Часть 3
21 апреля 2022 г., 20:53
Резко вскочив с кровати, я почувствовала, как тело наполняется дрожью. Мысли в голове множились с пугающей быстротой, и каждая новая только усложняла попытки разобраться в происходящем. Я отчаянно пыталась понять: был ли это сон, или же я действительно получила сообщение от настоящей Люси? Если да — это могло стать ключом к решению моей нынешней проблемы, то есть полному отсутствию знаний и навыков в этом теле. Но если нет… вопросы становились всё громче и настойчивей.
Ущипнув себя за руку, я сжала глаза. Больно. Значит, я всё-таки бодрствую. Медленно, словно в тумане, направилась в ванную, погружаясь всё глубже в свои мысли и совсем не замечая растрёпанного парня, который стоял в проходе между комнатами. Дойдя до зеркала, я остановилась и уставилась на отражение, которое казалось одновременно знакомым и чужим. Можно ли считать это тело своим? Имею ли я на это хоть какое-то право? Ответов не было, но я твердо знала — если это не сон, в следующий раз я обязательно выясню всё напрямую.
С резким ударом по обеим щекам я заставила себя прийти в себя. Мысли о прошлой ночи рассеивались, словно их и не было вовсе. Мозг перестал дрожать от перегрузки и постепенно расслабился. Сегодня обещал быть непростым — многое нужно успеть: сменить гардероб настоящей хозяйки этого тела, да и за продуктами сходить было бы нелишним. В суете бытовых забот я даже не заметила, как закончила обычные утренние процедуры: умылась, переоделась и аккуратно уложила волосы.
— Люсь? — голос раздался из коридора, едва слышный, но дрожащий в темноте комнаты. — Ты в порядке?
Я услышала медленные шаги. Нацу, как всегда, слишком близко. Его присутствие наполняло пространство, но сейчас оно ощущалось по-другому — тяжело, словно невидимая сила сжимала грудь и не давала дышать. В его глазах читался страх — не внешняя угроза, а что-то глубже. Что-то, что отталкивало меня и притягивало одновременно.
— Нацу… — выдохнула я, но голос предательски дрогнул.
Он остановился у двери, и я почувствовала, как воздух между нами сжимается. Я понимала — он хочет приблизиться, дотронуться до меня, предложить поддержку. Но внутри меня всё кричало: нельзя. Опасно. Что-то скрытое, непостижимое, и именно оно держит меня в напряжении.
— Ты выглядишь… иначе, — сказал он тихо, а руки, которые обычно уверенно обнимали меня, теперь дрожали, словно боясь сделать шаг.
Я отбросила волосы назад, пытаясь отгородиться, но сердце бешено колотилось. Нацу подошел ближе, и я почувствовала запах его волос — смесь дыма и лета. Я хотела протянуть руку, но остановилась. В глубине души рождалась тревога: близость с ним — это не просто тепло и поддержка. Это ходьба по лезвию ножа, словно ожидаешь, что следующий шаг сорвёт всё на части.
— Расскажи мне, что с тобой, — его голос стал хриплым, почти испуганным. — Я не могу просто стоять и смотреть, когда тебе плохо. Мы же обещали быть друг другу опорой.
Я встретила его взгляд и увидела не только боль, но и страх — страх потерять меня, хотя я сама не понимала, кто я теперь.
— Это не так просто, Нацу, — прошептала я. — Если я расскажу, всё изменится. И может быть, станет хуже.
Он кивнул, но глаза не отводил. В этом молчании висели слова, которые не решался произнести никто.
Я ушла на кухню, стараясь сосредоточиться на простых действиях — нарезать овощи, разлить чай. Каждое движение казалось тяжелее обычного, потому что в моей голове жила тревога — тревога, что из-за моей близости с Нацу мы оба можем пострадать.
Вешая мокрую тряпку на крючок, я ловила на себе его взгляд из соседней комнаты. Он не подходил, словно боялся быть отвергнутым или стать причиной боли. Эта неопределенность в его поведении делала меня ещё более неуверенной. Совесть кричала внутри, что я поступаю плохо. Он ведь не сделал ничего плохого мне, а я как последняя тварь заняла место его подруги и отдаляюсь от него. Я хотела рассказать все как есть, не скрыв ни одну деталь, но в горле встал предательский ком. Умом я понимаю, что он не примет, отвернется от меня.
— Люсь, ты хуже себя чувствуешь, чем вчера? Не пришла утром в гильдию и пропустила важную информацию от мастера, — Нацу говорил тихо, словно боялся меня спугнуть. Его встревоженный взгляд меня напрягал, так же как и мою советь. Не могу же я сказать ему, что совсем не его подруга и обо мне не стоит так волноваться?
