Ночь для звезд

Вопреки ожиданиям, в следующую секунду Амарант обнаружила себя не в мрачной темнице с цепями и залитым кровью полом, а в совершенно обычной светлой гостиной. Правда, выглядело помещение слишком идеально — так, что было очевидно: в этом доме не жили на постоянной основе. Поттер трясло и мутило, голова кружилась, пульсируя и грозя взорваться. Она бы упала, но кости словно окаменели, продолжая держать мучимую агонией оболочку в положении стоя. Она честно пыталась дышать, но легкие не хотели наполняться воздухом. Амарант не видела Грин-де-Вальда, но вдруг почувствовала, как ей бережно заправили выбившиеся пряди за ухо, а шею обожгло горячее дыхание. Стало по-настоящему жутко. — Можешь присесть, раз тебе так плохо, — вроде буднично, но как-то по-особенному тихо произнес волшебник, отойдя на несколько шагов. Кости и мышцы тут же перестали жить своей жизнью, и Амарант, не устояв, упала на колени. И поняла, что наконец может дышать. Она кое-как поднялась, цепляясь за зачехленную мебель, жадно глотая кислород. Тошнота отступила. — Какого черта вы со мной делаете? — хрипло спросила Поттер, подняв на вынужденного собеседника яростный взгляд. Темный маг разразился безумным смехом. — Ты понимаешь, как это звучит, девочка? — отсмеявшись, спросил Грин-де-Вальд, приподняв светлые брови. Щеки Амарант против ее воли налились пунцовым. Она все-таки опустила глаза, злясь на себя за слабость, на волшебника за то, что вызывал в ней неправильные чувства. Она забавляла его, и ему это нравилось. — Чего вы хотите? — Поттер честно постаралась, чтобы голос звучал твердо, но страх позорно исказил его. Волшебница нащупала палочку в ножнах, но почему-то не смогла заставить себя ее использовать. Ощущения были схожи с теми, что Амарант испытывала на балу, не будучи способной перестать танцевать. — Я лишь хочу быть твоим другом, Амарант Поттер, — Грин-де-Вальд вновь подошел к девушке и слегка наклонился, так, чтобы их лица оказались на одном уровне. — Друзей из дома не похищают, — прошептала девушка. Голос почему-то сел. — Мир — по сути невероятно сложная и жестокая машина, Амарант, иногда приходится идти на крайние меры. Уж извини, — волшебник выпрямился, развел руками. — На что ни пойдешь, чтобы привлечь внимание женщины, да еще какой! Избранной, с печатью Вечности… — Вы о Метке Этернитас? — у Амарант загорелись глаза. — Вы знаете, что это на самом деле и кто ее поставил? — Значит, Этернитас… древнеримская Богиня… любопытная интерпретация, — мужчина задумчиво покачал головой. — В юности я знавал мага, который баловался подобными материями… — Это был Альбус Дамблдор? — Амарант тут же пожалела о том, что спросила. Грин-де-Вальд резко сократил расстояние между ними до нуля. Его пальцы вцепились в девичье горло, и Поттер снова разучилась дышать. Ей казалось, она сгорает заживо, пламя сдирает с нее чернеющую кожу. Боль, сплетенная с жаром, проникала все глубже по нейронной сети. Амарант не кричала — хрипела, царапая руку мага до крови, но мужчина будто не замечал багровых борозд от ногтей жертвы. — Никогда не смей говорить об этом… — Грин-де-Вальд отвлекся на собственную ненависть, но этого оказалось достаточно. Он утратил контроль над девушкой. Кошмарные ощущения притупились, и Амарант смогла использовать палочку: выхватила ее из ножен и рассекла пронизанный напряжением воздух, в упор ударив мага оглушающим. Мужчину отбросило на несколько метров, однако сознание волшебник не потерял. Грин-де-Вальд зло зарычал, вскакивая на ноги и обнажая бузинную палочку, чтобы по-настоящему наказать дерзкую девчонку… Но Амарант в комнате уже не было.

***

Амарант не могла продолжать бой. Ее все-таки стошнило, аппарация далась девушке очень тяжело. Магия вновь перенесла ее на кладбище Годриковой Лощины. Камень могильной плиты Игнотуса Певерелла приятно холодил голову. Волшебница была бы рада вернуться домой — в особняк Поттеров — но в обычное время поместье было защищено антиаппарационным барьером, а тратить драгоценные секунды на выбор и воссоздание в памяти окрестностей в момент битвы являлось непозволительной роскошью. Поттер заставила себя погрузиться в свежие светлые воспоминания о семье и хрипло, почти отчаянно выкрикнула: — Экспекто Патронум! С палочки радостно потекли серебристые нити, сияние сгущалось, набирая силу, разгоняя вечернюю темноту, и в следующий миг перед Амарант возник большой манул, сверкающий, словно мириады падающих звезд. Но у волшебницы не было сил гадать, куда пропала привычная лань, и девушка прошептала пересохшими губами: "Найди Генри Поттера, скажи ему: кладбище Годриковой Лощины…" И манул убежал, растворился во мгле поступающего вечера. А Амарант позволила себе потерять сознание.

***

Волшебница пришла в себя через двое суток уже в особняке. Флимонт, будучи на седьмом небе от облегчения, сразу же позвал родителей. Генри и Эмбер также искренне обрадовались возвращению правнучки. На празднике вспышку портала заметили сразу. Генри тут же бросился искать Амарант и очень испугался, не найдя ее. Виновница торжества пропала, и прием по-быстрому свернули. Наследники и наследницы с матерями спешно отправились по домам, главы родов стали думать, как действовать дальше. Началась подготовка к поисковому ритуалу, но потом в открытое окно влетел серебристый манул и полуживым женским голосом, в котором с трудом узнали голос Амарант, сообщил о месте нахождения исчезнувшей. Дальше было дело техники. Колдомедик, осматривавший бессознательную девушку, сообщил о магическом истощении и отравлении астрального тела инородной стихийной магией. — Помимо этого, я бы сказал, что тут поработали магией крови, — задумчиво произнес целитель. — Здесь определенно использовали подобие принуждающего волшебства, но это точно не был простой Империус. Кровь — хороший проводник даже на большом расстоянии, все дело в ней… Когда Амарант услышала медицинское заключение, у нее появилась мысль, как связать этот диагноз с реальностью. Неприятная, досадная и пугающая догадка… Чистый ингредиент. Какова вероятность, что эта сданная в анонимном порядке субстанция попадет именно в руки темнейшего волшебника современности? Какова вероятность, что этот маг случайно опознает проклятые дары донора и заинтересуется ими? Волшебница нервно расхохоталась. До злых слез на глазах. — Ничего, Амарант, ничего, — Генри успокаивающе положил руку ей на плечо. — Мы активировали всевозможную защиту, Грин-де-Вальд не сможет добраться до тебя, пока ты в особняке. А осенью ты отправишься в "Хогвартс", там барьеры еще мощнее, и Дамблдор, его злейший враг, к тому же, рядом. Дамблдор, которого мы должны устранить… Грехи наши тяжкие… Н-да уж…