это все только по дружбе?

сентябрь. как я ненавижу сентябрь. а особенно первое число. – это были первые мысли Серёжи, который пришел на вручение студенческих билетов.

за два часа до этого.

как же хочется кофе в постель, мурчащую кошку рядом и залипнуть в соц сети. но. никак. блять. не хочется услышать будильник, поставленный сегодня ночью на 6:00 утра. этот раздражающий рингтон портит настроение каждое утро, заставляя задуматься о том, что было бы прекрасно сейчас уснуть и не проснуться вообще. лето кончилось, а это значит, что впереди ещё целый учебный год. Сережа недавно сдал экзамены и закончил 9 класс. с трудом, но закончил. он хорошо учился, не срывал уроки, делал домашние задания, практически со всеми учителями общался на "ты", но в конце он конкретно забил на учебу здоровенный такой болт. он начал общаться не с той компанией и вместо того, чтобы ходить на учебу он заглядывал на третий этаж старой хрущевки к своим "друзьям", чтобы выпить и повеселиться. там он чуть не попробовал наркотики, но он не настолько отбитый, чтобы заниматься этим. начались ссоры с матерью. если коротко, то из-за учебы и того, что он почти не появляется в доме и не занимается домашними делами. сейчас Сережа лежал в своей теплой постели, отключив будильник одним движением, которое он делал уже на автомате. не прошло и 5 минут, как за дверью он уже слышал крики матери. из-за сонного состояния он толком не разобрал ее слов, но запомнилось что-то по типу "у тебя сегодня важный день", "вставай быстрее" и "нельзя опаздывать". с большим трудом он отрывает свое худощавое тело, которое сейчас казалось неподьемным. открывает слипшиеся после сна глаза и разглядывает свою комнату. двуспальная кровать стояла в углу, недалеко от двери, рядом стоял высокий шкаф. внизу были две полки, в которых лежали всякие провода, старые мышки, наушники, мамин ноутбук и ещё пару ее вещей. в верхней части распологался гардероб. у акумы было не особо много вещей, всего лишь пару футболок, толстовок, штаны, джинсы, кофты и шорты. поэтому шкаф частично пустовал. у стены напротив стоял большой чёрный стол. гордость Акумы. на столе, гармонично и компактно расставленные, располагались коврик на весь стол, два монитора, клавиатура, старый микрофон, справа, уже не особо гармонично, стояли пустые кружки из-под кофе, тарелка и ещё какой-то мусор, оставленный вчера вечером. прошло ещё минут 5 с момента, как Акума залип на свою комнату, и к нему залетает мать. – и чего ты сидишь до сих пор? я тебе уже одежду погладила. вставай давай. – да, да, я уже одной ногой в ванной – ответил парень хриплым голосом ото сна и встаёт, направляясь в ванную комнату. в зеркале он увидел помятого, взъерошенного, черноволосого парня с зелёными глазами, у которого засохла дорожка слюней у рта. да, он пускал слюни во сне. и что? включив воду и подождав, когда она нагреется, Сережа набирает ее в ладони и с плеском умывает лицо. после всех утренних ванных процедур, он идёт на кухню, откуда пахнет чем-то жареным. это были гренки. Аку поставил чайник, достал тарелку с кружкой с полки кухонного шкафчика над раковиной, поставил их на стол, положил пару гренок на тарелку, насыпал две с половиной ложки кофе и одну сахара в кружку, залил кипятком и третью молока, пошел к себе в комнату. он почти всегда кушал не на кухне, месте, предназначенном специально для этого, а в своей комнате. не любил присутствие матери. ее поведение, голос, манеру речи, да просто ее наличие где-то неподалеку. только его комната, закрытая дверью, могла хоть как то абстрагировать парня от этих неприятных ощущений. с завтраком было быстро покончено под запись вчерашнего стрима с твича. Сережа достал телефон и с тяжёлым вздохом сказал себе под нос. – блять, уже 6:54. мне ещё идти минут 40, надо бы собираться. – после этих слов, парень стянул с себя домашнюю футболку, оголив худое тело. оно ему не нравилось. никогда. он пытался как то накачаться и набрать мышц, но после пары неудач сразу же бросал это дело. поэтому сейчас ему приходится лишь с отвращением смотреть на себя. выглаженная черная футболка с клетчатыми штанами уже ждали его на стуле. он оделся, взял с собой почти пустой рюкзак, положил туда сигареты, наушники, ключи от дома и повербанк. первое, что бросилось в глаза, выйдя на улицу - это ебать какое яркое солнце, которое Акума просто ненавидел. нет, ну серьезно, кому нравится идти и щуриться? –блять. – сказал под нос парень, когда увидел, что в пачке осталось всего 4 сигареты. достав одну и подкурив, он с наслаждением вдохнул табачный дым, который оставлял приятную горечь во рту. если не покурить с утра, то это уже не утро, либо хуевый оставшийся день. так считал Акума. в наушниках играл трек "Dopamine Redez" и весь окружающий мир переставал существовать для Серёжи. любой поход на улицу у него сопровождался музыкой, потому что хоть так он мог отречься от всей этой уличной суеты и людей вокруг. он не любил выходить из дома. он не любил людей. каждая вылазка за чем либо на улицу давалась ему с трудом. не потому, что он домосед, хотя, отчасти из-за этого, а потому, что люди доставляли ему ощущение дикого дискомфорта. он ненавидел, как они смотрят на него. ему казалось, что каждый обсуждает и осуждает его и хочет как-либо навредить, либо унизить. в переписках он был свободен и открыт. даже мог созвониться с кем-нибудь и поболать, но не встречи в живую. брр. дошел он быстрее, чем рассчитывал, всего за полчаса. он не ездил на автобусах, потому что до остановки ему надо было дойти ещё примерно 15 