Нити судьбы

Эрик вернулся быстро и закрыл дверь. — Ребят! Идите сюда все! — позвал он. Эмили посмотрела на Люцифера. — Вернулся… — Кто еще вернулся? — спросил у девочки архангел. — Эрик. Ты чего ругаешься? — спросила она. — Эрик? Я не ругаюсь, а возмущаюсь! Просто очень неприлично. — Видимо, у него новости. Пошли. — Да, да, идем. Самому интересно, что ему наговорили Винчестеры. Они спустились. Франц и Говард уже были здесь. Они обернулись на них. — Идите сюда, — кивнул Эрик. — Кое-что обсудим. — Выяснил что-то? — поинтересовался Люцифер, первым спустившись к парням. — Да, Винчестеры уехали, насколько я понял. Они некоторое время не будут представлять для нас угрозы. — Они реально уехали? — не поверил Эрику архангел. — Я теперь должен уйти? Люцифер расстроился. Он думал, что дольше сможет побыть с ними. — Нет. Боюсь, теперь вы все должны уйти. — Почему? — расстроилась Кэти, спустившись последней. — Мы ведь только начали проводить время вместе! — Согласен, — поддержал девочку Люцифер. — Я тоже не хотел бы уходить. — Потому что теперь у нас есть другая проблема, — сказал Эрик. — Наш отец отсутствует уже неделю. Этого времени предостаточно, чтобы выполнить все свои дела, а значит даже уже сейчас он может сидеть в самолёте и лететь обратно. — Разве это помешает? Не вижу в этом проблемы, — удивился Люцифер. Эмили вздохнула. — Лучше тебе не знать… Вам не стоит знакомиться… — Я не хочу из-за какого-то типа уходить. Сомневаюсь, что он представляет опасность. Я ведь дьявол всё-таки, — напомнил архангел. — Он не представляет для тебя опасность. Ты представляешь опасность для него. Их общение с Эмили тебе, мягко говоря, не понравится. — Ну тогда я останусь с малышкой и буду приглядывать за ней. — Мы уйдём, — сказал Говард. — Не хочу мучать Эмили. Кэт, если хочешь, пойдём с нами. — Не хочу вам мешать, Говард. Идите без меня, — отказалась Кэти. — Вот и сваливайте! — обиделся Люцифер. Говард вздохнул. Он хотел что-то сказать, но взгляд на него Франца заставил демона заткнуться. Эмили посмотрела на него. — Ты идешь с нами, — сказала она. — и не смей возражать! Вдруг за окном послышался вой волков. Франц сглотнул. — Твою мышь! Мы опоздали! — Почему опоздали? — не понял Люцифер. — Папа приехал… — объяснила Кэти. Франц посмотрел на Говарда. — Видимо, придётся знакомить… — Похоже… — поняла к чему все идет Кэти. — Пожалуй, пойду его встречу. Может это поможет… — Я с тобой, — кивнул Эрик и пошёл к двери. — Че все прямо так плохо? — удивился Люцифер, видя реакцию Лоранов. — Он не будет тебе рад, — сказал Франц. — А ты ему, когда узнаешь ближе. — Это уже не тебе решать, — бросил архангел. — Верно. Но я знаю вас двоих… — Ну а я не знаю, по-твоему? Я сам разберусь, с кем мне ладить, а с кем нет… — А ты стерпишь, если кто то начнёт наезжать на Эмили? — вспылил Франц. — Пусть только попробует! Франц вздохнул. — Можете уйти. — Поздороваюсь, — вздохнула Эмили. — Ну а я? Мне то че уходить? Выгоняете меня? Она взяла его за рукав. Эмили была смурнее тучи. — Ну что? Я уже запутался! То уходи, то останься. Определитесь уже, а! — Мы с тобой уходим наверх. Они — остаются. — А так сразу нельзя было? — начал возникать Люцифер, последовав за Эмили. — Прошу тебя, не злись, — тихо проговорила она. Эрик с Кэти вышли из дома. Отца остановили волки. Но он был не один. С ними была Октавия, их тётя. — Тётушка, — прошептал Эрик и направился к ним. — Надеюсь Люцифер не устроит ничего, — почти помолилась Кэти. — Этого уже не избежать, — сказал Эрик. — только если они уйдут. Они подошли к ним. — Пап, тётушка! Марлон и Октавия