Волк

      Люди расползлись по всему земному шару, вольготно расположившись даже в самых отдаленных его уголках, как ни каламбурно это звучало. А еще выказали нетерпение своего соседства с другими представителями разумных существ, из-за чего возникали вечные войны, конфликты, длившиеся ни одно столетие. Но время шло, а человечество всё больше расширяло границы своего влияния. Именно поэтому другим высшим расам пришлось уйти в тень и приспособиться к диктовавшему свои порядки миру. Слишком поредели их и без того уже немногочисленные ряды за время непрекращающейся войны. Слишком осторожны и осмотрительны стали те, кто нашли себе место уже в человеческом теле.       

***

      Ничего не предвещало приключений, шестое чувство мирно спало, и Ильдар, растянувшись во весь свой немалый рост на диване рядом с Женей, смотрел какой-то очередной увлекательный фильм, неотрывно следя за разворачивающимися на экране действиями. Стрелка часов приближалась к полночи, но какая разница, если завтра можно спать хоть до обеда, радуясь в душе, что все нужные дела были сделаны, а новых срочно-обморочных пока на горизонте не маячило. Но, тем не менее, Ильдар то и дело поглядывал на горевшие в углу экрана монитора часы. Вставать было неохота, хотя уже надо бы сделать это пятисекундное дело, но, как назло, напряженный момент фильма не давал покинуть нагретого места.       Телефон, до этого спокойно лежавший на тумбочке, внезапно разразился громкой трелью входящего звонка, перекрывшего конец диалога, разыгрываемого персонажами на экране. Не увидев метнувшийся недовольный взгляд Жени в свою сторону, как на нарушителя, по вине которого одна тысячная часть такого интересного фильма была безвозвратно утеряна, Ильдар хотел уже было скинуть вызов, спихнув всё на спам-рекламу, если бы не высветившееся имя знакомого. Это было одно из тех имен, по которому сразу определялось: если уж человек лично решил позвонить, то явно что-то случилось, и случилось что-то непростое.       Пару фраз, из которых лежавший рядом парень сумел расслышать только «капец», «ехать», «деньги», и в следующую секунду Ильдар уже стоял в прихожей, натягивая пальто (весна весной, но всё же не месяц май) поверх домашней футболки и шорт, и что-то проверяя в карманах.       − Я быстро, − прозвучало уже с порога не успевшему вставить и слово, с удивлением наблюдающего всю эту картину Жене.       − Ага, − негромко ответил парень то ли к закрытой двери, то ли к самому себе, думая, что надо было всё-таки смотреть фильм не по телевизору, а в интернете, там хоть можно было поставить на паузу, а тут уже и смысл потерялся. Решили, называется, вспомнить былое, когда люди еще не были избалованы различными подписками и огромным выбором.       Пройдя обратно в комнату и рухнув на диван, накидывая поверх себя еще хранившее тепло одеяльце, Женя попытался вновь уловить суть происходящего на экране, и ему это даже получилось сделать. И настолько хорошо, что очнулся он от просмотра только в тот момент, когда кинолента вновь была бессовестно прервана назойливой рекламой.       Экран телефона, за которым потянулся парень, чтобы проверить, не написали ли что срочное в соц сетях, пока он выпал из виртуального пространства, и правда показал, что пару сообщений всё же успели прилететь. Бегло просмотрев и коротко ответив на них, он хотел было крикнуть Ильдару внезапно пришедшую мысль, одну из тех, что кажется важной только в моменте, но не успел, её перебила другая. Он-то думал, что мужчина был в другой комнате, но вовремя спохватился, что на деле тот уже довольно давно вышел на улицу и до сих пор не вернулся. По крайней мере, звуков из прихожей, говоривших об обратном, не было слышно.       Почуяв неладное, стараясь не накручивать себя раньше времени (может, просто затянулся разговор), Женя подошел к окну и выглянул во двор, вдруг что-то да увидит в свете фонаря, горевшего у подъезда, и в бледновато-белом сиянии полной луны, единолично занявшей треть всего неба, затмив собой еле мерцающие звезды.       