Записки усопших

По комнате катится мандарин, ударяясь об угол кровати. Помещение освещается лишь небольшой лампой на рабочем столе, отдавая синими оттенками. На полу парнишка сидит, обнимая себя руками. По щеке слеза течёт. Он сжимает под старой чёрной футболкой сердце собственное, что ударяет боем курантов, который из ушей не пропадает. Из соседней комнаты детский смех раздаётся, а также хлопки, что прекращаются секунд через десять. Алекс подняться с пола хочет, но не может, ноги и руки к тумбочке цепями прикованы. Перед ним небольшая миска с крабовым салатом стоит и стакан сока, который давно пролился. Алекс в пустоту комнаты кричит, но голос его не слышно совсем, как и попытки освободиться. Он слышит из соседней комнаты голос матери, что тост говорит. Младший брат рядом скачет и повторяет за ней громко, выпрашивая что-то вкусное со стола. Парень взгляд на потолок поднимает, до десяти считая. Ноги отекают, слушаться переставая, на спине шрам чешется недавний, а голова кружиться начинает. По комнате огни разноцветные бегают, пока Алекс пытается фейерверк в окне рассмотреть. Он изгибается на полу собственного дома, ноги чешутся, новыми шрамами украшаясь, пока Алекс за ключом на кровати ползёт. На щеке чувствуется удар сильный, заставляя на пол упасть, пока комната снова во тьму уходит. Окна закрыты, дверь тоже, свеча почти потухла. Алекс кричит вновь, головой об стену ударяясь. "Тише" Шёпот успокаивает и интригует. Одинокая слеза по щеке скатывается, пока глаза по всей комнате пробегают. Алекс видит мальчика маленького, что перед ним сидит и улыбается. "Тише, все хорошо" Алекс взгляд от него отвести не может. Он мальчика знает, но вспомнить не может. Он же к Алексу ближе подсаживается и ключ подаёт. "Всё будет хорошо" Алекс вновь один остаётся, цепи об пол ударяются. Он под кровать залезает, просовывая руку в тайник собственный. В руках фотография старая, а на щеках слезы вновь. Он видел ЕГО. В ушах вновь бой курантов слышится, пять секунд до нового года, Алексу выходить пора. Он шаги осторожные к двери делает. Алекс дверь медленно в следующий год приоткрывает, наблюдая картину собственных желаний. Старый телевизор с разбитым экраном песни новогодние играет, по середине гостиной стол валяется, все салаты по полу размазаны. На стенах кровь засохла. На диване сломанном кукла сидит, у которой заел кнопка смеха. Алекс смеётся искренне, наблюдая за собственной семьей, что висит под потолком. Он смотрит, как спокойно трясутся их холодные тела, испачканные в грязи и собственном невежестве. Пальцы рук в крови изуродованы, кожа на шее содрана, на скуле засохшая слюна — именно таким он описывал своего отца в письме деду морозу. Алекс делает несколько шагов и валится на колени посередине комнаты. Он смеяться не прекращает, устраивая испытание с глупой куклой, в руке мандарин сжимая. Раны на руках от сока щиплет, но ему все равно, он на родителей смотрит, радуясь, что наконец-то проведёт время в кругу семьи. "All I want for Christmas is you..." По комнате раздаётся тихий голос парня, пока он в руки верёвку берёт. Семья оставила и для него. Он на ноги приподнимается и смотрит на люстру пустую, идеальное место для него. Он быстро пролистывает книгу суицидников для чайников, после чего дрожащими руками петлю завязывает. Несколько ниток из верёвки вылезают, украшая тем самым орудие парня. Алекс вновь взглядом по комнате пробегается, куклу вырубает и ставит стол прямо под люстрой. Верёвка закручивается вокруг нее. Алекс ощущает верёвку на собственной шее, как руки отца, что сжимали два года назад, выпрашивая деньги на водку. Он смотрит на труп матери, смотрит на её вытекшие глаза, вспоминая, как однажды нож в руке сжимал, пока по телу паника пробегала с желанием воткнуть его в глаза матери. На лице брата улыбка все такая же, что Алекс на своём лице изобразить не может, ведь всегда ею брата до слез пугает. Стол под ногами шатается, несколько секунд, и Алекс не чувствует его. Тело дёргаться начинает от нехватки воздуха. Алекс рефлекторно за верёвку держится, из глаз слезы идут, зрачки закатываются, а перед ним все тот же мальчик сидит и улыбается. "Всё точно будет хорошо" Алекс вспоминает его. Он смотрит на диван, рядом с которым его собственное фото лежит в разбитой рамке. Он маленький мальчик, что улыбается и шепчет слова хорошие своей матери, а та ищет, куда бы от него спрятаться. Алекс кричать пытается, но верёвка горло сжимает слишком сильно, разрешая испускать лишь вздохи и визг. Шея синеть начинает, на руке ноготь отлетает, заставляя по логтям кровь лить. Он руками под верёвку лезет, царапая шею. Изо рта слюни текут с привкусом железа, глаза закатываются сильнее, тело сдаётся. Алекс опадает, отдавая себя крепкой верёвке, что позволяет его тело покачиваться из-за небольшого ветра, попадающего в комнату из открытого окна. Алекс смотрит на собственную семью, ему осталось несколько секунд. Он на брата смотрит и тоже улыбаться начинает искренне, впервые за этот год чувствуя спокойствие. Он впервые чувствует себя частью этой семьи...

"Я хотел оливье" Но его никто не слышит...