посмотрели на них. — Эрик, Кэти! Дорогие мои, — улыбнулась Октавия. Эрик обнял её. — Мы совсем не ожидади, что вы вернетесь так скоро, — сказала Кэти, обняв их. — Вы бы хоть позвонили, — улыбнулся Эрик. — Простите, дорогие. Ваш отец не любитель предупреждать заранее. Марлон обнял дочь. — Но мы правда рады, что вы приехали, — сказала та, стараясь не подавать виду, что что-то не так. — Пап, нам есть что вам рассказать. Говорю сразу, вам это не понравится… И ещё, мы дома не одни… — Эрик, если вы дома не одни, то я рад и тому, что дом на месте. — Пап, братик прав, сомневаюсь, что тебе понравится наш гость… — Ну пойдёмте. Какую ещё адскую зверушку вы притащили? — Как точно он приметил, — прошептала Кэти на ухо брату. — Это… Мягко сказано, — улыбнулся Эрик. Оба взрослых посерьезнели. — Что случилось? — Что-то не так? — заволновалась Кэти. — Давайте мы… Войдем в дом и я все вам объясню. — Как Франц? — Слегка простыл. Но в целом в норме. — Эмили? Говард? — Да, вот с этими ситуация похуже… Они едва не погибли несколько раз… — В каком плане? — заволновался Марлон. — Винчестеры. Они были здесь… — Так почему все ещё живы? — Есть причины. Поговорим потом. — Ладно, пойдёмте. Объяснитесь позже. — Вы только не злитесь, ладно? — осторожно попросила Кэти, следуя за братом и отцом. — Да, верно подмечено… — кивнул Эрик. — Что вообще Винчестеры тут делали? — Ну… Кое кто от них сбежал и мы его… Прячем… — Кого? — Люцифера, — вздохнул Эрик. — Люци… Что?! — воскликнули они оба. Эрик посмотрел на них. — Окей, первая реакция нормальная… — Вы не думайте ничего плохого! Он с Эмили и Эриком поладил. Он не опасен. Ну почти… — добавила девочка Марлон вздохнул. — Я уехал на неделю! За неделю вы готовы устроить апокалипсис! Пойдёмте, будем разбираться. Он пошёл к дому. Октавия пошла с Эриком и Кэти. — Боюсь все закончится очень плохо… — предположила Кэти, взяв брата со руку. Он догнал отца. — Папа! Я прошу тебя, ничего не говори Эмили. Можешь? — Ладно. — И не нарывайся, пожалуйста, — предостерегла отца Кэти. — Если он разозлиться, то всем нам будет не весело. — Погодите, он знает, что Эмили антихрист? — Так точно, — кивнул Эрик. Марлон вздохнул. — Ты знаешь моё отношение к ней, но она в опасности рядом с Люцифером. — Мы тоже так думали. Но это не так, пап. Он защищает её. — Вот оно что? Разберёмся. Они вошли наконец в дом. — Тётушка! — крикнул Франц. Эмили резко обернулась. Она выглянула. — Тётя! Она бросилась к Октавии и обняла её. Та погладила её по спине. — Девочка моя… — И вы из-за них такой беспорядок устроили? — удивился Люцифер, увидев пришедших. — Да я их как мух прихлопну! — Спешу напомнить, вы в моём доме, — спокойно проговорил Марлон. Да, тон был спокойный, но это был тот самый тон, который означал проблемы для Говарда и Эмили. Тем не менее, Марлон не переходил в наступление. Он пошёл по тактике Эрика и слегка поклонился. — Полагаю, Люцифер? — Кто ж еще! А ты кто такой? — спросил Люцифер, вплотную подойдя к мужчине. От Марлона исходила аура влиятельного человека. Он без страха посмотрел в глаза Люциферу. — Отец всей этой троицы, Марлон Лоран, — ответил тот. — Да неужели? Думаешь мне есть какое-то дело до этого? Надеюсь ты не такой идиот, как Говард, и не будешь нарываться, — грубо ответил архангел. — То что Говард идиот, с этим я соглашусь… Францу пришлось сильно постараться, чтобы заткнуть Говарда и не дать ему убить всю ситуацию. — А кто с этим поспорит? Это же факт! — согласился Люцифер. — Так, ну все, не бесите его дальше, — шикнул Франц. Марлон слегка улыбнулся, явно довольный тем, что в