Рай

Утро встретило принцессу Кенни головной болью. Когда в покои вошла Мари, предварительно постучавшись и не получив ответа, девушка изо всех сил сопротивлялась пробуждению. Она старалась поглубже зарыться в подушки, но нежный голос служанки забрал у неё остатки сна. — Ваше Величество, прошу, вставайте. Пришло время для Вашего утреннего омовения и завтрака со всей семьёй. — Нгх, — принцесса с трудом поднялась с кровати. Её растрёпанные волосы лезли в лицо и она никак не могла их убрать. Головная боль мешала ясно мыслить. — А повара говорят, сегодня будет великолепный завтрак, — продолжала говорить Мари, помогая принцессе встать и раздеться. — В честь чего? — сонно проговорила Кенни. — В честь того, что Ваш брат, Ваше Величество, вчера стал полноправным наследником, — ответила Мари. Кенни вспомнила все события вчерашнего дня. В голове немного прояснилось. — Но ведь это было вчера. И праздничный завтрак был вчера… — удивилась Кенни. — Король очень щедр, — мягко сказала Мари, — он даже выплатил всем королевским слугам по 3 золотые монеты! — служанка убрала таз с водой и начала осторожно вытирать тело принцессы мягким полотенцем. — Очень щедр… по 3… а всего слуг… — принцесса Кенни принялась рассуждать, произнося отдельные слова вслух. Числа, появившиеся в её уме, ей совсем не понравились. — Да, это очень… щедро. Мари помогла принцессе Кенни одеться и перевела её волосы в порядок. Служанка вышла из покоев, прихватив за собой тележку с колёсиками, а девушка ещё несколько минут сидела на кровати, обдумывая слова Мари. «Отец действительно так рад вчерашнему дню? Он столько денег вчера потратил на торжество, карету, одежду, бал… дорогое вино… Это из-за матери? Или всё же.? Но столько денег… да ещё и завтрак… а, может, и обед, и ужин…» — только прошедшая голова вновь разболелась от всех этих мыслей, поэтому принцесса Кенни встала и прошлась по покоям, стараясь думать о чём-нибудь приятном. Успокоившись, она вышла из комнаты и направилась в обеденный зал. За столом уже сидели король Кэрол и принц Карен. Принцесса Кенни удивлённо оглядела стол: на нём сейчас находились лучшая еда для завтрака, какую только можно позволить. Кенни села на своё место и бросила взгляд на брата. Увиденное ей совсем не понравилось: бледное усталое лицо, немного покрасневшие глаза. Однако же он с огромным аппетитом уплетал свой завтрак. Король Кэрол, с невозмутимым видом поедавший свою порцию, услышав звук двигающегося кресла, удивлённо взглянул на принцессу Кенни. — Доброе утро, дорогая дочь. Не думал, что и ты соизволишь прийти к нам, — по тону короля было понятно, что его настроение уже было немного подпорчено. — Доброе утро, дорогие брат и отец, — просто ответила принцесса Кенни. — Доброе утро, дорогая сестра, — ответил Карен. Увидев вполне искреннюю улыбку на лице брата, Кенни облегчённо выдохнула и принялась за еду. Она была действительно очень вкусной, и принцессе пришлось изо всех сил стараться продолжать следовать всем правилам этикета для королевской семьи. Когда король Кэрол окончил завтрак, все присутствующие встали из-за стола. Принц Карен уже хотел было направиться в комнату, в которой у него обычно проходили различные уроки, на которых его обучали дисциплинам и наукам, необходимым хорошему правителю, но король заметил это и сказал сыну: — У тебя был тяжёлый день вчера, сын, и ты с ним хорошо справился. Сегодня можешь отдохнуть, — король Кэрол добродушно улыбнулся. — Спасибо, отец, — с улыбкой облегчения ответил принц Карен. Когда отец вышел из зала, направившись исполнять свои обязанности, парень повернулся к сестре. — Не