Дневник Ивамото Киэсе

Под сенью вишневых цветов, Я, словно старинный драмы герой, Ночью прилег уснуть. Мацуо Басё «В Японии необычно проходят погребальные обряды, в отличие от Западно-европейской культуры…» Телевизионный экран показывает белоснежную гору Фудзи на фоне розового заката. Женский голос ведущего-экскурсовода продолжает вещать за кадром. «…. Сначала отпевание, потом кремация и захоронение в семейной могиле. Тело умершего готовят к погребению. «Вода смертного часа» или мацуго-но мидзу – смачивание губ покойного водой. Омывается тело горячей водой, готовится наряд – белое кимоно, которое запахивается справа налево, на ноги одевают гамаши и соломенные тапочки, в руки вкладываются четки. Приводят в порядок внешний вид – состригают ногти, укладывают волосы, сбривают щетину или накладывают макияж. Тело переносят в комнату, где расположен будийский домашний алтарь. Кладут маленький мешочек с шестью монетами…» Квадратный коробок с проводами выводит очередной кадр из Страны восходящего солнца. « Родственники ставят маленький столик у изголовья умершего. Украшают этот стол живыми цветами – как правило, это белые хризантемы, - зажигают свечи и палочку ладана. Семья покойного должна всё время поддерживать курящийся ладан и заженные свечи…» Экран ребит разноцветными пикселями. Японские древние храмы утопают в зеленых лесах бамбука. Приятный певчий голосок ведущей-эксурсовода вновь зазвучал. «Каймё – это имя, которое получает человек после смерти. Будийский священник записывает каймё на белой деревянной дощечке, которое потом используется в поминальных обрядах…» Про призраков обычно ничего не говорят в таких экскурсионных ТВ-программах для любителей путешествовать. « Сосики – это похоронная церемония, она проходит на следующей день после хонцуи – ночное бодрствование у гроба. Обычно сосики проходит в японской комнате, но бывают и исключения, когда семье покойного позволяют средства организовать похороны на открытом воздухе…» Но если я умру в одиночестве, кто мне будет приносить цветы и называть моё каймё? Ведь именно так и появляются призраки – их забывают и не помнят. Но есть те, кто их видит. «Во время проведения похорон должны соблюдаться четкие приличия по поводу одежды. Мужчины из семьи покойного одевают черные кимоно с накидкой, а женщины – черные кимоно без узоров. Друзья, приятели и коллеги покойного носят черные костюмы. Японцы приносят, как правило, молитвенные четки из горного хрусталя, которые держат в левой руке…» Мой круг общения знает только одного такого человека – меня. Когда мне было 6 лет, я увидел своего первого призрака. Сначала отпевание, потом кремация и периодические поминальные службы. Мы с семьёй были на похоронной процессии – умер отец моего отца. На кладбище Ёкахара было много народу. Серые низкие тучи заслоняли яркие лучи солнца, прохладный ветер шелестел зелёными листьями японского клёна в конце лета. Я ничего тогда не понимал. Посторонние лица теснились ближе к друг другу, молча вздыхая. Некоторые брюки и юбки подходили к моему отцу и утешали его. Среди людей в черных костюмах я увидел знакомое лицо и воскликнул: - Смотрите, это дедушка! - Не шути так! - кто-то сказал из взрослых. Мама меня за это очень сильно отругала, она шлепнула меня по руке. Рядом стоящие женщины, наши дальние родственники, заплакали пуще прежнего. Лицо у отца стало ещё мрачнее. Но тем не менее, я его там видел. На том же месте, между молодой женщиной, моей тётей, и высоким пожилым мужчиной, старым другом деда. Он был бледным, почти прозрачным, как ветер. Его морщинистое худое лицо мне улыбнулось. Ничего не говорил и наблюдал за плачущими лицами. Когда постепенно процессия начала подходить к концу, люди начали расходиться. Мы тоже отправились домой. Пока мама меня вела за руку, я на миг обернулся назад. Дедушка всё стоял на том же месте, и потом в один момент исчез. С тех пор моя жизнь как-то связана с прошлыми жизнями других людей. Я подростком в старшей школе полюбил девушку – Момоэ, новенькую. Она была очень красивая, и вдохновляла меня на новые картины в школе художеств. Длинные черные волосы, молочная кожа лица, губы цвета персика. Для творческого человека это словно найти в реальной жизни свою собственную музу. Это была точно первая любовь. Наши отношения начались с моей записки, которую я ей кинул в портфель. Она мне позвонила и смущенным голосом