Family

— Лаксус… Мне нужно с тобой поговорить. Люси нервничала. Это должно было стать не только самым сложным, но и самым важным разговором в ее жизни. За исключением тех, что были у нее со звездными духами, которые и привели ее к Лаксусу. Уже был вечер. Половина гильдии была пьяна и уже готова отправиться в мир иной, другая же занята различными разговорами или играми вместе с остальными. Лаксус сидел в тени на втором этаже, размеренно потягивая пиво, и расслабленно слушал музыку. Весьма необычно для него. Она выбрала этот вечер и этот момент, потому что сейчас его команды не было на втором этаже, всех троих. Это дало ей возможность. Он был очевидно — по крайней мере для нее, наблюдавшей за ним и изучающей его около двух месяцев — шокирован ее просьбой. — Да? — Наедине? — спросила она. Ее голос был выше, чем обычно. Люси сморщилась. Она хотела бы звучать более профессионально и уверенно. Его бровь подскочила, растягивая шрам. — … Хорошо. Мы можем поговорить в кабинете Деда. Подойдет? — Да, пожалуйста. Она последовала за ним, гадая, может ли ее сердце взорваться прежде, чем они дойдут. Он сел за стол Мастера в то самое огромное кресло, в котором их Мастер казался маленькой постаревшей куклой. Люси присела напротив него. — Что случилось? — в его глазах была тревога. Что-то серьезное должно было произойти с ней, чтобы Люси пришла к нему так. И что-то произошло. Она провела недели, думая, что именно ему сказать, но все ее слова, все фразы из подготовленной речи казались неправильными. Она на мгновение опустила свой взгляд, после вновь поднимая. Их глаза встретились. — Я буду звучать, как идиотка. Тебе не обязательно отвечать. Ты не обязан соглашаться. И ты имеешь полное право быть злым. Он пристально смотрел на нее. — Ты напугана. — Да. — Ее руки дрожали, даже если этого не было слышно в ее голосе. Но ее голос был неуверенным. Он естественно заметил обе детали. — Что случилось, Люси? Она сделала глубокий вдох. Глубокий, долгий, дрожащий вдох, и начала свою историю, которую, предполагалось, она должна была рассказать лишь одному человеку, лишь маленькой девочке. — Я не совсем уверена, как это происходит, — произнесла Люси. — Но я знаю, что это правда. Как мне говорила моя мама, в моей семье у женщин есть проклятье. Заключается оно в том, что у тебя может быть лишь один ребенок — дочь, и затем в ближайшие десять лет ты умираешь. Такое происходило, как минимум, с последними пяти поколениями, возможно и дольше. Записи женщин ранних времен были утеряны. Мама рассказывала мне историю про отвергнутого возлюбленного, который был могущественным магом, но она также упоминала, что это все может быть лишь легендой… как я и сказала, записи были утеряны. Я не смогла найти ничего, где бы ни искала. — Я думала, что смогу… остановить проклятье, если у меня не будет детей. На мое прошлое день рождения у меня начались кошмары. Через месяц мне стало больно. Не в обычном понимании этого слова. Я попросила своего духа, занимающегося архивами, провести небольшое исследование и поговорила с духами, у которых был конракт с моей мамой до меня. — Я узнала, что была не права. До того как мне исполнится двадцать, я должна забеременеть. Мне девятнадцать. Она наблюдала за тем, как он переваривал эту информацию, за тем, как его обычно спокойное выражение лица вытягивается в чистом шоке. — Обычно мои предшественицы выбирали себе в партнеры магов разных стихий и способностей, а дочери никогда не выбирали кого-то с магией, как у их отцов, надеясь, я так думаю, родить девочку достаточно сильную, чтобы преодолеть это все. Или надеясь найти правильную магическую комбинацию, что сможет… сработать против проклятья. Никогда не срабатывало. Моя мама, однако, выбрала обычного мужчину, не мага. Это только ускорило ее смерть. Она ослабла практически сразу после моего рождения, магия и жизнь покидали ее. Я планировала никогда не иметь детей. Я не хотела