очередной раз вывел Говарда из себя. — Я то спокоен, — перебил Франца архангел. — Но твой папаша мне не нравится. На вас он совсем не похож. — Возможно, и на то есть определённые причины и моя вина. Но озвучивать этого не буду, — сказал Марлон. — Мне жить осталось все равно недолго, так что мне терять нечего. Даже тебе я буду говорить все, что думаю. Он отошёл от Люцифера и пошёл наверх. — Вот как? — не ожидал такого ответа Люцифер. — Могу помочь отправить тебя на тот свет прямо сейчас. Архангел возник перед Марлоном, поднимающимся по лестнице, тем самым остановив его. Улыбка на его лице не предвещало ничего хорошего, а когда его глаза загорелись красным, ни у кого не осталось сомнений, что произойдёт что-то плохое. Марлон вздохнул. — Ты можешь, конечно, это сделать. Но ты уверен, что тебя самого за это не возненавидят? Он кивнул на Эрика и Франца, в панике за ними наблюдавших. Да, Марлон был строг, но дети его любили. — Тогда и их убью… — уже не так уверенно ответил Люцифер. Марлон посмотрел на него, а после, будто что то почувствовав, обернулся на Эмили. Она стояла, уткнувшись в пол и опершись о стол. Марлон вновь посмотрел на него. — Что-то я сильно в этом сомневаюсь. — С чего вдруг? Думаешь не смогу? Да легко! — Люцифер подошел к Эрику. В его руке показался ангельский клинок, которым он замахнулся на парня. Эрик дёрнулся назад, но тут его оттолкнул уже Говард. Франц вскрикнул, но Говард не дал ему броситься к брату на помощь. Эмили остановила Октавия. — Иди сюда! — прикрикнул на Эрика и, схватив того, притянул обратно к себе и стал дожидаться реакции Марлона. — Я не закончил. — Люцифер! — крикнула Эмили. — Ты обещал! — Да погоди ты, — остановил тот девочку. — Что, плевать на сына? — Все, что мне было нужно, я выяснил. Эрик не просто так упомянул мне про Эмили и я хотел понять в каких вы с ней отношениях. Не таким образом, правда. Но я знал, ты ему не навредишь. И это не спор, это утверждение. Тебе нет смысла этого делать. Встав за Эриком так, чтобы Марлон видел, все что он делает, Люцифер поднес клинок к горлу бедного парня. Марлон уже забеспокоился не за жизнь, а за состояние сына. Эрик был бледнее смерти. — Люцифер, отойди от него! — уже прикрикнула Эмили. Марлон посмотрел на него. — От меня чего ты хочешь? — спросил Марлон. — Показать на что я способен. Вот так я с легкостью могу перерезать тебе глотку, — сказав это, он рассек клинком воздух буквально в нескольких сантиметрах от шеи Эрика. Эрик в панике оттолкнул Люцифера, однако нож полоснул по его плечу. Эрик вскрикнул. Франц бросился к нему, как и Марлон. — Ты че? Совсем уже? Ты же мог себя убить! — опешил Люцифер, не ожидавший такого. Архангел быстро подошёл к парню и излечил порез. Эрик отпрянул от него, тяжело дыша. Эмили бросилась к ним и оттолкнула Люцифера чуть назад. — Да вы че? Я ж пошутил. Не хотел я тебя убивать. И в мыслях такого не было. Ты эт не злись, — начал поспешно извиняться Люцифер, осознав, что перегнул палку. Марлон помог сыну встать. Эрик приложил руку ко лбу. Он не слышал. Эрик мелко дрожал всём телом и едва стоял на ногах. Эмили сглотнула. — Эрик… — Я… Пойду пожалуй… — Ты вряд ли сейчас куда нибудь уйдёшь. Он взглянул на младшего сына. Казалось, с появлением Марлона в доме установился определённый порядок. Франц пулей сбегал на кухню и принёс Эрику воды. Марлон усадил его на диван и повернулся к Люциферу. — Как я и сказал, убитое детство моих детей — моя вина. Я не обратил внимания, а они были слишком запуганны, чтобы рассказать мне о чем то. — Ну ты это извини… — Люцифер сел рядом с