У реки

      Лиса счастливо взвизгнула и вприпрыжку направилась обходить дерево. Ёж резво перекатился на лапы и лениво пошёл за новой знакомой. Один круг, второй, третий… Ёжик остановился, заставив лису напороться на колючки. Под недовольное ворчание он задал вопрос:       — Ты хоть знаешь куда идти?       — Понятия не имею, — махая раненой лапой заявила лисица.       — То есть ты даже не знаешь куда идти, но направилась в совсем незнакомое место?       — Угу. И советую поспешить. Вдруг мы позабудем, где радуга закончилась! Сейчас я точно помню, что видела ее конец у большой палки со странной паутиной. На той стороне реки, да.       — Это не паутина, а про-во-да. Мне так рассказывали, — недовольно пробурчал еж. Помолчал и продолжил, — нет, без плана я точно никуда не пойду.       — Пф, — подскочив на месте, фыркнула лиса, — так составь его!       — Вообще, я не умею… Но, — заметив ярое недовольство лисы, добавил, — в нашем лесу у меня есть дедушка, он старый, умеет, наверное. Эти старики вообще все умеют. По крайней мере, они так говорят.       Еж важно ткнул лапой по носу лисицы и быстро перебирая лапами, понесся по талому снегу меж зеленых елей, голых тонких кленов, крупных дубов с кривоватыми облысевшими кронами и еле-еле прихорашивающихся зеленоватыми почками берез. Лапы лисы то и дело попадали в ямки, наполненные жидкой грязью. Только ей удавалось стряхнуть темные капли, как к мокрой лапе приставали золотистые и багряные листья. Те можно было стянуть только если изрядно повозиться в кое-где видневшемся снеге, так как те с завидным упрямством цеплялись за когти. Вдалеке прокуковала пару раз кукушка, но и она, кажется, не была рада такой погоде, так что быстренько улетела под недовольным взглядом ежа.       Вскоре они дошли до тех земель, где лиса когда-то искала свои первые норы. Лес в целом был совсем небольшим — от края до края летом можно пробежать пока высоко стоящее солнце не скроется за холмом, где живут люди, а на небе не взойдет луна. Чуть длиннее, если бежать вдоль реки. Так лисица узнала, что ее семья точно была не на этом берегу, но ее это не слишком волновало. По ощущениям ёж вел их к самой середине.       — А твоя нора где? — смотря на медленно темнеющее небо спросила лиса.       — Мм, — ёж остановился, огляделся, призадумался, — мммм… — еще глубже задумался.       — Так где?       — Впереди… или нет, — еще раз осмотрелся. — А может уже и прошли.       — Ты забыл что ли? — недоуменно спросила лиса, вытирая лапы о сероватый снег.       — Помню. Но от реки дойти легче. Когда я ухожу от дедушки к себе, я иду к реке, а от нее уже в нору. Ты думаешь, почему я так часто к реке хожу?       — Ничего себе! Впервые вижу такую странную живность. Неужели за столько лет нельзя запомнить путь к норе от всего леса? Он же маленький, — сквозь смех говорит лисица.       — Во-первых, не странный, а альтернативно адаптивный, — обиженно буркнул ёж, как бы невзначай подставляя иглы под трясущийся от смеха бок. — Во-вторых, — после ойканья отскочившей лисы продолжил он, — если бы я хоть раз обошел лес, я бы забыл где река, так что я даже на том краю леса был только с другими ежами, пока они не разбежались кто куда. Максимум, к дедушке ходил.       — То есть ты не знаешь, где заканчивается радуга?       — Ты, кстати, тоже.       Помолчали. Вдруг лисица встряхнулась и бодро пошла вперед:       — Ну, сюда же я как-то добралась, значит, и огро-омные радужные угодья найду! Вперед!       Ёжик подумал, что его новая знакомая больная, но об этом лисе знать не обязательно. Ёж вообще много думает, так что пусть себе продолжает в том же духе, пока этот дух не испустит.       — Кстати, — весело начала лисица, — а хочешь расскажу, как я оказалась у реки?       — Валяй.       