умирать. И не хотела продолжать передачу проклятья. — Она закусила губу. — Оказывается, у меня нет такой возможности. Мама никогда не говорила, что мы должны. Или говорила, я забыла. Сейчас же я или становлюсь беременной до своего двадцатилетия, или превращаюсь во что-то похожее на передвигающуюся чуму. Конечно, не настолько сильную, как Зереф или Мавис, но я буду источником неудачи. Антимагии. А после я все равно умру. Люси сглотнула. — Мне девятнадцать. Я не буду следовать выбору мамы, потому что это будет слишком тяжело для нас троих. И я все еще надеюсь, что смогу избавиться от него. И тогда я подумала о том, чтобы столкнуть вместе два проклятья. А именно моей семьи и твоей. Он моргнул, пока шок превращался в замешательство. Перемешанное с шоком. — Моей что? Она чуть не рассмеялась с того, как он выбрал слова. — Как и говорила Мавис о своем проклятье, она убила твою прабабушку, когда родился Макаров. Это наложило проклятье практически в момент рождения твоего дедушки, если уже не было на него нацелено. Даже если и не так сильно, как мое. Магия, что его удерживает, слабее, но проклятье все еще вплетено в вашу кровь. Лишь сыновья, в то время как у нас только дочери, и матери, которые не могут остаться; хотя они и не всегда умирают, как в моей семье. Выражение его лица не поддавалось никакому описанию. — Ты знаешь? — Я вижу это по тебе. Могла увидеть с тех пор, как встретила тебя. И я поспрашивала немного, чтобы узнать больше деталей. Мне было интересно… у тебя может быть только один сын, чтобы перешло твое проклятье; у меня может быть только одна дочь, чтобы выполнить мое. Что случится? Вытеснит ли одно другое? Мое на столетия старше. Но твое имеет свое начало в величайшей темной магии и наложено, случайно или нет, одной из самых одаренных волшебниц. И сейчас находится в теле одного из самых могущественных магов страны… — Или они уничтожат друг друга? И я пришла к одной мысли, хоть и не сильно раздумывала над ней. Я не планировала детей, и, как я и говорила, это на самом деле не было проблемой. Но когда Крест и я поняли, что это не выход, эта мысль снова вернулась. Она вновь глубоко вздохнула и встретилась с ним взглядом. — Я не прошу тебя о чем-то вроде… участия после… я должна забеременеть, Лаксус. Я не требую ничего больше. Я понимаю, что это не какая-то мелкая просьба, но я просто… — ее глубокие вдохи не помогали. — Ты напугана, — был его краткий повторный ответ. Она была удивлена тем, насколько быстро исчез его шок и замешательство, возвращаясь к нейтральному лицу. Она решила, что он обрабатывает все услышанное. И делает это довольно быстро. — Да. Да, конечно. Но я в любом случае должна встретиться лицом к лицу со всем этим. Так что сначала я спрошу тебя, Лаксус, но ты можешь отказаться. Очевидно ты можешь сказать нет. Это просьба. И весьма ужасная. Мне жаль. — Если я откажусь? Она усмехнулась, не вкладывая никаких положительных эмоций. — Я все равно это сделаю. — С кем? — С кем-нибудь. С кем угодно… наугад, возможно. Больше никто в гильдии не подходит. Я думала про Роуга, но беря в расчет его падение во тьму в будущем, что мы видели… Я боюсь, что он может быть каким-то образом заражен проклятьем. Роуг идет по весьма неоднозначному пути. Так что я не уверена. Но я быстро думаю. — Ты останешься в гильдии? — дальше спросил он. — Конечно! Он стукнул по столу пальцем. Взволнованно. — Скажем, твой ребенок — что? — чьего отца ты прятала… пять лет? Неожиданно бьет Нацу молнией. Ты понимаешь, что вся гильдия убьет меня за то, что я обрюхатил тебя и бросил одну? Она закусила губу, когда он вставал с кресла своего дедушки, чтобы подойти и нависнуть над ней. — Не говоря уже о том, что мой ребенок будет бегать у меня под носом, и — что? — ты ждешь, чтобы я не участвовал в его жизни? — Я не хочу заставлять тебя чувствовать себя обязанным. Я делаю это не для мужа, ребенка и любви. Я делаю это, потому что проклята. Они