Опасные игры

      Подготовка к вторжению в Мидгард вступила в заключительную фазу. Церемонии закончились. Остались сугубо-организационные моменты, которые «великодушно» взял на себя Иной. Лидер Читаури явно не собирался подпускать какого-то самозванца к своей армии, а потому предпочёл сделать всё сам. Локи же, по его словам, должен был смотреть и учиться. Набираться военного опыта.       Но Локи не смотрел. Прикрылся иллюзией и ушёл от мерзкого существа, чтобы ещё раз пересечься с сёстрами. Для них троих это уже стало чем-то вроде ритуала — встречаться перед очередным расставанием. На какую бы миссию Танос не отправлял Гамору, она всегда каким-то образом, выкраивала хотя бы пять минут, чтобы навестить Локи. Небула не позволяла себе ничего подобного, поэтому принцу Асгарда самому приходилось искать встречи с ней. Чтобы проводить. Пожелать удачи. И сказать, что всё будет хорошо, даже если это очередная ложь. Потому что в их случае правда могла быть не только горькой, но ещё и токсичной. Могла уничтожить морально. Поэтому им троим так важно было создать эту иллюзию гарантии безопасного возвращения друг для друга.       И сегодня пришла их очередь делать это для него. Локи обнаружил сестёр в одном из неиспользуемых отсеков Святилища — одним из немногих, кстати, где были иллюминатор. Слабость в конструкции корабля, делающая это место небезопасным для других и идеальным для них. Войдя внутрь, Локи обнаружил Небулу, смотрящей на светящиеся точки за стеклом. Такие крохотные, что в них едва ли можно было опознать звёзды, находящиеся на страшном удалении от Святилища. Флагманский корабль Таноса скрывается в Тёмном Космосе, отделённый от других миров непреодолимой пустотой необитаемого пространства. Бездной, в которую и упал Локи.       Гамора сидела на железном поребрике широко расставив колени и держала в руках бутылку с алкоголем, захваченным во время одной из успешных миссий. Локи и сам был тем ещё мастаком, протаскивать разные запрещённые штуки мимо стражи, но даже он удивлялся тому, как такие трюки проворачивала не обладающая иллюзиями Гамора. Небула, судя по отражению её лица на стекле иллюминатора, завидовала непослушанию сестры, умудрявшейся выходить сухой из воды. Тем не менее бутылку из рук она приняла:       — Горький… как моя жизнь, — мрачно произнесла синекожая инопланетянка, сделав глоток и передав тяжеленную бутыль Локи.       — Ты ведь даже напиться не можешь… наверное… — предположил тот, подозрительно косясясь на предложенную бурду подозрительного ржавого цвета. Запах спирта ел ноздри, а вкус разъедал горло и пищевод. Куда там знаменитому асгардскому элю.       — Отец не позволил мне даже этого, — пожала плечами Небула, наконец-то обернувшись к нему. — Но я могу сымитировать эффект опьянения, соединив пару несоответству ющих друг другу проводов, или поковырявшись кинжалом в нужной печатной плате.       — Не стоит, — чтобы не стоять столбом, Локи присел сначала на какой-то громоздкий железный ящик, а затем и вовсе на пол.       — Я тоже так думаю. Наблюдать за вами двумя уже достаточно интересно, — взгляд люминоидки и её пропитанные отчаянной горечью слова дали Богу Обмана понять, что она знает про его ночь с Гаморой. Он вновь причинил ей боль, хотя и не хотел этого.       — Ты не можешь обвинять меня, сестра, — осторожно обронила зехоберианка, видимо опасаясь, что Небула на неё бросится.       — Могу. Но не буду, — ответила Небула, неожиданно шагнув к ним и взяв за руки. — Просто… пообещайте мне, что мы всегда будем вместе. Только мы трое. Пообещайте мне. Поклянитесь и я не стану мешать вам. Я буду любить вас, пока вы двое любите меня.       — Я клянусь, — улыбка была редкой гостьей на лице Гаморы и все же она нашла в себе силы на это, крепко сжимая руку сестры.       Локи же промедлил. Обычно лживые обещания легко срывались с его языка, но сейчас он не мог заставить себя произнести слова не будучи точно уверенным, что сможет осуществить. Потому что едва ли не впервые в жизни почувствовал груз ответственности. Эта была не просто безобидная ложь в стиле: «Всё будет хорошо». Это было другое. Гораздо более серьёзное.       — Я бы хотел, но… — начал асградец но боль, пронзившая руку, помешала закончить. Протезы Небулы сжимали как клещи.       — Серьёзно? Ты собираешься позволить людям убить себя, правда? — резко рассмеялась Небула. — Не смеши. Ты вернёшься, и с тобой всё будет хорошо, как всегда. Ты вернешься и привезёшь Гаморе какой-нибудь сувенир. Местное оружие, или ещё что-нибудь. А потом расскажешь мне об аборигенах и их традициях. Вот как всё будет, Локи! Поэтому дай мне это проклятое обещание!       Под конец люминоидка уже почти кричала и чтобы успокоить её, Локи сказал то, что от него и требовалось. Поклялся вернуться.       — Всё так и будет, я гарантирую, — Гамора едва заметно кивнула ему ресницами, одобряя маленькую сделку с совестью.       И это дало Локи чёткое понимание того, насколько они трое близки. Танос называл их своими детьми, но при этом не имел в виду ничего хотя бы отдалённо напоминающего родственные отношения. Для него все они были не более чем союзниками, призванными сражаться за его идею. Сражаться друг с другом, если потребуется. Они были теми, кем хотел видеть их Безумный Титан и его видение не включало в себя ничего похожего на то, чем стали друг для друга, Локи, Гамора и Небула.       Брат и сёстры. Прежде Трикстер и помыслить не мог, что такое возможно. Тор вызывал у него смешанные чувства. Раздражение и лёгкая привязанность, основанная на общем детстве. Почти ничего, если вдуматься. Однако с этими двумя девушками у Локи было действительно много общего. Они трое провели много времени вместе, разговаривая обо всём на свете. Из двух сестёр именно Небула оказалась более любопытной. Осиротевшая девочка, не помнившая ничего, кроме Таноса. Её забрали с планеты ещё ребенком. В её разум вбили, что она должна быть благодарна за честь служить Безумному Титану. И она поверила этому Она делала всё, что могла, чтобы отец ею гордился. Она тренировалась до тех пор, пока мышцы могли сопротивляться нагрузкам. И даже когда её тело перешивали заново, заменяя его части механизма, Небула не бросила отчаянных попыток завоевать одобрение отца. Всё, чего она хотела — чтобы Танос признал её. Чтобы похвалил. Она хотела быть любимой. Как и сам Локи когда-то. До своего Падения.       Это же сделало её голодной до знаний о других мирах. Не видевшая ничего, кроме мрака Святилища, Небула с большим интересом слушала рассказы Локи о том, как живут на других планетах. Гамора в этом плане оказалась куда сдержаннее. Обычаи аборигенов интересовали её куда меньше. Если речь конечно не шла об оружии, и новых способах убийства. Локи не решился бы сказать ей этого в лицо, но зеленокожая зехоберианка неосознанно взяла от Таноса куда больше, чем готова была признать.       Небула, если на то пошло, была куда откровеннее сестры, которая всегда отдавала предпочтение хитрости и никогда не жертвовала собой ради неё. Даже зная, какие страдания придётся пережить проигравшей в руках Таноса, искренне верившего в то, что металл добавит дочерям сил, превратив их в бойцов, которыми можно гордится. И что страдания разорванной плоти являются необходимой частью наказания за провал. Неудивительно, что Небула точила на Гамору зуб, жаждая вонзить клинок в её горло.       Так или иначе, ему удалось найти подход к каждой из них. Уменьшить страх Гаморы перед приёмным отцом и вернуть чувства Небуле, постепенно начинавшей превращаться в механизм не только телом, но и разумом. Благодаря его шуткам, синенькая даже смеялась пару раз за всё время. Одновременно с этим, девушки показали Локи, что трон — не единственное, чего можно желать. В некотором роде они исцелили друг друга, объединенные общей болью и отчаянием, насквозь пропитавшим это тёмное место.       Эта попойка стала своего рода кульминацией их взаимоотношений и внезапно пришла в голову идея. Гениальная, но безумная. Граничащая с самоубийством. Не позволяя опасениям остановить себя, Трикстер сжал руку Небулы и потянул её за собой на пол.       — Ложитесь, — без каких-либо объяснений сказал он девушкам, вольготно растягиваясь на решётчатой сетке из чёрного железа.       — Серьёзно? — фыркнула Гамора. — Вокруг столько мест, куда можно сесть, а ты собираешься валяться на полу в грязи?       — А я не против, — в пику сестре сказала Небула, грациозно устраиваясь рядом с асгардцем. — Давай, Гамора. Иди к нам.       — Да, Гамора, присоединяйся, — подначил зелёненькую Локи, болтая бутылкой в воздухе. — Тут и ещё осталось немного.       — Я не собираюсь валяться там с вами, — упорно стоя на своём Гамора уже направилась к выходу, но замерла у двери.