Фрагменты прошлого

      Звуки бьющейся посуды на кухне вырвали Рози из чуткого сна. Посмотрев на часы и приметив, что девять - это не так уж и поздно, Рози соскочила с подоконника, на котором, по-видимому, проспала всю ночь, но наверняка часов пять, ведь подруги уснули с рассветом. Быстрыми шагами, несмотря на ноющий бок, она направилась на кухню, с которой раздавался гам.       — Сколько можно! Я устала, да как ты не поймешь! Ты мне не нужен!       — Но я… — раздался неуверенный мужской голос.       — Но ты что?! Сколько можно?! Я не люблю тебя! Уходи, ну, пожалуйста! — на последних словах голос девушки понизился.       — Лена? — выглянув из-за дверного проема, позвала Роуз. — Ты в порядке?       Мужчина развернулся лицом к еле стоящей девушке, ноги её тут же стали ватными, а глаза наполнились животным страхом, Рози рухнула на колени. Обходя осколки, Елена тут же подскочила к подруге.       — Уйди, прошу тебя… — гладя Рози, взмолилась Елена, смотря на мужчину.       — Это ты! — вырвался крик Рози. — Он со мной сотворил это!       — Джейк? Ты уверена?       — Что? Я ничего не делал, вообще первый раз тебя вижу! — возмутился мужчина.       — Сейчас и посмотрим, кто из нас врет!       Преодолевая панический страх, девушка приблизилась к мужчине, и не успел он даже среагировать, как пальцы девушки коснулись глаз, вдавливая их. Джейк схватил запястья Розамунд и отдернул её от себя, что было достаточно легко сделать, смерив размеры мужчины и лёгкость Роуз.       — Сбрендила? — спокойным тоном спросил мужчина, смотря ей прямо в глаза, он отпустил её запястья, почувствовав дрожь девушки.       — Ты… Нет, это не он, но… Ты точная его копия!       — Кого?!       — Майк… — просипела Рози, боясь произносить даже имя того, кто избил её до полусмерти и окутал враньём, имя того, в которого она впервые по-настоящему влюбилась.       — Майкл, мой брат-близнец?       — Д-да, — заикаясь, согласилась Роуз, по её щекам всё ещё текли слёзы.       — Он не мог, он не изверг, но вот кто-то в детском доме покалечил его, он до сих пор ходит с протезом.       — Это…       — Рози! — раздался крик подруги позади.       — Ты?! — мужчина оглядел девушку. — Не смогла бы.       — Он мне так сказал. Сама я ничего не помню.       — Не смешно, — констатировал Джейк.       — А я и не шу… — не успела девушка договорить, как её горло окутали чужие пальцы, а воздуха стало катастрофически не хватать, перед глазами всё начало плыть, от удара головой о стену, к которой её и прижали те самые руки.       — Ты с ума сошёл?! Отпусти её! — завопила Елена, попутно беря вазу. — Отпусти, я сказала!       — Она сделала моего брата калекой на всю жизнь! Ты не видела его в тот день и после, не видела, как он мучается! — сильнее сжимая горло девушки, разъярённо выкрикнул мужчина, у Рози не было сил даже бороться, она просто хотела, чтобы всё это скорее закончилось, постепенно её тело начало обмякать, но мужчина не собирался останавливаться.       — Идиот, отпусти её! — Елена разбила вазу о его голову, отчего Джейк отпустил Розамунд и упал на пол без сознания, а вслед за ним и бессознательная подруга. — Что ж мне с вами делать…

Спустя полчаса

      — Заявление будете писать?       — Конечно! Хоть сейчас, он чуть не убил её, — выкрикнула Елена офицеру, указав на Рози, на шее которой виднелся новый кровоподтек, который уже, как и другие раны, обрабатывала медсестра.       — Чудно, — безэмоционально ответил полицейский, доставая документ.