сказала, что не против свидания. Потом всё пошло, как и у всех – встречи, маленькие подарочки, знакомства с родителями. У нас возможно была бы семья и дети, но случилось то, что никто не ожидал – Момоэ пропала. Она ушла в школу утром и не вернулась. В школе в тот день её не было. Момоэ не дошла до неё. Полицейские в форме допрашивали меня: - Вы были знакомы с Ито Момоэ? - Да, она моя девушка… Точнее, была моей девушкой. - Она вам ничего не говорила перед тем, как она пропала? - Нет. - Какое у неё было настроение в последнее время? Она вам жаловалась о чем-либо? Вы ссорились? Я был в ступоре. Они думают, что она совершила самоубийство. Моё лицо побледнело от внутренней злости. - Нет! Она не могла такого совершить! У нас всё было хорошо. – Мой голос переходил на крик. - Вы уверены, что она не могла совершить самоубийство? Мать обхватила мои плечи. - Уверен. – Более спокойно подтвердил я, - У нас не было ссор и скандалов, подруг у неё тоже не было. Родители Момоэ были взволнованы до предела. Госпожа Ито то и дело держала под рукой телефон, в надежде, что ей позвонит родная дочь. Через несколько дней прибыл следователь в дом семьи Ито. - Её тело нашли в переулке недалеко от школы, - негромко сказал мужчина, - возможно девушку изнасиловали и убили. Вам нужно опознать тело. Госпожа Ито ничего не могла вымолвить, и всю ситуацию принял на себя её муж. - А как же убийца? Его нашли? – Спросил он. - Нет, но мы его ищем. – Заверил следователь. Это произошло в феврале, а сейчас уже июнь. Летние дожди прерывали асфальтовую духоту. После этого потрясения я долго не мог спать, и каждая ночь для меня была пыткой. Только лишь после изнурительных тренировок, которые мне посоветовал врач, я смог провалиться в ночные грёзы. - Киэсе-кун… Этот голос. Кто это? -Киэсе-кун, ты слышишь меня? Я вздрогнул, резко открыл глаза и приподнялся с кровати. Это голос принадлежал Момоэ. - Момоэ-тян? В комнате никого не было. Холодный лик луны лучами расползался по полу. Синяя темнота заполонила помещение. А потом я увидел её – белая, прозрачная с нечётким лицом. Голос её распространялся плавным эхом. - Сходи на место, где всё случилось. Найди телефон убийцы. Прошло уже несколько месяцев с начала расследования, но никого ещё не нашли. - Вдруг его уже нашли полицейские? – Обратился я к призраку, который напоминал образ моей возлюбленной. - Нет, они его не увидели. – Образ Момоэ постепенно начал растворяться. – Найди телефон. После этого странного диалога уже никого не было. На улице стояла глубокая ночь. Следующим утром я отправился на место преступления. Мне было неизвестно, где всё-таки это роковое событие произошло. Я оглядывал разные места по дороге к школе. Лишь остатки от желтой ленты полиции в неприметных кустах дали мне знак, где искать. Честно сказать, я тогда не надеялся ничего найти. Считал, что появление призрака – это лишь реалистичный сон после тяжелых физических нагрузок. Среди сломанных веток, потоптанной травы и грязи, я действительно нашёл телефон. Он был чёрный с потухшим экраном. Первые минуты я совершенно не поверил, что нашел улику. Когда я смог включить смартфон, то там никаких приложений не было. Лист с контактами был пуст, отсутствовали фотографии и музыка. И лишь в SMS я смог что-то откопать. Сообщение с неизвестного номера с названием улицы, где жила Момоэ Ито. Наверно, это имела ввиду Момоэ. У меня сразу возникли радостные мысли, что преступника можно найти. Я побежал в полицейский участок. Был вечер. Полицейские покрутили в руках черный смартфон, попытались что-то найти в нём, но кроме сообщения там ничего не оказалось. Потом они заявили то, на что я не рассчитывал. — Значит так, - начал смуглый широкоплечий инспектор, - несколько наших лучших работников проверили каждый куст, каждое дерево на месте убийства. Даже сухой листик проверяли на наличие отпечатков пальцев, - Его голос постепенно повышался и становился всё громче, - и мы не находили никакого телефона. Семья Ито заявила, что свой телефон девочка оставила дома. А бредни про призрака и шутка с чужим телефоном оставь при себе, малец! – Последние слова он уже кричал мне в лицо. – Брысь отсюда! Мне не поверили. Ни единому слову. Тяжелая рука кинула на стол телефон, который я считал главной уликой. С тех пор прошло несколько лет. Этот телефон сейчас храниться в забытых воспоминаниях и в пыльной коробке из-под обуви.