Город Ада

Бар «Последний причал» стал их временным штабом. Спуск в подвал после воссоединения с Бэтменом был тяжёлым. Воздух был густ от запаха пота, крови и напряжённости. Гордон, опираясь на стойку, отдавал тихие приказы оставшимся офицерам: «Проверить все входы, расставить посты, беречь патроны. Мы держим эту точку.» Его взгляд на Бэтмена говорил: «Я делаю свою часть. Делай свою.» Бэтмен стоял в центре подвала, его фигура отбрасывала огромную тень в свете фонарей. Он медленно обводил взглядом собравшихся. Его семья: Дик, всё ещё бледный, но с твёрдым взглядом; Тим, собранный, преодолевший страх; Дэмиэн, сжавший кулаки в ожидании приказа. И… другие. Слэйд Уилсон, прислонившийся к стеллажу с бутылками, его лицо было каменной маской безразличия. Дэдшот, методично проверявший каждый патрон перед заряжанием. Крок, сидевший на бочке и смотревший на Бэтмена с животным любопытством. Бэтмен заговорил, его голос был низким, режущим тишину: — Эпицентр — Старые Доки. Там находится первичная рана и, возможно, средство контроля. Дорога туда — это прямая линия через самый плотный кошмар. Группа Гордона остаётся здесь, держит периметр, служит точкой отступления.» Он повернулся к Дэмиэну. — Дэмиэн. Ты остаёшься с Гордоном.» Лицо юного Робина исказилось от ярости. «Что? Нет! Я иду с тобой!» «Твой долг — защита, — холодно парировал Бэтмен. — Здесь люди, которые в тебе нуждаются. Здесь требуется дисциплина и контроль. Это приказ.» Дэмиэн хотел взорваться, но в этот момент к нему подошёл Дик. Он положил руку на плечо брата, не как начальник, а как старший брат, который прошёл через ад и вернулся. — Дэмиэн, послушай. Там, куда мы идём… нужны не мечи, а щиты. И не те щиты, что отражают удары, а те, что удерживают линию. Отец прав. Здесь — последняя линия. Держи её. Дай нам знать, если… если мы не вернёмся.» В глазах Дэмиэна бушевала внутренняя борьба — ярость воина против понимания стратега и… странного доверия к Дику, чьё возвращение из тьмы он видел. Он резко кивнул, не в силах вымолвить слово, и отошёл к группе офицеров, его спина была пряма, но плечи напряжены. Бэтмен перевёл взгляд на Харли Квинн, которая болтала ногами, сидя на ящике. — Квинн. Ты тоже остаёшься. Поможешь с ранеными.» Харли надула губки. «А что, я не достаточно злая для вашей злой экспедиции?» — Ты непредсказуема. А там, куда мы идём, любое отклонение от плана — смерть. Здесь ты можешь принести больше пользы.» Харли вздохнула с театральной обидой. «Ну ладно. Но если тут будет скучно, я вас всех брошу и устрою своё шоу!» Никто не сомневался, что она серьёзна. Теперь Бэтмен обратился к ядру своей ударной группы. Его взгляд скользнул по Дику, Тиму, затем остановился на Слэйде, Дэдшоте и Кроке. — Уилсон. Лоутон. Крок. Вы идёте со мной.» В подвале повисла тишина, которую нарушал только треск статики в рации. Все копы смотрели на троих злодеев, а те — на Бэтмена. Слэйд медленно выпрямился, его единственный видимый глаз сузился. — Интересное предложение. И что, мышь, мы там будем делать? Слушать твои нравоучения, пока нас разрывают на части?» — Вы будете делать то, что умеете лучше всего, — без тени иронии сказал Бэтмен. — Сражаться. Уничтожать. Выживать. Там, в доках, правила ещё больше искажены. Может потребоваться… беспринципное решение. Я обеспечу цель. Вы — силу для её достижения.» Дэдшот хмыкнул. «Значит, ты признаёшь, что твоих моральных принципов там может не хватить. Прогресс.» — Я признаю, что противник не играет по нашим правилам. Мы либо адаптируемся, либо умрём.» Крок просто мотнул головой. «Мне всё равно. Лишь бы драться.» Слэйд обменялся взглядом с