Эриком. — Перегнул палку, знаю. Эрик закрыл глаза, приложив руку ко лбу. Краски в лице просто не было, он был бледен как привидение. Эмили посмотрела на Люцифера. — Нам лучше его оставить, — шепнула она. — Думаешь? Я ж правда не хотел… — последовал Люцифер за Эмили. — Ты ведь мне веришь? — Может быть, — сказала она. — Но я прошу тебя, не забывай, что над ними издевались все детство. Они боятся этого. И Эрик теперь боится тебя! Когда ты начнёшь соображать? — спросила Эмили. — Я… — Люцифер не думал, что все окажется так плохо. — Тогда мне надо извиниться. Я пожалуй вернусь. Не хочу чтобы он меня боялся. Эмили вздохнула и взяла его за рукав, давая понять, что принимает доброту его намерений. — Да, ты должен это сделать, но не сейчас. Дай ему придти в себя. — Он ведь не будет злиться? — забеспокоился архангел. Он не хотел терять своего нового друга. — Я думаю нет… Не знаю. В любом случае, если пойдёшь к нему сейчас, усугубишь ситуацию. — Ладно, тогда извинюсь позже, да? Она кивнула. — Да — Я все испортил? — расстроился Люцифер и обнял девочку. — Даже если и так, нужно уметь исправлять свои ошибки. И пока что ты можешь это сделать. Боюсь, из этой ситуации победителем вышел Марлон… Не люблю его ещё и за то, что он упрям. Ты никогда ничего ему не докажешь. — И все же мне он не нравится… — Я тоже его не люблю, но это не повод так обращаться с его детьми! — Я же не хотел причинять Эрику вред. Он мой друг. Он сам дернулся… — Но как можно было пытаться что-то доказать Марлону таким образом, не предупредив самого Эрика? Ты бы хоть дал ему сразу понять, что не навредишь! — Я думал он это поймет. Он же мой друг. Мне казалось он понимает меня, — поник Люцифер. — Пойми, очень сложно понимать других людей в состоянии паники… У него не было времени сообразить… — Это все я виноват… — Отрицать это глупо, но это поправимая ошибка. Эрик цел, тебе нужно просто извиниться и объяснить свои действия. Эмили взяла волчонка на руки. Внимательно выслушав Эмили, Люцифер решил, что непременно извинится перед Эриком за свое поведение. Эмили слегка толкнула его на кровать. — Сядь, отдохни и успокойся. *** Эрику Марлон помог добраться до комнаты. Франц хвостиком следовал за отцом и братом. Эрик быстро оказался на кровати. Марлон слегка похлопал его по щекам. — Эрик, приходи в себя, — позвал Марлон, взяв его за подбородок. Эрик посмотрел на отца. — Пап… — Хоть заговорил, уже хорошо… — Братец, как ты? — встревоженно спросил Франц. Эрик сжал его руку. — Нормально… — Нормально? Эрик, ты мог погибнуть! Что на него нашло? — Я без понятия… И думать не хочу. Можно я посплю немного? Франц кивнул. Перед кроватью он стоял на коленях. Поднявшись, он поцеловал отца в щеку. Марлон погладил сына по плечу и провёл по руке. Франц взглянул на Эрика, чмокнул брата в щеку и вышел. Марлон остался с Эриком. — Это я виноват. — Нет, пап, не ты. Нельзя оправдывать поступки Люцифера, мы и так слишком долго это делали… Если извинится… Я может и подумаю… Марлон поглаживал Эрика по спине. — Почему он слушается девочку? Они, кажется, близки. — Очень, — кивнул Эрик. — Но история долгая, не до неё сейчас. Эрик скоро задремал. Марлон недолго посидел с ним, наблюдая, а после вышел. — Пап? Как Эрик? — подбежала к отцу обеспокоенная Кэти. — Все с ним хорошо, — сказал Марлон. — Он отдыхает. Что, Говард настолько достал, что даже Эмили от него сбежала к самому Люциферу? — Не правда, пап, Говард очень хороший, просто Эм нужно поговорить с Люцифером. Тот сильно переборщил, — обьяснила Кэти. — Не расскажешь мне, с каких пор Эмили стал слушаться сам владыка