желаете ли Вы, дорогая сестра, провести немного времени со мной в саду? — спросил он с улыбкой, косясь на стражников, стоявших у двери. — Я принимаю Ваше приглашение, дорогой брат, — стараясь не слишком заметно хихикать, ответила Кенни. Брат и сестра вышли из зала, миновали насколько коридоров, зачем-то прячась от всех попадавшихся им на пути людей, будто они снова дети, и вышли из дворца, но не через главный вход, а через скрытую от посторонних дверь. Она вела сразу в прекрасный цветущий сад с каменными тропинками. Брат и сестра шли медленно, наслаждаясь прогулкой и тёплой погодой. Некоторое время они молчали, не зная, с чего начать. — Отец сегодня начал завтрак без всей семьи, — задумчиво сказала Кенни. — Ах, это… — Карен немного поник, — так вышло, что маме было очень плохо и она не могла выйти из спальни, а Кевин сказала, что не будет сегодня есть. Поэтому отец и тебя не стал ждать. — Ох, — только и ответила Кенни. Она действительно не ожидала, что это зайдёт так далеко. Они ещё немного помолчали. — А как ты об этом узнал? — вдруг поинтересовалась Кенни. — О маме рассказал отец, а Кевин… кхем… я сам к ней ходил рано утром, — вид Карена сделался немного виноватым. — И тебя никто не заметил? — взволнованно спросила Кенни. — Никто, я умею хорошо скрываться от всех, — с гордой улыбкой ответил Карен. Кенни хихикнула. — И как ты только встал так рано… Меня-то еле разбудила Мари! И зачем ты к ней ходил? — Я, просто… — неуверенно начал Карен, — на самом деле я плохо спал. Вернее, почти совсем не спал. Я не мог уснуть из-за всего, что было вчера и… из-за мамы. Каждый раз, закрывая глаза, я видел её. Мне даже было немного страшно, — неловко улыбнулся Карен, увидев, что Кенни прикрыла рот ладонью. — Я хотел с кем-нибудь поговорить, а её покои ближе всего. Ты бы видела её лицо, когда я её разбудил! — Карен невесело засмеялся. — Я ей всё то же самое рассказал, что и тебе, а она в ответ сказала, что сегодня из комнаты не будет выходить, потому что не хочет видеть родителей. Вот и всё, — Карен улыбнулся, но вышло немного натянуто. — Ох, Карен… Пойдём в беседку, — Кенни взяла брата за руку и ускорила шаг, направляясь к беседке. — Зачем? Мы можем просто погулять. Тебе напекло голову? Мы можем вернуться во дворец. — Да нет же! — отмахнулась Кенни, заводя брата в уютную беседку. Она огляделась и, увидев, что вокруг никого, села на скамейку, похлопав по коленям. — Можешь лечь на меня и отдохнуть. Ты ведь совсем не спал! У тебя очень усталый вид и глаза красные. Я волнуюсь. Прошу, поспи хотя бы чуть-чуть! — взмолилась Кенни. Карен вздохнул и сел рядом с ней. — Спасибо, — тихо сказал он, наклонившись к уху сестры, а затем лёг головой ей на колени и прижался к Кенни. — Отдыхай, — так же тихо сказала девушка, погладив брата по волосам. Она и сама откинулась на спинку скамьи, прикрыв глаза. Вскоре оба уснули, наслаждаясь покоем, птичьим щебетом и шуршанием листьев. Через час Карен проснулся. Увидев, что Кенни ещё спит, он решил не будить её и продолжил лежать на её коленях, стараясь не не тревожить сестру. Он прислушивался к её мерному дыханию, думая о чём-то приятном. Но лежать так ему пришлось недолго: через несколько минут Кенни тоже проснулась и опустила взгляд. Встретившись глазами с братом она улыбнулась. — Доброе утро? — весело сказала она. — Доброе утро, — кивнул Карен в ответ, вставая с колен сестры. Они ещё немного посидели на лавочке, а затем встали, поправляя одежду и причёски, и продолжили свою прогулку, разговаривая о всяких мелочах. После обеда Кенни, скрываясь от всех, пробралась в покои Кевин, чтобы