***

      Услышав стук в дверь, Джон вышел из комнаты, окликнув Шерлока.       — Шерлок, сходи, посмотри, кого там принесло.       — Почему я? Ты же ближе к двери сидишь!       — Во-первых, к лестнице, во-вторых, я, если не доделаю отчеты сегодня, то завтра останусь без работы! Всё равно тебе нечего делать, сходи.       Стук стал настойчивее, и, фыркнув, Холмс поддался на уговоры Ватсона и спустился по лестнице. Открыв дверь, на пороге он увидел Мелиссу, а за её спиной и Молли. Первой голос подала медсестра.       — Джон дома?       — Такое чувство, что я его мамочка... Дома он, а что нужно?       — У нас плохие новости, — понизив голос, добавила Мелисса.       — Мне лучше скажите. Для начала.       — Рози, она… На ней жуткие побои, её пытались задушить, того, кто это сделал, задержали, а брат его сбежал, оставшись безнаказанным, за содеянное то, что успел застать Джон.       — Где она?       — Рози?       — Ну не подсудимый же!       — У подруги. К ней приезжал врач, после первичного осмотра медсестры. Он сказал, что ничего не сломано, а после первого нападения, чудом он не отбил ей органы. Ей разрешили остаться дома, так как состояние удовлетворительное, госпитализация необязательна... Эх... Так жалко её.       — Жалко — не жалко, плевать, адрес! — возмутившись, крикнул мужчина.       — Чего? — Мелисса, будто на неё вылили ведро с холодной водой, вопросительно посмотрела на Холмса.       — Адрес, быстро! И Джону ни слова.