Постояла немного и зарычав от ярости вернулась к ним. Постояла немного, с задумчивым выражением лица и шумно выдохнула через нос.       Локи улыбнулся и просто протянул ей руку. У обеих его сестёр бывали такие дни, когда из личные демоны завладевали ими. Небула, например, не чувствовала себя в безопасности в своем теле, и ожидая, что оно повернётся против неё, маниакально ковырялась в себе отвёрткой. Гаморой, в свою очередь, овладевала паранойя, доводящая её до грани паники. Единственным способом помочь в таком случае, как ни странное, было просто быть рядом и не отпускать. Несмотря ни на что.       Вздохнув, Гамора сдалась. Их руки соприкоснулись и она села рядом с ними, а затем и легла. Локи был в центре, а сёстры по краям. Трое вместе, в темноте, освещённой только звёздами, они легко могли представить, что находятся далеко за пределами космического корабля, являющегося, по сути, их тюрьмой. Притвориться, что вся остальная Вселенная не существует.       Будь это обычный день, они бы поговорили о чём нибудь и, может быть, позволили бы себе помечтать. Придумать, чем занялись бы, если бы обрели свободу. Придумывали бы истории, которые никогда не станут правдой. Но сегодня был необычный день и вскоре Локи предстояло уйти. Отправиться покорять Мидгард, как он и планировал. Но будучи честным с самим собой, он был благодарен Небуле и Гаморе за то, что они остались здесь. Рядом с ним. Опальный принц держался за них и ни капельки не стыдился этого.       Их близость, дарила ему мир и небывалое ощущение покоя, которыми Трикстер наслаждался больше, чем любой из своих шалостей. В этом не было ни азарта, ни вызова его способностям, которые он ценил. Только умиротворение. Чувство комфорта и близости. Переполненный ими, Локи поочерёдно гладил сестёр по лицам, выражая таким образом любовь и привязанность.       Все трое понимали, что этот мирный момент не может длиться долго. Очень скоро Танос пошлёт за Локи, и лучше бы тому оказаться на месте. Потому что в противном случае его могло ждать что-то похуже очередной нудной лекции о том, как необходимо сохранять баланс между работой и отдыхом. Однако сейчас они могли хотя бы на какое-то время притвориться, что они просто братья и сестры, наслаждающиеся присутствием друг друга. Могли любить друг друга не опасаясь возможных последствий и наказаний.       — А давайте сделаем это, — впервые за всё время в Святилище Локи решился озвучить то, о чём давно уже думали все трое.       — Сделаем что? — Небула повернула голову и чуть ли не в упор уставилась на него своими обсидианово-чёрными глазами.       — Локи, опять ты за своё! — возмутившаяся Гамора, даже приподнявшись на локтях. — Ну по чему ты всегда всё портишь?       Сёстры переглянулись и пришли к совершенно неправильному выводу. Ведь он предлагал им всего лишь убить Таноса, а не…       — А давайте, — Небула с быстротой пантеры перекатилась, оседлав бёдра Локи и упёрлась руками в грудь, прижимая к полу. И вот тут он понял, что девушки расценили его намёк немного превратно, решив что он предложил им устроить междусобойчик.       — Подождите, вы все неправильно… — закончить Бог Обмана не успел. Люминоид агрессивно засунула свой язык ему в рот.       — Сейчас-то хоть не ври. Чего уже? — Гамора явно была зла на него, но Локи это уже не волновало. Небуле удалось разжечь его страсть и он жадно ответил на её поцелуй — неистовый и отчаянный, с хрустящим стуком зубов и размазыванием слюны.       — Не хотела тебе говорить сестра, но ты ведёшь себя как животное, — откуда-то издалека донёсся осуждающий голос, который Локи в данный момент совершенно не хотел слушать. Впереди ждал бой. Возможно — смертельный. Его время в Святилище подходило к концу и он ухватился за предложенное Небулой удовольствие. Но та поддалась на провокацию.       — Ну давай, поучи меня сестра, — поддразнила она, отрываясь от Локи и поднимая на Гамору горящий взгляд чёрных глаз.       — Изволь, — приняв вызов, зелёненькая склонилась к лежащему асгардцу, накрыв их облаком малиновых прядей. В следующий миг тот ощутил нежное прикосновение полных, чувственных губ. В отличие от сестры Гамора специально не спешила, наслаждаясь процессом и постепенно вовлекая Локи в него. Отчаянная, животная страсть Небулы так резко контрастировала с искушённой техникой Гаморы, что он непроизвольно поддался её чарам больше, чем сам того хотел, поглаживая по щеке.       