провели одну долгую минуту, смотря друг другу в глаза. Он оперся на стол. — Прокляты. Блять. Прокляты. Я не знал, но именно так я и думал о своей семье, если ее так можно назвать. Дерьмовая удача. Дерьмовый папаша. Побег моей матери, кажется, и кто блять может ее винить. А после Дед, думал я, сбежал от моего тупого, полусумасшедшего отца. Принимал Деда как должное, потому что у него всегда было так много других детей. Маленький эгоистичный придурок, но что было то было. Идиот. — Процитировал он ее. — Ладно. Ладно. Вставай. — Что? — Вставай, Люси, — вновь приказал Лаксус. Она была озадачена, но послушалась. Он подошел к ней, схватив за предплечье и притягивая к себе. И тогда она поняла, что он собирается ее поцеловать. Святые звезды. Он провел большим пальцем по ее скуле, беря ее подбородок своей широкой ладонью. Другая легла на ее поясницу. Он сделал так, как она и предполагала, за исключением его более осторожного взгляда, чем она могла себе представить. Ее левый висок. Край правого глаза. Ее голое плечо. Ее подбородок. И наконец он коснулся своими губами ее. И это было все, что он сделал: коснулся. Тепло прошло по ее телу. Снова. Совсем мягко. Также быстро. Снова. Ее ладони сжали ткань его рубашки, чтобы удержать его и он не отстранялся. Когда она.? Он ослабил хватку, чтобы притянуть ее ближе, а после отодвинуть назад. Она моргнула, смотря на него. — Что ж, — произнес он, его голубые глаза были ближе к ее лицу, чем когда-либо. — Теперь мы знаем это. — Мы знаем что? — Нельзя заделать ребенка без никакого интереса, Люси. — Он ухмыльнулся ей, и по ее телу вновь прошло тепло, не то чтобы у нее было время остыть. Она фыркнула. — Так как множество молодых девушек, с которыми я росла, были вынуждены вступить в брак со старыми, уродливыми мужчинами, чтобы продолжить семейное древо, и единственным интересом были деньги — и они десятилетиями были успешны в этом — я вынуждена не согласиться. И, на самом деле, я думала, что Венди может сделать что-то на подобии артефакта-проводника… — Он выглядел испуганным, и она рассмеялась, хоть и смех был слабее, чем обычно. Ей нужен воздух. — Но я бы не хотела вовлекать во все это Венди, вообще никого. Даже тебя. — Да, я слышал. — Он смотрел. Он часто так делал. Именно поэтому она позвала его сейчас. Она знала, что ему нужно время, чтобы рассмотреть все, и выбрала этот вечер, так как никто и не заметит их отсутствия. Они могли уйти домой. — Это никакой не секрет, что я считаю тебя физически привлекательной. Ты хороший человек. Терпелива, должна быть со своей командой. Пиздецки безрассудна, но если ты не уйдешь… Я никогда сильно не думал про полную семью с женой и детьми, так как был сфокусирован на отце и Дедушке, и на гильдии, и на моей магии, и на себе. Даже после… даже недавно… Но… семья… Сейчас он смотрел не на нее. Не на ее лицо. Его ладонь лежала у нее на бедре, но она не уверена, осознает ли он по-настоящему ее присутствие. На какое-то мгновение она исчезла из его мыслей. Практически весь мир исчез. Она видела, как это происходило, видела, как он весь сконцентрировался на одном слове, на одной мысли. — Моя. — Наша, — поправила Люси. Она хотела это прояснить. Он был довольно властным человеком, и будет лучше, если она покажет себя с самого начала. Теперь его улыбка была мягче. — Наша. Она застряла на вдохе. Он произнес всего лишь слово, но это разбудило в ней какую-то отчаянную потребность, что она совсем не ожидала. — Тогда, мы женимся? — Что?! — она отступила, уходя от его прикосновений. — Я не врал: они убьют меня, если у тебя будет мой — наш — ребенок, и я ничего не сделаю так, как этого ожидают Мира, Эрза и Дед. Довольно плохо, что это я- — Ничего плохого в тебе нет! Он хмыкнул, продолжая: — и что все происходит настолько быстро. Но брак это, мать его, обязательная часть, если я хочу, чтобы моя голова была все еще соединена с моей шеей. — Он усмехнулся, смотря