Часть 6
10 сентября 2022 г., 13:13
от лица стинга.
Не знаю, сколько времени я просидел, прижавшись спиной к промёрзшей каменной стене одного из безымянных зданий. Влажный от ночного воздуха камень жадно тянул из меня тепло, но я не двигался. Поджав колени, уткнувшись лицом в собственные руки, я просто сидел и слушал, как шумит ветер в переулках. Где-то за углом скрипнула вывеска. Глухие удары по ставням, шелест сухих листьев, подхваченных ветром... Всё это сливалось в унылую какофонию, отражающую моё состояние. Когда внутри наконец стало немного тише, разум, очищенный от первой волны эмоций, начал обрывками прокручивать случившееся. Почему моё тело так отреагировало на неё? Почему при одной только мысли о Люси Хартфилия у меня сжимается грудная клетка, а сердце срывается с ритма, будто я снова на тренировке у Вайса? Я глубже вдохнул. Влажный ночной воздух заполнил лёгкие, а с ним — лёгкий, почти исчезающий аромат духов. Он всё ещё оставался на моей футболке. Её запах. Тёплый, едва уловимый, но — настоящий. Её образ стоял перед глазами, будто она и не ушла. Среднего роста, чуть склонив голову, словно не верила тому, что видела. Светлая чёлка скрывала часть лица, оставляя в тени глаза. Но я — я видел их. Эти широко раскрытые карие глаза, полные страха, непонимания... и чего-то ещё. Она. Люси. Но это же просто девушка… подруга врага, если уж быть честным. Так почему от неё всё внутри выламывается? Ветер усилился, закручивая между крыш пыль и прохладу. Тучи сдвинулись, и тусклый лунный свет скрылся, оставив город во власти полумрака. Я поёжился, натянул ворот и заставил себя подняться. Хватит. Если не вернусь сейчас, Роуг точно устроит лекцию о дисциплине. А мне сейчас точно не хочется слушать его нравоучения. Я медленно зашагал по ночным улицам, освещённым лишь редкими фонарями. Сквозь закрытые ставни домов мерцал тусклый свет — последние проблески чужих жизней, далёких и непонятных. Шаг за шагом я возвращался к реальности, к привычному ритму, к себе. Или пытался.***
Я стоял у двери в номер, неуверенно прислонившись ухом к дереву. Драконий слух обычно подводит редко, но сейчас… всё звучало приглушённо, как сквозь толщу воды. Раздражённый женский голос — знакомый, но в то же время чужой. Она кричала. Словно каждый крик был магическим выстрелом, и я слышал, как предметы грохотом разлетаются по комнате. Один, другой… Похоже, мишенью был Роуг, и он, судя по звукам, не спешил отвечать тем же. «Почему она так бесится? Что он опять сделал не так?..» — мысли путались. Я едва успел отпрянуть, когда дверь распахнулась. Из неё вылетела, почти как снаряд, разъярённая Минерва. Её глаза метали молнии, а волосы растрёпаны, как у дикого зверя после боя. Я отступил в сторону, молча пропуская её мимо. Гильдийцы — да, но уж точно не друзья. Никогда ею не интересовался, потому и не вспомнил голос сразу. Заглянув внутрь, я замер. Полный хаос. Битое стекло, выломанная дверь в ванную, порванные простыни, разбитое окно, из которого залетал всё тот же ледяной ветер. — Бурный вечерок был? — не удержался я, проходя в комнату и оглядывая погром. — И не говори… — Роуг выглядел усталым. Потерев глаза, он сел на край кровати. Его волосы были в беспорядке, майка порвана, лицо — напряжённое. — Пойду попрошу другую комнату, — буркнул он, но я поднял бровь: — Подожди. Ты же понимаешь, что я не могу уйти без объяснений? Что здесь произошло? Он на мгновение закатил глаза, будто хотел отмахнуться, но всё же ответил: — Обычная ссора. С тех пор, как проиграли на прошлых Играх, Минерва вечно впадает в ярость по пустякам. Слово скажешь — и всё, взрывается. Он рассматривал в пальцах осколок стекла, словно надеясь найти в нём ответы. Мы замолчали. — Я думал, вы наконец научились разговаривать без взрывов. — Мы стараемся, — глухо сказал он. — Но иногда… получается только вот так. Я сел на край другой кровати, скрестил руки на груди и уставился в пол. Напряжение в комнате ещё не рассеялось. Я чувствовал, как его тень давит мне на плечи. — Слушай, — я посмотрел на него, — если вы вместе, почему она всё ещё выглядит так, будто ненавидит тебя? Роуг замолчал. Его взгляд стал отрешённым. Он долго не отвечал, будто внутри боролся с собой, а потом наконец заговорил: — Потому что она боится, это я привык сразу к ней и ради одного прикосновения готов был сделать что угодно, но она влюбилась в меня только со временем. Иногда кажется, что я не тот кто нужен для нее. Его глаза смотрели куда-то мимо — в окно, в разбитое стекло, в ускользающее небо. Будто в каждом осколке он видел