И это при том, что Небула как и прежде сидела на нём! Наблюдать за проявлением их чувств и самой не участвовать в этом оказалось невыносимо для синенькой и вскоре она вмешалась, жестко оторвав сестру от Локи. Резкий рывок за волосы заставил зехоберианку болезненно вскрикнуть и схватить девушку-киборга за запястье, скрежетнувшее от её натиска.       — Я сказала: поучи меня сестра, — повторила Небула, впиваясь коротким, жёстким укусом в губы Гаморы. Всё произошло так быстро, что растянувшийся на спине Локи даже не успел толком ничего рассмотреть. Однако от его внимания не укрылась тёмная струйка крови, стекающая по подбородку охреневшей от такого поворота событий старшей дочери Таноса.       — Девушки, а можно помедленнее, — сальным голосом попросил Локи, сверкая зелёными глазами. — Я хочу насладиться.       — Заткнись и раздень меня, — приказала Небула, надавив свободной рукой ему на грудь и жестко стеснив дыхание. Делать было нечего, и асгардец подчинился. Его руки уверенно заскользили по синей коже люминоидки, ловко избавляя её от кожаного костюма.       — Теперь раздень меня, — приказал Трикстер, вернув себе сидячее положение и глядя на Небулу с наглостью похотливого асгардианского принца, которым он в глубине души всё ещё являлся.       — Сам разденешься, — и не подумала подчиняться младшая дочь таноса, сражаясь с узостью чёрных кожаных штанов, туго обтягивавших её стройные ноги. Слезать с Локи она рисковала, опасаясь, что извечная конкурентка займёт её место.       — Я тебя раздену, — не столько предложила, сколько констатировала Гамора, скользя руками по мужскому телу. Её тонкие пальцы справлялись с пряжками на костюме Локи ловчее, чем можно было представить. Он и не заметил, как оказался с голым торсом, на который зехоберианка сразу же наложила загребущие лапки. Вот правду говорили — зелёная блудница.       Когда её коготки скользнули по его щекотливым рёбрам, асгардец, признаться честно, вздрогнул от приятного ощущения, послав Гаморе горячий взгляд. Уже полностью избавившаяся от одежды Небула заметила это и вспыхнув от ревности. Ломаным движением механизма она переключилась в сидячее положение и резко сдернула с Локи штаны. Гримаса на её синем лице, пересечённом серебрящимися линиями имплантов, и сквозящая в движениях агрессивность чуть ли не напугали Трикстера.       Он инстинктивно задержал дыхание, когда люминоидка взялась за его член — и не живой, телесной рукой, а протезом, металл которого ощущался неприятно-холодным. Она легко могла сжать пальцы, сделав его посмешищем и калекой, но не стала. Просто нависла над ним, раскорячившись в полуприсяде, пригвоздив к полу горящим от злобной похоти взглядом. Но не её глаза приковали к себе внимание Локи, а поблёскивающая от возбуждения женственность, густого синего оттенка.       Фыркнув, Небула опустила на него, пронзив себя его копьём. При чём сделано это было с абсолютно-бескомпромиссным напором, который принёс обоим скорее боль, чем удовольствие. Застонав, Локи попытался замедлить девушку, но тут неожиданно вмешалась её сестра. Стоило ему протянуть руку к обнажённому синему телу, как Гамора обняла его со спины и повлекла назад, заставив откинуться на себя. Пока они с младшей возились она тоже уже успела раздеться. Или, по крайней мере, сняла верх. Поэтому спина Локи оказалась прижата к небольшой, но приятно-упругой груди. Губы девушки обожгли его шею поцелуем.       Трикстер застонал. Работая вместе девушки даже его сумели довести до предела. Небула скакала на нём как заведённая, трахала так, словно решила убить столь экзотичным способом. Ну а Гамора подливала масла в огонь, скользя руками по плечам и груди. Поглаживая и поцарапывая, в то время как её губы порхали по его шее, время от времени сменяясь зубами. Умелые ласки, возбуждающие поцелуи и игривые укусы в сочетании с жестким доминированием лишили Локи самоконтроля!       Он почувствовал, как в его мозгу что-то щёлкает, раскрывая сёстрам иллюзию его истинного облика.Правда йотунского происхождения неожиданно вырвалась на свободу и девушкам осталось лишь наблюдать, как его кожа синеет, покрываясь похожими на изморозь узорами, а на голове вырастают жуткие устрашающие, ониксовые рога. Небула, в которой он в тот момент находился, отодвинулась, явно шокированная внешним видом ледяного полувеликана, но взглянув в его красные глаза усмехнулась.       