Реверсивная хроника событий

Вокруг сиротливого фонаря, вяло рассеивающего тьму пустынной улицы, вилась стайка сонных мотыльков. В проулке, на который выходили мутные, как слепые глаза, окна многоквартирных домов, было тихо, грязно и пахло сыростью. Время от времени тишину нарушали скрежет и шорохи — крысы остервенело рылись в мусорных баках, надеясь найти съедобный кусок.       Крис дежурно взглянул на часы, с шумным выдохом открыл бардачок, отодвинул пистолет в сторону и достал пачку сигарет. Он прикурил, салон машины на мгновение озарился тусклым рыжеватым светом. Есть еще десять минут, потом придется идти. Но сигарету он в любом случае выкурить успеет.       Кроме оружия и смятой пачки «Парламента» в бардачке лежала нашивка «B.S.A.A.» в потемневших от времени пятнах крови. Раньше шеврон Пирса напоминал Крису, почему он остался в Альянсе, теперь — зачем покинул его ряды. Налет благородства организации поблек, обнажив чреду неверных — по мнению Криса — решений. Вслед за ним вскоре ушли еще пятеро. Отряд отщепенцев под командованием капитана Редфилда назвался «Охотничьими псами». «Псы» действовали согласно своим убеждениям, попутно приобретая дурную славу в кругах бывших сослуживцев. Принятое решение все усложнило, но Крис о нем не жалел. Сожалений ему и без того хватало.       Разогнав рукой сигаретный дым, Крис заметил, что тьма в дальнем конце переулка зашевелилась, от нее отделился высокий силуэт в пальто. Шлепая по лужам, он нагловато-развязной походкой направлялся к машине. Крис машинально потянулся к оружию, но, увидев знакомое остроскулое лицо, вычерченное тусклым светом фонаря, остановился.       Хлопнула дверца машины, Леон уселся на переднее сиденье. Бледный, задумчивый и равнодушно спокойный, он с минуту отстраненно глядел в необъятную темноту улицы из которой пришел. Потом он опустил голову, достал из-за пояса пистолет и медленно стал отвинчивать глушитель. Крис заметил, что у Леона в кровь ободраны костяшки пальцев, но ничего не сказал.       — Езжай, — отстраненно попросил Леон. — И потуши свою дрянь.       Подавив легкий приступ раздражения, Крис затушил окурок прямо об обшивку салона, — жженное пятно в обмен на отсутствие доказательств их пребывания здесь — и повернул ключ в замке зажигания.       Машина плавно выкатила из переулка. Вскоре призрачные дома за окном сменились безликим шоссе, плывущим в туманном свете луны. Каждый новый километр был похож на предыдущий: по обе стороны хмурой дороги колыхались на ветру сосны, подпирая верхушками беззвездный небосвод; вязкая тишина давила на уши, преумножая дурные мысли; на зеркале заднего вида маятником раскачивалось металлическое перо на кожаном шнурке.       Когда машину подбросило на ухабе, Леон опомнился — он все еще сжимал пистолет. Он повернулся и небрежно бросил оружие в спортивную сумку на заднем сиденье.       Этот безучастный жест означал конец их с Крисом незаконной авантюры.       На мгновение Крис ощутил прилив странной тоски. Они с Леоном никогда не были близки, часто не сходились во мнениях, и Криса порядочно бесило леоново ехидство, обостряющееся в критических ситуациях. Но он не мог отрицать роднящих их благородства — иногда оно доходило до идиотизма, — и человеколюбия. И Крису, и Леону случалось испытывать приступы праведного гнева и гнетущего непроницаемого отчаяния, но грязная эгоцентричная злоба обоим была чужда. К каким бы методам не приходилось прибегать, чем бы не приходилось жертвовать и как изворачиваться — жизнь они оба положили на помощь людям.       — Это все, — сухо констатировал Леон, подразумевая, что черта подведена.       Крис мельком взглянул на него.       — Это из-за нее? — спросил он.       — Отчасти. — Леон утвердительно качнул головой. — Не только. Причин много.       — ЦРУ, Интерпол, свои. — сказал Крис, — На тебя откроют охоту.       Леон пожал плечами и кивнул, будто сказанное Крисом его нисколько не волновало.       — Значит, план у тебя есть, — продолжил он.       — Уже давно. Но после инцидента в Далласе доверие ко мне значительно снизилось и стало понятно, что нужно что-то делать.       Крис слышал, что полгода назад операция по зачистке в Техасе почти сорвалась из-за конфликта между оперативниками, но подробностей не знал. Видимо, Леон искал предлог, чтобы уйти из отдела и обстоятельства сами сложились нужным образом, подарив ему возможность поставить точку.       — А это последние счеты. — Крис качнул головой на сумку на заднем сиденье.       — Это вынужденные меры. Ни больше ни меньше, — сказал Леон. — У Альянса, как я понимаю, тоже на тебя теперь зуб.       — Пока они лишь тихо бурлят от недовольства и шушукаются, но какая-нибудь подлянка — это вопрос времени.       — Тихая злоба опаснее открытой враждебности, — сказал Леон, безучастно рассматривая кулон-перо на зеркале. — Одна из причин, раз уж на то пошло. Я не хочу ждать удара в спину от своих, пусть лучше в открытую пытаются меня пристрелить.       — Ну, нам в любом случае не привыкать. — Крис горько усмехнулся.       Он сбросил скорость, съехал на обочину и заглушил мотор.       Леон вылез из машины и забрал спортивную сумку. Следом за ним вышел Крис. Он закурил, положил локоть на крышу автомобиля и затянулся, зажав сигарету меж указательным и средним пальцами.       — Леон?       — Что?       — Почему ты напряг с этим меня?       Сощурившись, Леон повел головой в сторону шоссе, за которым протянулась полоска городских огней. Он уже окончательно оправился от ступора и вернул свою привычную сдержанную, с легкой ноткой пренебрежительного самодовольства, манеру поведения. Леон задумчиво помолчал, словно заготавливая слова, чтобы пуститься в длинное объяснение, но сказал лишь:       — За тобой был должок за испорченный отпуск.       Выпустив струю дыма, Крис скептически поднял бровь. Бесспорно, он знал ответ на свой вопрос, но напоследок хотел услышать от Леона откровение. Как опрометчиво.       — Береги себя, — сказал он, протянув Леону руку.       — И ты.       Леон пожал руку, кратко кивнул в знак благодарности и по гравийной насыпи направился под деревья. В густой тени послышался рокот мотора, зажглись фары. На дорогу выехал черный автомобиль с тонированными стеклами. Через несколько минут машина, сверкнув огнями на прощание, скрылась за поворотом.       Поглядев на опустевшее шоссе, Крис стряхнул пепел с сигареты и поднял ворот куртки, чтобы укрыться от холодного ветра.