тьмы? Он погладил Кэти по спине, уходя на кухню. — Ну я и сама точно не знаю, — стала объяснять девочка, следуя за отцом. — Они приехали к нам недавно. Но я точно знаю, что Эм дорога Люциферу. — Это странно… Она антихрист, ему бы хотеть её использовать, однако… Марлон попутно достал чай и заварил. — Проснётся, попьет… — проговорил он. — Мне кажется он хотел это сделать сначала, но раз она смогла разглядеть в нем что-то хорошее, то передумал, вероятно, — предположила Кэти. — Возможно, — кивнул он. — Безумие какое то… А Винчестеров то вы как отпустили? Да ладно вы, как Франц им дал уйти живыми? — Франц на них Бэллу напустил, — усмехнулась девочка. — Если я правильно поняла, дело в Люцифере. Эм сказала, что он запретил убивать их. Вроде как из-за го сына. — Из-за сына… Какое то безумие… — Марлон задумался. — Возможно, — согласилась Кэти. — Но одно я знаю точно. Он хочет быть хорошим! — В таком случае вы ему просто что-то обо мне наговорили? — Ну это тоже, — виновато ответила Кэти. — Но я бы не советовала при нем плохо обращаться с Эм. — Ясно, это я уже, как ни странно, понял. Драконы не заходили? Александр Дракон был хорошим другом Марлона, да и старшие дети их дружили. Альберт даже ухаживал за Ланой одно время, но не срослось. — Неа, давно их не видела. А что? — Нет, ничего. Лучше их не посвящать во все это. Альберт тот ещё авантюрист, да и отец не лучше. — Да уж, лучше им не знать, что тут твориться… — согласилась с отцом Кэти. — Ладно, как у вас дела в целом? Марлон поставил кружку с чаем перед Кэти. — Ну не плохо в общем то. Зато Говард и Люцифер вечно цапаются! — А, с Говардом и я вечно цапаюсь, меня это не удивляет. — И все же это странно, ведь со слов Эм они с Люцифером давние друзья… — Ничего странного, Кэти. Ответь мне на один вопрос. Что для такого, как Люцифер, означает слово дружба? Ты думаешь, Говард был ему другом именно в том смысле, в котором ты понимаешь это слово? — Это тебе лучше спросить у него лично. Но все же, если Говард реально его друг, то Эм точно значит для него больше. Да и Эрик думаю ему тоже не безразличен. — Может быть и так. И спрашивать нет смысла. Я и так прекрасно это понимаю. Говард был не его другом. Он на Земле уже очень давно. 19 лет. Для вас с Эмили это больше целой жизни. Да и Говард — демон довольно-таки молодой. Поэтому для него даже эти 19 лет играли немаленькое значение. Он стал больше похож на человека. И никто кроме меня не вёл себя с ним пренебрежительно. Как вдруг появляется Люцифер и они резко начинают недолюбливать друг друга, хотя раньше звались друзьями. Но действительно ли это произошло столь резко, или копилось в течении десятилетий? Говард не был Люциферу другом, он был у него на побегушках, изредка мог поддержать или помочь. Но получал ли что нибудь взамен за свои старания сам Говард? — Сомневаюсь, — согласилась с ним Кэти. — Они и правда очень часто спорят для друзей. А Люцифер просто очень мало жил с людьми. Думаю, через некоторое время он научится… — Даже если он научится, с Говардом отношения вряд ли наладит. А если продолжит так кидаться на людей, и тех, кого обрёл, растеряет постепенно. — Надеюсь этого не произойдёт, ведь тогда и Эм сильно будет страдать… — Эмили… Короче, ладно. Я не хочу решать их проблемы. — Я тоже думаю, что не стоит лезть в их отношения, но лишь бы все не зашло слишком далеко. Где-то через час и Эрик выполз. Он спустился на кухню, где по прежнему сидел отец и не так давно пришёл Франц. — Доброе утро… — Уже вечер, Эрик. Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Марлон. Он подошёл к сыну и приложил руку ко лбу. — Ну ты хоть не такой белый… Он придержал ему, помог сесть и налил чай. — На-ка, выпей. Эрик благодарно кивнул. — Выспался, братик? — беспокоилась за брата Кэти. — Ночью досплю, — сказал он, поднёс кружку к губам, чуть выпил и закашлялся. — Только не говори что… — Пей, — улыбнулся Марлон и положил перед ним шоколадку. — Так получше будет. — С каких пор ты такой шутник? — пробурчал Эрик, но открыл шоколадку. — Папа беспокоится за тебя, как и мы все! — бросилась в объятия к брату Кэти. Тот обнял её, поцеловав в макушку. — Это что, повод, мне в чай сыпать больше мяты, чем воды? Это уже не мятный чай, это чайная мята. Они посмеялись. — Пей лучше, а не возникай! — засмеялась Кэти. Эрик улыбнулся и погладил её по голове. — Ладно, пью. Он вновь взял чашку и шоколадку. — Лучше иди отдохни еще немного, — предложила девочка, беспокоившись за брата. — Ребят, серьёзно, я ведь цел, просто перепугался. Все со мной в порядке! — А мы за тебя перепугались, поэтому иди и отдохни, чтобы мы не переживали! Он улыбнулся. — Вы хотите, чтобы я все на свете проспал? Но он все же забрал чашку и шоколадку и, чмокнув по пути Франца в лоб, ушёл к себе. — Не смейте его будить! — пригрозила всем Кэти и вернулась к себе в комнату. Эрик вздохнул с лёгкой улыбкой и вошёл в комнату. Тут и Эмили проснулась. — Я точно слышала голос Эрика, — пробормотала она. — Он проснулся? Мне нужно поговорить с ним, да? Ты пойдешь со мной? — не поверил Люцифер. — Если я тебе нужна, то пойдем, — кивнула она. — Если чувствуешь, что и сам справишься, то иди сам. — Лучше пошли вместе, — попросил ее архангел. — Тогда ты сможешь убедить его, что я не хотел… — Ты думаешь, он поверит мне больше, чем тебе? — спросила она. — Ну пойдём. — Ты его семья, конечно он поверит. Только давай ты постучишь, боюсь меня он не впустит… — Ну, это понятно, — вздохнула она. Они вышли и Эмили постучала в комнату брата. — Эрик, ты там как? Он открыл дверь и сложил руки на груди, отведя взгляд. — Приветик. Ты там как, живой? — осторожно спросил Люцифер, когда Эрик открыл дверь. — Как ни странно, — сухо отозвался тот. Эмили вздохнула и посмотрела на них. — Я это… не хотел, прости, — не мог подобрать слов Люцифер. Он прекрасно понимал, за что на него обижается Эрик, но все же он не хотел ссориться с ним. Эрик поежился и вздохнул. — Это первый и последний раз, когда я принимаю твои извинения после таких выходок… — Ты правда простил меня? — удивился архангел. — Я думал ты возненавидишь меня и не простишь. — Вот такой вот я человек… Зови идиотом, но я слышал где то, что простить один раз — мудрость, второй — великодушие, третий раз — глупость. Но если мудрость во мне есть, то ни великодушия, ни тем более глупости от меня не дождётся никто. — Мне правда жаль, Эрик. Ты так хорошо отнесся ко мне, а я вот так тебе ответил… Некрасиво. — Да, некрасиво… Но можешь не ждать, что я так прямо резко начну тебе доверять… Он вернулся в комнату, но дверь не закрыл, как бы предлагая пройти за ним. — Что я могу сделать, чтобы это исправить? — шёпотом спросил Люцифер у Эмили. Она ничего не ответила. Только вздохнула и подтолкнула его вперёд. — Зачем тебе дан рот, ты мне объясни? Зачем тебе рот? Я могу объяснить зачем рот Францу, не для самых культурных вещей, но тебе он зачем, если ты все равно не умеешь общаться? — Значит мне лучше помолчать, — решил Люцифер и зашел в комнату Эрика. Эрик хмыкнул. — Ты при отце только такое не ляпни. А то Францу не жить будет. В комнате сильнее всего бросались в глаза книги. Много книг, некоторые даже на разных языках: испанском, французском… Эрик посмотрел на них. — Ну, добро пожаловать в мою скромную обитель. — А тут красиво, — заметил Люцифер, оглядев комнату. — Ну, большую часть времени я проводил здесь, поэтому время тут все сделать у меня было. Он сам огляделся. Несмотря на кучу книг, комната была очень светлая. Окна выходили на лесок и Волков было прекрасно видно. Эрик посмотрел на них, ещё раз отпил чай, поморщился и поставил кружку назад. — Кошмар, а не чай… — Вдруг отрава? Могу проверить, если хочешь, — предложил Люцифер. — Ага, отец отравит родного сына? — усмехнулся он. — Хотя, мой язык уже сказал мне «прощай». — Как хочешь. Я бы ему все равно не доверял. Не сильно он за тебя и беспокоится… — пробормотал архангел. — Он знал… — сказал Эрик. — Либо посчитал, что напасть на тебя будет опаснее для меня. — Вот ты у него и спроси. Я то думал он сразу вмешается, а тот даже не шелохнулся… — Он знал, — вздохнула Эмили. — К тому же ты приставил Эрику нож к горлу. Мы там все остолбенели, не только Марлон. — И я уже сто раз об этом пожалел, — виновато произнес Люцифер. — Ты ведь всё-таки мой друг… Эрик посмотрел на него. — Пообещай мне одну вещь. Ты не будешь ссориться с моим отцом. — Обещать не могу, но я постараюсь. — Эмили, выйди! — вдруг сказал он. — Но… — Выйди и не подслушивай. Эмили вышла. Эрик вздохнул. — Наш отец не ненавидит Эмили и срывается на неё вовсе по другой причине. — Как ее вообще можно ненавидеть? — не поверил Люцифер. — Наш отец… Он видит в ней Лану, но тут же вспоминает, что её нет. Близнецы были его любимыми детьми. Он любил их больше, чем нас всех. После того как все узнал так их берег от всего на свете… Нет названия для человека, потерявшего ребёнка. Знаешь почему? Этого не описать ни одним словом. Никакие слова не смогут передать эти несусветные муки… И к сожалению, Лана умерла, оставив после себя лишь дочь. Он злится не на Эмили. Он злится на её родителей, а злость вымещает на ней. Это лечится. Походами к психологу. Но боюсь, ему уже поздновато… — Вы даже мне помогаете, разве это так сложно поговорить со своим отцом? — не поверил Эрику Люцифер. Он посмотрел на него. — Да. Да, Люцифер, это сложно. Я говорил с ним. И на какое то время он смягчался, но не надолго… Не помогает это. — Я могу попробовать… — Не смей! — воскликнул он. — Только попробуй! Ты уж точно не убедишь его — Ты не дослушал, — упрекнул парня архангел. — Я могу попросить поговорить с ним Мэри. — Мэри? — он вскинул бровь. — Мэри Винчестер, — пояснил Люцифер. — Она очень хорошая и, когда это было необходимо, поддерживала Джека. — Мэри Винчестер? Боюсь, это так не сработает. Он ненавидит её детей. А как ты уже понял, ему тяжело разделять детей и родителей. — Да, не очень хорошая идея, — согласился Люцифер. — Больше знакомых у меня нет. Ну кроме самих Винчестеров и Кастиэля. — Нет, этих он тем более не перенесёт… Не стоит, правда. На столе Люцифер мог увидеть фотографию Эрика и близнецов. Те ещё были подростками. Такие маленькие… Такие счастливые… — Ну мое дело предложить… Эрик вздохнул. — Да… Ладно, я пожалуй, посплю ещё немного. — Тогда не буду мешать, — поспешил выйти из комнаты Люцифер. — Прости ещё раз. Эмили была в комнате. — Ну? — Ну вроде все не так плохо, как я боялся. — Ну вот, — улыбнулась она. — Кстати, делаешь успехи. На мою резкость ты уже спокойно тогда отреагировал. — У меня так-то другие проблемы были, не до этого, — объяснил архангел. — Все равно, ты уже закрыл на это глаза. А это уже что то значит. — Надеюсь. Не хочу сорваться и на тебя. Она улыбнулась. — Не сорвешься, я в тебя верю.