навестить её. — Ох, стоит девушке закрыться в своих покоях, как к ней начнут приходить все её близкие люди, — театральна приложив тыльную сторону ладони ко лбу, сказала Кевин. — Ох, а у тебя ещё кто-то был? — подыгрывая сестре, спросила Кенни. — Был и не один! — горестно сказала Кевин. — Вначале Карен пришёл ко мне ранним утром, — Кевин хихикнула и, наклонившись к уху сестры прошептала, — а потом сам граф Рассел. — Как? — неподдельно удивилась Кенни. — Прямо в твои покои? — Ох, нет, что ты, — смеясь ответила Кевин. — Вовсе нет, он просто прокрался к моей двери и попросил меня выйти. Уму не приложу, как он это сделал, но до того, как я ему ответила, стражники схватили его и куда-то увели, — продолжала смеяться девушка. — И это всё правда? — недоверчиво сощурилась Кенни. — Может быть, — хитро ответила Кевин. Внезапно послышался стук в дверь. — Ваше Величество, разрешите войти, — то был голос служанки принцессы Кевин. Кенни притихла, стараясь скрыть своё присутствие. — Нет! — резко ответила принцесса Кевин, вмиг поменяв свой тон с весёлого на серьёзный. — Если я не могу выйти, то никто не может войти! — Простите, Ваше Величество, я попробую зайти к Вам позже, — послышались удаляющиеся шаги. Когда они стихли, сёстры засмеялись, как в детстве, когда они так же вместе сидели у кого-то из них в покоях, когда это не было им разрешено. Тогда даже иногда приходилось прятаться под кроватью. Поговорив ещё немного на приятные темы, стараясь избегать разговоров о родителях, сёстры расстались. Кенни осторожно ушла в свои покои, а Кевин так и осталась в своей. Следующие две недели прошли незаметно. Посидев в своей комнате ещё два дня, Кевин соизволила показаться на свет. За такую выходку она получила порцию нотаций от матери, которая, к слову, стала выходить из покоев только через день после бала. Еда больше не была настолько роскошной, однако она была явно дороже, чем до торжества. Король Кэрол заказал новых лошадей и несколько раз уезжал на охоту с несколькими придворными. Некоторые слуги говорили, что король сделал ещё одну выплату, но на этот раз не такую большую и не всем слугам при дворе. Карен с каждым днём выглядел всё менее и менее усталым. Он с головой погрузился в свои занятия, а иногда даже брал дополнительные, так что в некоторые дни семью его совсем не видела. Принцесса Кенни стала замечать, что Мари начала вести себя намного дёрганно, иногда не к месту оглядывалась и говорила тише, чем следовало бы. — Не долго мне тут осталось, — сказала она однажды вечером, омывая принцессу. Она и сама не заметила, как сказала это. — Как? Почему? — удивилась девушка. — Ох, простите, Ваше Величество, я ничего плохого не хотела и не хочу сказать, но… говорят тут всякое… но это всё просто разговоры, Ваше Величество, Вы не обращайте внимания. А вот мне страшновато. Ведь, если что случится… Нет, не могу я. Хочу последние дни прожить с семьёй. Да, много что говорят, но Вы не волнуйтесь, это всё просто выдумки глупых завистников, ничего более. — А что говорят? — не унималась принцесса Кенни. -— Простите, Ваше Величество, но я не могу сказать, никак не могу. Ведь то, что говорят, это настоящая измена, — сказала Мари, понизив голос до шёпота. — А мне этого не надо, нет. Вот найду себе хорошую замену… В тот вечер, как ни старалась принцесса Кенни, она не смогла больше ничего узнать от служанки хотя бы ещё чуть-чуть, у неё ничего не вышло, и уснула она тогда с неясным настроением и не до конца оформившимися мыслями в голове. Ей снилось что-то тревожное, неприятное, но на утро принцесса Кенни никак не могла вспомнить, что же это было.