Но на улице никого не было. Лишь поблескивал еще сырой асфальт от прошедшего недавно дождя, и неподвижно стояли умытые деревья, еще недавно радостно шумевшие листвой от бесконечно льющегося потока воды с неба, смывающего с них пыль большого города.       Грызущее чувство внутри неприятно возрастало, хотя Ильдар – человек взрослый, и во всякие глупости точно не будет встревать. Но мысленные уговоры по типу «заболтался» не успокаивали от слова совсем. Не внесли душевного равновесия и те факты, что телефон мужчина забыл дома, наверно, с расчетом на то, что на те несколько минут отсутствия он ему не понадобится, а время уже успело начать отсчет нового дня, перевалив за полночь. Не выдержав и плюнув на какие-то рамки приличия (если уж дело настолько серьезное, можно было человека и в дом пригласить, а не морозить в ночи), парень подошел к шкафу и выудил первые попавшиеся под руку штаны и кофту. Наспех натянув вещи, умудрившись смахнуть со стоящей рядом тумбочке какую-то мелочевку, от чего та рассыпалась по полу и тут же запряталась по углам на радость барабашкам (или кто там еще в сказках играючи ненадолго крадет вещи хозяина), но решив, что сейчас есть дело поважнее её поиска, Женя выскользнул за дверь, не утруждая себя даже выключением света в квартире, ибо мысли были заняты совершенно другим.       Улица встретила его ночной тишиной. Конечно, относительной в рамках большого города, с его неумолкающим потоком вечно бегущих людей и летящего транспорта, но всё же, по сравнению с днем, это можно было засчитать за тишину. Окинув двор беглым взглядом, выхватывая то тут, то там пятачки света от фонарей, Женя не увидел ни знакомого силуэта Ильдара, ни гипотетической машины у подъезда, на которой мог приехать в столь поздний час внезапный гость, ни вообще каких-либо людей в пределе их двора. Не было слышно и разговоров на улице, лишь до сих пор не желающий успокаиваться ветерок играл с каким-то выброшенным мимо мусорного бака пустым пакетом от чипсов, от чего едва слышно раздавались царапающие звуки от волочения его по асфальту.       Подумав, что стоять на месте и чего-то ждать (или в данном случае, кого-то) будет не так эффективно, Женя быстрым шагом решил немного пройтись по двору возле подъезда, старательно не подпуская к себе уже стоящие у кромки сознания мысли о том, что что-то случилось, и вообще пора вызывать милицию и скорую помощь. Хоть и думая о хорошем, парень смотрел по сторонам, изучая мельком чуть ли не каждое дерево и куст, в глубине души боясь увидеть под ними знакомый силуэт.       Казалось, что воображению было мало итак нарастающей тревоги, ощутимо участившегося пульса и мелькающих в голове картин, от которых хотелось набрать 112. Иначе, как объяснить взявшееся чувство того, что за ним кто-то наблюдает, неотрывно следя из темноты? Не сбавляя шаг, молодой человек несколько раз прошелся по двору, размышляя, ждать ли ему до утра или звонить в полицию уже сейчас. Хотя, с формулировкой «вышел час назад поговорить со знакомым и не вернулся» шансов, что его не развернут с типичным ответом «когда убьют, тогда и приходите», немало, если только не настоять на принятии заявления и заведении дела, ссылаясь на букву закона. Ага. В час ночи спорить с полицией ему только и не хватало. Хотя других вариантов пока не было: мало ли, что там на самом деле за «старый знакомый» такой объявился.       Почти настроившись на звонок со всеми вытекающими последствиями, Женя уже было подошел к подъезду, но поток мыслей в голове резко прервался появившейся впереди фигурой, перегородившей путь к двери.       