Дэдшотом. Между ними промелькнуло мгновенное, почти незаметное понимание. Это был шанс. Не на спасение души, а на победу в самой эпической битве их жизни. И на то, чтобы в конце, возможно, свести счёты с самим Бэтменом на развалинах того, что он пытается спасти. — Ладно, — наконец сказал Слэйд. — Но командование — общее. Ты указываешь цель, мы выбираем способ. И если твой способ приведёт нас в тупик, мы действуем по-своему.» — Принято, — коротко кивнул Бэтмен. — Но никаких лишних жертв. Заключённый, — он кивнул на дрожащего Лео, — под защитой Гордона. Это не обсуждению.» Гордон подошёл к Бэтмену, понизив голос. — Ты уверен в этом, Бэтмен? Вести их с собой… это как нести в руке живую гранату.» — Это граната, нацеленная на нашего общего врага, Джим. А мы идём в самое логово врага. Иногда нужен взрывчатки больше, чем скальпеля.» Он обернулся к своей новой, немыслимой команде: Первый Робин, третий Робин, величайший наёмник, безошибочный снайпер и живой танк. — Мы двинемся через канализационные туннели. Это самый прямой и, возможно, самый защищённый от крупных манифестаций путь. Будьте готовы ко всему. Проверьте снаряжение. У нас пять минут.» Команда разошлась готовиться. Бэтмен подошёл к Дэмиэну, который мрачно смотрел в пол. — Дэмиэн.» Тот не ответил. — Это не наказание. Это самое важное задание. Я доверяю тебе нашу спину.» Дэмиэн резко поднял голову, его глаза горели. «Я её удержу. И если вы не вернётесь… я найду тебя. Даже в аду.» Бэтмен почти незаметно кивнул. Этого было достаточно. Пять минут спустя ударная группа исчезла в тёмном провале разрушенного канализационного люка, оставив позади островок хрупкого порядка и надежды. Впереди их ждали не просто монстры, а сама суть проклятия Готэма. И в этом путешествии к центру ада им предстояло узнать не только секреты города, но и пределы самих себя — своих принципов, своей жестокости и своей воли к победе. *** Канализационные туннели были не просто тёмными и вонючими. Они были живыми. Стены пульсировали, словно обтянутые тонкой, влажной кожей. Под ногами сквозила не вода, а тёплая, липкая слизь. Воздух гудел низкочастотным, беспокойным гулом, который вгонял в кости тревогу. Их фонари выхватывали из мрака странные знаки, выжженные или выросшие на стенах — не язык, а скорее пиктограммы первобытного страха. Бэтмен вёл, его сенсоры, хотя и с помехами, пытались искать аномалии. За ним шли Дик и Тим, затем — Слэйд, Дэдшот и Крок, замыкавший шествие и недовольно ворчавший на тесноту. Они вышли на поверхность в районе старых промышленных складов у самых доков. Туман здесь был гуще, почти непроницаем, и падал не пеплом, а медленными, тягучими хлопьями, похожими на обгорелую кожу. Именно тогда из тумана вышли Они. Не твари из Аркхэма, не искажённые люди. Это были существа из другого кошмара — из Мглы. Бесформенные, меняющие очертания сгустки тьмы с мерцающими внутри красными точками-глазами. Они не рычали. Они шипели — звук, похожий на шипение масла на раскалённой сковороде, смешанное с детским плачем. Они двигались не по земле, а сквозь туман, материализуясь и дематериализуясь. — Контакт!» — крикнул Слэйд, и его импульсный пистоль уже плевался снопами энергии. Бой был хаотичным и яростным. Энергетические выстрелы Слэйда и пули Дэдшота проходили сквозь их тела, нанося урон, но не останавливая. Существа, получив рану, распадались на чёрные капли, которые затем сливались снова. Дик и Тим сражались в ближнем бою, их оружие резало студенистую плоть, но она тут же затягивалась. Бэтмен метал взрывные бэтаранги, создавая временные бреши. Крок был в своей стихии. Он с рёвом бросался на сгустки, рвал