Здесь и сейчас

Воскресное утро в Хогвартсе текло спокойно и неторопливо. Высокие окна Большого зала пропускали мягкий свет раннего октябрьского солнца, освещая длинные столы. Студенты гулко переговаривались, столовые приборы позвякивали. Теодор сидел за столом Слизерина и, едва притронувшись к завтраку, задумчиво читал свежий номер «Ежедневного пророка». В руках он держал чашку горячего какао, от которой поднимался лёгкий пар. Время тянулось размеренно, и он наслаждался, игнорируя оживлённые разговоры вокруг. За окнами ещё держались последние тёплые дни осени. Драко, Блейз и девушки обсуждали поход в Хогсмид. Тео же заранее решил уединиться на берегу Чёрного озера, где он мог читать и думать в тишине. — Может, всё-таки пойдёшь с нами? — мелодичный голос отвлёк его от газеты. Пэнси Паркинсон подсела рядом, наклонилась и заглянула в статью, которую он читал. — Я хочу тишины, — спокойно ответил он, сворачивая газету и поднимая взгляд. Пэнси была очень красивой, эффектной девушкой. Бледная кожа и большие тёмные глаза обрамленные длинными ресницами, в выходные она всегда красила губы в красный цвет, в учебные же дни она делала не такой яркий макияж. Ее короткие, прямые, чёрные как смоль волосы всегда лежали так идеально ровно, что его это даже раздражало, нельзя быть настолько идеальными. Тео часто дразнил её тем, что специально взъерошивал пряди, а она сердито дула губы и приводила причёску в порядок. У него же самого волосы были густыми, кудрявыми, непослушными, и, в отличие от Паркинсон, он никогда не пытался их усмирить. Это придавало ему лёгкий шарм, даже небрежность, которая многим казалась привлекательной. Они с Пэнси смотрелись рядом гармонично, и когда-то многие действительно считали их парой. Но Тео прекрасно знал: сердце девушки принадлежит Драко. После завтрака друзья вышли во двор. Солнце было таким ярким, что все на улице щурили глаза. Теодор закурил сигарету и наблюдал за тем, как Малфой вновь сцепился с Поттером. «Как же у него ещё хватает фантазии придумывать к чему на этот раз придраться к Гарри?» — с усмешкой подумал Нотт. Пэнси стояла рядом с Драко и, как обычно, поддакивала ему, не лучшая ее черта. Тео вздохнул: он терпеть не мог пустых перепалок. Ситуация вскоре накалилась — к спору подключился Рон Уизли, и, судя по выражению его лица, он был готов броситься с кулаками. Гермиона, раздражённая и решительная, тут же встала между ними. Нотта, это ситуация очень забавляла, ощущение как будто наблюдаешь за детьми, которые не могут, что-то поделить. Тео не любил конфликты и никогда не поддерживал их. К тому же у него была симпатия к Поттеру. Гарри рос сиротой, и Тео понимал какого это терять родителей. Его мать погибла, когда ему не было и трёх месяцев. Она была талантливой ведьмой и занималась разработкой зелий в сфере волшебной медицины. Его отец нашел ее мертвой в лаборатории. Целители предположили, что женщина решила испробовать одно из своих новых зелий на себе, но его отец Эдмунт Нотт не поверил в такую версию. Он был одержим поиском истины, перелистывал ее шифрованные записи, искал ключи к её тайнам. Эдмунт не верил, что такая мудрая женщина могла совершить ошибку, которая привела к смерти. И последующие годы провел в безнадежных поисках разгадать тайну смерти жены. Тео всё это время рос один, окруженный лишь домовыми эльфов и был обделён родительной любовью. Отец не уделял сыну почти никакого внимания. Лишь когда Тео исполнилось пять, Эдмунт смирился. С тех пор он щедро обеспечивал его, нанимал лучших учителей и окружал всем, что могло пригодиться в будущем. Но детство всё равно прошло в одиночестве. Теодор рано полюбил книги и проводил дни в саду за чтением, вместо игр с другими детьми. Чтобы исправить это, Нотт-старший отправил письма в чистокровные семьи у которых были дети-ровесники. И так в жизни Тео появились Драко, Пэнси и Блейз. Сначала они приняли его холодно, но за одно лето привыкли, и к началу учёбы в Хогвартсе уже держались неразлучной четвёркой.