на нее. — И особенно другие части моего тела все еще принадлежали мне. Она покраснела. Посмотрела на него. Махнула головой в неверии. А после рассмеялась. — Что? — Ты не настолько отбитый, как я думала, — она вновь махнула головой. — Если ты серьезно, что ж… Кажется, у меня будет договорной брак. Та самая вещь, из-за которой я и сбежала в Хвост Феи. Я просто наслаждаюсь иронией. Он закатил глаза. — Возможно, такое дерьмо везде тебя достанет, — он вновь облокотился на стол. — Как скоро? — Тебе не нужно время, чтобы подумать? Задать вопросы? Я думала об этом практически всю свою жизнь, ты- — Проклят. Это то, что ты сказала. Или ты врала? — Нет! — Тогда сейчас я вижу лишь три варианта. Продолжать жить так, как раньше. Хорошо на данный момент, но одиноко, возможно, в будущем. И сейчас, когда ты заставила меня на самом деле задуматься об этом, да. Одиноко. Найти какую-нибудь другую женщину, чтобы родился сын. Женщина, которую я не смогу даже надеяться удержать, и сын, у которого будут дерьмовые отношения со мной из-за этого, и он тоже будет проклят. Или я могу выбрать тебя. И твое время ограничено. Она нахмурилась на «ограничено». — Моя теория может быть ошибочной. Может, у меня будут близнецы и оба проклятья продолжатся в них. Он кивнул. — Возможно. Но, как ты и сказала, это лишь один из возможных исходов. Мне не нужно думать о может. Ты изложила все переменные, логически, это один из самых лучших вариантов. Сейчас нам нужно обсудить как. Через сколько тебе исполнится двадцать? — Десять месяцев. — Нужно забеременеть, не родить. — Правильно. — Вполне осуществимо, — он почти ухмылялся. Она могла увидеть тени в уголках его губ. Если бы все это не было омрачено вероятностью смерти и неудачи, он бы широко оскалился. — Умерь свое эго, Лаксус. Проклятье позаботилось и об этом. — Она подняла нижний край своей рубашки и слегка опустила пояс юбки, чтобы показать татуировку противозачаточного заклинания на своей тазовой косточке. — У меня даже не было секса, но есть это. Как мера на всякий случай, потому что проклятье вынуждает меня родить. Все произойдет быстро, и это совершенно не связано с твоими возможностями. Твое делает то же самое, — она кивнула на его закрытые бедра. — Хотя учитывая твою репутацию, я полагаю, тебе никогда не нужно было беспокоиться о том, что женщины пытаются обмануть тебя чарами, не связанными с магией, чтобы родить от тебя ребенка? — Проницательно, — он показал ей собственную татуировку. — Гилдартс заставил меня сделать ее практически в ту же секунду, как я вступил в пубертат. Доверяй лишь себе и никому больше, сказал он мне тогда. Люси в отвращении закатила глаза. — Держу пари он так и сделал. — Возвращаясь к теме, думай быстро, ведь на кону моя шкура. Свадьба. Помолвка. — Помолвка, — отзвалась она. Лаксус пожал широкими плечами. — Окей, почему бы и нет? — Почему… — Люси посмотрела на него и подумала о поцелуе. О них в этом кабинете. Ее осторожных шагах, чтобы ее не заметили. О том, как она провела месяцы, думая о нем. О принятии решений о том как, более не волнуясь о если. — Хорошо. Хорошо. Мы оставим записку… здесь. Для Мастера. Напишем о том, что у нас были тайные отношения до сегодняшнего дня. Ты довольно скрытный человек, я люблю секреты и боже, если бы случайный момент уединения не был благословением… Мы были… канал, у которого я гуляю, может? Оставить небольшие намеки на время наших встреч. Простые да/нет предложения. Мы сможем проработать все остальные детали позже. Потом мы решили… пожениться. Почему нет? А так как наши отношения были тайной, зачем нам эта суета и хлопоты, и мы просто ушли? Подходит твоей нелюбви к большому шуму, и в какой-то мере это довольно романтично, так что я легко могла бы согласиться. Нормально звучит? Лаксус вновь пожал плечами. — Мне подходит. — Они сойдут с ума, — прошептала Люси, представляя реакцию гильдии на их историю. Проклятье. Ребенок. Секс. Это были