***

      Сидя на диване, укутавшаяся в плед Роуз, попивала малиновый чай и читала книгу, в то время, как Елена ходила из стороны в сторону с безумными глазами, объясняя следователю, что она собирается посадить этого ублюдка и его братца, а не принимать никаких чистосердечных, что он чуть ли не убил её подругу, поэтому она и дала вазой по голове мужчины, едва ли он пострадал больше, чем Роуз. Бросив телефон на тумбочку, Елена громко выдохнула и плюхнулась на диван, проведя руками по лицу. Она посмотрела на Рози, которая взглянула ей в глаза.       — Ты как?       — Бывало и лучше, — потерев шею, ответила девушка, робко улыбнувшись.       — Солнце, сколько ж ты натерпелась, — обняв подругу, вздохнула Елена, и по её щеке скатилась предательская слезинка, хоть она и была той, кого на слёзы вывести тяжело: даже на похоронах собственной бабушки она не проронила ни одной хрустальной капли.       — Эй, ну ты чего? Кто сказал, что нужно быть сильной, м?       — Эх, не всегда получается, — посмеявшись, ответила девушка, рукавом утерев слезу.       — Ну вот и всё, сопли намотала на кулак и… Сделай ещё чайку! — широко улыбнувшись, Рози протянула подруге пустующий чайник.       — Дурочка, — посмеявшись, Лена поднялась с дивана и, взяв в руки чайник, пошла на кухню, а Рози продолжила читать книгу.       Включив чайник, Лена потянулась за новой порцией чая, но не успела она и прикоснуться к упаковке, как раздался стук в дверь. Девушка с опаской взглянула в глазок, удостоверившись, что это не один из близнецов, она открыла дверь.       — Добрый вечер, вы к кому? — прислонившись к косяку с ехидной улыбкой, спросила Лена.       — Рози у тебя?       — Да, но… — не успела она договорить, как мужчина в пальто и синем шарфе, влетел в квартиру, даже не разувшись. — Эй!       — Ах, да! — мужчина всучил девушке свой плащ и поспешно сбросил туфли.       Пока Елена пыталась повесить этот «парашют» на вешалку, в гостиной раздался возглас.       — Шерлок!       — Привет, цветочек.       — Ты не представляешь, как я рада тебя видеть!       Чайник издал сигнал о том, что вода в нём уже закипела, и девушка поспешила на кухню. Спустя пару минут она вошла в гостиную с чайником в руках и застала Рози в объятиях крёстного отца. На глазах Холмса виднелись подступившие слёзы.       — Вы плачете? — язвительно спросила девушка.       Холмс лишь бросил на неё укоряющий взгляд, после чего разомкнул объятья, и Рози увидела побледневшее лицо Шерлока, ему невыносимо было смотреть в заполненные кровью глаза, которые когда-то светились любопытством ко всему, что было в этом мире, но сейчас они выражали лишь страх и лицо, которое когда-то в порыве игры украшали детские наклейки, сейчас было всё в синяках.       — Прости меня.       — За что, цветочек? — обхватив лицо Рози, спросил Шерлок, заглянув в блестящие от слёз, глазки.       — За всё. За папу, за моё поведение…       — Не извиняйся, милая, это мы должны просить у тебя прощения за то, что тогда отпустили в одиночку, наверняка ничего бы не случилось, если бы Джон отвёз тебя домой. Просто расскажи мне всё, спокойно и по порядку.       — Я влюбилась… Первый раз по-настоящему… — призналась Рози, опуская взгляд.       Поняв, что разговор предстоит не из лёгких, Елена поставила чайник и ушла в свою спальню, оставив детектива и девушку наедине. Лицо Шерлока изменилось в долю секунды, когда он услышал эти слова, затаив дыхание, он ожидал продолжения.       — Мы познакомились на внеклассной лекции, когда я ездила в Оксфорд, мы начали общаться, поначалу дружили, а потом я поняла, что влюбилась. Папа был против того, чтобы в нашем доме появлялись парни, но тогда, когда я поехала домой с головной болью, он подвозил меня и вроде всё шло нормально и даже хорошо, но он поцеловал меня, что было не нужно мне в тот момент, и я оттолкнула его и ушла в дом, но через пару минут он всё-таки пришёл извиняться. Я решила его впустить, мы очень тепло поговорили, я рассказала всё, что знала о себе, о нашей семье, ведь мы общались уже второй год, и я была уверена, что это был мой человек и думала, что могу ему доверять. В дверях он столкнулся с папой, за что получил оскорбление, а я очередную порцию ругани, как только я узнала, что ты опять употребил, то упрекнула папу в том, что он тебя не бережёт. Так и мы и разошлись по разные стороны, я поехала к тебе, к слову, поведение Тома, пока мы ехали на Бейкер-стрит, показалось мне странным, он начал что-то говорить про Хэллоуин, что всегда знал меня, а папа ушёл домой. После того, как мы с ним, уже позже, после смерти миссис Хадсон, договорились о том, чтобы Том, а точнее Майк, довёз до дома, мы выехали и вместо того, чтобы поехать ко мне, он свернул в переулок, сказал про то, что я в детском доме