Огромная собака. Черная, неотрывно смотрящая крупными желтым глазами прямо на единственного находившегося перед ней человека, стоящая на всех своих четырех конечностях, которым ничего не стоит в два прыжка достигнуть жертву, забредшую на чужую территорию. Парень застыл на месте, подобно восковому изваянию, с выставленной вперед правой ногой, с чуть приподнятой на носок левой, и с засунутыми в карманы куртки руками, пальцы которых сейчас сжимали под собой ткань, пытаясь тем самым не дать эмоциям страха взять вверх над ситуацией. Но сделать это было ой как непросто, иррациональный страх на то и не поддающееся логике чувство, что его сложно обуздать. Хотелось убежать, прикрывая руками голову, или забраться на одно из растущих рядом деревьев, надеясь, что взявшейся из ниоткуда собаке надоест караулить внизу, и она сама уйдет, или позвать какого-нибудь прохожего, случайно оказавшегося в этот час неподалеку и готового отвлечь внимание на себя, открыв тем самым доступ к подъезду. Но на деле Женя просто стоял, будто ожидая первого шага от пса. И стоило ему увидеть, как тот сделал этот осторожный шаг навстречу, по всему телу прокатилась волна мурашек, а исходящий теперь страх, казалось, можно было не то, что учуять, даже потрогать. Но пес (а пес ли?) продолжал осторожно приближаться, неслышно передвигая лапами по мокрому асфальту, чуть опустив морду и смотря так, будто говорил «не бойся». И Женя слушался, сам не зная, почему и как, оставаясь на месте. Не дойдя буквально каких-то пару десятков сантиметров, чтобы не уткнуться носом в замершего человека, пес замер и склонил голову.       − Ты что-то от меня хочешь? – прошептал тот, кто чувствовал, как тело мелко потряхивает от страха, и изумленно-неверяще смотрел теперь на то, как в ответ ему голова собаки качнулась в ответе «да». Решив, что как-нибудь потом подумает над тем, когда у него начались беды с головой, и когда он начал понимать животных, Женя рискнул сразу спросить еще один вопрос, − Ты меня знаешь? – на что получил еще один кивок и укрепляющееся сомнение в своей адекватности.       Не успев переварить происходящее, парень, недолго думая о том, стоит ли окончательно рушить устои привычного мироздания, задал контрольный вопрос, пришедший в голову, стоило заглянуть в мерцающие желтые глаза, ярко выделяющиеся среди абсолютно черной шерсти:       − Ильдар? – ответный кивок был последним гвоздем в крышку гроба прежнего мира.       

***

      Если еще какое-то время назад Женя думал, что после фильма он спокойно заснет и проснется только ближе к обеду следующего дня или вовсе уже после того, как солнце начнет отсчет к закату, то сейчас парень вообще сомневался, что ему удастся поспать.       Во-первых, как-то неспокойно было в принципе находиться в одном помещении с волком, который на самом деле Ильдар, но выглядит-то в эту минуту как самый настоящий волк: с острыми зубами, большими когтями и мощными лапами, то есть, весьма устрашающе для любого нормального городского человека, к которым и причислял себя Женя. Единственное, что выдавало человеческую сущность, были глаза, весьма умно и понимающе смотревшие на парня, переливаясь золотистыми оттенками в свете, льющимся с потолка квартиры.       Во-вторых, голову забивал просто целый рой вопросов, назойливо жужжащих, и от которых было не так просто отмахнуться. Из-за них Женя, едва зайдя обратно в квартиру и рухнув на диван перед потухшим монитором уже никому не интересного телевизора, внимательно уставился на следовавшего за ним пса, который волк, который на самом деле вообще-то Ильдар, а тот, в свою очередь, примостился аккурат напротив парня на пол, не став забираться на сам диван.       Сев по-турецки и сцепив перед собой пальцы в замок, Женя на всякий случай решил еще раз уточнить происходящее, внутри лелея надежду, что показалось.       − Ильдар, это ты? – вопрос прозвучал с интонацией «я сошел с ума и разговариваю с собаками, которые на самом деле волки». А то, что всё-таки это был волк и никак иначе, было понятно уже давно. Вот прямо образцовый такой волк, черный, как на картинках в интернете. Только тут он был в реальном мире, в обычной такой квартире, а не среди маленьких и больших елочек, которых перед новым годом утаскивают в дома из лесу. И вполне реально так кивал головой в ответ на человеческий вопрос, на который, по сути, настоящий волк, который не-Ильдар, не смог бы ответить, а он смог.       − И как давно ты умеешь превращаться в, − Женя запнулся, подумав, что слово «животное» может прозвучать как-то грубо, − В волка? − на это не было никакой другой реакции, кроме как внимательного взгляда усевшегося напротив зверя, − Ладно, расскажешь это позже, − пытаясь сохранять спокойствие выдохнул тот, кто раскладывал царивший хаос по полочкам в голове с переменным успехом, − Ты скоро сам сможешь превратиться обратно в человека, да? – неприкрытые нотки надежды и уверенности в своей правоте заставили волка громко фыркнуть, словно если бы Ильдар закатил глаза и произнес «ну что за бред». И такая реакция ни капли не обнадеживала, − Так, ладно, − голос Жени дрогнул от волнения и осознания того, что тут дело будет не таким уж простым, как ему показалось, − Ты знаешь, что делать? Как тебе вернуть человеческий вид? – сидя уже, как на иголках, ощущая такое напряжение во всем теле, будто от ответа, как минимум, зависела его жизнь, а как максимум, жизни их обоих, спросил он.       Тут волк-Ильдар повел себя совсем странно: лег на пол, прикрыл передними лапами глаза, скрестив их на своей черной морде, и коротко проскулил, будто признавая, что помощи от него в этом вопросе ждать тщетно.       − Ладно, − Женя коротко выдохнул, − Ладно, хорошо, − решив последовать старой фразе «утро вечера мудрее», парень благоразумно выключил свет и повалился на кровать, решив отложить все вопросы на более свежую голову, − Доброй ночи, завтра что-нибудь точно придумаем, − проговорил он в темноту, из которой донеслось лишь шумное фырканье, означавшее то ли согласие, то ли пожелание доброй ночи, то ли какую-то иную мысль, возникшую в волчьем уме.       

***

      Утро парня впервые за всю его жизнь началось настолько нестандартно, что точно уже ничего не переплюнет такого пробуждения. Как минимум, до этого он просыпался от мягких кошачьих лапок, маленьких и аккуратных, а сегодня ему в лицо прилетало не просто лапой, лапищей, да еще и волка, забравшегося-таки на кровать и теперь возвышающегося на всех четырех конечностях над ничего не подозревающим человеком и тыкающимся то холодным носом, то не такой уж теплой лапой в лицо и шею бедному Жене, не ожидавшему столь варварского нарушения сна.       Хотя бедным можно тут назвать ни столько самого парня, как его психику, давшую сбой в матрице, стоило глазам открыться и увидеть, кто именно его разбудил. Секунда, и Ильдара оглушил сиплый, но сильный крик не на шутку перепугавшегося человека, от чего тот, от греха подальше, отскочил от него к двери, а сам парень метнулся в противоположную сторону к окну и уже от туда ошалелыми глазами пытался сообразить, что, где и почему, собственно, происходит. Волк же терпеливо ждал, пока парень соберет всю мозаику в голове из обрывков вчерашнего дня, поблескивая янтарными глазами с другого конца комнаты.       Судя по тому, что дыхание Жени постепенно выравнивалось, а взгляд становился всё менее диким, мозаика-таки складывалась.       − Ильдар? – вместо ответа волк медленно подошел и легонько ткнулся носом в ладонь, от чего парень ощутил сначала влажный след от носа, а потом горячее дыхание, опалившее кожу, − Прости, если напугал, − на такое извинение за утреннюю встряску он снова почувствовал, как волк ткнулся в его ладонь, − Ну что, − собираясь с мыслями и понимая, что время не ждет, − Надо бы перекусить и начать искать решение, − бодрым голосом проговорил Женя, всерьез настроенный поскорее вернуть Ильдара в привычный человеческий вид, а вот как это сделать, тут уж всезнающий интернет в помощь.       Не теряя больше ни минуты, наскоро заглотив разогретую еду, благо, не пришлось возиться с готовкой, которую парень и так весьма и очень недолюбливал, спихивая этот вопрос на Ильдара, не забыв покормить миссис Пимпл, на удивление, не обращающую никакого внимание на внезапно обзавёдшегося шерстью хозяина, он вновь завалился на кровать с ноутом, а с левого боку, грея его шерстью, пристроился волк. Оба начали погружение в мировую паутину. Ну, или как оба, скорее, Ильдар полностью взвалил всё на Женю, а сам мирно посапывал рядом, лишь изредка лениво приоткрывая глаза, наблюдая мелькающие на экране статьи и картинки.       