Жалость

      Проснувшись утром, Ди обнаруживает, что он спит в кровати родителей, он совершенно не помнит как тут оказался, но точно знает почему. Все, что было вчера не сон, его запястья ноют, его задница нещадно болит. Он даже подняться не может руки попросту его не держат. Его отец все еще спит, на часах виднеется «06:23», еще слишком рано. Одного Ди не может понять — где Виктория?       Повернувшись лицом к отцу, он слегка толкает его в плечо, Глэм тут же приоткрывает глаза.       — Ди. — первое, что он говорит спустя минут так пять, после пробуждения. — Что случилось ночью? Конечно, ты можешь не рассказывать, если не хочешь.       — Ты уже и сам догадался, не так ли? — подросток старается выглядить сильным, но его руки слишком трясутся, чтобы не выдать его настоящее состояние. Отец кивает. — Пап, я…       — Все нормально. Если что я всегда рядом, если нужно выговориться, или тебе страшно. Ты можешь всегда прийти ко мне. Хорошо? — они оба знали, что не «все нормально», но это было лучше, чем ничего. Ди прекрасно осознавал, что его отец понимающий человек, даже слишком хорошо читавший других, а его состояние тем более было очевидно. — У тебя где-то болит?       — Ага. Помоги мне до комнаты дойти. — попытавшись снова подняться, парень все так же упал безвольной куклой на подушку, закрывая лицо дрожащими руками. Он не хотел помнить, но его тело его предавало очередной раз. Глэм помог… Ну как помог, он поднялся и просто подхватил сына на руки, потащив того в ванную. Помыться тому и правда следовало, он все еще чувствовал фантомные прикосновения чужих рук на своем теле, ощущение как будто он грязный и вода вряд ли поможет ему это смыть, но попытаться стоило.       Посадив сына на край ванной, Глэм уже хотел помочь тому снять одежду, но тут же остановился, вопросительно взглянув на сына, как только он увидел одобрительный кивок, тут же принялся расстегивать ремень на штанах, а после и вовсе спуская их. Все ноги были в синяках, ужасное зрелище, не видеть бы его вовсе. Мужчина аккуратно прошелся по ним длинными пальцами, не надавливая, касаясь их только кончиком, проводя вдоль. Он опустился головой на ляшки сына, тяжко вздыхая.       — Блять. — Глэм редко матерился, для него это не очень свойственно, но раз даже он так среагировал, то значит все намного хуже, чем думал сам Ди.       Поднявшись наконец на ноги, мужчина принялся стаскивать футболку, на бледной коже за ночь расцвело достаточное количество синевато-фиолетовых, граничащих с красным, пятен, особенно выделялись такие на талии, они напоминали руки. От прикосновения холодных рук к ним, парень вздрогнул, поднимая взгляд на отца. Ему не было страшно, просто это было неожиданно. Правда-правда. Глэм аккуратно прошелся на животу, опуская руки до кромки трусов, кое-где они были рваными, но не настолько, чтобы переживать, он принялся стаскивать их, но тут же заметил дрожь в руках, которые обхватили бортик ванной до побеления костяшек. Отец тут же отпрянул, отходя на пару шагов. Как он мог забыть, его сына буквально изнасиловали, и тот на это никак не реагирует. У его ребенка чертов шок, а он просто забил на это, просто проигнорировал это.       — Давай сам, я буду просто рядом, если что, хорошо? — Ди кивнул, стаскивая с себя белье, никакого стыда он не испытал, сейчас вообще все чувства были притуплены. Он залез в ванную, включая воду, краем глаза посмотрел на отца, который сел рядом с дверью, проводя по лицу руками вверх-вниз.