сделала его калекой, это, со слов Майкрофта, действительно было, но я ничего не помню, вроде, по экспертизе, меня чем-то накачали, я не уверена, потому что документ мне показывал он же, но вскользь, чтобы ни папа, ни ты, об этом не узнали, ты же знаешь, что было бы с отцом… Позже я уже перестала различать, где реальность, а где мои мысли, я выключилась, а когда очнулась, то первое, что почувствовала, так это холод и боль в боку, звонить было некому, так что выбор пал на Лену, ну а дальше от Мелиссы, она же меня обследовала, ты всё знаешь. Я не буду говорить о своём состоянии, поскольку оно просто ниже дна, но за Лену я держусь, как за спасательный круг, мне нужно побыть одной, правда, поэтому я вам ничего не сказала и не собиралась, ни тогда, ни сейчас… — за всё время своего рассказа, с глаз девушки не упала ни одна слезинка, она настолько погрузилась в произошедшее, что поняла, каких ошибок она натворила и что во всём случившимся виновата лишь она сама, а не отец или тот несчастный парень и его братец. Да, им воздастся по заслугам, но в этом есть доля и её вины, однако сейчас не время опускать руки, тем более, что всё наболевшее она успела пережить, хотя осталась судебная волокита и поиски того самого Майка, разбирательство в детском доме, хотя нет трудностей ещё множество, но чёрта с два она сломиться.       — Она не сказала, что обследовала тебя сегодня.       — Ну…       — Я честно очень рад, что ты со мной поделилась, надеюсь, что стало легче, цветочек. Джону ни слова, обещаю. Сколько времени тебе дать?       — Месяц, может, два, просто хочется отдохнуть, обучение возьму заочное, хотя через пару недель лето, сессии…       — Думай об учёбе в последнюю очередь, ты так угробишься! — потрепав девушку по волосам, воскликнул Холмс.       — Ты всегда говорил обратное! Нет уж, что-то сдам и спокойно буду разбираться во всём, думаю, что через пару недель нас уже здесь не будет.       — И куда ты намылилась? — улыбаясь, шутливо спросил Шерлок.       — В Канаду, там и проводятся те самые ежемесячные курсы, на которые я так хотела, а деньги я уже заработала.       — Когда успела?       — Сначала работала официанткой в кафе, потом флористом, потом… Не помню, за два года я накопила и на курсы, и на путешествие, хотя бы что-то, да и думаю, что Лена не бедна, графические дизайнеры нынче немало зарабатывают. Всё это было после учёбы, не переживай, — улыбнувшись, сказала девушка.       — Ничего себе, почему же мы об этом не знали?       — Началось бы: это нельзя, то нельзя и тому подобное, хотела работать там, где нравиться, без отцовских наставлений и часовых лекций.       — Ты уже совсем взрослая и правильно, что так сделала. Ты всегда была лучше всех.       — О, нет, — рассмеявшись, сказала девушка.       — Не скромничай! — воскликнул Холмс, театрально разведя руками, после чего оба рассмеялись. — А кем ты хочешь работать, помимо врачебной практики?       — Фотографом. Вокруг столько красоты, но единицы обращают на это внимание, я хочу всем показать, что этот мир намного красивее и интереснее, чем может показаться.       — Да ты не только красавица, но и философ. Ты умница, это, наверное, единственное, что я могу сейчас сказать. Живи, как посчитаешь нужным и никого не слушай, — напутствовал Шерлок, после чего, поцеловав крестницу в лоб, удалился.       После того, как дверь квартиры захлопнулась, Лена вышла из спальни.       — Это лучшее напутствие, что я слышала за свою жизнь! И ты права, я смогу нас обеспечить, и я не против путешествия, — широко улыбнувшись, сказала подруга.       — Спасибо тебе за то, что ты есть.       — Ну перестань, — театрально засмущавшись, Лена плюхнулась на диван рядом с Рози и обняла её. — Мы справимся.       Напротив девушки стояла Мери и добрыми глазами смотрела на дочь, сделав пару шагов, женщина приблизилась к ней и теперь уже можно было разглядеть даже чающую зелень материнских глаз. Мери приблизилась к дочери вплотную и поцеловала в щёку, сжав её плечи, а по коже пробежал холодок.       — Ты справишься, — прошептала мать и ободряюще кивнула, а Рози только и смогла, что, сдерживая бешеный ритм своего сердца, тихо угукнуть, услышав эдакий ответ, Мери растворилась в воздухе, что вызвало странное чувство, на этот раз деталей в матери было больше, и девушка даже почувствовала какой-то цветочный аромат и не понимала, то ли он исходил от подруги, то ли от видения, что было крайне маловероятно.       — Я привезла тебе духи, кстати, твой отец сказал, что они должны тебе понравится, — сказала Елена и улизнула в комнату, где Роуз временно обитала, через пару минут она появилась с флаконом в руке, который был пуст на треть, — Держи.       Рози открыла флакон и поднесла к носу и ощутила родной аромат. Мама. Это её духи.