их голыми руками, не обращая внимания на едкую слизь, разъедавшую его кожу. Он был якорем, сдерживающим напор. Именно поэтому его исчезновение заметили не сразу. Одна из тварей обволокла его с головы до ног, как тень. Крок заорал, начал рвать её, но она не отступала, а затягивала его в гущу тумана у края разрушенного пирса. Бой был слишком жарким, чтобы сразу среагировать. Спустя минуту наступила короткая передышка. Последние сгустки Мглы отступили, растворившись. — Перегруппироваться! — скомандовал Бэтмен. — Крок! Где Крок?» Они огляделись. Его нигде не было видно. Только глубокие борозды на земле, ведущие к краю пирса, обрывавшемуся в чёрную, неподвижную воду. И тогда из тумана над водой выкатился предмет. Он ударился о деревянные доски с глухим, мокрым стуком и покатился к их ногам. Это была голова Крока. Его лицо, обычно выражавшее лишь простую ярость, теперь было искажено абсолютным, застывшим ужасом. Его глаза, широко раскрытые, смотрели в никуда. Шея была не отрезана, а разорвана, как будто её переломили и вывернули гигантской, нечеловеческой силой. Дэдшот, никогда не терявший хладнокровия, отшатнулся. «Чёрт… возьми…» Из тумана за головой Крока послышался тяжёлый, мерный ТОПОТ. И скрежет волочащегося по камням металла. Он появился, как кошмар, ставший реальностью. Пирамидоголовый. Его огромная, треугольная голова была запятнана тёмной кровью. В руках он сжимал свой окровавленный тесак, с лезвия которого ещё капало. От него исходила волна такого чистого, парализующего ужаса, что даже у Слэйда на мгновение перехватило дыхание. — Отступать! Скоординированно!» — закричал Бэтмен, но было уже поздно. Пирамидоголовый не побежал. Он ринулся. Невероятно быстро для своих размеров. Тесак взметнулся, рассекая воздух со свистом, и обрушился на то место, где секунду назад стоял Тим. Юноша отпрыгнул, но потерял равновесие. Вторая атака была уже направлена на него, чтобы добить. Слэйд бросился вперёд. Не для атаки — для защиты. Он вклинился между Тимом и лезвием, скрестив свои сабли над головой в отчаянном блоке. Удар был чудовищной силы. Металл сабель взвыл, треснул, и Слэйд с подавленным стоном был отброшен на несколько метров, пригвождён к земле всей массой монстра, навалившегося на него. — УИЛСОН!» — крикнул Бэтмен, метая в голову Пирамидоголового серию бэтарангов с концентрированной взрывчаткой. Взрывы отклонили его удар, и монстр на мгновение отвлёкся. Дик и Дэдшот открыли огонь, стараясь отвлечь его, пока Тим отползал, а Бэтмен помогал Слэйду подняться. Броня наёмника была вмятиной, под ней сочилась кровь. «Рёбра… треснули, — процедил он сквозь зубы. — Эта тварь… не шутит.» — Мы не можем выиграть тут, — быстро сказал Бэтмен. — Он слишком силён. В укрытие! Вон в тот склад!» Им удалось, истекая кровью и отстреливаясь, ввалиться в полуразрушенное здание склада и забаррикадировать массивные ворота чем попало. Снаружи послышался тяжёлый топот. Затем — тишина. Они несколько минут отдышивались в темноте. Слэйд стонал, накладывая себе полевую повязку. Дэдшот стоял на стреме у щели в стене. — Он ушёл?» — прошептал Тим. — Не такой он, чтобы просто уйти, — хрипло ответил Слэйд. — Он охотник. А мы — раненый зверь в логове.» И он оказался прав. Сначала они услышали скрежет — звук рвущегося металла. Потом удар — один из завалов у ворот содрогнулся. Ещё удар. Деревянные балки трещали. Массивные металлические ворота начали прогибаться внутрь, от каждого удара образуя огромную вмятину в форме лезвия тесака. — Он ломает дверь, — констатировал Дэдшот, отступая от стены и заряжая свою самую мощную винтовку. — У нас минут