Переродившийся в Хьюга

Прекратив свои размышления, Хико сосредоточился на Сатоши, который выглядел уже более собранным. Увидев это, мужчина почувствовал небольшое облегчение и прочистив горло, сказал. - Кхм, Сатоши, как ты себя чувствуешь? Привлеченный звуком мальчик, посмотрел на Хико и слабо улыбнувшись, ответил. - Благодарю, уже лучше, но все равно, мне нужно будет о многом подумать. - Понимаю, это тяжело… У меня будет к тебе просьба, можешь пожалуйста посмотреть, всели в порядке с Самато? Удивление проскользнуло по лицу ребенка, и непонимающе он спросил. - А разве вы не можете сами это сделать? Улыбнувшись сложной улыбкой, Хико натянуто сказал. - К сожалению проклятая печать которую накладывает Самато, это секрет главной ветви. «Не то чтобы я не мог и ни хотел посмотреть, просто риски влезать в дела старейшин до того, как определюсь с выбранной стороной, рискованно.» В глазах Сатоши проскользнуло понимание и кивнув, он сразу же активировал бьякуган, но по истечению минуты деактивировал с удивленным и испуганным выражением лица. Это сразу привлекло внимание мужчины и нахмурившись, готовый в любой момент двинутся, он задал вопрос. - Что такое? - Э, ну, как только я увидел Самато, он каким-то образом заметил это и также активировал бьякуган. Услышав это, на лбу Хико выступил пот. Но сдерживая лицо, он слабо улыбаясь, понимающе кивнул и поднявшись, поклонился в пустоту. В то же время про себя, мужчина проклинал. «Черт, тут точно что-то не так, кто бы вообще учил ребенка этой секретной технике, когда это время можно потратить на более продуктивные тренировки. К счастью я не видел нечего такого, иначе если бы мальчик, заметив это и рассказал другим, мне пришлось бы несладко. Хотя я мог бы сразу перейти на сторону Аме-сана, но все равно…» ... Солнце в небе уже давно прошло половину и начало стремится за горизонт. Сидя с закрытыми глазами на земле и удерживая голову трупа, Самато восстанавливал чакру. По округе был слышен шелест листвы, движимой слабым ветерком, который обдувал лицо ученого, заставляя его черные волосы немного трепетать. Просидев еще несколько минут, он выдохнув, открыл свои белые глаза и посмотрел на голову трупа, лоб которого был полон множеством мелких, связанных символов. - Ну что ж, приступим к последней части наложения печати. Буду надеяться, что она достаточно скроет отсутствие бьякугана. Вены вокруг глаз вздулись, демонстрируя активацию додзюцу и приложив вытянутый палец к центру лба, Самато закрыл глаза, сосредоточившись. Сложив несколько печатей свободной рукой он медленно манипулируя чакрой, стал направлять ее по чакра-каналам к печати. Как только небольшая часть чакры достигла чернил на лбу трупа, произошла метаморфоза и словно множество живых жуков и червей, символы стали преобразовывается. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы на лбу, вместо множества символов начала формироваться свастика, которую по горизонтали, со сторон, сопровождали полосы. Но на этом процесс не остановился, нахмурившись и еще более сосредоточившись, Самато из своих глаз, по каналам, направил небольшое количество странной, немного непохожей на всю остальную чакру. Эта чакра хоть и была похожа на чакру самого Самато, но отличалась более холодным и властным ощущением, в то же время являясь податливой самому пользователю. Как только она достигла лба, печать на трупе засветилась зеленым светом и открыв бьякуган, Самато про себя пробормотал. «Техника Проклятой Печати Главной Семьи Хьюга» Сразу же от печати, к глазам трупа, распространился поток чакры, который дойдя по каналам до глаз приостановился, не имея возможности попасть к ним. Но тут, к месту обрыва каналов, поступил внешний толчок чакры, из которого начали сформироваться нити чакры, которые кое как соединили чакро-каналы глаз и