***

      Наконец покончив с водными процедурами, блондины покинули ванную, направляясь в комнату подростка, стараясь идти тихо, дабы не разбудить Хэви. Глэм захватил с собой аптечку, чтобы обработать раны и синяки. Младший почти упал на кровать, сжимая в руках свою подушку, прохлада расслабляла. Нежные руки прошлись по спине, от чего парень вздрогнул, но тут уже успокоил себя: «Это всего лишь его отец, он помогает, а не вредит.»       Развязав полотенце на талии сына, он откинул его в сторону — синяки это не самое худшее и это понимали они оба. Ди спрятал свое лицо в подушку — эмоции стали накрывать, благо это был не страх, а всего лишь смущение. Погладив сына рукой по ягодицам, Глэм их раздвинул, что уж говорить, зрелище там точно было не для слабонервных. Повреждения были несерьезные, но ранок было много, разрывы самые настоящие. Нанеся, предварительно выдавленную мазь, на анус, Глэм принялся аккуратно водить ими по кругу, массируя. Со стороны Ди послышался тихий скулеж.       — Все в порядке или мне прекратить? — подросток мотнул головой в знак отказа. — Хорошо. Если что сразу говори.       — О-ок. Просто немного жжет и все. — его голос звучал жалобно, он это знал, но и сделать с этим ничего не мог. Было больно, но одновременно даже приятно, — возможно, у него поехала крыша. Он точно сходит с ума, раз после всего, что произошло, он находит приятным подобные действия со стороны его родного отца, пускай тот и не делает ничего такого, а просто помогает. Пытки, хотя таковыми их процесс и не назовешь, продолжались не долго. После смазывания самого больного места, Глэм переместился на синяки, аккуратно касаясь их, стараясь причинить как можно меньше боли. Им стоило бы поспешить, все же остальные скоро проснуться, а родителям еще и уезжать надо. И все же, они закончили, отец кинул сыну пару вещей из шкафа того, понимая, что сейчас его сын точно не сможет сам до них добраться. Ди продолжал сидеть накрытый одеялом, смотря куда-то в пол. Глэма это настораживало:       — Я что-то не так сделал?       — А? — Ди непонимающе посмотрел на взрослого, приходя в себя немного, внизу живота немного покалывало, и он отлично понимал, что это было не просто из-за лечения. — Нет, все хорошо… относительно. Вам же уезжать надо, так? Да и Хэви скоро проснется, сложно ему будет все объяснить.       — Ох, да, ты прав. Тогда я пойду. — когда отец все же вышел, Ди откинулся на кровать, он устал. Он опять хотел спать, а еще как-нибудь избавиться от возбуждения. Было немного неприятно, все же он пережил подобные вещи, но сейчас ему хорошо, спокойно. Он дома, он наконец-то чувствует себя безопасно. Перевернувшись на бок, он наткнулся взглядом на свои вещи — как благоразумно, Глэм кинул ему тонкую кофту с длинным рукавом и спортивки, в дополнение, на подушки лежали трусы и черные носки. Все же, он лучше оденется, а то у него еще брат неугомонный — ворвется без стука, увидит его таким, вопросы посыпятся. А меньшее, что сейчас хочет Ди — это отвечать.

***

      День не обещал быть хорошим, но не настолько же. Все тело болело, мазь практически не помогала, а кушать хотелось. Может родители и оставили им еду, но у блондина совершенно не было сил сходить за ней, у него ни на что не было сил. Просить Хэви это та еще морока, слишком уж проблематичный он. Но как оказалось, его отец очень продуманный человек, и как бы самому Ди не было неприятно, что его маленький секрет о ночи узнал не только отец, но и друг семейства, сейчас он был ему благодарен. Потому что тот пришел к ним спустя где-то полчаса, после отъезда родителей и ввалился в комнату с подносом горячей еды и стаканом сока. Как бы сам факт отсутствия стука не раздражает подростка, сейчас это вообще не имело смысла. Его голодный желудок громко заурчал, смутив парня, при запахе еды, который тут же заполнил все помещение.       Поднос был поставлен, а Чес немного медля решил удалиться из комнаты, мало ли еще триггером будет. Но как бы Ди не старался, а забояться старого друга его отца он никак не мог, — он просто знал, что тот ему боль точно не причинит. Парень промямлил тихое «спасибо», на что ему ответили кивком головы и удалились, закрыв при этом дверь.       Поднявшись на локтях, и, принимая сидячую позу, он принялся есть. Как же было хорошо, хоть и больно, но хорошо. Родители приедут только вечером, и судя по всему главный в этот раз не он, а тот, чей голос доносится с первого этажа на пару с Хэви — Чес. Он неплохой мужик, просто шумный порой, особенно когда рядом с ним младший брат Ди. Но, как можно было понять, он сегодня лишь как отвлечение от любопытных глаз вышеназванного.       Решив не напрягать свое тело еще больше, блондин лег поудобней на кровати, накрывая себя одеялом. Ему хотелось спать.

***

      Ди не проспал и часа. Во снах то и дело мелькали тени тех людей, их большие руки хватали его за все, что только можно, а после и вовсе обхватили его руки и ноги, удерживая над землей. Ему попросту не нравилось это видеть, ему было страшно. Он не хочет.       Резко открыв глаза, все что он увидел — потолок его комнаты, который тут же поплыл, а слезы начали катиться по вискам. Он не хочет переживать это вновь, пускай даже во сне. И все же одного он понять не мог, то ли его уставший организм не дал, то ли ощущение безопасности рядом с отцом, но ночью ему не снился такой сон. Или может просто то состояние в котором он был целый день, сошло и теперь и его жизнь превратится в обыкновенный кошмар. Ему не хотелось этого. Может не только его отец имеет магическую силу по отталкиванию страшных снов, но и кто-то другой, кого он не боится.       Аккуратно поднявшись с кровати и прошипев от боли в заднице и пояснице, направился к двери. Он еле как умудрился спуститься на первый этаж, звуки уже стихли. Чес сидел в гостиной, покуривая сигарету и переписываясь с кем-то, — может клиент или друг какой. Неважно. Он даже не заметил спустившегося парня, продолжая лазить в телефоне. Поэтому шаркая ногами, Ди подошел к нему и положил ему руку на плечо.       — Охтыжблять! — было громко, но это того стоило. — Ди, не пугай так. Ты чего вышел? Болит что?       — Болит-то болит, я не могу уснуть. Можно я с тобой лягу? — Чес, что сидел на диване, продолжал смотреть непонимающе. Но все же улегся, отодвигаясь чуть ближе к спинке, освобождая место. Он точно не понимал почему парень после такого, был таким спокойным в отношении других мужчин, но это же Ди — он сильный мальчик.       Подросток улегся, прижимаясь ко взрослому поближе, — меньшее, что его волновало, это если Хэви спуститься и увидит их, не до него сейчас, — прикрыл глаза. Сон настиг его в ту же секунду, организму нужен отдых. Может Ди и не любил спать с кем-то, но сейчас это просто требовалось, страха рядом с кем-то не было, боли в груди тоже, только физическая, но она не так страшна — пройдет. И кошмаров нет, полное спокойствие.