— Важную информацию? Какую?, — мой голос звучал хрипло и сонно, это не придавало какой-то милоты, как обычно бывает, а наоборот сильно резало слух. Видимо спать больше нормы — плохой знак, нужен более-менее точный режим сна.
— Магические игры. Мастер озвучивал тех, кто участвует и попросил начать тренировки, ведь они совсем скоро, — Нацу пристально смотрел на меня, не моргая, словно в чем-то подозревал. Сердце от такого взгляда уходило в пятки, а ладошки потели. Может я себя накручиваю?
— Интересно. И кто же участвует? — я поспешила уйти в другую комнату. Быстрым шагом, почти что бегом, я направилась в спальню, чтобы переодеться во что-то более комфортное для походов по магазинам.
— Ну... Ты, я, Эрза, Грей и Венти. А на тренировки нам дают чуть больше полугода, — тихий и спокойный голос, словно эхом, звенел у меня в голове. Я? На такое важное мероприятие... Так, так. Если полагаться на знания из сна, то я точно: помню Люси писала, что она не особо сильный маг, в гильдии есть сильнее.
— Ты точно не ошибся? Я не такой сильный маг, чтобы участвовать в таком, — мой голос предательски задрожал, это полностью выдавало моё волнение. Глаза Нацу слегка расширились и с удивлением уставились на меня, словно я сказала какую-то чушь, — Не смотри на меня так, — вроде обычная просьба, но из моих уст она звучала как мольба о сохранении жизни.
— Ли.. Люси, ты не чувствуешь себя как-то странно? Может тебе кажется что-то странное? Присутствует чувство будто ты не в своей тарелке? — Нацу стал приближаться ко мне, такая близость меня не радовала. Откуда появились такие вопросы и для чего они были заданы? Неужели Нацу тоже не отсюда? Нет, бред какой-то... Я поспешно отрицательно покачала головой. Нужно как-то отдалиться от него, а потом из-за времени он не станет подозревать меня в чем-то странном... Но отпустит ли? Он же за этим тело по пятам ходит, даже на ночь остаётся, словно своего дома нет.
— И вообще откуда такие странные вопросы? — лучшая защита это нападение. Нужно отвлечь его от этого и поскорее заняться своими делами, желательно без него. Тревога только поднималась от его взгляда и натиска. Он все больше приближался ко мне и словно пытаясь найти ответ в моих глазах, всматривался в них. Жаль, что они могли только врать ему.
— Просто спросил, не бери в голову... — он заметно волновался, словно ожидал другого ответа. Опустив голову, Нацу улыбнулся и поспешно выпрыгнул в окно. Может мне показалось, но его улыбка была явно не такая как вчера, не столько позитивная что ли. Все это очень напрягало, даже то, что этот парень не умеет пользоваться дверьми и ведёт себя так, будто ждёт от меня каких-то вестей. Может стоит ему все рассказать? В любом случае я не могу быть уверена, что справлюсь со всеми нынешними проблемами сама. Отложим пока этот вариант на дальнюю полку.
***
Ночь окутывала всё вокруг, и в её тени я обнаружила на письменном столе давно забытый листок. Рука слегка дрожала, когда я развернула его. Записка была написана неуверенным, прерывистым почерком, будто кто-то писал её через страх и сомнения, боясь каждого слова, глотая собственные слезы. «Я не знаю, кому могу доверять. Кажется, что тени вокруг меня сжимаются, и даже запах свежего воздуха становится чуждым. Он всегда рядом — и одновременно как будто вовсе не здесь. Иногда я ощущаю его взгляды, что пронзают насквозь, и они приносят холод. Я стараюсь понять, что происходит, но страх сжимает меня словно стальная петля. Я боюсь, что если скажу правду — потеряю всё, что ещё осталось. Но молчание приносит только ещё большую пустоту и отчаяние. Люди вокруг смотрят на меня иначе. Я чувствую, как мои слова часто превращаются в пустые звуки, а жесты — в нелепые попытки понять себя. Этот страх — он тихий и неотступный, он прячется в каждом взгляде и в паузах между словами. Никто не знает, через что я прохожу. Никто не видит, как я пытаюсь удержаться на ногах среди зыбкой тьмы. Я молюсь, чтобы свет всё же пронзил этот мрак, но с каждым днём боюсь, что не хватит сил дотянуть до утра. Ведь он всегда рядом». Я убрала листок и почувствовала, как ледяной холод пробежал по спине. Никто не должен был знать. Никто не должен понять. Но что-то внутри меня уже сломалось — и это знание было страшнее всего. Кого боялась настоящая Люси?