пять. Меньше.» Бэтмен быстро осмотрел склад. Выхода не было. Только ворота и высокие, недоступные окна под самым потолком. — Тактика меняется, — сказал он, и в его голосе впервые зазвучала не холодная уверенность, а стальная решимость обречённых. — Мы не отступаем. Мы принимаем бой. Здесь и сейчас. Уилсон, ты сможешь?» Слэйд поднялся, опираясь на свою сломанную саблю. На его лице появилась не улыбка, а оскал волка, загнанного в угол. — О, я более чем готов. За Крока. И за свои рёбра.» Дик и Тим встали по флангам, готовые к атаке. Дэдшот занял позицию на возвышении, выцеливая щель в деформированных воротах. Снаружи топот замер. Наступила зловещая тишина. Затем раздался последний, сокрушительный УДАР. Ворота с грохотом сорвались с петель и рухнули внутрь. В проёме, заливаемом тусклым светом сквозь туман, высилась огромная, пирамидальная фигура. Его тесак был поднят. Красный свет аварийных фонарей отражался в запёкшейся крови на лезвии. Он переступил через порог. Его безликий «взгляд» скользнул по каждому из них, будто выбирая, с кого начать. Бэтмен сделал шаг вперёд, занимая позицию в центре. Его плащ расправился. — Группа… — его голос был тихим, но слышным каждому. — Атаковать.» И кошмар окончательно начался. Битва была отточенным хаосом. Они действовали как единый, смертоносный механизм, каждый элемент которого компенсировал слабость другого. · Дэдшот с верхних балок всаживал пулю за пулей в сочленения монстра, в его пирамидальную «голову», пытаясь найти слабое место. Его выстрелы оставляли вмятины и сбивали прицел. · Дик, используя свою акробатику, отвлекал его, прыгая вокруг, режа клинками по ахиллесовым сухожилиям и отскакивая прежде, чем гигантский тесак мог его настигнуть. · Бэтмен бил по-крупному — крюки, взрывчатки, удары с размаха, рассчитанные на то, чтобы повалить или хотя бы серьёзно покалечить. · Тим работал на периферии — метательные «птички», попытки запутать тросами, анализ движений и крики предупреждения: «Справа!», «Замах сверху!». · Слэйд, игнорируя боль в рёбрах, шёл в лобовые, короткие, яростные схватки, его сабли скрежетали о тесак, отводя смертельные удары от других. Казалось, они побеждают. Монстр замедлялся. Его броня была иссечена, из-под неё сочилась чёрная, густая субстанция. Но Пирамидоголовый был не просто тварью. Он был орудием. И орудие оценило цель. Его «взгляд» (если у него вообще было зрение) скользнул по ним и остановился на Тиме. На самом молодом, на том, чей страх он уже чувствовал однажды. На том, кто не бился в ближнем бою, а поддерживал. Всё изменилось в одно мгновение. Монстр проигнорировал очередную атаку Слэйда, приняв удар плащом на плечо. Отбросил тесаком в сторону прыгающего Дика, заставив того упасть. И, использовав момент, когда Бэтмен готовился к следующему выпаду, сделал неожиданно стремительный рывок — не к Бэтмену, а мимо него. Гигантская рука, не человеческая, а больше похожая на лапу из металла и плоти, с режущими краями, метнулась вперёд и схватила Тима за горло, подняв его в воздух. Всё замерло. Тим забился, его ноги дрыгались в пустоте. Он смотрел в безликую, холодную серую пирамиду, и весь ужас школы, все кошмары, которые он подавлял, хлынули обратно. Он не мог дышать. Он не мог крикнуть. Он видел только приближающееся лезвие тесака, которое медленно, неотвратимо заносилось для удара, чтобы рассечь его пополам, как ту девушку на алтаре. — НЕТ!» — закричал Дик, бросаясь вперёд, но он был слишком далеко. Бэтмен уже метал бэтаранг, но монстр прикрылся телом Тима как щитом. Дэдшот выстрелил — пуля отрикошетила от «головы». И тогда в дело вступил Слэйд. Он не кричал. Он