Пенсивальские лягушки

Узкая парковая дорожка. Придорожные камни, прикрытые большими зелёными лопухами, назойливые неугомонные мошки и придорожные цветы. Все прогуливаются парами, под большими белыми зонтами, не спеша вдоль аллей. Деревянные скамейки, покрашены в приятный оливковый цвет. На скамейке сидят трое. Куромаку газету читает, Вару копошится двумя пальцами в своём бумажнике, а Зонтик чешет затылок и задумчиво глядит на безоблачное небо и что-то тихо бубня с испанским акцентом: С-с-сиреневый ту-туман, выбитые ст-стё-стёкла. Не-нее-нежданный в-визит. Ис-ис-по-по-рченный з-з-за-а-автрак… Вару, копошась в бумажнике, говорит, поочерёдно гладя то на одного, то на другого сидящих по краю: «Се-семнадцать на т-т-тридцать, и ми-минус д-два-а-а-дцать. Плюс д-де-девять. На ше-ше-шестнадцать…» Читающий газету Куромаку, нервозно: «Чёрт де-дери! К-комут-т-т-то все, а к-к-к-кому-то ни-ни-ни-ни-и-ичего! Гдеж-ж-же сп-сп-спро-о-о-ведливость!» -Вы с-совершенно п-п-правы, – говорит воодушевленно Зонтик, не переставая чесать затылок.-Вот к пр-примеру, вчера, мне за з-з-завтраком, уг-г-г-годили бо-бо-большим теннис-с-с-ным мя-мячём в о-о-окно и выб-б-были с-с-ск-ск-скоты ску-скулу! Вот ра-разве это сп-спро-о-оведливо? -Да-да – говорит Вару, не переставая шерудить в бумажнике, и продолжает. -Ка-ка-ка-ждый но-но-норовит о-о-обма-а-амануть! Ут-утром з-з-з-аконьчились с-с-спички, я по-пошёл в ма-ма-магазин, ку-ку-купить два ко-ко-коробка, а при с-с-с-да-а-че т-т-тринадцати ко-копеек недосчи-чи-читался! Вдруг неожиданно поднялся сильный ветер, заволокло тучами небо, началась сильная гроза, и внезапно прибило громом, всех трёх на оливковой скамье. И гнусавый голос с неба, с китайским акцентом: «Всё п-п-п-поспра-а-а-ведливости! Су-су-сукины д-д-дети…» И звон тринадцати копеек, свалившихся с неба, раздался длинным эхом, в парке, по аллее…