Спустя всего какой-то час или полтора парню начало казаться, что его мозг взорвется от льющегося с экрана бреда. Магия, колдовство, шаманы, обряды и прочая дичь сыпалась на его бедную голову, грозившую разболеться от такой экзекуции. Не, он, конечно, допускал мысль о том, что есть, возможно, какие-то высшие силы, но не вот такие же долбанутые, ну серьезно.       Решив всё-таки довести начатое за один присест, чтобы уже не возвращаться на эти сайты в ближайшее время, где призывно горели банеры «сниму деньги за ваше проклятие», «найду мужа», «уведу жену» и прочая мельтешащая дребедень, Женя потратил еще часа два, но в итоге остановился на более менее внушающих доверие способах. Тем более, что они относились к категории «как заставить обернуться оборотня обратно человеком», а Ильдар в своем нынешнем состоянии как раз очень даже и походил на оборотня. Хотя больше на обычного волка, ну да ладно. Где гарантия, что те, кто описывали их во всяких трактатах, книгах вообще вживую сами видели их? Может, они вообще исключительно на россказни других ориентировались?       − Ты точно не знаешь, как всё вернуть назад? – в который раз обратился к Ильдару Женя, внимательно смотря в горящие желтые глаза, в которых, кажется, мелькало вполне человеческое раздражение. Сейчас одним взглядом в ответ на вопрос не ограничились, а предупредительно низко рыкнули и поднялись на все четыре лапы, немного провалившись ими в мягкий матрас − Ладно, всё, понял, не злись, − примирительно подняв обе ладони перед собой, произнес парень, − Итак, я нашел пока два способа, которые можно попробовать, − возвращаясь к горящему экрану, начал Женя, − Первый – это натереть тебя какой-то смесью трав, после чего ты должен обрести форму человека, ну а второй еще проще и банальнее – облить тебя святой водой, − смиренно ожидающий предстоящее «веселье» волк лишь тихо и жалобно проскулил, − Прости, но тебе, наверно, лучше остаться дома, пока я ищу всё это, если кто-то признает в тебе волка, будет непросто отмазаться, да и собаки весьма недружелюбно вроде реагируют на волков, − Женя задумался на счет последнего предположения и решил всё же уточнить интернете, забив интересующий вопрос в новой вкладке, − А еще есть третий, но надеюсь, судьба не будет столь жестока и мне не придется, как в сказке, собирать крапиву ночью и шить тебе из нее рубашку или покрывало, что там было вообще, − услышав в ответ на такое фырканье рядом, парень и сам не сдержал улыбки, − Да, слушай, что пишут на форуме, − бегло пробегая по тексту глазами, Женя зачитал отрывок статьи, − Многие собаки, почуяв запах волка, не идут по его следу, а с поджатым хвостом и вздыбленной на загривке шерстью спешат к ногам хозяина и не отходят от него. Мне пришлось наблюдать, как гончая собака, войдя в комнату, где лежал убитый волк, оскалила зубы и отрыгнула ранее съеденную ею половину зайца. Фу, мерзость, − не удержался от комментария парень и скривился, − Вырезав подхвостовые железы у старой убитой волчицы, мы предлагали понюхать баночку с ними нескольким собакам. У большинства из них были четко видны признаки страха, − Короче, − закрыв вкладку с описанием, решив, что суть они поняли, − На улице тебе находиться будет подозрительно, − заключил Женя, посмотрев на внимательно слушающего его волка, который Ильдар, и отложил ноут с намереньем как можно быстрее найти всё необходимое и попытаться вернуть мужчине человеческий вид.       Пока он собирался, его мучал вопрос, который он не решился обсудить с тем, кто всё равно не смог бы пояснить его, но который возник после прочтения статьи, относящийся к магической херне: оберег, одновременно проклятие и благодать, способен наделить существо способностями превращаться и в зверя, и в человека. Но должен он быть всегда на теле, ибо иначе форму не изменит и жизненную силу потеряет хранитель. Только вот что за оберег такой, который Ильдар постоянно мог носить на теле, Женя не понимал, и не мог припомнить что-то конкретное. Но какой-то частью себя чувствовал, именно это ключ к разгадке.       Тем не менее, ноги уже несли парня по направлению к рынку за травами и за святой водой...