не произносил пафосных фраз. Он просто действовал. Всё, что было в нём — мета-усиленная скорость, ярость загнанного зверя, холодный расчёт последнего шанса — он вложил в один рывок. Он не пошёл в атаку на монстра. Он бросился в пространство между поднятым тесаком и телом Тима. — УИЛСОН, НЕЛЬЗЯ!» — осознав его замысел, рявкнул Бэтмен, но было поздно. Слэйд влетел в Тима, выбивая его из железной хватки монстра. Мальчика отшвырнуло в сторону, к ногам Дика. А сам Слэйд оказался прямо на линии удара. Тесак, уже занесённый для рассечения Тима, с чудовищной силой продолжил своё движение вниз. Удар был ужасающим. Он не просто убил. Он раздел. Лезвие прошло сквозь броню, тело, кости Слэйда Уилсона с хрустом, который слышали все. На мгновение всё застыло: верхняя часть его тела медленно съехала в сторону, прежде чем оба куска рухнули на пол в луже крови и внутренностей. Время остановилось. Дэдшот замер, его палец застыл на спусковом крючке. Его глаза, всегда такие хладнокровные, расширились в немом шоке. Слэйд. Слэйд Уилсон. Неубиваемый. Умер. Дик, державший Тима, смотрел на останки не с отвращением, а с потрясённым, леденящим уважением. Он, как никто другой, понимал цену такого выбора — отдать свою испорченную, жестокую жизнь, чтобы спасти чужого ребёнка. Он мог сбежать. Он мог выжить. Но он этого не сделал. Тим, едва придя в себя, увидел то, что осталось от человека, который только что умер за него. Его трясло не только от страха, но и от осознания невероятной, необъяснимой жертвы. Лишь Бэтмен не позволил шоку парализовать себя. Он увидел, как Пирамидоголовый, медленно вытащив тесак из обломков тела, поворачивается к следующей цели — к ошеломлённым Дику и Тиму. Нет времени скорбеть. Собрав всю свою ярость, горе и решимость, Бэтмен использовал единственное, что могло сработать. Он выхватил из пояса последнюю, самую мощную светошумовую гранату особого образца, активировал её и швырнул не под ноги, а прямо в центр пирамидальной «головы», в то место, откуда исходило давление ужаса. Ослепительная вспышка, в тысячу раз ярче солнца, и оглушительный грохот, усиленный акустикой склада, ударили по монстру. Он не закричал. Он издал низкий, металлический вой — звук искажённой, повреждённой машины. Он зашатался, его движения стали дезориентированными. — ВСЕ, БЕЖИМ! СЕЙЧАС!» — заорал Бэтмен, уже хватая под руки ошеломлённого Тима и толкая вперёд Дика. Они бежали. Бежали, не оглядываясь на окровавленные останки Слэйда, на монстра, который вот-вот оправится. Они выскочили из склада и помчались вглубь доков, к своей цели, оставляя позади не только труп, но и часть собственной уверенности. Когда они нашли временное укрытие в каком-то бетонном трубопроводе, Тим сидел, прижавшись к стене, его тело всё ещё дрожало конвульсивно. Он смотрел в пустоту, в его глазах отражалась и собственная беспомощность, и образ разрубленного тела. Дик присел рядом, положив руку ему на плечо. «Он сделал свой выбор, Тим. Самый сложный выбор, который только может быть.» — Почему? — прошептал Тим, голос срываясь. — Он… он был монстром. Он ненавидел нас.» «Возможно, — тихо сказал Бэтмен, сжимая кулак так, что костяшки побелели. — Но в самом конце… он оказался человеком. И это важнее, чем вся его прежняя жизнь.» Они потеряли своего самого сильного бойца. Они потеряли «кувалду». Но они выжили. И теперь у них был долг — не просто перед городом, но и перед памятью наёмника, который в последние секунды своей жизни совершил нечто героическое. Их путь к сердцу тьмы стал ещё страшнее, но и ещё более необходимым. Цена за проход была уплачена кровью. И отступать было уже некуда.