То, чего так боялся Локи, не произошло. Узрев его истинное лицо, она не отвернулась от него в страхе и не назвала монстром, а напротив проявила живой интерес. Или, если точнее, взяла быка за рога. В прямом смысле! Схватилась за вылезшие из его лба отростки и сжала руками. Они были гладкими, если не считать ребрышек, напоминающих кольца на стволе дереве, и люминоидка принялась надрачивать их, словно члены. При этом не прекращая вращать бёдрами. Как говорится картина маслом.       Гамора отпустила его во время превращения, благодаря чем Локи сумел сесть, проведя руками по иссечённому шрамами телу Небулы. Его украшенные канавками узоров руки удивительно органично смотрелись на фоне её кожи, почти сливаясь с ней. А пальцы с лёгкостью отыскивали участки живой плоти среди металла, стимулируя живые нервные окончания.       — Не скрывай себя… ты прекрасен… — шепнула Гамора на ухо Локи, после чего мягко повернула его голову к себе, чтобы поцеловать. И это, наверное, были чуть ли не лучшие слова, что он слышал в жизни. Прежде ни отец, ни брат, ни даже мать не говорили ему такого. Скорее наоборот — все они чуть ли не в один голос, призывали его отвергнуть своё и измениться. Стать такими же, как они. Соответствовать асгардианским традициям. Эти девушки сделали для него больше, чем так называемая семья. Они приняли его таким, каков есть — полукровкой, обречённым вечно балансировать между двумя мирами, не достигая ни одного из них.       Благодарности Локи не было предела, а потому он вложил в поцелуй все чувства, касаясь зелёного лица Гаморы синей ладонью. На мгновение он даже забыл о Небуле, так старавшейся ради его удовольствия. И, разумеется, тут же поплатился за это. Рассерженная дочь Таноса схватила его свободную руку и положила к себе на грудь, чуть не сломав пальцы при этом. А когда боли оказалось недостаточно, чтобы привлечь внимание Локи, пошла на хитрость и взяла в рот один из его рогов. Обхватила его губами и позволила проникнуть в себя настолько, насколько позволила длина глотки. Это было так пошло, так развратно, так возбуждающе.       Понаблюдав пару минут за исполненным сестрой перформансом, Гамора вновь перешла в наступление. И нашла чем удивить, приподняв бёдра и направив свою промежность прямо в лицо Локи. Тот, прямо скажем, не ожидал от старшей такой развратности, но и от угощения отказываться не стал. Его рот прижался к её тайным губам, пробуя на вкус зехоберианский пот, смешанные со скользким слоем смазки. Этот вкус, немного горький, а немного терпкий подстегнул его начать пожирать её складки.       Застонав, Гамора попыталась отодвинуться, но Трикстер удержал её рукой, крепко вцепившись в зелёную ягодицу. Пир этом вторая продолжала играть с грудью Небулы, постепенно начавшей входить в раж. Забыл обо всём на свете синекожая красавица всецело отдалась страсти и достигла глубин, с которыми не смогло справиться даже её напичканное аугментацией тело. Удовольствие оказалось столь сильным, сто породило ударные волны, распространившиеся по телу судорогами и спазмами, затронувшими не только остатки мышц, но имплантанты. Они все вдруг сбойнули разом и девушка со стоном скатилась на пол.       Не акцентируя внимание на проигрыше синенькой, тот сразу переключился на её сестру. Как и Небула, Гамора отказалась занять место под ним, однако они быстро нашли компромисс. Асгардец сел, а зехоберианка устроилась у него на коленях, держась руками за его рога. Они целовались взахлёб, пока она каталась на нём, одновременно наслаждаясь ласками умелых, мужских рук. Локи гладил её грудь, спину и плечи, запускал пальцы в волосы и касался ими запретного места, врезаясь в её пульсирующий канал. В какой-то момент они оба, разом достигли пика и получив своё, прижались друг к другу слишком изнурённые, чтобы продолжить.       Именно в этот момент оклемавшаяся уже к тому времени Небула схватила сестру за волосы и, стащив её с Локи, прогнула назад. Не для того, чтобы перерезать или даже перегрызть горло, но чтобы впиться в губы голодным и ревнивым поцелуем, который окончательно положил конец их вражде, устанавливая между девушками бисексуальные отношения. Гамора, опешившая сначала, через секунду всё же ответила, потянувшись к Небуле в отчаянной жажде единения. Не желавшие уступать друг другу ни в чём сёстры так старались показаться себя в наиболее выгодном свете, что это зрелище был лучший способом завершить вечеринку.