***

      Проснулся он только под вечер, когда громко хлопнула входная дверь. Родители вернулись, и две пары недоуменных глаз уставились на него с Чесом, который за это время успел уснуть. За Глэмом стояла Вики, явно немного раздраженная — на ней было яркое красное платье, которое она то и дело поправляла в районе груди и ног. Красный. На глаза Ди натянулась белая пелена, он резко поднялся на ноги, но, никуда не ушедшая боль, заставила его упасть. Разувающийся отец не успел к нему подбежать, когда заметил как его сын смотрит на Вики, приближающеюся к нему. В глазах парня стоял животный страх, его всего трясло. Чес, который успел проснуться к этому времени тоже наблюдал за этой сценой. Нервно переглянувшись мужчины, решили, что верным решением будет остановить женщину и увести подростка. Который успел сжаться в клубок, дыша все тяжелее и чаще, — Вики не знала. Подбежав быстро к Ди, Глэм сел рядом с ним, пока хиппи уводил Викторию в другую комнату, — на самом деле, подростку было плевать узнает она или нет.       — Ну же, Ди, дыши. Медленно. — отец семейства начал тоже дышать медленнее, лишь бы сын стал повторять за ним, что собственно он и сделал. Дыхание пришло в норму, и Ди уже более спокойно смотрел на отца, расцепив руки с коленей. — Молодец. Почему ты испугался маму?       — Нет, не ее. — Ди более расслабленно сел, прислоняя голову к стене. — У девушки было красное платье. — заметив непонимающий взгляд отца, он себя поправил. — Там было два парня и девушка в красном платье.       — Ох, понятно. Если она переоденется, то все будет хорошо? — подросток кивнул. Его не пугала сама женщина, его пугал красный, что мелькал в тот вечер слишком часто и цвет того, что стало причиной для жестокости, хотя возможно и не оно, но роль свою тоже сыграло.       Вики и впрямь вернулась спустя несколько минут в своей привычной одеждой, осторожно стоя прямо за Чесноком, — может она и была грубой, но состояние ее детей точно волновало. Ди посмотрел прямо на нее, выдохнув с неким присвистом. Опираясь на ближайший предмет мебели, он встал с пола. Все хорошо, дома точно хорошо, никто не причинит вред. Он посмотрел прямо в ее зеленые глаза, протягивая руку. Вики подошла поближе, но не слишком, мало ли, взяла руку сына, ее грубые руки в этот момент показались очень нежными. Оттолкнувшись от поверхности столика, он прижался к ней.       — Все хорошо. Прости меня. — умоляющий голос звучал так жалобно, что все не могли не ощутить острую боль в груди, Ди не такой, он жестче, но вот это его поведение расстраивало. Главное, чтобы Хэви не узнал, он слишком эмоционален.

***

      Вечером, когда все более менее успокоились и помогли парню добраться до комнаты, принялись раздумывать, что им делать. Ди точно не хочет ворошить всю эту ситуацию и идти в полицию, тем более он был под чем-то в тот вечер, так что тут могут и ему предъявить, в дополнение он несовершеннолетний был в баре и выпивал алкоголь, общество полнейшее дерьмо у нас. Правда долго думать не пришлось особо, потому что Чес изъявил желание сходить в тот бар, присмотреться, может они всегда там промышляют. На том и сошлись.       До бара путь не близкий, и все искренне не понимали как парень в том состоянии дошел до дома. Зайдя в помещение, все искренне удивились обстановки, но не зациклились на этом, уходя в самый угол и наблюдая за постояльцами. В нескольких столиках от них сидела группа людей — два довольно массивных парня и девушка… в красном ярком платье. Те заметив чужой взгляд повернулись к ним. Судя по их лицам, они увидели Глэма. Как повезло, что Ди уж очень на него похож внешне. Группа уже собиралась валить, боясь за свое здоровье, но им попросту не дал охранник, — давний друг Вики. Подойдя к ним поближе, Глэм пальцем поманил их к себе за столик. Драку им тут не простят, но разговор вполне, хотя вряд ли все это им ограничиться. Вики сжала кулаки посильнее, отчего короткие ногти впились в кожу, оставляя следы-полумесяцы.       — Ну так, поговорим? — троица уебков* уставилась на семью и Чеса. — Вы сделали ужасные вещи с нашим сыном, как будете расплачиваться за это?       — Мы… мы не понимаем о чем вы. — девушка подала голос первой.       — Ну, не надо. Вы ж явно сбежать пытались, ребятки. Так что давайте, нам надо решить что с вами делать. — хиппи тоже не стал молчать.