момент, когда всё пошло не так. Я ждал. Не торопил. Он редко открывался, но если начинал говорить, слова были честными, почти обнажёнными. — Я знал с самого начала, — наконец заговорил он. — Когда мы были детьми. Ещё до того, как Саблезубые стали "сильнейшей гильдией", когда Минерва только начала тренироваться с отцом. Я увидел её — и всё. Меня словно прибило к земле. Мир, каким я его знал, исчез. Осталась только она. Я слушал, затаив дыхание. — Ты ведь знаешь, Стинг, — продолжил он, — у драконоборцев сердце бьётся иначе. Мы можем выдерживать боли, которые убивают обычных магов. Мы чувствуем магию иначе. Но чувства… если ты полюбил — это на всю жизнь. Без права на ошибку. Я сглотнул. — Так это правда… — выдохнул я. Роуг кивнул, не глядя. — Я пытался не показывать этого. Мы были соперниками, она всегда была сильнее, выше, быстрее. У неё были амбиции. Она жила, чтобы доказать, что достойна уважения своего отца. Я же… я просто хотел быть рядом. Пусть даже в тени. — А сейчас? — спросил я тихо. — Она… твоя судьба. Но она же ломает тебя. Он усмехнулся. Усталой, грустной усмешкой. — Любовь судьбы не означает любовь легкую. Минерва — моя половина, но она вся из шипов и огня. Сколько бы я ни терпел, сколько бы ни пытался быть для неё тем, кого она хочет — всё не так. Я знаю, что она боится любви. Не верит в неё. Думает, что я однажды уйду… и поэтому делает больно первой. Он сжал руку в кулак, словно борясь с эмоциями. — Но я не могу уйти. Понимаешь? Я не могу. Даже если разбивают мне сердце. Потому что внутри — я всё равно люблю её. Потому что магия… не врёт. Минуты тишины. Только ветер шевелил шторы, завывая в разбитом окне. И вдруг — он посмотрел на меня: — Где ты был? Я отвёл взгляд. — Просто… прогуляться вышел. Нужно было… подумать. Он сразу напрягся. Его глаза, тёмные, почти бездонные, резко расширились, будто я задел что-то личное. Он отложил осколок, наклонил голову и прошептал, едва слышно: — Стинг… Значит… это была она? Но ведь тяга должна быть с первого взгляда… разве не так? Почему же тогда… я заметил её только сейчас? Молчание. Комната казалась вдруг слишком тесной. Воздух — слишком густым. Всё, что было вокруг, перестало иметь значение. И только образ — она. Та самая. Со светлой чёлкой, с глазами, в которых прятались эмоции, что я до сих пор не мог расшифровать. Я отвёл взгляд. Слова Роуга ударили больно. Не в него — по мне. Он знал. Он всегда знал, кто его человек. С первого взгляда. Без сомнений. Без страха. И несмотря на весь ад, что он проживал с Минервой, он держался, потому что это она. А я? Я увидел её, Люси, и… ничего. Тогда — ничего. Просто девушка из другой гильдии. Просто раздражающе вульгарная блондинка. И лишь теперь, спустя месяцы, я почувствовал, как внутри будто что-то треснуло. Как сердце остановилось, а потом ударило с такой силой, что в ушах зазвенело. Я влюбился не сразу. Значит ли это, что это не она? Что я не должен чувствовать этого? Я вскочил с кровати и зашагал по комнате. — Это чушь, — пробормотал я, скорее себе. — У всех должно быть по-разному. Не может быть, что только с первого взгляда и никак иначе! Мы же… люди! Даже если с драконьей магией! Мы не машины! Роуг ничего не говорил. Только смотрел. — Я увидел её сегодня и… будто упал. В никуда. Я не знал, что делать. У меня сердце, чёрт побери, сбилось, дыхание перехватило! Я до сих пор чувствую запах её духов на футболке, и это сводит меня с ума! Но разве это значит… что всё ложь? Что опоздал? Что проморгал свою судьбу? — Нет, — наконец сказал Роуг. — Это значит, что ты стал готов её почувствовать. Я остановился. Он медленно поднялся, подошёл ближе, смотрел серьёзно, даже мягко. — Может быть, раньше ты не был готов. Может быть, она изменилась. Или ты изменился. Иногда судьба не кричит — она шепчет. Просто ты услышал её только теперь. — Но ты же сказал… — Я сказал, что драконы любят один раз. А не то, что обязаны понять это мгновенно. Я выдохнул. Медленно. Глубоко. — Если я ошибся… и это не она? Если это просто… момент? — Тогда со временем отпустит. — Он пожал плечами. — Но если нет… тогда ты поймёшь. И будет уже неважно, когда это началось. Главное — что ты будешь готов к этому. Мы стояли в полутемной комнате, полной разбитого стекла, разбитых чувств и правды. Минерва — его судьба. Сильная, сложная, огненная. Возможно — невыносимая. Но его. А я… впервые боялся, что упустил своё.Но в этом страхе рождалась решимость. Потому что если это действительно она… я не отступлю. Я буду знать. И тогда — разнесу весь мир, если придётся. Но узнаю ответ