трупа. Как только это произошло и печать соединилась с глазами трупа, она резко начал поглощать из них ту немногую бьякуган-чакру, что была в них. Увидев это, Самато нахмурился еще сильней и сжав зубы, направил еще один поток своей бьякуган чакры. Когда его бьякуган-чакра дошла до печати, она была сразу поглощена. Это действие лишь немногим приостановило поглощение бьякуган-чакры из глаз трупа. Поняв, что бьякуган-чакры не хватает, Самато вздохнув, начал вновь медленно посылать чакру из своих глаз. Это продолжалось некоторое время и когда учены уже думал достать бьякуган Кузу из колбы, поглощение прекратилось. Горящая зеленым светом печать, моментально распространилась на глаза, покрыв их горизонтальной полосой. Уставший Самато, глаза которого невероятно болели, размыто видел, как зрачки и радужка глаз Кузу, потеряли цвет, став чисто белыми. После обесцвечивания, по ним стали распространятся символы печати, которые сформировались в перекрещенные полоски текста. Облегчённо вздохнув и деактивировав бьякуган, Самато медленно сложил печати в мистическую ладонь. Поднеся немного дрожащие и покрытые лечебной чакрой руки к глазам, он попытался облегчить испытуемую боль и нормализовать состояние. «Угх, теперь я примерно понял принцип работы этой проклятой печати. Эх, если бы у меня была возможность опробовать ее раньше, то возможно я смог бы избежать теперешнего положения.» Отдалив немного руки от лица, Самато чувствуя боль и подергивая веками, медленно приоткрыл глаза. Все что он увидел, было размытая пелена зелени, в которой проглядывались очертания недалёких деревьев и кустов. Вновь вздохнув, Самато поднялся с земли, не обратив внимание на сразу же упавшую голову уже мертвого соклановца. Прищурившись и оглядевшись вокруг, он старался не обращать внимание на боль. «Из-за потери достаточно большого количества бьякуган-чакры мое зрение сейчас желает лучшего. Да и боль от перегрузки каналов возле глаз, дает о себе знать… Думаю потребуется пару чесов, а может и более, на восстановление бьякуган-чакры в достаточном количестве, чтобы я смог хоть немного прояснить четкость зрения.» Прекратив осматривать однообразную зеленую пелену, Самато посмотрел на землю, пытаясь найти что-то белое. Вскоре, ему на глаза попался участок белизны в обилие зелени. Примерно поняв, где находится ткань, оставленная Хико, Самато подошёл к трупу и схватив за руку, устало потянул его волоком по земле, к видимой недалеко белизне. Перебирая ноги, ученый чувствовал небывалую усталость. Его количество чакры, даже несмотря на перерывы, было практически на дне. Одно лишь приживление глаз мертвому телу, потерявшему значительную часть физической энергии, было невероятно затратно. Это не говоря уже о том, чтобы соединить достаточно толстые каналы чакры. Самато имел минимальный опыт в реконструкции поврежденных чакро-каналов. Здесь нельзя было его упрекать, всё-таки у него было немного времени, чтобы хоть как-нибудь освоить, столь высокоуровневый вид лечения. Да и заживить каналы, мог не каждый медицинский-нин. В клане Хьюга, на значительное лечение каналов чакры, способен лишь старейшина, отвечающий за медицину. Самато же, тренируясь под присмотром отца, смог показать незначительный успех, но даже этот успех, заставлял болезненного мужчину, прыгать от радости. Подтащив тело к белой ткани, ученый поднабравшись сил, кинул тело в центр видимой им белизны. Вздохнув несколько раз и вновь протерев глаза, он наклонившись, взялся за край ткани. Встав и потянув ткань, Самато стал заворачивать труп в центре. Несколько довольно неприятных минут труда, практически в слепую, привели к завернутому в кокон трупу. Как только Самато убедился, что ткань достаточно зафиксирована, он присел на мягкую лесную подстилку и закрыв глаза, сосредоточился на восстановлении чакры.