леголас, и если мы дадим какое-то лекарство, оно может привести в затруднению дыхания и сердцебиения. Но без лекарства, боль будет невыносимой. — Он посмотрел на короля, решил одним махом покончить с этим трудным делом. — Я говорю о боли, которая скорее всего, может убить тебя. Мне очень жаль. Трандуил напрягся как тетива, готовый вскочить и наброситься на обидчика. Но Леголас все еще не отпустил его. — В качестве альтернативы, — кротко сказал Маенор, — мы можем оставить наконечник стрелы на месте, и принц сможет прожить несколько часов, возможно, даже несколько дней, чтобы успеть попрощаться с теми, кого он любит. Мы можем устроить его поудобнее, чтобы он… — Не может быть и речи, — мрачно сказал Трандуил. Он посмотрел на Леголаса и обнаружил, что взгляд его сына снова стал рассеянным. Интересно, сколько из их разговора он услышал. — Ваше величество, — начал умолять Маенор, — он сможет прожить несколько дней. Зачем подвергать его лишней боли? Он может умереть в агонии. — Потому что он переживет операцию, — сказал Трандуил. — Он сможет вынести эту боль. Менор был настроен скептически, но как он мог отказать королю? Он стоял, как вкопанный, беспомощный, надеясь убедить Трандуила, что Леголаса нужно отпустить. И он хотел знать, что думает сам пациент. В конце концов, страдать придется Леголасу. Принц с трудом перевел взгляд с целителя на отца. «Сражайся за меня. Сражайся за меня. Сражайся за меня», — взглядом умолял Трандуил сына. — Как прикажет король, — устало сказал Леголас, глядя на отца с кривой улыбкой. — Мне просто придется все пережить.