вещи — важные, пугающие, ужасающие, почти унизительные вещи — которые она рассматривала. Не брак. Она вообще не задумывалась об этом. — Где? — спросил Лаксус. — Крокус, — прозвучал ее незамедлительный ответ. — Довольно большой, чтобы затеряться. — Он нахмурился, и ей стало интересно почему. — И я знаю пару людей, познакомившись с ними во время года-перерыва. В случае, если кто-то к нам приедет, мы сможем спрятаться. — Точно. — Это также было бы сразу заверенное государством, официальное свидетельство, вместо местного, которое после передается. Знаешь, если кто-то захочет остановить нас. — Точно. — Он повторил свой ответ. — Лаксус, ты- Он встал. Она осознала, что его ладонь вновь легла на ее бедро, пока вторая коснулась ее лица. — Ты решила? Я говорил, что мы поедем сегодня. — … Хорошо. Ты будешь оставлять записку? Он скривился, не в отвращении, но очень близко к нему. — Я не силен в написании записок. — Он — твой дедушка, он любит тебя, и ты планируешь жениться без него. — Предупредила девушка. — И мне стоит ткнуть его в это носом? Люси попыталась не смеяться, но смешок все равно вырвался, несмотря на все ее усилия. Это понравилось ему. — Дай ему знать на случай, если все появится в газетах. Плюс, мы уходим на пару дней. — Пару… — почти животный оскал. — Конечно. Письмо. Он вернулся на кресло своего дедушки, и она увидела, как он был в замешательстве над листом бумаги. Через десять минут она подошла узнать, что он там написал. Дед Нас с Люси не будет до следующей недели. Мы женимся. Это было все, что он написал. Она рассмеялась. Откидывая назад голову, громко рассмеялась. Идиот теперь становилось их общим словом. Она взяла у него ручку и добавила: Извините, Мастер, но мы не хотели делать из этого нечто громкое, все равно никто не знал. Постарайтесь удержать всех от разрушений. Мы вернемся через неделю- Лаксус взял ручку. -может через две- Она вернула ее. -через неделю, потому что иначе начнутся беспорядки. Постарайтесь давать побольше питья Фриду и Мире, чтобы они не выплакали себя до смерти! Скоро увидимся! -Люси Пока, Дед. -Лаксус Он положил ручку на стол и поставил пустую кружку на край листка, чтобы его случайно не сдуло. — Что тебе нужно взять из дома? Где хочешь встретиться? — спросил Лаксус. — Я соберу вещи на неделю, как мы и планировали. Зависит от того, как ты путешествуешь. — Обычно это телепортация. — Ты можешь взять с собой других людей? — ей стало любопытно. — … это не кажется безопасным. — Я могу использовать звездное платье Близнецов, после того, как они превратятся в тебя, что означает я смогу воспользоваться твоей магией. Таким образом я смогу быть чем-то наподобие твоего продолжения. Думаю, должно сработать. — Безрассудно, — пробормотал он. — А когда ты будешь беременной? Это будет одним из того, что ты не будешь делать. Она рассмеялась с того, как быстро он уступил ей. Практически весь разговор шел не так, как она ожидала. Она посмотрела на дверь кабинета и вспомнила про всех людей за ней. — Не хочу нечаянно столкнуться с кем-то… Почему бы не сделать все немного романтично и встретиться в полночь где-нибудь в лесу? — Ты действительно недооцениваешь свое невезение. Сто процентов тебя поймают, может атакуют, или что-нибудь еще. Как насчет девяти, большая церковь на другой стороне города. Она позволила себе растянуть губы в ухмылке. — Ее можно увидеть с любой точки в городе… знаешь, я слышала некоторые слухи… — И это работает, Люси? Она рассмеялась и кивнула. Он попытался заставить ее объяснить взглядом, но это не сработало. — Увидимся в девять, Люси. — До встречи, — она остановилась. Раздумывала стоит ли ему говорить, что она не будет его осуждать, если он передумает. Это звучало неправильно. Она подумала над этим еще секунду и отбросила мысль. Это бы обесценило его выбор. — Спасибо тебе, Лаксус, — вместо этого произнесла девушка. Он кивнул и исчез в громе и молниях. Вспышка и шум. Сила.