Резерваж

Твой путь — осенний ветер Степной орёл расправляет крылья Твой путь тугою плетью Заметает каждый шаг пылью Твой путь по костям земли Твой путь по цепям воды На упругих лапах звери шли Чуя запах беды       Тёмный путь, которым так пугал молодых заклинателей Лань Цижэнь, оказался не таким уж и сложным. Не лёгким, это правда, но и не невозможным. Даже клановый девиз не пришёлся к месту. Вэй Ин чувствовал, будто он буквально создан для того, чтобы пройти весь путь, чтобы всем показать, что можно использовать Тёмные силы и не быть злодеем. И вот здесь Цзяново "Стремись достичь невозможного" оказалось очень даже в тему. Хотя где-то под рёбрами и ныло, царапаясь, ощущение скорого провала. Зов крови На броне драконьей полыхнуло солнце Зов крови Давно ли ты понял, что никто не вернётся       Тьма, укоренившись там, откуда раньше согревало золотое ядро, распускала свои грязные щупальца во все стороны. Она захватывала, впитывалась в кожу, бурлила в крови, подтачивала изнутри кости. Всё сложнее было удерживать её внутри. А Лань Чжань, маячащий перед глазами — как есть, древний дракон, мудрый и красивый, почти сказочный — только всё усложнял.       Усложнял — потому что перед ним хотелось красоваться. Потому что хотелось, чтобы заметил, обязательно. Чтобы своим вниманием обласкал и выделил среди всех. На великой охоте начинается день Пляшет солнечный знак на струне тетивы За спиною бесшумно стелется тень В переплетении из жёсткой травы Льётся путь по хребтам одичавших гор По сухим ковылям да по перьям седым Где смерть жжёт костёр Ты вдыхаешь дым       Называть охоту на Байфэн великой могли только Цзини. Ничего такого уж великого не было. И тем больше хотелось расшевелить это сонное царство и, конечно, холодного Ванцзи. Поэтому Вэй Ин клянчил у него ленту, поэтому пытался перещеголять во всём. Для него чувствовать за спиной эту тяжелую ауру холодности стало необходимо, как воздух. Вэй Ин кричал "Лань Чжань!", прося "Смотри только на меня!".       Хуже было от того, что Лань Чжань смотрел. Зов крови Ястребиное зрение, человечьи глаза Зов крови Разгорелись поленья — не вернутся назад Зов крови       Война не закончится. Мысль разносилась ветром, перетекала из уст в уста, множилась, разрасталась слухами. Никто не позволит одному ордену возвышаться над прочими. Цишань Вэнь это погубило. Очередь было за Юньмен Цзян, и Вэй Ин, легко махнув волосами и рукавом, ушёл. Личная ответственность лучше коллективной, когда за ошибку адепта вырезают орден. И когда пламя людской ярости уже занялось, Вэй Ин только подкинул поленьев и рассмеялся. И смеётся сталь, от крови пьяна Знаешь, как тебя ждали здесь? Не было жизни, была лишь война Лёгким шагом ты входишь в смерть Расползается, тлея, ткань бытия Ярость светла, словно факел, клинок И не нижний мир получит тебя А с улыбкою встретит воинственный бог       Герой войны стал изгоем. Но это ничего. Он сам привёл к этому — сам и справится с последствиями. Тем более, что после такого он просто обязан умереть красиво и красиво же въехать на вороном жеребце во врата Ада. Чтобы все знали, кто он, что он сделал и что он ни секунды не сомневается ни в одном своём поступке. Зов крови Смерти волчьим оскалом ты в лицо усмехнёшься Зов крови Ты всегда знал, что не вернёшься       В небо взлетает последняя, вымученная, истерическая трель. Флейта раскалывается надвое. Ночь заканчивается.