минут, а денег на такую роскошь, как такси у него не было, поэтому проще уже на своих двух добраться. на аллее, ведущей прямо к университету, столпилось куча людей, которые так же, как и Акума пришли на вручение студенческих. чувство беспокойста сразу же ворвалось в грудь темноволосого парня. он опустил голову и на слегка подрагивающих ногах двинулся ко входу на территорию университета. сзади послышались смешки каких то девчонок, идущих вместе с несколькими парнями и Сережа, конечно же, подумал, что они смеются не из-за каких-то своих приколов, а над ним. от чего сердце парня стало биться сильнее, а ладони потеть. он решил отойти и выкурить ещё одну сигарету, хоть это в итоге никак не помогло успокоиться. подойдя к столу, стоявшему недалеко от входа в универ, парень назвал свою фамилию молодой девушке, после чего та начала что-то чиркать в журнале и попросила расписаться в поле напротив своей фамилии. Акума сначала не понял, что от него хотят, но потом, немного затупив от того, что забыл свою роспись, быстро нарисовал какую-то каракулю и получил направление, куда ему идти. впереди он увидел стулья в 6 рядов, стоящие напротив небольшой сцены, заранее специально вынесенную на улицу для этого мероприятия. – класс, мы ещё и на улице будем торчать. – подумал Акума, усевшись на последний ряд в углу. положив рюкзак рядом и достав телефон, парень стал листать ленту инстаграма, посмотрел уведомления о лайках на его последнюю фотку и пару комментариев о том, какой он милый и красивый. ну и ещё парочка комментов про то, что он обрыган, но Сережа привык к подобным заявлением от своей аудитории и не воспринимал это всерьез, а вот то, что его кто-то считает красивым он просто игнорировал. он не мог принять того, что может кому-то нравится, как внешне, так и внутренне. исключение лишь в том плане, что кому-то может быть и вправду интересно смотреть его. смотреть на твиче. он был стримером. вел трансляции по доте, смотрел тик токи, фильмы, общался с аудиторией и ему это нравилось. таким образом он отвлекался от реального мира, от проблем, от плохих мыслей, от самого себя. ему становилось спокойнее и ему вправду казалось, что тому онлайну, что стабильно присутствал на его стримах, он нравится как личность. по крайней мере, ему бы этого хотелось. нравится как личность, а не за какие-то нарезки и моменты на стримах. от мыслей парня отвлекла женщина лет 35, вышедшая на сцену. Акума и не заметил, как ряды рядом с ним уже не пустовали, а были заняты порядком 30 человек. женщина за сценой начала перебирать какие-то бумаги, затем оглянула всех собравшихся и начала свою речь, которую Акума благополучно прослушал, но, наверное, было интересно слушать о том, что мы закончили 9 класс, уже взрослые и сейчас начинается новая тропа в жизни и бла бла бла. – сейчас я буду вызывать сюда по фамилии, вы не уходите сразу, а оставайтесь на сцене, чтобы сделать совместные фотографии на память. – включился Акума во все происходящее только сейчас. – блять. только не конченые фотографии на память. нахуя мне вообще выходить при всех, получать этот студенческий с типо радостным лицом ещё и стоять там как еблан. – сказал про себя Акума с максимально недовольным лицом, смотрящим себе в ноги. он не любил, когда его фотографируют. нет, он это ненавидел. всегда на чужих фотографиях он получался как выродок. но сам себя фотографировать любил и делал это часто, даже заливал иногда что-то в инсту. все 30 человек выходят по очереди, улыбаются так противно и мерзко, встают сзади и разглядывают студаки, будто это что-то супер важное. – мерзотные – с отвращением сказал шепотом Сережа. – согласен, – ответил парень, сидящий слева от Акумы. он аж слегка подскочил на стуле, потому что не ожидал, что его кто-то услышит, а уж тем более ответит. – Кир Курседов. – называет имя и фамилию женщина за стойкой, зовя на сцену. тут же парень, который хотел ещё что-то добавить к своему ответу Акуме встаёт со своего места и направляется за своим студенческим. Сереже удалось получше разглядеть своего неожиданного ответчика. это был парень выше Акумы на голову, с длинными волосами, покрашенные в черно-красный сплит, в черной футболке с принтом на спине и в свободных черных штанах с какими-то побрякушками и резинкой внизу голени. шел он без энтузиазма, слегка сгорбившись, будто не хотел тут находится, как и сам Акума. парень со сплитом, получив студак, просто закинул его в карман и стал смотреть куда то перед собой. Сережа только потом заметил, что смотрит он именно на него. они встретились взглядами секунд на 5, после чего Акума, засмущавшись, тут же опустил голову. – Сергей Акумов. – прозвенело в голове у парня, растворившись где-то далеко. он встал в ступор. что делать? ну, в смысле, он знал, что делать, но что делать-то блять? сердце, только недавно успокоившееся, снова начало биться, но уже в разы быстрее. Акума неловко встал, задев стул, от чего тот упал с грохотом. Кир улыбнулся. Сережа стал ещё сильнее переживать. – боже, бездарность, что ты творишь? не можешь нормально встать и забрать этот ебаный студенческий? обязательно надо все испортить своей ничтожностью? – агрессивно проговорил про себя парень. после того, как стул был поставлен на место, Акума наконец смог выйти к сцене, взять этот наболевший студенческий и встал позади толпы. краем глаза он заметил улыбку Курседа, смотрящего на него, от чего у парня слегка порозовели щеки. фотосессия прошла удачно и всех отпустили по домам, сказав, что позже скинут расписание занятий на следующую неделю.