Вообще до этого она ни с кем особо не говорила, кроме себя, конечно, так что за приятной беседой вскоре завечерело. Небо потемнело, лес накрыло холодным влажным ароматом. Но впереди виднелось что-то яркое. И тянуло теплым едким дымом.       — О, огонь. Никак люди с первого тепла шляться начали… — протянул ёж.       — Ну, нам туда.       — Зачем?       — А чтобы эти чудики тут ничего не испортили, — послышалось глухое ворчание из дальнего куста с видом прямо на поляну.       Лиса долго всматривалась в голые стебли, но ничего толком разглядеть не могла. Но вдруг листва завозилась и оттуда выполз крупный, раза в два больше ее знакомого, что уселся чуть сбоку, зеленый еж. Этот странный зверь оглянулся туда, где шумели люди, прячась в палатки.       — Холодно, паразиты? — противно хихикая проворчал незнакомец, пока, наконец, не обернулся к ним. — Чего приползли, бедовые? Ты, — посмотрел он на ежа, — был недавно, да и не любишь старика навещать. А тебя я вообще в первый раз вижу.       — А может соскучился, — недовольно проворчал ёжик. — Это лиса, которая у речки живет. Ты еще ворчал, что она даже не поздоровалась. Мы с вопросом…       — Ты кто вообще? — спросила лисица, хлестая хвостом по лапам. — Впервые вижу таких зеленых чудищ.       — Хозяин Леса это, ты чего, — посмотрел как на весьма обделенную интеллектом молодой ёж.       Названный Хозяином лишь косился на огонь, отбрасывающий искры от каждого порыва ветра. Лиса обратилась к нему:       — А, мне рассказывали про таких! Но Хозяин же обычно са-амый большой в лесу. И страшный. А ты…       — Чем больше дуб, тем громче падает, слыхала? Да и нет тут больших. И незачем. Работенка не пыльная: людишек сторожить, мусор прибирать, костры гасить, пугать по мелочам самых упрямых… Что вам надо-то? Я спать собирался.       — Да, — вздохнул серый ёж, — вот этой, — он указал на лисицу, — приспичило до больших угодий на краю радуги дойти.       — А ты-то куда? Показал бы направление, да и сидел в своей норе. Опять же заплутаешь, а мне весь лес обыскивай, — Хозяин Леса обвел лапой ближайшие деревья.       Лиса хихикнула, за что снова получила по коварно уколотому боку.       — Реку ищу. Покрасивее, да побольше.       — Молодеж-жь. Опять все куда-то рветесь. Реку значит, да угодья?.. — хозяин оперся головой на лапу и пару раз качнулся из стороны сторону… И хитро улыбнулся. — Пойдете, значит, сначала в соседний лес. Найдете там разноцветную птицу. Она болтает без умолку. С совой живет. Их в том лесу все знают. А пока посторожите для меня огонь.       — Зачем? — собравшаяся уж было нестись вперед лиса скорчила недовольную морду и замерла.       — А затем, что эти гаврики тут уже второй день свои костры жгут. Да как жгут! Даже оградку не поставили! Точно клещей на них насажаю… А я, знаете ли, спать хочу. — Хозяин леса, даже не став ждать ответа, направился в сторону своего куста.       Ёж лишь тихо вздохнул и пополз ближе к поляне. Лиса за ним. Уселись. Смотрят. Лиса пыталась поплотнее обернуть лапы хвостом, но под начавшей линять шерстью гуляла дрожь от холодного ветра.       — К огню идите, — донеслось из куста, — там человеки хвои накида-а… — зевок, — …ли. Да и заснули они уже.       Лиса резво подскочила к теплым лежанкам и прошептала:       — Чур я первая сплю, а ту наблюдай.       — Чего это… — но заметив рыжий кокон, изображающий самый что ни на есть крепчайший сон, лишь махнул лапой.       Ёжик пополз к бревну, с трудом перекатившись, оперся на него спиной и посмотрел на небо. Тучи почти уплыли, открывая яркие-яркие весенние звезды. Люди и вредная лисица спокойно спали; Хозяин Леса чуть повозился и тоже заснул; по темному полотну красивой полосой мелькнула падающая звезда, ей аккомпанементом служил задорный треск огня.       «Вот бы увидеть такую же реку, чтобы конца и края ей не было, как этому небу…»