***

Тот воскресный день Тео провёл у Чёрного озера. Он устроился на траве, подставив лицо последним тёплым лучам, и читал, иногда отрываясь, чтобы наблюдать за другими студентами. На берегу, неподалёку, ссорились Джинни Уизли и Дин Томас. — … просто друзья… — … это выходит за рамки… — Я не могу больше так! — неожиданно закричала девушка, Тео даже обернулся на них, проверяя не нужна ли Уизли помощь. — Ну тогда это конец, — сказал Дин, поднялся и пошёл прочь. Девушка накрыла лицо ладонями, опуская голову на колени. Нотт отвернулся, чтобы не лезть не в своё дело. Он уже собрался снова открыть книгу, когда Джинни тихо обратилась к нему: — Прости за эту сцену. Он мягко улыбнулся. — Ничего страшного, с каждым бывает. — Можно я подсяду? — нерешительно спросила она, он в ответ только кивнул. Тео уже успел за выходные насладиться одиночеством и теперь совсем был не прочь от компании. Дин Томас был его однокурсником с Гриффиндора, а вот Джинни была на год младше, поэтому они ни разу не общались. Да, он знал эту девушку, знал, что она из семьи Уизли и играет в сборной квиддича, но в школе их пути никогда не пересекались. — Кстати я Джинни, Джинни Уизли, — она улыбнулась протягивая ему руку. — Теодор Нотт, можно просто Тео, — отвечая на рукопожатие сказал он. Джинни села рядом с ним скрестив ноги, и начала рвать травинки, не поднимая лицо полностью сосредоточившись на процессе. Тео наблюдал за ней и уже подумал, что Уизли и не собирается общаться с ним. Молчание затянулось, пока она наконец не призналась: — Не хочу быть одна. Но с друзьями сейчас не могу… Они бы начали расспрашивать: «Что случилось? Почему ты грустная?» Её слова звучали так честно, что Тео опешил. Он понимал это чувство лучше многих: сам он после разрыва с Энтони Голдстейном долго никому не рассказывал. — Почему ты подсела ко мне? — спросил Тео, следя за ней. Девушка перевела взгляд на парня: — Как-то раз Гарри мне сказал, что не понимает, как шляпа могла отправить тебя на Слизерин и у меня нет предвзятого отношения к слизеринцам, некоторые из вас очень даже приятные личности, — она неожиданно широко улыбнулась на последних словах. Тео не понял, что её так позабавила, но по девушки было видно, что это сказано не с издёвкой, а по-доброму. Парень хмыкнул ничего не ответив. На самом деле шляпа хотела отправить его в Когтевран, но он сам попросился в Слизерин, тогда ему было очень важно остаться с друзьями. Они разговорились не замечая времени. Джинни оказалась гораздо интереснее, чем он ожидал: живая, открытая, очень веселая. Несколько студентов проходили мимо и бросали удивлённые взгляды — не каждый день увидишь такую странную компанию. За своей беседой они даже не заметили, как к ним подошёл слизеринец, тот громко прокашлялся, чтобы на него обратили внимание. — Уизли, ты потерялась? — Драко стоял рядом, скрестив руки, и смотрел на Джинни с презрением. Девушка сразу поменялась в лице. — Я нахожусь там где хочу! — Попридержи язык, твоих братьев рядом нету. — С чего ты взял, что я не справлюсь сама, — Джинни поднялась на ноги и достала палочку из кармана. Нотт встал следом, чтобы предотвратить конфликт. — Драко, что пристал? Видишь мы разговариваем, — Нотт посмотрел на своего друга прищурив глаза. — Ничего, Тео — сказала она, опуская палочку, но не отводя глаз от Малфоя, как будто боялась, что тот в любую секунду может напасть, — Я пойду, спасибо, что составил компанию. — Взаимно, — мягко ответил он. Когда она скрылась из виду, Тео повернулся к другу. — Кто тебя за язык тянул? — Нотт, когда ты уже поймешь с кем не надо общаться, — Малфой скрестил руки на груди. — Что? — Тео не ожидал такой наглости друга. — Мне, что спрашивать у тебя с кем общаться? — Это же Уизли, подружка Поттера, — сказал с презрением Драко, — Я и так закрываю глаза на твоё общение с гриффиндорцами на учёбе. — У тебя проблемы с головой. Никто из них мне ничего плохого не делал. Я не буду поддерживать твою слепую ненависть, — Нотт поднял сумку с травы, с желанием закончить этот разговор и уйти, но Малфой не унимался. — То есть ты готов отказаться от своих друзей ради дружбы с предательницей крови? — Малфой повысил голос, совсем не собираясь заканчивать этот разговор. — Я ни от кого не отказываюсь, просто не поддерживаю вашу вражду. Для меня не важен этот бред с чистотой кровью. Я пацифист. — Нотт направился к замку, но Малфой последовал за ним. — Ты дебил и такой же предатель крови, — после этой фразы Тео остановился и развернулся к Малфою. — Забери свои слова обратно! — у Тео кончилось терпение. В такие моменты он не мог понять, почему он вообще дружит с таким человеком. — Нет! — они стояли напротив друг друга на расстояние вытянутой руки. — Ну и иди в жопу тогда! — Нотт отвернулся и опять сделал попытку уйти от друга, но тот от него не отставал. — Это, по твоей части. — Так ты еще и гомофоб. — Тео перешёл на быстрый шаг, ему осточертел этот бессмысленный конфликт. Никто не имеет права указывать ему, что делать и как поступать. — Ты готов поссориться со своим другом из-за Уизли, — Драко выплюнул эти слова, еле поспевая за Ноттом. — Дело совсем не в Джинни, а в тебе! — Тео остановился и посмотрел на парня. — Драко, давай успокоимся, я не хочу с тобой ссориться. Это только моё дело с кем общаться. — Чем же тебя так зацепила, эта девчонка. Неужели на девушек потянуло? — Хватит! — не выдерживая выкрикнул Нотт и на этот раз перешёл на бег, оставляя друга позади. — Предатель крови! — крикнул блондин в след, но с Тео было достаточно, он не обернулся.